Кукловод

Ночь. Байрон сегодня больше не появлялся. Разве, только ради того, чтобы принести матрас, одеяло, подушку и настольные часы. Спасибо хоть за это. А то пространство было потеряно вместе со временем. Эдгар не мог уснуть. Он лишь лежал на так называемой «кровати» и смотрел в потолок. Вся ситуация была против него, и тот это прекрасно понимал. В очередной раз тяжело вздохнув, брюнет закрыл глаза и стал прогонять события сегодняшнего дня, чтобы хоть как-то и что-то проанализировать. Может, что-нибудь поспособствует его побегу? Если он вообще состоится… — «Старый маразматик… Скотина. Тварь. Мразь», — Эдгар всячески проклинал мужчину, так что неудивительно, что именно он ему представлялся сейчас, — «да чтоб ты сдох мучительной смертью, ублюдок!». Уснуть, опять же, никак не получалось. Чуть нахмурившись с закрытыми глазами, Эдгар стал представлять, как избивает Байрона, а тот, в свою очередь, захлёбывается в крови. — «Нравится, да?! Получи ещё, подонок!» — сам не зная, сколько времени прошло, брюнет ни разу не открыл глаза. Что они открыты, что закрыты — одно и то же. В подвале ведь было темно, — «Хм… А может, тебя даже задушить? Отличная идея!» — представив, как он душит кукловода, Эдгар тихо засмеялся, но, когда всё надоело, парень открыл глаза с глубоким вздохом, — «Это бесполезно. Что толку, если я только в фантазиях могу дать ему сдачи? Но я ведь даже не пробовал. Но навряд ли это вообще выйдет», — вновь закрыв глаза, темноволосый постарался уснуть, — «а как он убивает? Бьет ножом? Душит? Чем-нибудь отравляет?» — перед глазами, в тех же фантазиях, представился кукловод, — «Нашел своё искусство. Ну-ну. Ты просто их убиваешь!» — но даже в собственной голове парня мужчина не стал церемониться и начал душить брюнета, — «Ой, да ладно! Даже в моей голове ты такой! Сука», — открыв глаза, Эдгар нахмурился, — «Раз не получается уснуть, то буду тупо пялиться в потолок. Так и усну. От скуки. Да, отличный план». Не прошло и пяти минут, как Эдгару стало до жути скучно, а сон все никак не шёл. Исследовать комнату так же не вариант — всё уже давно было осмотрено, поскольку он изучил окружавшее его пространство в первую очередь. Проверил стол, дверь, потолок, пол. К стенам подходить не желал, а трогать тела — тем более. — «Мх. Слишком скучно», — закрывать глаза не хотелось, ведь сразу представлялся Байрон. Это только бесило юношу. Любой другой представлял бы семью, друзей, ещё каких-нибудь близких, но таковых у Эдгара не было. В принципе, он сам не хотел. Слишком долго гнался за людьми и устал искать в них поддержку, решив для себя, что с него хватит этих глупых догонялок. Но пересилив себя, Эдгар закрыл глаза, — «И вот что ты мне сделаешь? Ты — лишь плод моего воображения. Ну, в данный момент», — его вновь начали душить. Удушья и нехватки воздуха парень не чувствовал, но из-за прекрасного воображения с самовнушением, он примерно чувствовал прикосновения этих пальцев на шее. Как они сжимают её. Как большие кольца вдавливаются чуть глубже, чем пальцы, — «Блять!» — широко распахнув глаза и замерев, темноволосый ощутил лёгкое жжение в районе скул, — «Блять, блять, блять, блять. Спокойно. Нихера не спокойно! Что это было? Это лишь моë воображение. Не больше», — решив просто полежать с закрытыми глазами, ни о чем не думая, темноволосый провалился в глубокие размышления. Сколько времени прошло — он не знает, но из мыслей вывела его собственная рука, которая медленно поднялась к шее, проходясь по ней кончиками пальцев. Такое бывает, когда задумаешься, а тело двигается непроизвольно, следуя неясным указаниям подсознания. Что, в принципе, и напрягло юношу. — «И как это понимать? Да ну не. Нет. Не могло же мне понравиться, когда он… Душил меня?.. Да не, бред! Полный!» — резко сев на матрас, Эдгар начал злиться на себя, — «Нравится это лишь больным ублюдкам! Я не такой!» — его взгляд перешел на кукол, — «Или… Такой?..» — еще немного потупив взглядом потолок, темноволосый зарылся пальцами в свои волосы, начав трепать их, — «Бля-я-я… Ладно! Хорошо! Его ведь всë равно сейчас здесь нет. Тут ведь нет камер наблюдения?» — посмотрев во все углы и всевозможные места, где могла быть камера, Эдгар убедился в отсутствии слежки. Приложив руки к своему горлу, он громко и неловко сглотнул, — «Не могу поверить, что я это делаю. Это чтобы убедиться, что мне не нравится!» — успокаивал себя юноша, а его руки потихоньку стали сдавливать собственное горло. Из-за неудобного расположения ладоней, получалось неравномерно и совершенно не так, как у кукловода, — «Нет, так я только кадык поврежу и сдохну быстрее», — стараясь не зацикливаться на том, что он сейчас делает, Эдгар стянул с себя ремень, — «по идее, должно быть равномерно. Нет! Да что я вообще делаю?!» — быстро отбросив ремень в сторону так, что тот звонко прогремел своей бляшкой, Эдгар грохнулся спиной на матрас, — Я идиот. Что я вообще делаю? Нет, это полный бред! Смирившись со своей неудачной попыткой «почувствовать кайф», темноволосый решил продолжить лежать, мучаясь из-за бессоницы, однако шаги за дверью его насторожили. — «Так, так, так, так. Это что? Это почему? Ты чего не спишь? Спать!» — глаза Эдгара быстро забегали, но закрыв их и притворившись спящим, Эдгар понадеялся на удачу. В комнату зашёл кукловод. Взглянув на всю эту картину, он стал сверлить взглядом парня. Медленные шаги по мере приближения мужчины стали громче. — Люди во время сна дышат спокойно и ровно, а не так, будто бы пробежали марафон, — сделал замечание Байрон. Вроде, это был небольшой подкол с его стороны, но он был произнесен настолько строго, что захотелось спрятаться и больше никогда не высовываться, — чего расшумелся? — Байрон повысил голос, явно дожидаясь ответа, которого так и не последовало. — «Прошу, уйди…» — ладони Эдгара вспотели, а тело слегка затрясло. Резко на него поставили ногу прямо на ребра, начав медленно надавливать. От такого неожиданного движения брюнет взвизгнул, распахнув глаза. Он попытался сесть, но чужая нога не позволила ему. — Отвечай всегда, когда я тебя спрашиваю. — «Он может хоть когда-нибудь не говорить как змея?..» — Эдгар отвёл взгляд в сторону, продолжив тяжело дышать от страха. Нога не позволяла груди парня подниматься, она давила всë сильнее, не позволяя сделать полноценный вздох. Руки Эдгара обвили пальцами лодыжку мужчины, как бы прося, чтобы он убрал «груз». — Смотри на меня, — он буквально впечатывал темноволосого в матрас. Пробивая тело очередной дрожью, зрачки, в которых тут же запечатлелся испуг, посмотрели в зелёные глаза. Мужчина убрал ногу, после чего он услышал громкий и хриплый вдох. Цыкнув, он подошёл к ремню. Взяв его в руки, Байрона посмотрел на Эдгара, на его худое и болезненное тело. Брюнет нервно сглотнул, но, будто уже загипнотизированный глазами Байрона, не мог отвести взгляда от него, — решил умереть пораньше, а попытка не удалась? — С чего… — Эдгару опять же, договорить не дали. Байрон лишь наклонился к нему, рукой придерживая за подбородок. Большим пальцем он стал поглаживать губы. Эдгар вновь почувствовал жжение на скулах, но никак не мог контролировать это, — «близко. старик вонючий, убери руки! От тебя, блять, ужасно воняет!» — Эдгар попытался отстраниться назад, но в итоге он лишь грохнулся на спину, а рука Байрона слезла с подбородка. — Губы сухие. Плохо, что не увлажнял их. — «Да что ты? Тебе ли их трогать?!» — вновь садясь на задницу, Эдгар не заметил перед собой кукловода, — «что за?.. И где он?» — поток мыслей шёл недолго, поскольку его приостановил горячий выдох возле уха. Мужчина находился сзади. — Ремень лишь натрет твою шею, а чтобы душить себя, не стоит давить большими пальцами на кадык, — низкий голос буквально будоражил Эдгара и заставлял табун мурашек пробежаться по спине. А чужое дыхание обжигало кожу, — позволь покажу ещё раз, раз ты не понял в прошлый. — Что? Нет-нет! Подождите! — уже хотевший развернуться парень, вдруг замер, когда на его горло легли две холодные ладони. Они ничего пока что не делали, лишь лежали. Кадык дёрнулся, а дыхание сперло и без удушения. — Буду показывать от твоего лица, чтобы было понятней, — Байрон, наслаждавшийся реакцией парня, усмехнулся, — твоя главная ошибка заключалась в том, что ты давил большими пальцами на кадык, как на кнопку, вдавливая его. Так нельзя. Нужно давить частью, что находится в изгибе между большим пальцем и указательным, — расположив так руки, кукловод продолжил свой «урок», — так ты будешь душить, а не ломать. — «Ты свихнулся? Нет, это я свихнулся. Сука! Как он вообще узнал о моëм… моем… Неважно! Тут есть камеры?! Всë-таки есть?» — Байрон дышал ему на ухо, а его руки на шее даже не душили Эдгара. Это очень напрягало парня, — «хватит, пожалуйста!» — в глазах стояли слезы, вызванные страхом и долгим ожиданием. — Красные следы на твоей шее были слишком видны. Даже было видно расположение пальцев, — будто прочитав его мысли, кукловод ответил на вопрос, — ну-с… Мне душить? — едко усмехнулся он. Удлиненная змеиная «с» зашипела прямо возле уха, но не резала слух. Только одурманивала. — «Он издевается», — парень сглотнул. Хотел ли он, чтобы его душили? Конечно нет! Что за глупый вопрос. Или всë таки хотел? — Нет! — громом раздался ответ, на что Байрон оскалился и слегка прикусил кончик уха брюнета. — А жаль, — с лëгким надменным смехом он убрал свои руки, после чего выпрямился и размеренным шагом пошел прочь из комнаты, — ложись спать и не шуми здесь, — отчеканил он. Дверь уже почти закрылась, как вдруг Эдгар решил выкрикнуть: «Стойте!». — М? — Байрон вопросительно приподнял бровь, посмотрев на парня. Вновь холод в его глазах. — Я… — вот черт. И зачем он позвал его? Эдгар опустил глаза в пол, — можно вы не будете меня убивать? Если хотите, то сделайте меня куклой, но не убивайте, пожалуйста! — Эдгар отчаянно надеялся, что кукловод его пощадит. — Где гарантия, что ты не закричишь во время выступления? — даже не дав что-то ответить, Байрон вышел из комнаты, оставив Эдгара краснеть от стыда в темноте.