Прозрение

      Утром, когда Тимур заходил в аудиторию, на него как-то странно реагировали. Те, кто всегда держал нейтралитет, проводили его недоверчивым взглядом и вернулись к своим делам и разговорам. Приятели же косились и рассматривали, как будто оценивали. И Макс с ними.       – Привет, – поздоровался со всеми Тимур, замедлив шаг. Косые взгляды настораживали.       Может, у него что-то не так с причёской или одеждой? Да, вроде, не должно… Утром собирался, в зеркало смотрелся, ничего криминального не обнаружил.       Тимур сел на свободное место и принялся доставать тетради и ручки. Ситуацию в аудитории тоже отслеживал и был уверен, что атмосфера тут такая именно из-за него. Минута, две, три… Тимур не выдержал.       – Народ, что не так? Макс?       – Тиман, ты чё, правда, пидор? – усмехнулся один из приятелей. Макс отвёл взгляд, будто он к этому не причастен.       – Чего? Вы больные?       – Парни, вам, наверное, показалось, – неуверенно встрял Макс, поглядывая то на Тимура, то на компанию друзей.       – Ага… С преподом на улице обнимались, как голубки. С немцем этим.       «Твою ж мать…»       Тимур чувствовал, как вспыхнул от стыда и страха. Этого момента он боялся, но в то же время понимал, что рано или поздно подобное может произойти. Он жил в небольшом городе, повсюду были знакомые. Даже просто идущих рядом их могли видеть много раз, а теперь Рафаэля тоже знала масса людей. Где не узнают Тимура – узнают его. Они вели себя очень неосмотрительно, и вот результат.       И что теперь делать? Отрицать? Заклюют, загонят, сочтут трусом и лжецом. Ведь своими глазами видели. Согласиться? Ну, тогда просто заклюют и загонят. Если он позволит. И если позволит Рафаэль. Они перед двумя вампирами выстояли, а теперь испугаются каких-то пацанов с тягой к дурацким шуткам?       – Да, – пожал плечами Тимур, стараясь выглядеть как можно более спокойным. – Мы вместе уже полгода. Он не немец. Он румын.       Группа загудела. Девочки зашушукались, парни забухтели. Кто-то с матерком, кто-то без, но к появлению преподавателя успокоиться смогли с трудом. Макс подсел к Тимуру, но держался отстранённо. Если честно, Тимур был удивлён, что тот вообще к нему сел. Он ведь теперь в бойкоте будет? Ну да и хрен с ними… Больше времени на учёбу, маму и Рафаэля будет.       Под бубнёж преподавателя по математической статистике, Тимур достал смартфон и уныло зашёл в переписку с Рафаэлем. Хотел написать ему что-то, но вспомнил, что у него, наверняка, пары, и решил дождаться перерыва.       – Это правда? – шёпотом спросил у него Макс.       Тимур покосился на однокурсника и не встретил во взгляде осуждения или неприязни.       – Правда. Если хочешь, чтобы с тобой общались в группе, лучше не разговаривай со мной.       – Да пофиг мне на них.       – Спасибо, Макс.       Тимур хоть и выглядел спокойным, а всё равно переживал. После слов Макса стало легче. Пусть тот и был назойливым, но принятие дорогого стоило. В чём он «не так прост»? Что имел в виду Рафаэль?       – Где вы познакомились?       – В Софроновске, – машинально ответил Тимур, списывая в тетрадь содержимое слайда и даже не понимая, что там вообще написано.       – А как он там оказался?       – Как люди оказываются в чужих странах и городах? По работе, по учёбе, по делам… Я не допытывался, Макс. Мне хватает того, что он приехал сюда.       – Ну, ты даёшь. А кто кого… это?       – Ты нормальный?!       – Молчу, – легко отвязался приятель. Его молчания хватило до конца пары, а потом Тимур сбежал к островку с кофе, чтобы скоротать время там и поговорить с Рафаэлем. Взял себе стаканчик, забрался на широкий подоконник. Вы: 10.03 Нас увидели вчера. 10.03 Так что теперь группа знает, что мы вместе. 10.03 Раф, я не стал это отрицать. 10.04 Меня теперь игнорят. 10.04 Только никому ничего не делай! 10.04 Я переживу Любимый: 10.05 А я уже собрался идти кусаться… Вы: 10.05 Блин, Раф, не смешно. 10.05 Что мне делать? Любимый: 10.06 Ничего 10.07 Веди себя как обычно       Легко говорить, подумал Тимур, но счёл этот совет разумным. А как иначе ему следует себя вести? Шарахаться от однокурсников? Строить из себя невинную овечку? Или скорбеть по потерянной репутации? Лучше просто быть собой. Ведь как-то же однокурсники с ним общались раньше, будучи в счастливом неведении? Нормальные люди всё поймут, а мнение идиотов его не интересует. Но ситуация, конечно, дерьмо…       Остальные пары Тимур провёл в одиночестве, сидя при этом среди тридцати человек. Он отвечал на вопросы преподавателей, записывал лекции, а больше ничего и не требовалось. Макс его больше не трогал, но и к компании приятелей тоже не подходил. Если так же будет каждый день, то, в принципе, нормально. Главное, чтобы у парней из группы хватило мозгов не устраивать ему публичное избиение после пар. Во-первых, потому что их тогда выпрут из универа всех без разбора, а во-вторых, непонятно, как отреагирует Рафаэль. Но то, что его реакция мало кому понравится, это точно.       – Тиман? – Макс пихнул его локтем в бок.       – А?       – Давай по домам.       В размышлениях Тимур даже не заметил, как закончилась последняя пара. Студенты начали выходить из аудитории, и лишь когда половина группы уже вышла, юноша поднялся с места. Макс пошёл за ним. Тимура немного порадовало то, что тот встал на его сторону.       – Глянь, твой препод стоит…       – Молчи. Вижу.       У Рафаэля последняя пара не здесь, значит, он пришёл специально. Стоял у окна, скрестив руки на груди, и ждал. В ответ на взгляды в свою сторону, только спокойно улыбался и кивал в знак приветствия. Студенты, не будь дураками, тоже здоровались. Бойкот преподавателю может обойтись куда дороже. Неуд на зачёте получить никому не хотелось.       Увидев Тимура, Рафаэль неспешно направился к нему. Обниматься-целоваться не полез, и на том спасибо. А то с него бы сталось…       – Здрасте, – вякнул рядом с Тимуром Макс. Он смотрел на мужчину во все глаза, но уже иначе. Не как на незнакомого преподавателя, а как на человека, который, вероятно, спит с его приятелем. Очень странный взгляд.       – Добрый день. Ты закончил, Тим?       – Да.       – Пойдём.       – Куда?       – Накормлю тебя. А потом домой.       Распрощавшись с Максом, Тимур с улыбкой пошёл за «своим преподом».

***

      Распространение слухов было делом времени, но Рафаэль изо всех сил старался воздействовать на людей, чтобы это не было серьёзной проблемой. Когда практически в спокойствии прошла целая неделя, а за ней потянулась вторая, Тимур понял, что вампир не пустил всё на самотёк.       На слухи о непотребном поведении студента ещё можно было закрыть глаза, тем более что сам Тимур по сути своей ничего неприличного на глазах у всех не делал. Он по-прежнему учился, не прогуливал, не опаздывал, работы сдавал вовремя. Внешне ничем не выделялся. Обычный парень. Группа недолюбливает? Ну, что поделать… Зато Макс не отвернулся, и на том спасибо.       Рафаэль же теперь – преподаватель. То, что может быть позволено студенту, явно под запретом для него. Тимур знал, что его вызывали к начальству, но после этих вызовов ничего не менялось. Один очень внимательный взгляд в глаза, и ректор просто забывал, в чём проблема, зато вспоминал, как тяжело в конце учебного года найти очередного преподавателя немецкого. Сессия впереди, зачёты…       Рафаэль продолжал работать. Тимур продолжал учиться и ждать пятницы.       Пятницу он любил. Она обозначала, что впереди два выходных с вампиром, и у них хватит времени и на высокое общение, как тогда, на выставке картин, и на общение в горизонтальной плоскости тоже.       Он лишь уделил остаток дня матери, приготовился к занятиям на понедельник и убежал к вампиру, бросив на прощание уже привычное «Я у Рафа побуду, не жди».       Квартиру Рафаэля он открыл своими ключами, но комнаты встретили его пустотой и тишиной. Руки привычно потянулись к смартфону. Вы: 19.17 Раф? Ты где?       Вампир не отвечал долго. Тимур, которому было неловко в квартире в одиночестве, ходил туда-сюда по комнатам и в итоге плюхнулся на кровать, чтобы скоротать время. Любимый: 19.32 Ты хотел, чтобы я взял за тебя ответственность? 19.33 Я взял Вы: 19.33 Покупаешь продукты? Любимый: 19.34 Да 19.35 Для тебя! 19.35 И ни слова!       Тимур усмехнулся и отложил телефон в сторону, прикрывая глаза. Он решил, что можно и задремать на полчасика. Если бы Раф был человеком, наверное, сейчас Тимур бы пошёл поставить чайник. Они бы посидели вместе за столом, поболтали за ужином… Но с вампиром всё было иначе. Юноша уже привык готовить только на себя, есть в полном одиночестве и убирать за собой до состояния стерильности. Мама новым привычкам сына была рада. Она не уставала говорить, как хорошо Рафаэль повлиял на Тимура. И самостоятельнее, мол, он стал, и аккуратнее, и одевается лучше, и учится. Сказка просто…       Долго ли будет длиться это сказка? Тимур старался не задумываться над этим. Будь что будет.       Напряжение последних дней в итоге сказалось. Тимур и в самом деле задремал. Будили его самым приятным образом из всех возможных. Вампир целовал его шею, прихватывал клыками мочки ушей и гладил грудь и плечи, нагло забравшись ладонью под одежду.       – Рафаэль, – улыбнулся Тимур, запустив пальцы в мягкие волосы.       – Ты специально ложишься в постель к моему приходу? – усмехнулся вампир. Сам он был «наполовину одет», как оптимистично выразился однажды.       – Что тебе не нравится?       – Что ты ложишься одетым, например.       – Если что-то не устраивает, ты знаешь, что делать.       Да уж, вампир знал. Фыркнув, он быстро стянул с фаворита рубашку и швырнул её в сторону. Тимур, окинув Рафаэля взглядом, тоже с удовольствием прильнул губами к его коже, прохладной в сравнении с человеческой, но не по-мужски мягкой. Гладить её было так естественно, что ладони Тимура каждый раз будто сами собой приходили в движение. Задерживались на груди, скользили к спине и возвращались. Оглаживали шею и стремились ниже, к чёрному ремню на узких брюках.       Когда Тимур на ощупь принялся расстёгивать его, он почувствовал, что вампир занят тем же самым. Обмениваясь поцелуями и касаниями, они раздевали друг друга в полном молчании, но юноша не испытывал неловкости, как было раньше.       Первое время он и правда смущался обнажаться сам и обнажать партнёра. Стыдился связи с мужчиной и своего желания. Но он видел, что оно взаимно, и это помогало затолкнуть стеснение подальше.       – Раф…       – М-м? – протянул вампир, не переставая целовать и прихватывать губами кожу на шее юноши, его ключицах и торсе. Ладонь Рафаэля легла на член Тимура, уже начинающий твердеть и без всяких прикосновений, и сразу задала уверенный темп.       Тимур забыл, что хотел спросить. Только втягивал в себя воздух и чуть подрагивал от особенно удачных движений.       – Блин… Дай сказать.       – Кто тебе не даёт? – хитро улыбнулся вампир и отстранился от его тела, чтобы взглянуть в глаза. Пальцы чуть сжали член, и Тимур снова чертыхнулся.       – Ты не даёшь.       – Неправда, – покачал головой Рафаэль и склонился к самому уху, чтобы прошептать. – Даю. Тогда, в душе… И в Софроновске. Никому не давал до тебя, а тебе – даю. Знаешь, почему?       Тимур стремительно покраснел, и не только от того, что ладонь вампира всё скользила вверх-вниз, возбуждая и путая мысли. Он знал ответ. И знал, что такие вещи не обязательно говорить вслух, иногда всё понятно и так. Одно непонятно… Чем Тимур выделился среди своих предшественников? Чем заслужил такую честь? Чем умудрился так зацепить вампира, что тот увидел в нём равного себе?       – Знаю, – так же прошептал Тимур в ответ. Лежать вот так, принимая поцелуи и прикосновения, было приятно, но этого было мало. Хотелось сделать что-то для Рафаэля… Что-то, что без лишних слов скажет о близости и доверии, готовности многое в своей жизни пересмотреть и во многом измениться. Тимур действительно изменился и надеялся, что вампир это заметил.       Он вдруг вспомнил, как Рафаэль стоял перед ним на коленях, и в этом не было ни капли унижения. Он примерил ту же роль на себя. Представил это. И понял, что это было бы ему отвратительно с кем угодно, но с Рафаэлем – нет. Когда-нибудь он решится, наверное…       А пока Тимур лишь притянул вампира к себе и бесстыдно, как ему казалось, закинул на него одну ногу, заставив прижать бёдра вплотную. Рафаэль молчал, но по движению его губ юноша понял, что тот улыбается. Ему нравилось поведение фаворита и то, каким раскрепощённым он стал по сравнению с тем, каким был раньше.       – Сегодня хочешь быть снизу? – уточнил вампир со смешком, и Тимур шлёпнул его по рёбрам, а после и вовсе поймал его губы настойчивым поцелуем. Чтоб помолчал немного. Чтоб не задавал таких смущающих вопросов.       Он думал, что отвлёк Рафаэля от болтовни, но оказалось наоборот. Это он отвлёкся и не заметил, как тонкие пальцы вампира уже скользнули к анусу, не проникая внутрь, но мягко надавливая. Как намёк.       – М-м! Раф!       – Что такое?       – Ты без смазки…       – Ну, так возьми её, – усмехнулся вампир.       Тимур чертыхнулся и выполз из-под тела Рафаэля в сторону тумбочки, где лежала смазка. Уже нормальная, а не масло для тела, как было раньше. Вампир сам покупал её. Тимур очень хотел бы посмотреть на то, как это происходит, но пока такого зрелища он не застал ни разу. А жаль… Было бы, наверняка, весело.       – Тим? – как-то хитро позвал мужчина, пока Тимур лёжа на животе и выставив на его обозрение голый зад, копался в ящике прикроватной тумбочки.       – Что? – буркнул он в ответ, обернувшись через плечо.       Рафаэль улыбался. Он сидел, поджав под себя одну ногу, и ласкал возбуждённый член. Красивый, зараза… Даже сейчас, в пошло-развратной позе, белокожий и гибкий, он был слишком красивым. По крайней мере, для Тимура. Юноша сглотнул слюну и торопливо схватил смазку, шумно захлопнув ящик. Тюбик кинул Рафаэлю, а сам сел в постели и развернулся к нему.       – Так… что ты хотел?       Рафаэль качнулся вперёд и коснулся поцелуем губ Тимура. Юноша вздохнул, но вовсе не от разочарования или усталости, а просто от того, что любое действие вампира, любое его движение и любая фраза в такие моменты заставляла его буквально захлёбываться воздухом.       – Ничего. Просто на тебя полюбоваться. Ты совсем другой сейчас. Тебе к лицу быть таким…       – Говоришь всякую чушь, – смущённо пробубнил Тимур, но улыбнулся. Щёки опять покраснели. – Помолчи сейчас, ладно?       Рафаэль послушно замолчал, но взгляд его чёрных глаз буквально прожигал насквозь. Хитрый, хищный, но вместе с тем любящий. Тимур не считал себя романтиком. Романтиком внезапно оказался вампир. Наглый, пошлый и насмешливый, но не стесняющийся говорить комплименты и признаваться в чёртовой любви. Несмотря на болезненный и неудачный опыт в прошлом.       – Не смотри на меня так! – буркнул юноша, сощурившись. – Закрой глаза!       – Сколько инструкций, мышонок! – рассмеялся Рафаэль, но послушался и в этом. Лёг, закрыл глаза и принялся ждать, что придумает на этот раз его фаворит.       Тимур долго сканировал мужчину взглядом, всматривался в его лицо и очерчивал взглядом изгиб носа, губ и подбородка. Спустился к шее и ключицам, к груди, которая поднималась от дыхания куда медленнее, чем у человека. А после – ниже.       Юноша сглотнул. Он смотрел на член вампира, такой же аккуратный и даже изящный, как и всё его тело, и пытался понять для себя, что чувствует. Прислушался к себе и не обнаружил ни неприязни, ни отторжения. Тогда он сел сбоку от Рафаэля и неуверенно обхватил его плоть пальцами. Ладно, полдела сделано…       Тимур покосился на лицо вампира, подозревая его в подглядывании, но нет, всё было честно. Тогда он склонился ниже и приоткрыл губы, встречая ими мягкую головку. К щекам и паху тут же прилила кровь. Стало жарко. Боже, какой стыд! Какой стыд он испытал бы раньше, а сейчас почему-то нашёл в себе лишь его погасшее эхо! Наверное, потому что Рафаэль без раздумий сделал бы то же самое. Потому что он уже делал это.       – Тим… – выдохнул вампир, не открывая глаз. Ладонью он слепо нащупал встрёпанную макушку Тимура и запустил пальцы в волосы. По телу юноши прошли мурашки.       – Молчи, – повторил Тимур и вернулся к своему занятию.       Он обхватил губами головку и стал изучать её внутри языком, плавно двигая головой вверх-вниз. Он хотел сказать, что не умеет делать минет, потому что никогда раньше ни пробовал, но решил, что вампир и так знает это. Пусть принимает то, что Тимур готов ему предложить. Неумело, но с искренним желанием доставить удовольствие любимому человеку. Да, именно человеку.       – Ох, Тим! – проговорил вампир, растянув губы в улыбке и приоткрыв глаза. – Уж прости, но я должен это видеть.       Тимур хмуро взглянул на него исподлобья и чуть сжал член зубами, чтобы дать вампиру понять, что это нечестно – не сдерживать обещаний.       Рафаэль вздрогнул и тихо рассмеялся.       – Х… хватит, мышонок. Иди ко мне.       Он притянул юношу к себе и поцеловал в губы без всякой брезгливости. Тимур, уже изнывающий от желания, с готовностью подался к нему. Поцелуй из-за этого вышел несколько торопливым.       – Раф… Подготовь меня.       – После такого – всё, что захочешь, – улыбнулся Рафаэль, и юноша понял, что тому понравился неуклюжий подарок от фаворита. Ладно, значит, всё было не так уж плохо.       Тимур прильнул губами к его шее и промычал от проникновения сразу двух холодных от смазки пальцев в кольцо мышц. Вампир принялся растягивать и разминать его там, и этот процесс показался юноше мучительно медленным. Он хотел помочь себе рукой, но Рафаэль отвёл её в сторону.       – Не надо. У тебя получается и без рук, – прошептал вампир, на что ответом ему стал стон Тимура, в котором смешалось и разочарование, и мольба.       – Тогда не тяни время! Чёрт, Раф! Не так быстро!       Тело, не успевшее даже осознать пустоту после покинувших его тонких пальцев, снова ощутило вторжение. Член вампира проникал внутрь плавно, но без промедлений. Как и просил того сам юноша. Он тихо простонал и собирался приподняться обратно, но сильные руки Рафаэля направили его бёдра ниже, заставив сесть и насадиться до упора.       – Ты сам попросил, – прошептал с улыбкой вампир.       – Бесишь. Нравишься, с ума сводишь, и всё равно бесишь, – проворчал Тимур себе под нос. Он дал себе лишь пару секунд передышки, прежде чем начать движение. Откинувшись назад, он опёрся вытянутыми руками на кровать и принялся вращать бёдрами, подниматься и опускаться вновь. Рафаэль быстро подхватил его ритм.       – Продолжай, я люблю сильных и независимых, – рассмеялся вампир, но в его смехе не было издёвки. Скорее уж умиление.       Он оттолкнулся и сел в кровати, заключив Тимура в крепкие, почти удушающие объятия. Юноша чуть простонал, настолько изменились ощущения от спонтанной смены позы. Вампир гладил его рёбра и спину, покрывал поцелуями плечи и даже иногда касался тёплой кожи языком, а потом его клыки аккуратно пронзили её и быстро покинули крошечные ранки.       – Раф… – снова простонал Тимур, тут же замерев в объятиях любимого хищника.       Плоть вампира по-прежнему была в нём, но теперь он мог лишь позволять Рафаэлю делать с собой всё, что тот захочет. И довериться ему. Да, он доверял. Знал, что тот не возьмёт сверх меры и грубым тоже не будет. Более того, он был рад – и сам же удивился этому. Быть желанным для вампира во всех отношениях было слишком приятно. Он так сильно ждал этого… Наверное, даже больше, чем сам Рафаэль.       По телу разливалось обволакивающее и лишающее сил тепло. Вампирский яд, заставляющий людей вожделеть хищника, на Тимура действовал мало. Он скорее добавлял остроты и красок в происходящее, возводил все ощущения в абсолют. Каждое прикосновение Рафаэля Тимур чувствовал до безумия чётко, каждое движение его плоти в себе, и пульсацию внутри, когда вампир изливался. В глазах у юноши будто вспыхивали фейерверки, тело дрожало. Сил не оставалось от слова совсем, даже не короткий стон или вздох.       Когда вампир отстранился от чуть кровоточащих ранок и облизнул губы, когда Тимур взглянул в его глаза, он понял, что опять кончил без рук и даже не заметил этого.       Рафаэль вышел из него и осторожно уложил в постели. Накрыл одеялом. Поцеловал в уголок губ и коснулся пальцами волос, но все это уже прошло мимо сознания юноши. Он просто лежал и заново пытался осознать своё тело, горячее, ноющее от приятной усталости и удовольствия.       Где-то на полу, среди скинутой одежды, зазвонил телефон, но Тимуру было плевать. Из-под полуопущенных ресниц он смотрел, как Рафаэль, всё ещё обнажённый, с красноватыми следами от особо несдержанных поцелуев на белой коже, пытается сложить смятое покрывало и запоздало задёргивает шторы.       – Теперь мне надо в душ… – пробормотал юноша с интонацией капризного ребёнка. – И поесть. И чаю.       – Да ты, оказывается, лис, а не мышонок, – усмехнулся вампир.       Уже спустя пару минут Тимур стоял в душевой, подпирая своим телом стеклянную стенку, и с улыбкой идиота смотрел на вампира, который с привычным спокойствием водил мыльной губкой по его груди.       – Раф?       – М-м?       – Это правда, что я первый, кому ты позволяешь…?       Тимур не успел даже договорить «быть сверху». Он не знал, почему решил задать сейчас Рафаэлю именно этот вопрос. Видимо, забота с его стороны располагала выудить всё больше и больше признаний… Кому не хочется осознавать себя особенным?       – Да.