Свет алхимии

      По центральной площади Зонебурга сновали люди. Среди них ни чем не выделялся один невысокий юноша. Пришёл он сюда, чтобы прикупить алхимических ингредиентов у травника, чья лавка удачно расположилась в переулке у площади. В центре неё стояла пятиметровая статуя бога торговли, прямо перед которой на деревянном помосте, где обычно выступают артисты, сейчас вещал глашатай.       — Волею городского собрания, бургомистра и совета республики Шварцвальд издан «Указ о инородцах», согласно которому всякий приезжий пред тем как селится в нашем славном граде обязан… — глашатай начал перечислять необходимые охранные грамоты. Но нашему юноше это было неинтересно, ведь как бы он не старался в городе ему не поселиться, хоть он и не эльф. Свернув с площади в переулок, юноша подошёл к лавке травника. Над дверью висела табличка «Травы Йохана». Внутри лавки слышался какой-то шум, секунду промедлив он всё же решился войти. Перед прилавком с травником вёл ожесточённую беседу мужчина.       — Ещё раз повторяю, я не лекарь, а травник, я зелий не варю. Коль изволишь иди к алхимику, он продаст тебе зелье какое хошь, а мои травы лишь боль ей помогут унять. — сказал мужчине травник.       — Дак яж был у алхимика клятого, он мне такую цену заломил, какую и за год не скопишь, а Миланка с ранами уж третий день мучается. А тыж Йохан травы знаешь, так и с зельем верно управишься. — По лицу Йохана было видно, что он уже не раз повторял стоящему перед ним одно, и тоже, и лишь из жалости к старому другу терпит его.       — Берт, мы с детства знакомы, — сказал травник, покручивая пышные седые усы, — и неужто ты думаешь, что если бы я мог помочь тебе, то отвечал бы так. У дочки твоей, не простая хворь, её чудище подрало, и никакие травы, и никакие лекари не помогут. Алхимик тебе нужен, и никто другой, коль рана такая поганая как ты мне сказал.       — Извините, — негромко вмешался в их разговор юноша, — так вышло, что я алхимик и готов буду помочь вашей дочери.       — Ты его знаешь, Йохан? — Не оборачиваясь к юноше, спросил мужчина.       — Немного знаком, — ответил травник, — парень этот нигде не учёный и в подмастерьях не бывший. Не в обиду тебе, — травник обратился юноше, — но я бы не рискнул ему довериться.       — То, что вы сказали не совсем так, — алхимик снял капюшон, до этого скрывавший его лицо. Густые и длинные, светло-русые волосы разлились по плечам, - я хоть и не учился нигде, но и читать, писать умею, а в своём племени я помогал знахарю и зелья лучше него варил, — сказав это, юноша несколько нервно, поправил чёрную повязку из дорогой ткани скрывавшую его глаза.       — Ты спасёшь мою дочку? — Мужчина обернулся, он был сед, а лицо его, обветренное и морщинистое выглядело измождённым.       — Я сделаю всё, что смогу, конечно, если вы предоставите мне нужные травы, и оплатите те травы, что я хотел здесь купить, — юноша говорил быстро и чётко, — ну что по рукам?       — Коль всё, что ты сказал правда, и ты можешь изготовить зелье способное излечить девочку, я тебе нужные травы задаром отдам, — тяжело вздохнув сказал травник.       — Спасибо тебе, брат, сделал ты мне услугу, но и я в долгу не останусь, — Йохан и Берт пожали друг другу руки, — ну вы пока с травами разбирайтесь, а я на улице тебя подожду, парень. А чуть не забыл, зовут то тебя как? — Спросил Берт.       — Меня зовут Свет.       Через полчаса Свет вышел из лавки с полными сумками трав, он вновь закрыл лицо капюшоном.       — Что же я приобрёл все необходимые ингредиенты, у меня есть квартира на окраине города, там есть необходимое оборудование для изготовления зелий. Процесс займёт до пяти часов. Подождите здесь, или встретимся через пять часов на площади, это будет примерно полночь.       — Ты за дурака меня держишь, мальчишка?! Я вас знаю, ты щас уйдёшь и не вернёшься. Так что пойдём вместе, возьмёшь своё оборудование, у меня хата большая, место есть, там и сготовишь.       — Раз вы мне не верите, ничего не поделаешь, хотя и потеряем часть времени зазря. Как говорится, хозяин-барин, заодно и рану смогу изучить пока зелье настоится, — говоря это юноша про себя думал, — хорошо, что травник не сведущ в зельях, а иначе я бы не получил столько дорогих и редких трав задаром. — На самом деле приобретённые травы не касались целебных зелий. Все ингредиенты для оных Свет имел при себе, и стоили они сущие гроши. Впрочем, в этом не было абсолютно ничего преступного, любой другой запросил бы цену раз в десять больше.       Они шли по узким улочкам города к его окраинам. Путь пролегал через весь город до самых стен, где теснились полуразваленные деревянные дома. В одном из таких и жил Свет, вместе с ним жило несколько семей на первом и втором этажах дома, алхимик же расположился в каморке на чердаке. Здесь невозможно было даже стоять в полный рост, на полу лежала звериная шкура и мешок с травами, служивший подушкой. На деревянном ящике, служившим столом, стояли стакан и тарелка с объедками, а справа от них было разложено алхимические принадлежности. Юноша аккуратно сложил их в наплечную сумку, после чего они покинули жалкое жилище.       Они были у избы Берта, когда уже стемнело. Свет вошёл туда и ему в нос ударила нестерпимая вонь гнили. Изба состояла из большой комнаты , центральное положение в которой занимали печь и стол. В углу на соломенной подстилке от боли корчилась девушка лет двадцати.       — Я осмотрю её рану, а после изготовлю эликсир, — Свет сел возле раненной девушки, — поганая рана, её вовремя не промыли. Когда твою дочь так ранили?       — Милка ведь гордость моя, всегда хотела чудищ убивать, с моим сынкой старшим. Ей лет шесть было когда…       — Я не о том спрашиваю, — перебил Берта алхимик, — какое чудище, и сколько дней прошло? — спрашивая это Свет не оборачиваясь смотрел на рану на ноге девушки.       — Волколак, её подрал уж дней шесть как, — ответил мужчина.       — Как я и думал, грязная рана загноилась, и стала причиной её ужасного состояния, а нога начала гнить. — Вынес вердикт алхимик.       — Так что же, ты сможешь ей помочь? — дрожащим голосом спросил мужчина.       — Конечно, но мне всё ещё нужно время на приготовление зелья, — прямо во время разговора юноша выкладывал алхимические принадлежности на стол.       В ступке Свет столок травы, добавил к ним спирт и каплю своей крови. После вылив полученную субстанцию в алхимических кубок, начал кипятить её и читать заклинание, — Я принёс в жертву кровь свою, боги, так слушайте мольбу мою, наделите сей отвар силой целительной, — он повторял заклинание около часа, а затем когда отвар вскипел, снял его с огня и перелил в другой кубок. Жидкость стала прозрачной, словно роса. Комнату наполнил запах трав, от которых клонило в сон, и во тьме мерещились жуткие очертания. За окном ударила молния, осветив молочно белое лицо юноши.       — Сим обрядом я обязуюсь душой заплатить за душу, — голос его стал будто иным. Огонь в печи погас, Берт боялся двинуться, и хату на час заполнила тишина.       — Выйди во двор и принеси в жертву корову, — голос юноши звучал строго, — Твоя дочь умирает, но я выкупил её душу у богов, когда покончишь с жертвой до рассвета оставайся там и молись богу жатвы. Знаешь молитву?       — Как не знать, — мужчина замялся, но мгновение спустя добавил, — с ней всё будет в порядке?       — Если правильно сделаешь свою работу, а я свою, всё будет в порядке, и уже через пару дней она полностью восстановится. А теперь иди, — Свет жестом прогнал крестьянина из избы.       Зелье было готово, но подействует лишь, если душа девушки, которая уже одной ногой в могиле будет отпущена, а в ином случае от неё останется лишь тело без души. Она была отравлена трупным гноем, и всё её тело сгнило изнутри до пояса, жива она до сих пор по чистой случайности. Впрочем, время ещё есть и нельзя торопиться       Свет подошёл к девушке и влил ей в рот эликсир, проследив за тем, как она его проглотила, алхимик сделал ей аккуратный разрез на ладони. Разрез был небольшим, однако кровь хлынула будто из фонтана, юноша прислонился к ране губами и начал глотать кровь. Вскоре, когда кровь перестала литься из руки девушки, Свет отойдя от неё начал читать заклинание. Древняя магия, которую он использовал, звалась магией крови.       Достав из сумки резной ларец из чёрного дерева, юноша не прерывал чтение заклятия. Тем временем тело девушки быстро излечивалось под действием эликсира, ещё немного и даже царапины на ней не останется. И всё же самая тяжёлая часть работы впереди.       Ларец медленно наполнялся кровью, стенания и отчаянные вопли наполнили комнату, заклинатель упал на колени без сил, лицо его приобрело мертвенно бледный цвет, шкатулка же переполнилась и кровь разливалась по полу, алхимик высыхал на глазах, а девушка наполнялась жизнью. И пол, словно красное озеро, и стены, как багровые водопады, и потолок, ставший алым небосводом, всё было покрыто кровью, казалось, что поток её не остановить. Один миг и время будто обратилось вспять, кровь медленно возвращалась в ларец, не оставляя и малейших следов.       Алхимик лежал на полу, он уже не казался таким же иссушенным, но явно исхудал килограмм на десять, неподалёку от него избавленная от страданий девушка ворочалась пытаясь как видно поудобнее устроиться на соломенной подстилке. Лицо её было бледно розовым, тонкие кроваво красные губы и щёки будто натёртые свёклой.       — Она здорова, — кратко подытожил алхимик и потерял сознание. За окном уже кричали первые петухи, солнце осветило поля и нивы, ночь ушла, а с ней и болезнь, и ужас тёмных чар.