Эпоха Бедствий. Истинная угроза

Парень с мешком.

      Где-то вдали сверкнула очередная молния, выпущенная с неба Богом Грозы. Через мгновение раскаты грома начали свой путь вдаль, достигнув странника. Он вздрогнул. Он не был следователем веры племени веннов, но знал и уважал каждый пантеон. Бог Грозы был одним из самых могущественных и справедливых, и хоть парень не считал себя виновным в чем-либо… От Богов ничего не скроешь. Большие капли ливня лупили со всей силы по густой листве деревьев, заставляя ее прогибаться под собой, и перескакивая вода с одного листка на другой формировала небольшие водопады по всему лесу. В тропической местности архипелага Меорэ ливни были сезонным явлением. Они шли сутками, а иногда даже неделями, мешая жителям островов спокойно выполнять свои дела. Хотя с другой стороны – после продолжительных ливней шло время замечательной погоды, и местное население успевало собрать по два, а иногда и по три урожая культур. Такой расклад был явно выгоднее, чем на северном континенте.       Казалось, что вода просачивается сквозь камень, трудно было найти хотя бы клочок сухой земли. Каждый, кто отправился бы в дорогу при такой погоде получил бы ощутимый заряд сырости во всех своих дорожных принадлежностях, которые даже на огне будут сохнуть неправдоподобно долго. Однако, человек с мешком спокойно сидел в углублении на подобие окопа под скалой, греясь от все больше разгоравшегося костра. Ни вода, ни ветер почему-то не доставали костер, и лишь небольшие потоки воздуха все больше и больше раздували его, делая все ярче. Где он нашел сухие дрова для костра, когда ливень шел уже четвертые сутки, или же почему вода не заливала его убежище стремительными потоками, которые стекали с края скалы – это был вопрос. Но некому было его задать. Парень сидел по-вельхски, подогнув обе ноги под себя. Рядом в обнимку сидел мешок, который иногда поглаживал человек. Спустя какое-то время костер достиг своего пика и стал угасать. Из мешка показались толстые бревна какого-то дерева, напоминавшего тис, которые тут же отправились в огонь. Тот весело начал потрескивать, с радостью принимая угощение. Дым от костра направился прямо в лицо парню, от чего тот невольно начал размахивать руками. Он сидел здесь уже несколько часов, сам не зная конкретно что он ждёт. Он знал, что должен быть здесь. Знал. Прошло некоторое время после того, как он покинул замок, ощущая нарастающее чувство тревоги. С победой над сущностью и поражением Гурцата все должно было устаканиться. Конец ужасающей войны, смерть сердца орды, захватившей почти весь северный континент – все это в итоге привело к политическим реформам и образованию и укреплению новых и старых государств. Люди продолжили свою жизнь, облегчённо выдохнув. Однако, что-то было не так. Победа досталась слишком легко. Парень подозревал что исчезновение зла из пещеры не совсем исчезновение, а тем более не смерть. Все было похоже на отлично поставленный спектакль, на отвлечение внимания.       И теперь он здесь, среди густых тропиков, под невероятным ливнем сидит и ждет. В десятке верст находилось одно из самых религиозных мест архипелага. Это было что-то вроде обычной долины, усеянной огромным количеством темного камня. Это были очень странные конструкции, статуи ужасных существ, не похожих на что-либо, множество арок, лестниц в никуда, плит, стоящих на углах и других странных формах. Казалось, что из какой-то целой структуры просто вырезали случайные части и поместили сюда. О создании этого места не было ни записанных легенд, ни историй у племен, живущих рядом, ни записей в библиотеках Великой Аррантиады. Ничего. Но если достаточно узнать культуру и религию народа Меорэ, то становится ясно что это. Врата между сферами, которые встречались по всем континентам. Единственные и наиболее известные широким массам врата находились в Аррантиаде, еще со времен Великой Ночи. Все знали о существовании Нижней и Верхней Аррантиады. Таинственная завеса пропускала немногих, и по каким условиям спорили и спорят до сих пор. Очевидно было, что пройдя завесу человек оказывался в каком-то другом месте. Если же человека не пускало он просто проходил дальше, и ничего не происходило. Проводилось множество экспериментов, и люди, стоящие позади, не видели куда девались люди входящие. Они просто пропадали.       Схожие вещи творились и на архипелаге. Религия племен говорила о нужде в жертвах Темным Богами, дабы избежать появления ужасных тварей, сожравших немало людских душ. Кэрис сидел, неотрывно смотря на костер и размышлял. Врата между сферами здесь работали иначе. По преданиям времен Великой Ночи, удар упавшего тела, которое каждый народ называл по-своему, был настолько сильным, что выбил мир из целостности, разделив на три сферы. Трудно было определить, что конкретно произошло, но факт остается фактом – существовали несколько известных вельху порталов. И, насколько он помнил, звездная карта обычного мира кардинально отличалась от звездной карты Верхней Аррантиады и Велимора. Возможно, это были разные вселенные, если это себе представить, а может сферы различались в пространстве времени на тысячи лет. Только нигде и никогда он до этого момента не слышал о чудищах, которые лезли через эти врата. Он встречал по миру монументальные сооружения из темного камня, а скорее их руины, остатки, которые люди не смогли растащить. Каждое такое место гудит отзвуками силы неведомой ему. Если строить теории, Кэрис поставил бы свой палец на то, что эти врата связаны с другими реальностями. И вот, внутреннее чутье привело его к ним. И это было плохо.

***

Перепутье миров.

      Дикая боль, захлестнувшая его внезапно пропала. Последнее воспоминания о вилах в груди, а дальше – пустота. Открыв глаза, Геральт выдохнул. Все же, он был жив. Или нет? Он понимал, что лежит, но вставать не хотелось. Белые волосы были измазаны кровью, рубаха липла к телу, а грудь немного покалывало. Немного пошевелив ногой, ведьмак вздохнул. Очередной раз его кожаные штаны порвались. Покрутив головой, он резко вскочил на ноги – его потрясло место, где он находился. Туман под ногами простилался в виде дорог к разного размера аркам, выложенных из черного камня. И каждая арка отдавала странным мерцающим свечением. “Зараза. Порталы. Опять.” – мелькнуло у него в голове. Он посмотрел вверх. Ничего. Пустота. Вниз. Ему стало плохо. Непроглядная тьма, и лишь небольшие клочки тумана, на котором он оказался, казалось, спасали его от падения. Падения куда? Где он вообще? Внезапно, медальон озверел, он не то, что дрожал, он взмыл в воздух и сильно вибрировал. Из арки вылезало нечто. Меч, сделанный из серебра, перекочевал в руку ведьмаку, вторая же рука потянулась к сумке с элексирами. Её не оказалось. Сущность походила на призрака, но не имела конкретных очертаний. Лишь расплывчатая дымка в неестественной форме. Мозг начал судорожно перебирать варианты решения проблемы. Очевидным было использовать знак Ирден – удерживающий существ подобных призракам, и небольшой фиолетовый круг уже был перед Геральтом. Масла на мече не было, отваров и элексиров тоже. Мышцы болели. Медальон все так же разрывался.       Существо невероятно быстро устремилось в сторону ведьмака. Его желтые глаза сверкнули и тело начало битву. Он даже не задумывался о своих действиях – у ведьмаков битва с монстрами происходит не то, что на уровне подсознания, а скорее на уровне инстинктов. “Будешь думать во время боя - умрешь”. Перенос центра тяжести на левый носок, рубящее движение снизу вверх по диагонали и одновременный разворот и шаг. Ирден никак не помешал движению чудища, а меч просто прошел сквозь него, не нанеся ни малейшего повреждения. Туман был бы и правда туманом, но вот левый рукав рубахи, немного отлипнув от тела, попросту исчез, коснувшись существа. Дела были плохи. Ведьмак мгновенно сделал небольшой прыжок обеими ногами – чтобы задать инерцию для следующего рывка в нужную сторону без замедления, но чудище просто пролетело дальше и пропало в одной из арок.        Прошел десяток минут. Белоголовый охотник на чудовищ растеряно сидел на перекрестке дорог из тумана и пытался хоть что-нибудь понять. Внезапно, он услышал невероятно громкий звук и какое-то движение сверху. Задрав голову Геральт увидел огромную трещину в пустоте, с которой пробивался в низ туман. Тоже самое происходило и снизу. Казалось, что место, в котором он находится просто разрывалось на куски. Дрожь ощущалась по всему телу, но не было слышно ни звука. Мысль о том, что он оглох быстро отошла в сторону. Нужно было что-то делать. При всей нелюбви к порталам, другого выбора не оставалось. Ведьмак покрыл расстояние до арки размером с человека в два прыжка и погрузился в мерцающую занавесу.

***

Вперед в прошлое.

      Волкодав, казалось, стоял на облаке и смотрел вниз. Туда, где сами в себя складывались три ужасающих зуба, каторга, которую называли Самоцветными Горами. Раньше называли. Вереницы людей бежали по склонам вверх, стараясь убежать от стремительных мечей, бьющих из недр гор, разрубающих камни на своем пути. Он отвернулся. Он знал, что умер. И выполнил просьбу Бога Грозы. И своего меча. Который, кстати, вновь висел у него на спине. А на ножнах сидел мышь. “Неправильно это” – подумал венн, но отбросил эту мысль. Его месть была свершена, и сейчас, как последний из рода он должен был предстать перед Вожаком. Первым.       Огромный Пес стоял на вершине холма, в двух десятках шагов от него. И ждал. В его глазах сияла гордость за своего потомка, и он с молчаливой радостью ждал своего потомка.       Волкодав поклонился. Сделал шаг вперед и… Все что он успел увидеть – удивленные глаза Праотца Рода, и слова, эхом повторяющиеся в голове: “Время зовет тебя. Я буду ждать”. Под ним внезапно появилась дыра, в которую он влетел, после чего все вокруг исчезло. Осталась только пустота, и вскоре венн потерял сознание.