Сильные мира сего

— Сваровски, чего такой хмурый? — лениво спросил Горгоновец, заметив подавленное настроение товарища.       Офицерский состав спецназа сегодня мог позволить себе отдохнуть, на территории все спокойно, от начальства приказов никаких нет. Мужчины расположились в холе гостиницы, в которой снова забурлила жизнь с момента ее закрытия, в следствии войны.              Даня сурово посмотрел на друга. Барс. Уроженец гор и моря, горячая кровь, огненный темперамент. Служит давно, крепок, быстр, позывной получил за выразительные зеленые глаза и ловкость с изворотливостью во время боя, в другое время, как и большая кошка, он вел себя деловито, нерасторопно, ходил мягким, широким шагом, выпячив грудь и самодовольно улыбаясь. В гневе же Барс был страшен, после заданий или, когда мужчина был просто не в духе, даже свои обходили его стороной и лишний раз не нарывались. — Сегодня первую девчонку закончили, — Сваровски остановился и тяжело выдохнул, — у нее тело, что космос — все в синяках, — Даня поджал губы и пристально посмотрел на Барса. — Что смотришь? Брыкалась сильно, но красивая зараза, — солдат довольно заулыбался. Сваровски молчал, тупил взгляд в стол. Дане было чертовски больно и мерзко. С годами он привык к повадкам Горгоновцев пользовать людей, а потом избавляться от них, как от старой потрепанной вещи, но на одной грани души все еще в такие моменты скребли кошки, и царапали они по давно-зажившим шрамам.

***

13 лет назад       Совсем молодой парень, восемнадцать лет, еще мальчишка. Мечтал поступать в академию МВД, стоять на страже правопорядка, наивно и искренне мечтал быть защитником для людей, отдаться благородной профессии. Даня приехал в столицу, родители заплатили за первое полугодие учебы, он заселился в общагу, перебивался подработками, и все шло своим чередом, до рокового дня.              Даня шел к друзьям на квартиру, были они ему однокурсниками, поздно, время близилось к ночи, в спальных районах по вторникам людей нет. Все произошло быстро. Кто-то накидывается сзади, закрывает рот, хватает поперек груди, через мгновение ты уже в отключке.              Ад. Бордель для тех, кто по новостям в бордель не ходит, а еще для тех, кто по понятиям может только трахать, но не любить, для тех, кто не спит с молодыми мальчиками, потому что грех. Каждый здесь мог не боятся показать себя настоящим, воплотить все свои самые безумные фантазии. Сначала Даня, очнувшись и оказавшись под давлением своего потенциального начальства, бросился кричать, что никогда этим заниматься не будет, ни за что добровольно не дастся, потом стал умолять отпустить его и клятвенно заверял, что не пойдет в полицию, на последние заявление сутенеры лишь посмеялись, такая же реакция была и на то, что Даня заявил о своей абсолютной «натуральности», что всю жизнь ему только девочки и нравились, бандиты насмешливо поулюлюкали и отпустили едкие комментарии о чрезмерной манерности и женственности парня.       Даню держали там недели две, благо было лето, не возникло проблем с учебой. Каждый день к нему приходили и ласково уговаривали покорится и принять правила игры, говорили и о деньгах и о том, какие у них хорошие клиенты, что не обидят и буду заваливать подарками, и что нет в этом ничего страшного, больно и страшно только в первый раз, да и как они могут отпустить такого красивого мальчика с такими выдающимися и редкими природными данными, Даня сорок раз себя проклял за то, что родился альбиносом со смазливым лицом и жеманными повадками.       Пройдя все стадии принятия, он согласился, оперируя тем, что хватит уже жить на родительские хлеба, он и сам справится, да и это не так страшно — себя продавать. Как же он тогда ошибался…              За внешность дали кличку «Сваровски», популярным он стал в заведении сразу же, за него иногда чуть ли не дрались, и не соврали ему, через два месяца он уже ездил на машине представительского класса, а через год закончил ремонт в квартире у самого центра.       Только вот подарки и деньги Даня принимал не от потребности, а для того, чтобы создавать себе иллюзию выгоды от его «работы» и окончательно не сойти с ума, уже после первого вечера он сломался. Не мог смотреть себе в глаза и на свое тело, стало казаться, что оно стало чужим и мертвым, по крайней мере кроме как разлагающуюся падаль, от которой несет труповщиной, Сваровски его не видел. Деньги потеряли свою ценность, на службе полиции он себя уже не видел, как может такой человек бороться с преступностью.       Уйти ему не давали. Уходишь, сбегаешь — можешь прощаться с жизнью. Сваровски решил испытать судьбу, все разговоры с клиентами, фактическими, и потенциальными, записывались, так как все посетители были уверены в добровольности «кукол», то можно было бы тайком передать записку с криком о помощи самому, как покажется, честному и добродушному, если такие слова можно сказать в адрес тех, кто пользуется услугами Ада. Даня знал, что за это его могут только наказать, но в живых оставят.              И вот выдался случай. Даня подметил, что каждый месяц в бордель приходит молодая девушка, она услугами не пользовалась, только уходила куда-то с боссом, возвращалась с деньгами, Сваровски был уверен, что в кожаном чемоданчике были именно они. Она показалась ему другой, да, похожей на других чудовищ, но все равно было с ней что-то не так, чужой среди своих.       Даня напросился к их главному в кабинет под предлогом, что вы Леонид Макарыч, как тот сапожник без сапог, вам же тоже нужно расслабляться в чьей-то приятной компании. Он остался в одних шортах, уже опустился перед сутенером на колени, пошло облизываясь и смело глядя в глаза насильника. В кабинет заглянула молоденькая секретарша, она принадлежала только своему боссу. — Леонид Макарович, извините, что прерываю, но к вам Диана Юрьевна, — девушка была откровенной дурочкой, без конца хлопала глазками и крутила на пальцах светлые прядки. Мужчина недовольно рыкнул, потер кулаками глаза. — Пусть заходит. А ты, — обратился босс к Дане, — сиди смирно, молча. Парень быстро закивал и чуть сдвинулся в сторону, положил голову на чужое колено. В кабинет зашла его спасительница. Диана захлопнула за собой дверь и двинулась к дивану, где сидел сутенер. — Без прелюдий, — холодно бросила девушка. — Давай мои деньги, и я ухожу. Леонид поднялся и вышел! Внутри Даня вопил от радости и хлопал в ладоши. Он аккуратно подполз на четвереньках к девушке, на него посмотрели крайне вопросительно, аккуратно достал из кармана маленькую записку, и делая вид, что погладил щиколотку девушки, всунул бумажку ей в кроссовок. Операция выполнена успешно! Можно возвращаться на свое место у дивана. Диана еще немного смотрела на него, а потом будто ничего странного не произошло села на диван и весьма неожиданно начала разглядывать кабинет, будто оказалась в нем в первый раз.       Сваровски не промахнулся. Сегодня его выбрал новый клиент, что раньше в их заведении не был, Даня уже настроился на очередную пытку, как мужчина вышел из спальни, а взамест его в комнату нетороплива вошла Диана.

***

— Для меня нет семьи, нет веры, нет дома, и себе я не принадлежу, когда есть идея, я клянусь служить ей до конца своих дней. Я больше никогда не совру идее, я не совру себе, я никогда не предам идею, я не предам себя, я всегда буду любить идею, я буду любить себя. Я клянусь до своего последнего часа повиноваться Лидерам и признавать их своими отцами, свои богом, своим домом, частью себя. Я прошу своего Лидера принять меня на великую службу ему и идее. Он ревет от боли, к лопатке прижимается раскаленный металл, он сидит на коленях, его трясет, кто-то бросается к нему, Даня стискивает плечи неизвестного и рыдает ему в плечо. На коже навсегда застывает клеймо следом от зубов.

***

      Даня дергается. Барс все также вопросительно на него смотрит. — Ты же знаешь, как я к этому отношусь, — тихо, себе под нос говорит капитан. — Я понимаю, что мне вас не поменять, и я понимаю, что в этом нет ничего плохого, но как же дурно, — мужчина закрыл руками лицо и шумно выдохнул. Барс подсел на диван к Дане, обнял его за плечи. — Надо переговорить с куратором, пусть определят еще кого-нибудь для работы по этим вопросам, чтобы ты меньше смотрел, когда слишком жестко, — солдат крепче сжал Сваровски. — Дань, все нормально. — Прости, я понимаю, что я мыслю неправильно, но ничего не могу собой поделать, мне их жалко, и мне так от этого стыдно. — Не переживай, у тебя травма, ты это понимаешь, мы все это понимаем, Лидеры. Тебе нужно обсудить это с Дианой или Герингом, ты же знаешь, если поговорить, то станет легче, — мужчина постарался ободряюще улыбнутся, Сваровски кое-как выдавил улыбку в ответ. — Я как раз собирался сегодня идти к Эду, правда, по другим вопросам. — А по каким? — Барс очевидно заинтересовался. — Забей, там ничего такого.

***

      На следующий день Сваровски снова приходил, с утра принес завтрак и новую одежду, свободную, Арчи не был высокого роста, рукава почти полностью закрывали ладони, похожую чем-то на пижаму, светлого цвета, был капитан в хорошем расположении духа, много говорил, даже больше обычного, бес конца вскакивал с кровати и садился снова, часто смеялся, в какой-то момент Арчи увидел в этом не хорошее настроение, а нервозное поведение. Второй раз Даня пришел уже в обед, из еды он принес только два куска пирога с вишней, сухо поясняя, что сладкое они едят почти каждый день, начальство считает, что это полезно и правильно. Сваровски выглядел отвратительно, побито и тухло, он молчал, на вопросы отвечал коротко, без энтузиазма, лишь иногда пытался улыбаться, получилось у него откровенно плохо. Арчи понимал причины такого поведения, ему самому было не лучше, спал он тяжело, просыпался через каждые десять минут от ощущения, что его кто-то хватает или того, что в комнате кто-то есть и пристально хищно на него смотрит. С утра он попытался настроится, что нужно досуществовать до рокового момента, а потом все закончится, и у Арчи весьма неплохо получилось воспринимать себя неживым, трупом, бесчувственным, вещью. — Арчи, я сейчас пойду к Герингу, — неуверенно начал капитан, — он как раз где-то здесь сейчас бродит, — Даня замолчал и выжидающе посмотрел, он хотел что- то услышать от принца. — Спасибо. Будем надеяться на лучший вариант, — без каких-либо эмоций ответил юноша, Сваровски обрывисто закивал. — Прости. — О чем ты? — Я все-таки тоже соучастник твоего убийства, как ни крути, — Даня развел руками. — Вроде того. Капитан еще недолго оставался в комнате, потом в какой-то момент резко встал, зачем-то оглядел комнату, метнулся к двери, по пути цепляя все углы, и быстро вышел.       Арчи понимал, что может подставить Даню, единственного человека, кто хотел ему хоть чем- то помочь, но призрачная надежда хотя бы почувствовать свободу влекла к себе с безумной силой. Он почти не пережевывая доел оставшийся кусок пирога, вскочил с кровати и поднял с пола карточку, ту, которой можно открыть его номер. Капитан и не заметил, как она вылетела из его кармана, когда он стукнулся об комод, от чего чуть не упал. Его скорее всего поймают, но он себе не простит, если хотя бы не попытается.              Арчи прислушивается, в коридоре тихо, никого. Прижимает карту, аккуратно выходит, осторожно закрывает дверь, чтобы издать минимум звуков. Куда идти? Арчи решил, что терять уже нечего и пошел быстрым шагом направо. Длинный коридор, поворот, а за ним звук шагов и… Играет музыка? Шаги прекратились. Парень застыл на месте. — Даня, что там у тебя уже случилось? На обеде видел тебя, уже ты был не жив, не мертв, сейчас блеешь мне что-то. Жди меня, как раз, я сейчас иду в свой номер, — раздался тяжелый мужской голос, почти бас, неизвестный, очевидно, говорил с кем-то по телефону, или может по рации? Юноша отмер, когда услышал, что незнакомец идет в его сторону, он бросился бежать. — Эй, кто там носится? — услышал принц за своей спиной. Мужчина бросился бежать за ним, и на огорчение Арчи, бегал неизвестный гораздо быстрее, чем он. Юноша наугад открыл первую попавшуюся дверь, игровая комната, он забежал за бильярд и уперся на него руками, тут же там оказался и охотник. Мужчина, по обычаю здесь, был в черной форме, только если Сваровски можно было в любой момент отправить на построение, то у него были небрежно закатаны рукава и на поясе висела кобура, черная, но прошита была красной строчкой, она была личной, не родной для формы варваров, незнакомец был прекрасно сложен, левая рука рукавом покрыта татуировками, еще он носил классическую бороду, до конца дополняя образ альфанутого и надменного самца, однако неприязни он не вызывал. — Кукла, ты что здесь делаешь? — он внимательно осмотрел Арчи и довольно улыбнулся. — Вышел прогуляться, — он пытался сказать это абсолютно невозмутимо, но голос предательски дрожал. — Забавно, — мужчина усмехнулся, — сыграем? — он указал на бильярдный стол. Арчи замешкался, но быстро придумал, как обернуть сложившуюся ситуацию в свою пользу. — Сыграем. На что? — Хитро. А давай на твою жизнь? — незнакомец смотрел уверенно, понимал, что мальчишка согласится — Я согласен, только еще условие, выиграю — вы не будете меня убивать и выполните одно мое желание, идет? — Ты мне условия ставишь? Ну хорошо. Пожалуй в случае моего выигрыша, я просто потребую желание, ты же не против не лишать меня жизни? — мужчина трагично нахмурил брови, прижал к груди ладонь и обреченно улыбнулся. — Не против, — бросил Арчи и прошел к стойке для киев. Принц боялся, боялся обмана, сделка могла быть фальшивой и ему придется выполнять все желания его в любом случае, он боялся проиграть и прийти к тому же исходу. Мужчина просто развлекался, мариновал жертву. Арчи не заметил, как замер возле стойки, потирая руки. Незнакомец напугал, неожиданно подойдя сзади, хочет сразу дать понять к чему все идет? — У меня не так много времени, меня ждут. — Как вас зовут? — Эдвард. Тебя, малыш? — Кристиан, — без раздумий ответил Арчи, его имя могло стать концом игры. Он одернул рукава, а фиолетовую веревочку протянул по руке вверх. Мужчина ловко взял два кия, один любезно протягивая принцу. — Благодарю. Эдвард подготовил стол к игре. — Ходите первым, — Арчи говорил холодно, с некой строгостью, его опонента это совсем не раздражало, что даже удивляло юношу. — Как скажешь. Эдвард белым битком разбил шары, один, синего цвета, попал в лунку, мужчина улыбнулся, ударил по тому же битку вразрез, по двум близко стоящим друг к другу шарам, но не забил их. — Твой ход. Арчи неторопливо помелил кий, обошел стол, все это время чувствуя неотрывный взгляд мужчины, но не обращая на него внимания. В момент он резко остановился и ударил по красному шару, он толкает прямо в лунку желтый, а сам откатился в сторону, выход! Арчи прошел вдоль стола, удар, забит второй шар. Принц наконец обратил внимание на своего соперника, тот изо всех сил старался не выдать своего недовольства, что получалось у него отвратительно. — Мой папа любил играть в бильярд, — начал Арчи, в это же время вновь принялся намеливать кий, — и меня с братом учил. У моего брата дурно получалось, а я был неплохим учеником. Арчи бьет еще раз, по зеленому шару, парень снова забил. — Тебе сколько лет? — Девятнадцать, а что? — Познакомится с тобой хочу, поближе, — Эдвард подходит к Арчи и аккуратно касается его руки, боится спугнуть? — ты где-то учился? — В этом году собирался поступать, на кого не знаю, родители хотели, чтобы я стал военным. Принц ударил, но в этот раз не попал. — Слишком хрупкий ты для службы, а если и воевать не за что, так вообще в этом нет никакого смысла. — Почему вы решили, что мне было бы не за что воевать? — Было б за что, уже б пошел, — в этот раз мужчина ответил твердо, без игривости и лукавства. Эдвард уверенно бьет, шар в лунке. Арчи слегка напрягся, близость мужчины пугала, он принялся обходить стол, но его начали «преследовать». — А вы? У вас есть профильное образование? — Есть, дипломат я. Мне это было интересно, мои родители были согласны на все, что угодно. Как-то для интереса я заявил им, что стану глиномесом, они этому удивились, но прекрасно приняли. — Вам повезло с родителями, — юноша с трудом сдерживал внутри себя смертельную грусть, теперь у него нет семьи, даже той, что была раньше. Мужчина в этот раз промахнулся. — А у тебя были проблемы в семье? — По крайней мере все считали, что их нет, возможно они правы, но я во многом не понимал своих родителей. Арчи прицеливается, еще один балл в его пользу. Следующий удар, два шара попадают в лунки. — Ну ты точно не любитель. Следующий ход помог принцу лишь отыграть, создать Эдварду максимально неудобное положение шаров, однако мужчина забивает, на второй раз проваливается, кий соскакивает с шара. — Ты уже «был» с кем-то? Арчи нервно дергается. — Нет. Принц снова забил, второй раз тоже вышло, но потом ход все же перешел, Эдвард не попал. Арчи напрягся, до боли сжал кий и не сводил взгляда с шарика. — Если ты не промахнешься, тогда выиграешь. Мужчина невесомо коснулся его спины. Удар, победа… Арчи не может в это поверить — И какого твое желание? — Я подумаю, — совсем шепотом ответил парень, он даже не рассчитывал, что выиграет сделку, по-настоящему выиграет. Эдвард спародировал мягкую улыбку, смотрел он обиженно и как-то разочаровано. — Еще увидимся, Кристиан.