Сильные мира сего

      Какие же оказывается сокровища водятся у них! Эдвард не ожидал встретить мальчика, что так хорошо делал вид, что не боялся его, почти уверенно говорил, так держался, очень мило, забавно. А какое же он очаровательное создание!       Геринг в приподнятом настроении прошел в свой номер. В гостинице для «особых» пленных он тоже имел свои «комнаты», мужчина терпеть не мог секс в чужих постелях. На его кровати сидел Даня, он нервно потирал колени и смотрел в одну точку перед собой. — Дань, я уже искренне за тебя переживаю, — обеспокоенно сказал Эд. — Прости, что не сказал раньше, и вообще в этом никто не виноват, — затараторил капитан, — не ругайся сильно, ты ж знаешь, ну не могу я не жалеть их, я к мальчику вообще проникся как-то по-своему. — Что случилось? — не выдержал генерал, настроение все ухудшалось. — Царский сын жив, и он здесь. — Что? — Эдвард не сразу осознал сказанное Сваровски. — Какой? — Старший, Арчи, — тихо отозвался Даня. Геринг нахмурился, совсем плохого ничего не случилось, однако его приказ был не выполнен, что совсем не радовало генерала. — Убейте его, в чем проблема? — Хорошо, — шепотом. — Дань, а что это у нас по коридорам всякие мальчики бегают? Сваровски был удивлен, что Эдвард так быстро забыл об их проступке с наследником. Генерал прошел к письменному столу, на нем стояли бутылки с водой, хотелось пить, очень. — Вот, карточка, я завел его в номер, — Геринг протянул капитану ключ-карту. Даня быстро ощупал карманы. — А что за номер? — Сто двадцать седьмой. Сваровски замер, это Арчи. Они виделись! Каким образом принц сбежал? Геринг не узнал, кто он? Его генерал просто провел мальчика или… — Он мне понравился. Очень, — Эдвард расплылся в улыбке. — Знаешь, если б не обстоятельства, я бы поухаживал за ним, он заинтересовал бы меня не только в сексуальном плане. Ну что ж, имеем, что имеем. Хочу его. Приведи его через часа три, — мужчина размял усталые плечи, потер шею и принялся снимать кобуру, а следом ремень. С каждым словом Даня все больше терялся в своих мыслях и внутри него все сжималось, он слишком нервничал. — Эд, такое дело, я не смогу выполнить оба твоих приказа, а только один. Геринг остановился, удивленно глянул на Даню. — Что за ребусы? В чем дело? Конкретно говори. Сваровски уперся руками о кровать и в ответ посмотрел на генерала, очень осторожно. — Тот, кто тебе приглянулся является принцем Айлия, — бросил капитан и крепко сомкнул губы. — Интересно получается, — Эд задумчиво потер подбородок.

***

      Как только за Арчи захлопнулась дверь, он тут же бросился на кровать, закутался в одеяло и закрыл глаза. Дышать было боязно. Он уже привык к простому Дане, что не представлял никакой угрозы, почти смирился с мелким узором на потолке, что он видел каждый раз, просыпаясь от кошмаров, а тут появился это мужчина, который пугал, хоть и не казался совсем уж зверем. Хотя на что он рассчитывал? Сбежать из номера, и не встретить никого в треклятой гостинице? Ему еще повезло, что он нарвался именно на Эдварда. Он ничего плохого ему не сделал, так он себе еще и желание выиграл, эта мысль немного радовала. Он сможет спастии его от смерти? А нужно ли самому Арчи это…       Он так и пролежал, не двигаясь, лишь подтягивал сильнее ноги к груди и крепче сжимал одеяло. В комнату зашли. — Арчи? — раздался знакомый голос капитана. — Я поговорил с Герингом, прости, что раньше не зашел, занят был. Арчи наконец расслабился, его приговор уже вынесен. Где же ты, холодная пуля? Юноша сел на кровати. — Он хочет тебя к себе. Парень изменился в лице. Что это все значит? Может их главный хочет сам его убить? О других вариантах и думать не хотелось. — Зачем? — Ну, а ты, как думаешь? — Даня неловко улыбнулся, тут же стушевался, и опустил взгляд.       Принц не хотел в это верить. Он только начал думать, что фортуна на его стороне, как все снова стало хуже некуда. Он не сможет, не переживет. Делить постель с садистом, последним бандитом, с убийцей его родителей. — Убей меня, — на глаза навернулись слезы. — Умоляю, убей! — Арчи бросился к капитану, упал на колени. — Прошу, — он заплакал. — Эй, эй, — Даня сам опустился на пол и сжал плечи парня. — Тише, — он прижал его к себе. — Не все так плохо, я думал, что он прикажет казнить тебя, но нет, это странно, может он отпустит тебя, после всего. Ну, не плачь, это не так страшно. Закроешь глаза, потерпишь немного и все.       Арчи не слушал, он был благодарен Дане за многое, но сейчас он казался предателем, неужели его так сильно накажут, если он убьет Арчи сейчас? Он до последнего не верил, что МОВ являются теми безпринципными тварями, какими их все называли. Он доказывал всем: друзьям, родителям, другим знакомым, что Орган трех властей действительно хочет спасти человечество, что их идеология истинна и может вытащить мир из того мрака, в котором он оказался. Отец упорно называл их варварами, а Арчи обижался, словно оскорбили его самого. Насильники, тираны, дьяволы, но только не спасители. — Я не хочу, — снова захныкал принц. — Давай, встаем, умоешься и пойдем. Чем быстрее начнется, тем быстрее все закончится.

***

      Эдвард принял решение, он прикажет казнить его или даже убьет сам, но позже, от этого ничего не изменится. Несмотря на уверенность в своем выборе, он все еще метался, а в голове шипело белым шумом тяжелое волнение. Что-то было не так. Нужно выговорится, высказать все свои мысли, получить ответ. Геринг судорожно начал набирать номер своего Лидера. — Диана, привет. Все хорошо, почти, я сомневаюсь в себе. Я не понимаю, чего я хочу.

***

      Даня крепко держал за плечо Арчи, они были почти у номера генерала. На лице юноши теперь было спокойствие, как у покойного.

***

— А если, что-то пойдет не так? Я не смогу убить. В дверь постучали. Тихое «У тебя все получится, все будет хорошо» в трубке, вызов завершен. — Входите. Арчи на негнущихся ногах зашел в спальню, он с опаской глянул на своего палача. — Это вы? — как же тесен мир. — Вот мы и снова встретились. Эдвард мягко улыбнулся принцу, положил телефон на стол и подошел ближе к парню. Мальчик был удивлен, это было прекрасно видно по его лицу. — Проходи, — Геринг указал вглубь комнаты, — мне должны скоро принести ужин, надеюсь ты разделишь его со мной. Арчи очнулся от своего шока и мелкими шагами дошел до кровати, неловко сел на нее, едва не завалившись в сторону. — Я вот спросить у тебя хотел, ты уверен, что твое имя Кристиан? — начал Эдвард, загадочно улыбаясь. — Я думаю вы и сами знаете, что мое имя другое, — Арчи все больше приходил в себя, и решил снова прибегнуть к тактике — быть холоднее ко всему и вести себя чуть нагло, — зачем издеваетесь? — Снова у котенка режутся зубы? — генерал усмехнулся. Звучало обидно. — Вы же не просто так оставили меня в живых? Не лучше ли сразу приступить к делу? — Арчи расправил плечи, вздернул голову, а все внутренности дрожат. — Может быть я не могу без свиданий, бесед и прочих прелюдий. — У вас какие-то проблемы? — Арчи невинно улыбнулся, хлопая золотистыми ресницами. Эдвард цокнул языком и весело ухмыльнулся. Геринг выпил воды и подошел к Арчи. Совсем близко. Опасно близко. — Можешь не бояться меня, я не сделаю тебе ничего плохого.       Принц смутился, на мгновение глаза выдали его истинное состояние, но сразу же вернулась его маска спокойствия и равнодушия. Этого человека не обманешь, он лезет в душу, читает ее, и может сделать с ней, что угодно.       Без стука в номер вошли. Две молоденькие девушки принесли ужин. У одной был поднос с едой на двоих и стаканами, а другая держала графин с красной жидкостью. — Вино? — спросил юноша. — Я не пью. Гранатовый сок. Девушки поставили еду на стол, что стоял рядом с кроватью, и скоро ушли. Эдвард медленно провел по щеке Арчи, подошел к столу. Закинул в рот несколько ягод винограда. — Что со мной будет потом? — Военная тайна, — очередь генералу ехидно улыбаться. — Ты голоден? — Да. Арчи сбросил с ног кроссовки, что ему выдал Даня вместе с одеждой, на четвереньках подполз к блюдам, нарочно слишком плавно и медленно, Геринг также нарочно велся и не сводил глаз с принца. Арчи принялся элегантно, вспомнив все правила столового этикета, что только знал, есть рыбу. — Как ты относишься к нашей идеологии? — Положительно. Раньше относился, до того, как встретил вас, — отрезал юноша. — Причем же поведение последователей к самим учениям? — генерал был серьезен. — Хотя мы чинно соблюдаем все каноны и следуем нашим идеалам. Принц чуть не подавился. — Вы варварским методом захватили чужую страну и хотите навести здесь свои дикие порядки! А ваша идеология ставит во главе стола благородство и человеколюбие! — Арчи был искренне возмущен. — Мы осознанно идем на радикальные меры и определенные жертвы, чтобы потом, будущие поколения жили в лучшем мире. Мы уверены в своих идеалах, своих решениях. Война забудется, погибших забудут, переживая о живых, мы сделаем все, что в наших силах, чтобы доказать людям то, что мы хотим для них лучшего.       Геринг говорил вдохновенно и вкладывал в каждое свое слово особую интонацию, смысл. Арчи старался пропустить всю речь мужчины через себя, его слова привлекали, в них хотелось верить, но как же мерзко они звучали при всех тех мыслях и воспоминаниях, что терзали парня. — Я хочу сок.       Эдвард ухмыльнулся, тяжело вздохнул. Налил напиток в стакан и поставил его возле тарелки мальчика. Опустил ладонь на его плечо, он вздрогнул. Впивался взглядом, рассматривал кожу, болезненно бледную и тонкую, раньше она была другой, генерал был в этом уверен, а сейчас паутинки вен можно было разглядеть невооруженным глазом. Красив, дьявольски хорош! Но не хотелось сжать до боли, целовать шею, развести ноги, довести до дрожи и крика, ничего не хотелось. Мальчик казался старой фарфоровой статуэткой — смотреть приятно до безумия, хочется себе, ценишь, как зеницу ока, бережешь, иногда аккуратно сдуваешь пыль, но не трогаешь, не хочется, да и не зачем. Странное ощущение. — Часто к вам мальчики ходят? — Арчи закончил есть, оперся рукой о кровать, в руке держал сок. Геринг дернул головой, чуть сильнее сжал чужое плечо. — Ревнуешь? — как-то слишком серьезно сказал Эдвард, от неожиданности. — Хочу понять насколько вы безнравственны. Геринг усмехнулся, сухо, почти обиженно. Он уже давно стал другим.

***

10 лет назад       Тренировочный зал. Обычно здесь практиковали рукопашный бой, иногда с ножом и прочими вспомогательными предметами. Одна его часть полностью застелена синими матами, на одной из стен роспись граффити, не очень аккуратная, видно, что любительская. — Барс, ты едешь завтра на задание? Двое мужчин по-турецки сидели на полу и спокойно вели беседу, когда вокруг все чем-то занимались. — Конечно. Такой масштаб и пропустить? Ни за что. Миш, а ты не знаешь, кто из Лидеров будет командиром? А то Диана, блин, интригу до последнего хранит. Они одновременно глянули на девушку, что стояла у дверей, опершись на стену. В зал вошел Эдвард, он надменно осмотрел каждого и натянуто улыбнулся Диане. — Клянусь придушу его когда-нибудь, — страстно, со злостью, бросил Барс. — Да не бесись так, рано ли поздно Диана фашика сама расстреляет. — Вряд ли.       Будущий спецназ ежедневно оттачивал свое мастерство и делал все, чтобы быть в хорошей, нужной форме. Жили в «казармах». Бросали квартиры, дома, семьи, приезжали с другой страны, лишь бы служить делу. После серьезных тренировок все были в синяках, ссадинах, а то и ранах. До переломов было. Сегодня все были расслаблены и бредили завтрашней операцией, поэтому друг друга жалели и боролись не в полную силу. Работали над собой все, только Эдвард ни разу не поучаствовал в схватке, а лишь терся возле Дианы и всем своим видом показывал недовольство от происходящего. Он закатывал глаза, гадко усмехался, бросал колкие комментарии и все бурчал о чем-то их Лидеру. Все уже привыкли к такому поведению Геринга и особо не жаловались. — Завтра вас поведет Эдвард, — весьма торжественно сказала Диана. Тишина, каждый молчал, все замерли, только сам Эдвард довольно улыбался и слегка покачивался. Девушка еще немного постояла в зале, пожелала всем удачи и вышла. — Сил моих больше нет, — грозно рявкнул Барс и со всей дури пнул мат. — Что же тебя не устраивает? — елейно спросил Эдвард, на пятках поворачиваясь к воину. Барс молчал, не хотелось разводить ссор. Геринг сжал кулаки и подошел ближе к нему. — Я задал тебе вопрос, ты обязан отвечать своему Лидеру. — Не заигрывайся, — сказал молодой парень из группы, — тебя за Лидера никто не считает, если б не Диана Юрьевна, то с тобой бы и в одной комнате не находился бы никто, настолько противно. Эд тут же бросился к его обвинителю. Мужчина был в гневе, грудь вздымалась, глаза горят. — Что? Правду слышать так неприятно? Тебя бы по-хорошему наказать так же, как и всех, тебя даже выше других Лидеров ставят, а на самом же деле ты никто, пустое место, только и умеешь, что орать на всех и издеваться. Как тогда, на Азуре, ты сбежал, смерти своей испугался? А я и каждый здесь боимся смерти чужой, своего друга, своего Лидера. А ты просто жалкий трус! Эдвард, что было силы бьет по лицу, скула у парня разбита, сам без сознания. — Я не могу больше терпеть! — чуть ли ни кричит Барс и сам кидается на Геринга, бьет сильно, по груди, голове, заламывает, достойный отпор он и не ждал, их «лидер» отвратителен в борьбе, да и в любом бою и противостоянии. К нему присоединяются еще несколько человек. Геринг пытался вырваться, но все тщетно, а как же страшно… Его прижимают к стене животом, держат по обоим рукам. — Сорвите с него футболку. Нет в тебе ни капли благородства и чести, — Барс подходит ближе, слышен тихий лязг метала. — Знаешь, поговорка есть, как корабль назовешь, так он и поплывет?       Он никогда не испытывал такой боли. Прямо на фиолетовых синяках была аккуратно вырезана ножом свастика.       Это твое клеймо, Эдвард.

***

— Можешь не волноваться, я слишком переборчив, — Эдвард развел руками. — Какая честь, что вы выбрали меня, — все так же гордо говорил Арчи. Тяжелая рука генерала на шее. Он сможет это пережить.