Дориан - новая история

- Как, Гарри, у тебя есть еще одна кузина? – пораженно воскликнул Дориан. - О, да! – лорд Генри с улыбкой затянулся папиросой. – Она чудо, вы подружитесь, мой друг. Он принялся рассказывать о дочери своего дяди. Как выяснилось, родной дядя лорда Генри жил в Америке, точнее, имел там несколько заводов по выпуску товаров массового потребления, но война Юга и Севера вынудила его перевести все свое производство в Канаду, дабы в эту самую войну не вмешиваться. Там дядя и выдал свою единственную дочь Анну Марию Наталию за некоего Уильяма Тернера, владельца золотых приисков на Аляске. Увы, дядя уже почил, а кузина Энни – так ее называли в семье – овдовела уже довольно давно, но лишь недавно решила вернуться в Англию, предварительно посетив Испанию, Португалию, Италию и Грецию, длительное время она также жила в России и на острове Крит. Одна из причин приезда миссис Тернер ее прелестная дочь Аланна София Френсис Элизабет Тернер, ибо девочке скоро сровняется четырнадцать, а выдать замуж красотку и наследницу можно где угодно. Но покойный отец очень хотел видеть мужем внучки настоящего лондонского денди. Дориан усмехнулся: уж не прочил ли милый Гарри малышку ему в жены? Хотя кто знает, если она и правда красива… хуже только, что растили и воспитывали ее монахини францисканского ордена в Испании, пока вдова разъезжала по разным странам, так что представить невесту строгого испанского воспитания – скулы сведет от правильности и благочестия. С другой стороны, наследство в виде приисков и безупречная репутация позволит закрыть глаза на такой недостаток, как красота. - Ах, вот и Энни! – прервал его размышления хозяин дома. Вдове было, наверное, за тридцать, держалась же она просто с зашкаливающим чувством собственного достоинства, даже серые глаза холоднее льдин северного океана. Недурна собой, но внешность скорее значительная, нежели привлекательная, фигура женственна, лиловое закрытое платье подчеркивает яркость лица и в особенности темно-русых волос, но, пожалуй, вдова слишком высока, только дюймов на пять ниже них с Гарри. Поклоны, лобзания ее крупных, но красивых рук (Дориан успел заметить огромный, во всю фалангу, серебряный перстень, украшенный россыпью великолепных самородных аметистов, в ушах же ее висели такого же размера серьги с не менее великолепными камнями). Миссис Тернер позволила тонкой улыбке скривить ее пухлые мягко очерченные губы: - Вижу, что вы ценитель, мистер Грей. Упреждая ваш вопрос, на гарнитур пущена самородная уральская друза, знаменитейший российский ювелир создал сие произведение искусства на мой двадцатый день рождения… ах, как же это было давно! - Что вы, дорогая миссис Тернер, я решил бы, что достославное событие было только вчера, - мгновенно расшаркался Дориан, - вы прекраснее тех роз, что в изобилии растут в моем саду. - Ну, тут я полагаю, мистер Грей, дело как раз в том, что я-то в единственном экземпляре, всякое изобилие вредно. Дориана так и подмывало расхохотаться: сколь изящно кузина Гарри ставила его на место, это не Эльза с ее ядовитыми эпиграммами, что без контекста не стоили бы и ломанного гроша, но сложно ожидать иного от женщины, что не только не спустила состояние почившего отца и усопшего супруга, а сумела даже его приумножить, глупым людям подобное не дано. Пришла неожиданно логичная мысль о том, что неплохо бы жениться на ее дочери, состояние позволит жить еще ярче, а бесцветная юная жена не вызовет у него никаких чувств, он будет столь же свободен. Именно в этот момент девушка вошла в комнату вослед за своей яркой матерью, Грей взглянул на нее и невольно задержал взгляд, бледнея все больше и больше. - Что с тобой, милый Дориан, ты нездоров? - Нет-нет, Гарри, все в порядке.., - поспешил заверить он друга, все еще не сводя глаз с юной Аланны, что была так похожа на его Сибилу Вейн. Долгое время проведшая в пансионе на попечении монахинь, она и сейчас была одета как принято в подобных заведениях: платье лучшего китайского шелка было цвета глубокого синего сапфира, но закрыто от шеи до лодыжек, оживляли же его белые венецианские кружева. Гладко зачесанные за уши золотисто-каштановые локоны струились по плечам и спине, служа столь изысканным украшением, что даже крошечные сапфировые серьги не добавляли, а лишь подчеркивали красоту юности. Белую кожу девушка явно унаследовала от матери, но если лицо и руки миссис Тернер были цвета слоновой кости, то нежнейшее личико Аланны было как благородный фарфор, а стыдливый румянец придавал ей сходство с ожившей куклой какого-нибудь великого мастера. Безупречная в манерах, мисс Тернер сделала лорду и гостям глубокий реверанс, мягко и нараспев произнеся приветствие. - Дитя моя, ты прекрасна как ангел небесный, - Гарри подошел к девушке и запечатлел на ее чистом, как лепесток лилии, лбу родственный поцелуй. – Расскажи нам что-нибудь о сестрах, что растили тебя. Длинные пушистые ресницы так и не поднялись, Аланна все время стояла потупив взор, ибо держать глаза долу подобает любому отроку, но нежный, как флейта, голосок ответил лорду Уоттону очень тихо, но отчетливо, как и полагается истинной благовоспитанной леди: - Ах, право, дядюшка, я и не знаю, что же вам рассказать, что может быть интересно столь блестящему обществу… - Ну хотя бы прочитай нам стихи, мое прелестное создание, я слишком долго не слышал твоего дивного голоса, либо сыграй что-нибудь – мой друг мистер Грей обожает пьесы в четыре руки, он жаждет твоей помощи. - Это была бы милость провидения, если бы вы согласились, мисс Тернер, - пылко, но в рамках приличия, воскликнул Дориан, поднося к губам маленькую горячую ручку. - Благодарю Вас за столь щедрое приглашение, мистер Грей, - все так же тихо, но отчетливо, отозвалось это юное воплощение грез. Даже поразительно, что у такой решительной, но далеко не самой красивой матери, появилась на свет столь очаровательная дочь. Дориан понял, что, случись ему встретить Сибилу в подобных обстоятельствах, он, несомненно, был бы давно и бесповоротно на ней женат, ведь каждому все же подобает брать женщину своего круга. Аланна не казалась ему пресной и предсказуемой, напротив, в этом неиспорченном ребенке таились такие глубины, что Грею очень хотелось день за днем разгадывать ее загадки, идя все дальше и дальше, глубже и глубже. - И все же. прочти какие-нибудь стихи, дитя мое, - попросил лорд Генри, - право, я обожаю, когда ты вкладываешь в них свои непорочные чувства. - Читай, - разрешила миссис Тернер, - но не из «Фауста», дядя ведь уже слышал, как ты поешь песню Гретхен. Аланна сделала реверанс, затем чуть откинула голову – зеленые, как прозрачный хризопраз, глаза тотчас наполнились каким-то ей одной ведомым мечтанием. – и начала читать Лопе де Вега: - Зажечься страстью, видя страсть чужую, Иль ревновать, еще не полюбив – Хоть бог любви хитер и прихотлив, Он редко хитрость измышлял такую… Письмо прекрасной графини Дианы из «Собаки на сене» неожиданно совершенно очаровало и заворожило Дориана, потому что девочка эта была рождена для сцены, и именно сейчас она смотрелась идеалом не только красоты, но и чувственности. Дианой она и была, даже большей Дианой, нежели Эльза вчера была Артемидой, и Дориан невольно зааплодировал, когда письмо было дочитано, девушка же в очередной раз присела в реверансе. - Умоляю, мисс Тернер, сыграйте со мной какие-либо пьесы, - склонился он перед прелестной чтицей, - вы просто не можете отказать своему столь неожиданно явившемуся поклоннику. Я покорен на веки вечные. Нежная куколка тотчас вспыхнула до самых корней своих густых прекрасных волос, но вмешалась мать: - Вы утомили мою дочь, мистер Грей, нехорошо. Гарри, пусть девочку проводят в комнату, где она сможет отдохнуть. - Ты совершенно права, дорогая кузина, нечто прекрасное надлежит подавать теми же порциями, что аперитив, иначе все мы рискуем пресытится и более не проглотить ни куска из прекрасной чаши жизни. Аланну увела в гостевую комнату служанка лорда Генри, и Дориан тотчас пал на колени перед вдовой: - Миссис Тернер, прошу у вас руки вашей дочери, смиренно молю не отказывать мне в этом… «Потому что она столь мила, а прииски столь златоносны…» - …ибо едва ли смогу жить без этого нежного ангела. «…особенно если приданое уплывет!» Дориан не сомневался в том, что брак будет приятен, а влюбиться в эту девушку он точно не сможет никогда, следовательно, никаких проблем в его жизни не возникнет, только чистое удовольствие. Вдова чуть нахмурила густые брови, но уголки ее рта предательски загнулись вверх: - Мистер Грей, вы невыносимы и ведете себя просто отвратительно.., - эта загадочная женщина сделала эффектную паузу, - но я готова дать вам шанс исправится, только благодаря вашей небесной красоте. Можете оказывать моей дочери знаки внимания, но исключительно в рамках хорошего тона. Грей поднялся с колен, втайне торжествуя: только что начался новый этап его жизни, приобретение нового и интересного опыта. Гарри курил, глаза его так и плясали.