Вампирская нация

Вокруг площади образовалась толпа. Вампиры, их слуги и люди внимали каждому слову охотника. – Спустя почти тридцать лет нам удалось завершить дело «Голодной бойни»!– зеваки захлопали и засвистели, Мигель поклонился, наслаждаясь своим превосходством.– Как вам известно — этот инцидент был самым скандальным в истории вампиров. У меня нет подходящих слов, которые могли бы охарактеризовать это отвратительное преступление. То, что совершила София Да-Ркар — равняется предательству нации. Васильку должно быть стыдно за то, что она предпочла кормиться своими братьями и сёстрами. Толпа загудела. Кто-то кричали оскорбления в адрес вампирши, кто-то свистели и размахивали руками. Некоторые молчали и пытались не терять самообладания. – Нарушительница должна быть казнена!– зеваки радостно подхватили клич, создавая суету.

***

Семейство волшебного домика сидели в одиночных камерах. Точнее — вампирша сидела одна, а ведьмы — вместе. Их разделяла решётка. Впервые василёк жалела, что у неё не проснулся зверский голод, который помог бы высвободиться из этой вонючей дыры. Агата сидела спиной к Софии со сложенными на коленях руками. Да-Ркар подсела к перегородке и наклонилась как можно ближе: так, чтобы тётя услышала. Вампирша прошептала: – Эй, тётя Агата,– чуть громче.– Агата. Вы слышите меня? Ведьма не шевелилась. В сломанное окно под потолком влетели несколько снежинок. Они приземлились на белоснежные волосы Амелии, словно звëзды во время белой ночи. Её лицо выражало умиротворение: опущенные ресницы и приподнятые уголки губ. Кажется, ведьмы и правда сейчас были в лучшем месте. – Амелия. Анита,– снова попробовала позвать София. Клетка отворилась. Вошёл Мигель. – Прошу на выход, госпожа Да-Ркар,– с издёвкой произнёс охотник и делано поклонился.– Публика ждёт. – Я не пойду. – Прошу прощения, госпожа, но я не могу позволить Вашим родственницам умирать без Вас. Будьте так добры, составьте им компанию. София осталась на месте. – Что ж. Вам всё равно придётся выйти на эшафот. Прежде чем Мигель успел взяться за перехлёст цепей на спине девушки, та увернулась и прицелилась головой куда-то в область солнечного сплетения. Но охотник на то и охотник, чтобы реагировать быстро и наносить точный удар. Он отпрыгнул и таки взялся за цепь. – У Вас нет другого выбора,– Грас потянул вверх.– Своё право быть свободной Вы уже потеряли. Вокруг помоста толпились зеваки. Все те люди и вампиры, которые боялись за свои жизни — теперь радовались. Мигель приказал ведьмам заковать василька, и они повиновались ему. Амелия вела подругу, держа за цепь, к эшафоту. На высокой сцене стояли два столба. Ведьма сняла с Софии оковы, но продолжала держать. Вампирша попыталась вырваться, схватившись за синяк подруги. Но та даже не вздрогнула, ресницы были опущены. – Амелия, зачем ты это делаешь? Но Амелия не ответила. Да-Ркар до последнего надеялась, что ведьма всего лишь притворяется и сейчас, вот в этот самый момент, выйдет из роли и поможет. Но этого не произошло. Тётушки Агата и Анита взяли василька за руки и потянули в разные стороны, к стоящим друг напротив другу столбам.  София вырывалась: дёргала руками и ногами, пыталась укусить. Но тётушки не отпускали — заклятие, которое связывало ведьм и Мигеля, придавало им сил. Висящие на петлях кандалы обвили запястья и икры. София стояла между столбами, приняв форму звезды — с расставленными в стороны ногами и руками. Это приближалось. Когда ты понимаешь, что очень скоро произойдёт что-то ужасное — желудок наполняется холодом, а снаружи, наоборот, — становится жарко, и сердце заходится в бешеном ритме. Это приближалось. Мигель держал клинок с длинным, блестящем в зимнем солнце, лезвием. Мужчина приблизился и положил плоскую сторону оружия на плечо вампирши. – У тебя есть право на последнее слово, василёк. К слову, твоё единственное оставшееся право. – Я выгрызу твоё сердце,– прорычала София. – На здоровье,– улыбнулся охотник. Клинок засвистел в воздухе. Позвонок цепи ударился о деревянный помост.