Мотыльки

Мало кто в Мондштадте не знал господина Чжун Ли. Невероятной красоты мужчина, словно ожившая древнегреческая статуя, обладающий в обществе весьма солидным влиянием как добропорядочный бизнесмен, не стесняющийся жертвовать большие суммы денег на благотворительность. Его обожали все - мужчины, женщины, дети и даже старики. Порой он даже навещал дома престарелых и интернаты, дабы выполнить маленькие желания одиноких людей. "Об этих людях некому заботиться. Значит, о них заботиться буду я", - эта фраза настолько въелась в сознание людей, что ассоциировать доброту с кем-то, кроме прекрасного темноволосого мужчины с невероятно манящими золотыми глазами, было невозможно. Однако, как известно, у каждой медали - две стороны. И если одна сияет драгоценным золотом в лучах дневного солнца, вторая поблескивает окровавленной частью глубокой ночью, когда мирные жители уже давно ночевали в своих теплых постелях или прожигали жизни в дорогих ночных клубах. Результат в любом случае был один - ни те, ни другие не подозревали о том, что по ночам в город выходил Моракс. Мужчина, знающий себе цену. Мужчина, что ещё в восемнадцать лет подмял под себя преступный мир Китая, плавно перетекая на соседние государства. Тот, в чьей силе нельзя было усомниться, ровно как и в величии. Не зря ведь некоторые личности, пребывая в глубочайшем трепете, называют Моракса не иначе, как "его величество архонт". Тот, кто по силе может сравниться с богами. Или... Он и был богом? Ответ на этот вопрос никогда не был озвучен - и никогда не будет. Моракс не собирается демонстрировать свою полную силу любому желающему. То, что у него есть - приятный бонус к влиянию. Средство, что помогает удерживать власть в своих руках... И добиваться того, чего желает его человеческое сердце. А в последнее время оно желало только одного. Точнее сказать... Только одну. Чжун Ли казалось, что это какое-то помешательство. Или действие наркотика, который ему незаметно подмешали в чай, хотя он всегда тщательно проверяет любые напитки, которые ему приносят или наливают с чужих рук. С его работой всегда нужно было быть начеку. Так какого черта с ним происходит, если это - не какая-нибудь дурманящая дрянь? Он не мог выкинуть из головы ту самую девушку, случайно увиденную в "Доле Ангелов". Пусть он не успел толком разглядеть её целиком, он запомнил мелочи - звонкий голос, волосы, мягкими волнами спускающимися по плечам... И глаза. Глаза цвета насыщенного янтаря. Глаза, в которых можно было утонуть. Настолько живые, настолько выразительные, настолько... Невероятные. И в тот день ему было крайне жаль, что дела увели его из бара слишком рано и он не успел даже узнать её имя... Ему хотелось, ужасно хотелось запечатлеть образ незнакомки не только в своей памяти. Пусть Чжун Ли был уверен, что рано или поздно их пути снова пересекутся, ему хотелось бы иметь возможность видеть лицо этого прекрасного создания каждый день. И он прекрасно знал, к кому может обратиться с подобным вопросом. Люмин неловко улыбнулась, поудобнее устраиваясь на стуле. Как они с Альбедо и договорились, в субботу блондинка пришла по названному адресу и сейчас, наблюдая за приготовлениями своего друга, девушка ощущала себя несколько смущенной. Она и фотографироваться-то не очень любила, а тут целая картина - и для неё! Правда, радовала мысль, что эта картина останется в доме Альбедо и посторонние не смогут её увидеть. Ну, разве что гости, которых, по заверению самого Бедо, у них практически не было, не считая клиентов, решивших сделать очередной заказ. Всё же пристанище художника - не только его хобби, но и весьма удачное прикрытие истинных целей. Альбедо рассказал Люмин и Итэру - а также вернувшемуся с работы Кэйе, чем занимался эти годы. Ну, помимо воспитания Кли. Пусть он фактически не был связан с Каэнриах, он прилагал особые усилия, дабы раздобыть считавшиеся потерянными фолианты и воссоздать их. Специально для них. Для людей, которые подарили ему детство, фактически заменив семью. Ради надежды на то, что нити судьбы однажды снова сведут их всех вместе и они смогут разгадать прошлое, которое так манило каждого из них. Порой это походило на одержимость или манию, но Альбедо, честно говоря, было всё равно. Мольберт становится в привычное положение, палитра с красками - на специальной подставке. Кисти - какая где. Тонкая - привычно за ухом, потолще - в кармане белого халата и в руках. Альбедо максимально сосредоточен - он хочет изобразить Люмин максимально ярко, максимально... Необычно. Загадочно. Превратить её в загадку на картине, которую никому не удастся разгадать. И, мельком глянув на лицо подруги, выражающее полное доверие, художник делает первый мазок. Её доверие - самая главная для него награда. И он постарается не подвести её. Возле дома Альбедо как всегда спокойно и умиротворённо. Чжун Ли нравилось бывать здесь - и не только по причине покупки очередного шедевра мастера Мела, чьи картины почти полностью украшали поместье мужчины. Всё же из всех современных художников именно Альбедо вызывал в мужчине тот всполох чувств, который он не ощущал уже очень давно. Его стиль завораживал и порой казалось, что люди, нарисованные на картинах, в любой момент могут сойти с них в реальный мир. Чжун Ли это нравилось. Чжун Ли хотел увидеть в исполнении Альбедо своё наваждние. Увидеть, запомнить... И наконец встретиться с ней не только легким взглядом. Ему нужна она сама. Служанка приветливо улыбнулась ему и проводила его во внутрь, сообщив лишь, что на данный момент мастер Альбедо занят с натурщицей. Моракс никогда не позволял любопытству брать над собой вверх, но сегодня... Сегодня что-то заставило его знакомой дорожкой пройти в сторону мастерской художника и аккуратно, стараясь не выдать своего присутствия, заглянуть в слегка приоткрытую дверь. Чжун Ли моргнул. Раз, другой, третий. И ещё несколько раз, но всё было бесполезно - видение, казавшееся бредом, не желало никуда уходить. Он отчетливо видел знакомые черты лица и блеск янтарных глаз. Он видел хрупкий девичий силуэт, сидящий на высоком стуле, замерев явно в определенной позе, и ощущал, как в груди забилось, казалось бы, давно остывшее к людям сердце. Это была та самая девушка из бара, сомнений не было - память у Моракса на лица была превосходная. Тем более... Тем более он так часто вспоминал об этой незнакомке, что её лицо буквально въелось в его разум. Он узнал бы её из тысячи - и узнал сейчас. Миллион вопросов пронеслись в голове мужчины. Альбедо знает эту девушку? Откуда он её знает? Ведь, насколько Чжун Ли известно, художник крайне редко и даже в некотором роде нехотя брался за изображение незнакомых девушек. Для работы ему нужно было хотя бы раз увидеть её, не важно как - вживую или на фотографии. С другой стороны... С другой стороны, теперь Чжун Ли придется объяснять куда меньше своих желаний. Главное сейчас - дождаться, когда процесс рисования подойдёт к концу и девушка покинет этот дом. Как бы сильно ему не хотелось познакомиться с ней сейчас... Ещё было не время. За эти несколько недель его информаторы, к его собственному удивлению, не смогли предоставить ему даже банальных данных, словно кто-то весьма умело скрывал девушку от постороннего внимания. Впрочем, для Моракса это препятствием не было совершенно - он всегда добивается поставленных целей. И эта исключением не станет, пусть и придется некоторое время... Подождать. - Ты волшебна, - с едва заметной, но такой ласковой улыбкой, произносит Альбедо, когда работа была закончена. Когда он увлекался чем-то, то работа шла крайне быстро и сейчас - не исключение. И он был как никогда доволен проделанной работой. Первой, но далеко не последней. Ему хотелось посвятить Люмин целую выставку - и он был намерен воплотить эту идею в жизнь. Конечно же, если блондинка согласиться на это. Девушка спрыгнула со стула и подошла к художнику, решив посмотреть на дело его рук. И то, что она увидела... Было невероятным. Альбедо рисовал её полубоком. Каждая мелочь, каждая черта лица и тела - всё было передано с такой неприкрытой заботой и вниманием, что у Люмин невольно потеплело внутри. Казалось даже, что сейчас её портрет оживёт, сойдя с холста, и отправится в путешествие - настолько реалистичной она была. Но, к сожалению или счастью, девушка на картине на картине и осталась, лишь одаривая художника и натурщицу несколько задумчивым взглядом. - Это невероятно, Бедо, - тихо прошептала Люмин, словно не желая развеивать таинственную атмосферу, царившую в комнате. Полумрак благодаря задернутым шторам, свет ламп, отблескивающий от зеркал, краски, мольберт, художник и его муза... Всё казалось невероятно похожим на сказку, но, наверно, к счастью, это не было сказкой. Это было прекрасной реальностью, в которой хотелось остаться навсегда. - Господин Чжун Ли, рад вас видеть, - когда Люмин ушла, служанка сообщила Альбедо о прибытии важного гостя. Юноша уже прекрасно знал, кто это - в конце-концов, он сам дал право этому человеку приезжать в любой удобный для него момент для обсуждения будущего заказа. Всё же китаец был удивительным ценителем искусства - и картин Альбедо, как оказалось, в особенности. Порой мужчина даже присылал ему фотографии, демонстрируя украшенные картинами стены своего дома, и Альбедо было приятно. В самом деле приятно. Не сказать, правда, что он слепо велся на слова мужчины, насколько бы лестными они не были бы, ибо Альбедо совершенно точно не был дураком. Пока Чжун Ли действует от своего имени и не пытается намекать на что-либо, художник всегда рад видеть его в доме и радовать его новыми картинами. Но если однажды на пороге его дома появится Моракс... Альбедо не станет церемониться. Ради семьи он готов пойти на многое. И порой - на очень крайние меры. - Взаимно, господин Альбедо. Едва слухи о вашем возвращении достигли меня, я сразу же запланировал нашу встречу. Увы, некоторые дела помешали мне встретиться с вами сразу, - мужчина добро улыбался, сверкая золотыми глазами, но Альбедо не позволял себе обмануться. Принять помощь и предлагать свою - да, но доверять... Доверять этому человеку в любом случае было опасно. Он провёл гостя в мастерскую, где хранил уже готовые картины перед поиском покупателей, наблюдая за тем, с каким интересом Чжун Ли рассматривал его искусство. Альбедо это в некотором роде льстило - то, с каким интересом такой человек изучает, казалось бы, художество не слишком знаменитого художника. И всё же... Всё же было в этом что-то такое... Непонятное. Чжун Ли быстро нашёл нужную ему картину и сделка состоялась. Но прежде, чем завести разговор на нужную ему тему, он словно невзначай кинул взгляд на мольберт, прикрытый тканью. - О, ваше новое творение? Позволите взглянуть? - не скрывая любопытства, поинтересовался темноволосый. Он увидел лишь начало картины и ему жутко хотелось узнать, какова эта девушка там, на листе бумаги. Какова она целиком. Альбедо беспечно пожал плечами. Почему бы, собственно говоря, и нет? Он не успел обсудить свои планы с Люмин, но пока что в любом случае её портрет останется в его доме. Как, впрочем, и будущие произведения. Но ведь за показ никто в глаз не даст, не так ли? Именно поэтому он снял ткань с успевшей подсохнуть картины и продемонстрировал её клиенту. О да, это определённо она. Девушка из самого яркого за последнее время воспоминания. Он узнал бы эти глаза из сотен тысяч. Чжун Ли непроизвольно даже приблизился к портрету, стремясь разглядеть её как можно лучше. Освежить и дополнить образ незнакомки в памяти. - Вам нравится, господин? Моя старая подруга сделала мне великолепный подарок, позволив нарисовать себя, - Чжун Ли выглядел практически очарованным и Альбедо не мог сказать, выглядит ли это завораживающе или скорее жутко. Скорее всего, и то, и другое. Мужчина выглядел так, словно... Вспоминал что-то. Или, напротив, запоминал. - Она прекрасна. Прямо как видение, которое я недавно встретил. Возможно, это она и есть? Идеальная, - Чжун Ли аккуратно коснулся нарисованной части лица девушки, слегка прикрыв глаза, представляя, как будет касаться настоящей теплой кожи. От этой мысли по его спине пробежали мурашки. Впрочем... Обратная его сторона также жаждала наконец встретиться с девушкой и навсегда сделать её своей. Если Моракс видит цель, он её добивается. Любыми способами. Альбедо устало вздохнул и плюхнулся в кресло. Да уж, чего-чего, а такого он от постоянно клиента не ожидал. Чжун Ли хотел портрет определенного человека, описанного по словам. И этим человеком оказалась Люмин. Когда и где они успели пересечься? Или только сам Чжун Ли видел девушку? Как бы то ни было... У Альбедо было достаточно времени подумать, стоит ли браться за этот многообещающий - в материальном плане - заказ. Ведь выглядело всё крайне подозрительно. Зачем Чжун Ли портрет Люмин? Что он задумал? Хотел бы он это знать... На город медленно опускается ночь, позволяя тяжелым размышлениям захватить художника.