билет в новую любовь.

      их общение оставалось прежним. будто этого разговора про него и не было никогда. хëнджина съедало любопытство, но джисон не спешил делиться своими историями. хвановы же слушал с удовольствием.       любимой стала про то, как более юных и несмышлëнных хëнджина и его друга чуть не затащили в секту. джисон, хван клянëтся, хохотал как сумасшедший, когда впервые услышал об этом происшествии.       хëнджину было приятно видеть такого живого младшего. даже с его синим гнездом на голове, гаражным роком и айс-американо. то, как надуваются щëки младшего, когда тот ест, как мило хан хохочет, как читает реп, пытаясь выглядеть суровым — это всë было до безумия очаровательно. мысль, что он — хëнджин — влюблëн нисколько не шокировала. даже не удручала — хван сразу смирился с тем, что в романтическом плане им с джисоном не по пути. до определëнного момента.       тëплый вечер майской субботы. парни прогуливались по парку, что находился недалеко от университета, болтая и потягивая любимые напитки из трубочки. хан — холодный американо, хëнджин — горячий сладкий латте. мимо мелькали парочки с колясками, маленькие дети и такие же студенты — суббота, как никак, всем хотелось отдохнуть. джисон и хван шли по длинной аллее, вдыхая ароматы цветов с клумбы. постепенно слова закончились, а тишина нисколько не напрягала — так было более приятнее. идëшь, молчишь и без слов понимаешь, что пытается донести до тебя собеседник. чудесная атмосфера. — пошли присядем.       парни усаживается на дальнюю скамейку, которую еле-еле освещает фонарь — тень от деревьев холодит загривок. джисон кладëт голову на хваново плечо, а сердце хëнджина ëкает. они привыкли так делать, но обычно хван показушно морщился и выталкивал младшего со своей постели. сейчас же, под холодным светом звëзд, луны и слабенького фонаря, всë было совсем иначе. — помнишь, когда ты говорил про мои кроссовки, я вспылил и начал постоянно кого-то упоминать? — синеволосый громко допивает кофе и ставит стаканчик рядом с собой. хëнджин кивает. — когда мне было пятнадцать, я познакомился с парнем — минхо. он был на два года старше меня, но разницы будто вообще не было. я правда верил, что судьба нас свела! он был заботливым и добрым, мы реально были влюблены, но… понимаешь… он был с суицидальными наклонностями? я про это знал и просил подумать о походе к психологу, но он уверял, что в порядке. даже когда я замечал на нëм новые порезы… а потом… хëнджин, я нашëл его в ванной его квартиры… — джисон громко всхлипывает, — он уже был мëртв. такой бледный и холодный. он будто на меня смотрел тогда, но был… мëртв. хëнджин, я так испугался тогда… — хэй, малыш, успокойся, — шепчет хван, гладя того пальцем по щеке, — дыши со мной. давай. вдох-выдох. — за день до этого он подарил мне эти кроссовки. он выглядел так, будто всë было в порядке! был таким живым, каким я его никогда не видел… мы много обнимались и целовались… я никогда не был так счастлив, как тогда хëнджин-и! а на следующий день нашëл его… мертвым!       хëнджин гладит младшего по волосам, чувствуя, как намокает футболка. теперь стало понятно, почему такая незначительная вещь так дорога джисону. вскоре всхлипы затихают, а хановы руки обвивают талию хвана. — ты мне очень нравишься, хëнджин-и. но я так боюсь, что то, что было с минхо-хëном повторится. я отпустил его и ситуацию, но всë равно страшно… — мы справимся, хан-и. ты очень сильный человек. — аккуратно целует в макушку, вдыхая аромат древесного шампуня, — ты мне тоже нравишься. понятия не имеешь, насколько сильно.       хан очаровательно улыбается, прячась в хëнджинову футболку.       у них всë будет хорошо, я обещаю.