Строптивая колдунья на съедение ректору академии

- Здравствуй Мария, меня радует, что ты не боишься, - говорит мужчина с чашей в руках. - А вот сейчас я боюсь, - говорю я с усмешкой. С уст мужчины срывается легкий смешок. Он встает из-за стола, отодвигает тяжелую портьеру, и комнатка озаряется светом. Мужчина одним щелчком гасит все свечи в комнате. - Не понимаю в чем проблема открыть окна? Тогда и свечи переводить не придется, - произносит мужчина, разминая плечи и спину, - Мария, я возьму у тебя немного крови, мы опустим её в чашу и через несколько минут узнаем твой результат. Тебе не стоит меня бояться, деточка. Моё имя Раймонд, я являюсь проректором королевской академии и сильным магом эмоций по совместительству. - Но вы потушили огонь одним щелчком пальцев, - непонимающе говорю я. - Да, это так, но годы практики и тяжелых тренировок дают свои плоды. Я смог покорить почти все стихии, но я всё ещё продолжаю свой путь. Уверен, что ты тоже сможешь пройти его, - он подходит ко мне с острым лезвием, - ничего не бойся, это как комарик укусит. С этими словами он приблизился ко мне и аккуратно взял и потянул на себя мою руку. Тонкое лезвие сделало надрез, Раймонд занес мою ладонь над чашей, пара капель упали на дно кубка. - Расскажите мне пожалуйста о магии, пока мы ждём результатов? – спросила я, глядя как проректор ставит на стол чашу. - Обычно, когда ко мне приходят на тест, все уже всё знают. Не знаю, что ты хочешь услышать: магия переходит по крови или впервые зарождается. На самом деле все волшебники, чьи фамилии на слуху сейчас, имеют давнего предка, который был первым в их линии. За долго до создания академии уже было достаточно именитых колдунов, работавших на благо короны. У нас, магов, есть множество специализаций. Самые сильные – маги солнца и луны, но это передается только по королевской линии и не более чем на семь поколений, три из которых сохраняется магия солнца, а остальные четыре поколения получают силу луны. И как правило, в семьях, из королевской династии , только один ребенок. Также есть маги стихий и более узко специализированы, как я, например. - А как определяется тип магии? - В преддверии нового года, на рождественском балу, происходит посвящение. Также, как и сейчас вы капните свою кровь в чашу, - произносит он, отпивая что-то из фляги. - Это будет эта же чаша? - Нет, это будет другая, но с таким же принципом работы. Эти чаши заряжены магией королевского рода, и король дает нам эти чаши в пользование, потом же мы возвращаем их в королевское хранилище, где король снова напитает их для академии. Через полгода вы узнаете свою силу, и тогда ваше обучение станет более специализированным. Я думаю, что мы уже можем узнать результаты, - с этими словами Раймонд смотрит на шкалу в основании чаши и его глаза медленно начинают округляться. - Хм, ошибки быть не может, - с этими словами мужчина разворачивает чашу ко мне, и я вижу цифру двадцать. - Это много или нет? – непонимающе говорю я, глядя то на учителя, то на шкалу. - Этого достаточно, чтобы получить звание сильнейшей первокурсницы за последние десять лет, у меня при поступлении было восемнадцать. В твоём роду нет каких-либо сильных колдунов? - Не знаю, что на это сказать, я приемная ничего не помню из своего детства, - его непонимающий взгляд стакивается с моим таким же, - меня обнаружили примерно в три года, мои родители пытались найти кого-нибудь из моих родственников, к сожалению, безуспешно. Теперь я подозреваю, что являюсь чьим-то бастардом. - Предполагаю, что твои родители очень влиятельные маги, - он берет мои ладони в свои, - не переживай, Мария. Ты можешь скрыть своё происхождение, если хочешь. - А может вы забудете о том, что видели и слышали? Я останусь просто Марией, а вы вернетесь в свою академию, заберете с собой мою сестру и забудете об этом, как о страшном сне, - с этими словами, я убрала свои руки подальше от него и начала медленно пятиться на дверь. - Это исключено, юная леди. Вы – самородок для нашей академии, и для меня будет честью из алмаза сделать ограненный бриллиант, - он сделал легкое движение кистью, и я услышала щелчок ручки, - а ещё, если ты не будешь постоянно тратить свой резерв, то добром это не кончится. У тебя случится стихийный выброс магии, и ты сгоришь в своём же огне. - Я хотела сбежать. Если вы думаете, что меня остановит обучение в академии, то вы ошибаетесь. - Мария, после первого года обучения, ты получишь базовые магические навыки и сможешь покинуть академию. Никто не в праве силой тебя удерживать. Ты можешь выйти замуж и рожать маленьких детишек, а можешь стать уважаемым магом, это я тебе гарантирую. - Ну, так как отказаться я не могу, то и разговаривать больше не о чем, - шумно выдохнув, стрельнула убийственным взглядом в мистера Раймонда. - Сейчас я установлю на тебя отслеживающие чары, и ты свободна. Услышав это, я закашлялась, а мужчина уже начал читать что-то на неизвестном мне языке. И то, что я слышала, было невероятно. Такое чарующее, мягкое, почти шепчущее пение из уст этого мужчины поразило меня до глубины души. Сейчас, слушая этот голос, я наконец смогла полностью рассмотреть своего собеседника. Мужчине на вид было около тридцати пяти, он обладал развитой мускулатурой. Да, я пялилась на своего будущего преподавателя, но что поделать? В деревне я, конечно, общалась с разными парнями, но чаще всего мужчины возраста Раймонда уже обладали заметным животиком. Руки Раймонда, которые мне удалось осмотреть, были аккуратными, но в тоже время по ним можно было понять, что мужчина далеко не неженка. На той части шеи, что не прикрывала рубаха, я рассмотрела мелкие шрамы, возможно они с ним ещё со студенческих лет и суровых тренировок. Я взглянула на его симметричные губы, которые всё ещё шептали заклинание, на его ровном носу можно было заметить отголоски веснушек. У него были очерченные скулы и немного впалые щеки. Уверена, что в определенной ситуации он может доводить до ужаса студентов всем своим видом, но не сейчас, когда он так тихо шепчет заклинание. Наконец я добралась до его глаз, в этот момент я поняла, что проректор смотрит мне прямо в глаза, в уголках глаз появились маленькие морщинки, и он улыбнулся мне самой дружелюбной улыбкой. - Рад, что вы согласились, юная леди, - ответил он, наконец закончив. - Можно подумать, вы оставили мне выбор, - с этими словами я нащупала ручку двери, а она наконец-то поддалась. - До свидания, - прощебетала я и, буквально, выпорхнула за дверь. Кто бы мог подумать, что там в кабинете я потеряю счёт времени. Когда я покинула кабинет, за дверью меня встретили перепуганные глаза родственников и друзей. - Мы можем идти домой? – перепугано спросила матушка. - Нет, дорогая, мы дождемся результатов, - произнес папенька, беря маму под локоть. - Мы с Мирабель подышим свежим воздухом? – выдавила я и тоже взяла сестру под руку. Мама, глядя на нас сестрой, махнула рукой, и мы вышли из здания. После того, как мы с сестрой устроились на лужайке, я вытянула ноги на траве и прильнула к дереву. Сестра нависла надо мной и пыталась поймать мой взгляд. - Расскажи, как у тебя всё прошло? – спросила я у сестры, щурясь от июньского солнца. - Ох, я зашла в помещение, человек в капюшоне спросил моё имя, после он подошёл ко мне, и проколол палец над чашей. Через минуту чаша показала результат, а мужчина поздравил меня с тем, что я принята. - Сколько делений показала чаша? - Семь с половиной. Он похвалил меня, сказал, что это очень неплохой результат для девушки без предрасположенности. После этого я вкратце пересказала сестре всё, что со мной произошло, а она сидела с отвисшей челюстью и возмущённо моргала. - Но почему у тебя не было всплесков магии? – недоуменно спросила сестра, качая головой, видимо пытаясь что-то вспомнить из нашего детства. Я на это лишь пожала плечами, не знала ответа на этот вопрос, а предполагать мистические истории не хотелось. Я так долго ждала и надеялась, что за мной кто-то придет, заберет меня в то место, где я буду чувствовать себя в безопасности, а не товаром на рынке. Но годы шли, я росла, а за мной так никто и не пришел. Я обрела самого близкого человека в этом мире – свою сестру. Она не может заменить мне родительское тепло и заботу, но Мирабель дала мне сестринское тепло и заботу. Сидя на этой лужайке и ощущая тяжесть головы на своём плече, я вспомнила, как девушка успокаивала и защищала меня от задир. Когда объявили результаты, оказалось, что кроме нас прошли ещё два парня, один из них - старший брат Кристалл - Александр, а второй – лучший друг Чарльза – Генрих. Результаты силометра нам не раскрыли, но ребята сами рассказали всё на эмоциях. Я решила скрыть свой результат и сказала такие же баллы, как и у сестры. Ребята, имели результат выше чем у моей сестры, один получил 8 баллов, а второй 10. Всю дорогу домой папа пристально смотрел на нас с Мирой, а матушка всхлипывала и вытирала слезы платком, который я подарила ей на последний день рождения. Мы ехали в нашем экипаже, сестра сжимала мою руку под всеми нашими юбками, мы обе знали, что родители не поддержат ничего, кроме скорого замужества. Зайдя домой, мы с Мирой переглянулись и бросились к лестнице в наши комнаты. - Стоять! Отошли от лестницы и сели за стол, - сказал отец толи крича, толи шипя на нас. Нам ничего не оставалось, кроме как повиноваться, что мы и сделали. - Вы, вы - позор семьи, - сестра сжала мою руку под столом, - Нет, то что ты, Мария, меня когда-нибудь выставишь на посмешище, я не сомневался, но ты, Мирабель. От тебя я такого удара не ожидал. Надеюсь, ты закончишь один обязательный год и выйдешь замуж. Я тебя на своей шее не потерплю, хочешь учиться – иди работай. Я взглянула на сестру, её лицо передавало тысячи эмоций, а потом она побелела, как фарфоровая тарелка из любимого сервиза нашей матушки, и заплакала. Видя её слезы, слёзы человека, который стал для меня всем в этой жизни, что-то во мне щёлкнуло. - Не смей на неё кричать, ты простой пахарь, а она волшебница. Она, женщина, уже выше на голову любого мужчины в этой деревне. А я, да, постоянно позорю тебя, но я такая, прими это, если ты хочешь называть хоть одну из нас своей дочерью. Гордись нами, твоя родная дочь – лучший человек которого я знаю, она станет прекрасной женой для того, кого она полюбит всем сердцем, а я, твоя названная дочь, сильнее Александра и Генриха. Я стану прекрасной ведьмой и прославлю, как нашу деревню, так и наш род. Я получила двадцать, у проректора при поступлении было восемнадцать. Если ты не можешь нами гордиться, то мы соберем свои вещи и уйдем, - я ощутила, как сестра обнимает меня сзади. - Мари, вдох выдох, слушай мой голос, успокаивайся, - и она сильнее стиснула меня в объятиях. Я повернула голову и через плечо сестры увидела, как половина нашей кухни за моей спиной парит, включая стул, который я оттолкнула, вскочив. Родители смотрели на меня по-разному: папа со страхом, а мама с неподдельным восторгом. - А вот и стихийные выбросы магии, - сказала я, вдыхая и выдыхая в попытках успокоиться.