Медовик и крошечка боли

      В этом мире нет понятия "боль". Здесь ее нельзя почувствовать, она под запретом. Если кто-то доложит на тебя в органы, то тебе пиздец. Еженедельно по телевизору показываются сводки новостей, как казнят невинных людей, которые просто чувствуют один из спекторов эмоций. Это ужасно, но ничего с этим не сделаешь.

***

—Тош, сыночек. Спустись пожалуйста, нам с отцом нужно с тобой поговорить. — Да, ма. Ща спущусь -Послушался откуда-то со второго этажа голос паренька.       Тогда Антону было всего 15, но в этот момент вся его жизнь изменилась и очень сильно. Он был не готов к такому разговору, та наверное никакой человек не был бы готов к такому, но таков мир. —Что случилось? Ма, па? -Зеленоглазый смотрел на родителей и пытался понять хоть что-то. —Сын, мы понимаем, что ты наверное к такому не готов, но мы ничего не можем с этим поделать. Это вынужденные меры —Отец Антона говорил очень серьезно, что зеленоглазому не нравилось. —Вы можете нормально объяснить, что происходит? —Тош..— Майя очень ласково и осторожно начала — Мы с твоим папой больны, боюсь, что смертельно. Нам придется уехать в другую страну на лечение и только тогда есть малейшие шансы выжить. Это очень сложно принять, но нам придется... — Глаза Майи наполнились слезами и казалось, что она вот-вот заплачет, но..Это мир без боли! Никакой слабости, никаких слез. Ты этого не чувствуешь. Так и мать Антона просто улыбнулась и смахнула одну единственную слезинку с щеки. —Антон, ты не переживай, ты будешь не один. Мы нашли тебе "няню". Он просто будет за тобой следить, готовить и тд тп. Мы не можем оставить тебя одного до 18 лет, тебя просто заберут в детдом. —Я вас понял. Ладно, ничего страшного, проживу. Я надеюсь, что с вами все будет хорошо. —Мы тоже, но в любом случае — Майя посмотрела в глаза Антону — В любом случае ты будешь себя хорошо чувствовать, здесь же нет понятия боли и ты это знаешь. —Да, мам, я знаю, не надо мне об этом напоминать. —Хорошо. Билеты у нас через два дня, завтра придет Арсений, он и будет за тобой следить. Мы ему оставили денег, так что не волнуйся, тебе тоже все оставим.

***

      Настал день икс. Звонок в дверь. На пороге стоит высокий мужчина, на вид лет тридцати. Глаза ярко-голубого цвета, одет очень стильно. Сам по себе очень ухоженный. Приятный на вид. —Добрый день, Майя, Андрей! — Мужчина подал руку в знаке приветствия. —Ой, Арсений, добрый день! Рады вас видеть. Мы улетаем завтра, так что сегодня у нас немного не прибрано. —Ничего страшного. Думаю в данной ситуации это не самая большая проблема. —Давайте я покажу вам вашу спальню, а Андрей пока заварит чай. Как вам идея? —Ммм, не плохо, я бы не отказался от чашечки чая. —Вот и отлично! Нам сейчас наверх— Мама Антона указала рукой в направление лестницы ведущей на второй этаж. Наверху было всего три комнаты. Первая — спальня Антона, вторая — гостинная, где видимо и поселят Арса, и третья — Ванная комната. Второй этаж был очень милый и был в стиле модерн. Серо-белая ванная комната, много растений и красивые коричневые двери. Комната, которая вскоре будет принадлежать Арсению, была в графитных и оливковых цветах, что невероятно красиво сочетались между собой. Комната была достаточно темного цвета, но это нисколь не смутило Арса, тем более это была солнечная сторона и комната всегда освещалась светом солнца. Дальше Майя показала ему комнату Антона. Сказать, что она выбивалась из общей гаммы— это ничего не сказать! Все стены были в плакатах, разбросанные вещи по полу и чуть ли не висящие на люстре носки. — Антон у нас разгильдяй и не любит убираться, но не ругай его за это, будет только хуже. Просто следи, чтобы не выносил весь бардак за стены своей комнаты. — Да, без проблем. А где сам Антон? Мне бы хотелось познакомиться с ним поближе и узнать его характер не только с ваших слов. —Он сейчас с друзьями гуляет, вернется ночью, думаю вы познакомитесь уже завтра.

***

— Пока, мам, пока, пап! Я вас очень сильно люблю! Надеюсь вы поправитесь — кричал подросток в окно, пока родители садились в такси. Знаете, хоть и говорят, что в этом мире никто не чувствует боли, то это не так. Точнее как вам уже рассказали, есть исключения, но от них избавляются как от комаров летом. Антон попадает под эти исключения. Он чувствует боль, но не рассказывает об этом никому, на протяжении долгих 15 лет. Подросток лежал на кровати, уткнувшись лицом в подушку и плакал. Плакал от отчаяния, от беспомощности. Ему некому было рассказать о своих переживаниях, о том, что у него уже болит сердце по родителям и что ему настолько плохо, что он готов умереть. Все 15 лет, ему приходилось делать из себя куклу, чтобы никто не догадался о его "ненормальности". — Антон, спустись вниз пожалуйста! — С первого этажа дома, донесся голос Арсения. — Позже! — Крикнул совершенно безразличным голосом парень. — Ну Антон, не выеживайся, спускайся. Поговорить хочу. Вытря слезы, тыльной стороной ладони, Антон быстро надел тапочки и спустился вниз. — Что такое? — Садись, чай попьем. Я вот медовик испек.

***

      Антону было 16 лет, когда ему сообщили из больницы, что состояние родителей ухудшилось. Он все еще не мог никому рассказать о своей ненависти к миру и желанием убить себя. Хоть Арсений за этот год и стал для него лучшим советчиком, он все еще был не готов поведать ему то, что он "ненормальный". Вот уже в течении года, Арсений раз в неделю, а именно по воскресеньям, зовет Антона ровно в 19:00 на кухню, чтобы попить чай и съесть кусочек медовика. Кажется это стало лучшей традицией за всю жизнь подростка. Арсению тоже все нравилось. Потихоньку, он начал привязываться к мальчишке, а Антон к нему. Им было хорошо вместе. Они проводили много времени вдвоем. Бывало, что Арсений после похода в магазин, заходил за антоном в школу, чтобы вместе пойти домой. Тот всегда рассказывал как прошел день, делился всем хорошим, иногда даже рассказывал жуткие истории с учителями и драками. Как кому-то проломили голову или сломали нос. Арсений всегда слушал очень внимательно и поддерживал разговор. Им было вместе комфортно. Голубоглазый мужчина, все-таки смог заменить подростку родителей, точнее почти смог. Тот до сих пор очень скучает по ним и все еще надеется на лучшее, но сам понимает насколько это глупо.

***

      Антону уже 17 лет. Недавно он узнал, что родители умерли. Ему не сказали от чего и почему, хотя он выпытывал это у врача минут двадцать точно. Он не выдержал. Он поддался эмоциям. Было невозможно спокойно воспринимать то, что твои родители умерли! От злости он кинул телефон об стену, он разбился на маленькие кусочки. Сейчас кусочки экрана лежали на полу, а Антон сидел на полу, прислонившись головой к кровати. По его щекам текли соленые слезы, он пытался их остановить, но не смог. Так он и уснул, а тоненькие дорожки слез, все бежали из глаз. Было воскресенье. 19:00. Арсений как всегда зовет парнишку на чай с медовиком, но тот не отзывается. Голубоглазый поднялся наверх и постучался в дверь. Никто ему не ответил, тогда войдя в комнату, он застал спящего на полу Антона. Ему пришлось разбудить мальчишку. —Тош, вставай. Пошли чай пить. —Не хочу. —Пошли, пошли, заодно и расскажешь мне все. —Нет. —Антош, вставай, простудишься. Чай надо выпить. —Ладно, жди. Через 5 минут буду, — потирая глаза отозвался младший.

***

—Что произошло? Почему ты спал на полу? — Родители, они...Они умерли! —Оу, мне жаль, но не стоит расстраиваться, все хорошо. — Арс, ты не понимаешь! У меня особенность. Я чувствую боль, я не могу так больше. Ты должен был это когда-то узнать... прости, что раньше не рассказал. Можешь теперь сдать меня ментам, пофиг как-то уже. — Эээ, малой, ты чего. Не буду я тебя никому сдавать. Мне тоже надо было давно тебе сказать кое-что. Ты мне нравишься. Я за два года так привязался к тебе, что если тебя поймают и казнят, то я не прощу себе этого. — Арс, ты мне тоже нравишься, но ты старше меня раза в два. — Я понимаю, но может попробуем. Тем более тебе скоро 18 лет и я перестану быть твоим опекуном. Можно же попробовать. — Давай дождемся моего 18-тилетия.

***

      Арсений не дождался. До дня Рождения парнишки осталось не более 10 часов, Арс так ждал этого момента, да что уж скрывать, Антон тоже еле терпел. Он так хотел "официально" стать парнем этого голубоглазого.       Арсений вышел в магазин за тортом. Шел сильный дождь, что даже никакой дождевик тут не поможет. Фонари не работали. Свет фар. Глухой удар о бампер машины. Кровь. Скорая. — Его не удалось спасти. Соболезнуем. Дикая истерика. Антон вот-вот сойдет с ума. Сердце сейчас разорвется в клочья. Ванная комната. Закатанные рукава толстовки. Лезвие ножа. Оры. Крики. Слезы. Боль. Кровь. Конец. Конец истории Антона. Конец истории Арсения. Конец всему. Конец жизни. Конец...       А все ведь началось за чаем, кусочком медовика и крошечкой боли внутри Антона, которой он поделился со своим "опекуном". Видимо, им не суждено быть вместе. Раньше их разделял стол, за которым они пили чай, затем возраст, а точкой, что разделила их навсегда стала СМЕРТЬ.