Возрождение

Даже спустя километры молчания - я так скучаю! Елена Сергеевна Катина - никогда бы никто не смог подумать о ней такого. Просто непостижимо уму! Сотрудник полиции, уважаемый на работе человек, да и в жизни - тем более. Однако, от подобного никто никогда не может быть застрахован. Это - жизнь, суровая, страшная жизнь. - Елена Сергеевна, вам лучше? - медсестра с сочувствующим лицом смотрит на больную, - Воды хотите? Но Лена не отвечала. Она продолжала бредить о какой-то Юле, об Ирине. Хотя, нет. Ирина-то существовала в самом деле. И стояла прямо рядом с её койкой, выражая на своём лице то же искреннее сочувствие. "В этом городе нет тебя..." - Давно она так? - Ирина положила на столик у койки своей давней знакомой мешочек с апельсинами, - В чём причина? Доктор - тучная женщина в обтягивающем халате - пропела: - Расстройство множественной личности. Иначе говоря - она не одна, а её, как минимум, три. И все - разные! Ирина покачала головой: - Я, она сама и... Юлия? - Верно, и Юлия, к тому же, самая сильная из трёх. Вы - еще не так сильны, а вот Юлия сильна, упряма. Уж не знаем, как и бороться! Самое страшное, что чем дальше, тем хуже. Тем всё глубже Юля проникается в её разум и замещает в сознании нашей Елены её истинную личность. Как бы... становится на её место! Двое медбратьев увели Лену под руки, так как сама она идти отказывалась, взывая к Юлии. Которой нет и не было, вообще-то, никогда. Девушка кричала, билась ногами, пыталась вывернуться. - Юля, ну помоги мне! Помоги же мне!!! *** Юля Вулф - на самом деле признана была сильной, упрямой. Вот только кто хоть когда-то узнает об этом? Никто. Никогда. И Лене нужно было быть осторожной. А то смотрите-ка, распизделась. - Бросить её я не смогу, но... могу иногда навещать, - произносит Юля задумчивым голосом, стоя на краю крыши и вглядываясь в серое-серое дождливое небо, - Плачет дождь, плачем и мы! После чего, расставив руки в стороны, летит с крыши стремительно вниз. Раз никто не верит и верить не хочет - нужно соответствовать. "Но я запомню, запомню то, что было в наших с тобой неделях. Пусть не так долго, чаще я уходила, оставляя тебя со всем этим кошмаром один на один. Пусть не протестовала, когда нас с тобой обкалывали транками - я оставалась с тобой! И, пожалуй, пора это прекратить, закончить. Тебе пора становиться снова Леной. А я, так и быть, буду изредка приходить."