Возмездие

В империи Каролия существует два главных герцогства. Именно они сыграли огромную роль на войне и получили звание героев. Они заслужили доверие императора. На втором месте по значимости — четыре графства. Каждое из них имеет свою роль: одно известно своими стратегиями, другое — бойцами, третье — может успешно развить любой бизнес, а четвёртое обладает большим количеством связей. Сама империя — довольно мрачное место. Серые здания, пустынные улицы. Её можно сравнить с преступным миром. Постоянные грабежи, насилие и убийства. Даже аристократия ведёт преступную жизнь. Если бы можно было выразить всё одним словом или скорее цветом, это был бы однозначно серый. Высшие аристократы ведут размеренную жизнь и занимаются своими делами. Преступления обычно совершают бароны и маркизы, которые пытаются сделать свою жизнь интереснее и захватывающее. Император известен как «некомпетентный правитель». Разумеется, не просто так. У хорошего правителя империя цветёт. Каролия же чахнет изо дня в день. Людям не хватает смелости и решимости сместить императора или устроить переворот. Даже сделай они так, что дальше? Кто займёт его место? Ничего в этом месте не меняется. Правила не соблюдаются, обязанности не выполняются. Только маленькие и наивные дети считают, что мир красив. Лишь тот, кто не видел истинной тьмы надеется на лучшее. Чем холоднее и беспросветнее темнота снаружи, тем уютнее кажется тёплый мягкий свет в квартире. Именно так думают жители, потому улицы и пусты. Одно из графств — графство Грей. Оно знаменито своими торговыми связями. Наследником Грей является единственный сын — Леон, мальчик двенадцати лет. Кроме него есть ещё несколько детей: Амелия — старшая дочь, шестнадцатилетняя девушка, и Жасмин — младшая, четырнадцать лет. Клайд Грей — граф — ведёт дела из дома и редко уезжает по работе. Графиня — Вирджиния Грей — хозяйка дома, не работает, но воспитывает детей и ведёт домашние дела. В светском обществе семья Грей известна своей сплочённостью и прекрасными семейными отношениями. Вирджинию часто зовут на чаепития, где собираются самые интересные сплетни. Недавно и Амелия вошла в светское общество. Когда ей исполнилось шестнадцать, она дебютировала. В данный момент и ей иногда приходят письма и приглашения от сверстниц. Кристофер Асфиль — мальчик, тринадцати лет, работает слугой в этом поместье. Его мать, Оливия Асфиль, работала на эту семью почти всю свою жизнь. Когда она забеременела, хозяева разрешили ей оставить ребёнка в поместье при условии, что и он будет на них работать. При родах Оливия умерла, оставив после себя сына, за которым присматривали её подруги среди служанок. Кристофер в силу своего возраста не может выполнять сложную работу, потому отношение к нему не лучшее. Его постоянно упрекают, делают замечания. И даже когда порученная работа сделана хорошо, ему приходиться всё переделывать только потому что никто не может принять тот факт, что даже ребёнок может хорошо справляться. Все люди, работающие в поместье уже привыкли к мальчику. С некоторых пор ему начали поручать работу взрослых: к примеру, сходить на рынок за продуктами или убрать огромную комнату за короткое время. Слуги в этом поместье постоянно либо в отпуске, либо болеют, либо отсутствуют ещё по какой-то причине. Из-за этого Кристофера часто отправляют за продуктами в город. Мальчик уже привык к подобному, так что у него не возникло трудностей, когда его в очередной раз послали на рынок. Рынок — единственное место, которое постоянно заполнено людьми. Там почти не бывает тихо. Торговцы громко зазывают клиентов, кто-то спорит и торгуется, маленькие дети пытаются что-то умыкнуть, за что получают нагоняй. Это именно тот уголок империи, где казалось бы кипит жизнь. Дети бегают и резвятся, сбивая с ног прохожих. Нищие сидят у прилавков, чего-то ожидая. Уличные музыканты зарабатывают на жизнь своими песнями и игрой на инструментах. Приятное место, в котором так и хочется остаться. Однако к вечеру рынок становится тихим и таким же мрачным, как и все другие районы. Торговцы сворачивают свои лавки, прохожие уходят домой. Музыканты тоже покидают место своей работы. Лишь пара нищих старичков остаётся на улице. Когда Кристофер в очередной раз выбирал нужные овощи, к прилавку подошёл ещё один мальчик, по виду его ровесник, он выбирал фрукты — персики. Мальчик долго не мог выбрать, он лишь бегал глазами по корзинам и не мог определиться. — Вот эти самые лучшие, — Кристофер вытянул руку и показал незнакомцу на фрукты в одной из корзин. — Спасибо, я впервые покупаю что-то подобное, поэтому не знаю, что лучше выбрать, — мальчишка с карими глазами с благодарностью посмотрел на Кристофера. Его глаза были похожи на янтарь, невинные и чистые, словно драгоценные камни. — Не за что, я часто здесь бываю и неплохо разбираюсь. Если тебе нужно ещё что-то выбрать, говори сразу, я помогу, — разговаривая с ровесником, мальчик попутно выбирал нужные овощи. Шатен покачал головой и быстро расплатился за фрукты. — Надеюсь мы ещё встретимся, — мальчишка с янтарными глазами убежал прочь. Кристофер остался стоять на месте. Его удивил поступок мальчика, который как след, медленно исчезал в дали. — Встретимся? Как наивно… Сомневаюсь, что я вообще о тебе когда-нибудь услышу… — прошептал Кристофер, доставая несколько шолт, чтобы расплатиться за овощи. «Только, если тебе снова не понадобятся персики» — пронеслось в голове у мальчика, как-бы сомневаясь в его прошлой мысли. Внешность Кристофера была довольно примечательной: чёрные, как уголь волосы, каких во всей империи не сыщешь, разве что среди аристократов, и глаза цвета синего моря, такие же бездонные. В целом он был похож на сына графа Грей. Мальчик лишь вздохнул, глядя вслед убегающему шатену, и тоже отправился прочь, в поместье. По возвращении, войдя в поместье, Кристофер услышал крики со стороны столовой. — Живо вызовите врача! — кричала графиня. — Чего встали? Живо! — граф Грей тоже кричал на прислугу. — Леон, очнись! Сынок… — мать плакала, держа на руках бездыханное тело. Кристофер наблюдал за происходящим через щель в двери. Леон скончался на руках матери, которая всё так же кричала и звала врача. — Живо позовите повара, который готовил десерт! — граф сжал руки в кулаки.

***

Семья как обычно обедала. На десерт были пирожные, которые готовил новый повар поместья. Когда десерт принесли, и младший ребёнок попробовал его, он тут же закашлял кровью. Леон согнулся и закрыл рот руками. Несколько капель крови упало на деревянный пол. Затем он и вовсе потерял сознание. Мать подбежала к сыну и переложила его голову к себе на колени. Вирджиния пригнулась, обнимая хрупкое тело, что казалось уже не дышало и вообще не подавало признаков жизни. Оказалось, что повар добавил в крем измельчённый фундук для более насыщенного вкуса. Однако, у ребёнка была сильная аллергия на орехи. Из-за этого у него опухло горло, он не мог нормально дышать, поэтому начал кашлять и раздирать себе таким образом глотку. Именно по этой причине и пошла кровь. Температура тела начала стремительно падать. А кожа приобрела неестественный цвет, она стала слишком бледной. Губы потеряли свой розовый цвет и стали такими же, как и кожа. Он выглядел так, словно приболел и плохо себя чувствует, однако он больше никогда не откроет своих ясных глаз.

***

— Господин, прибыл повар, — дворецкий поклонился. — Ты хоть знаешь, что натворил? Как собираешься отвечать за содеянное? — Клайд не мог успокоиться. — Пощадите, господин, я не знал, что у молодого господина аллергия на орехи, — полноватый мужчина упал на колени и склонил голову. — Считаешь сможешь уйти целым и невредимым? По твоей вине умер наследник графства, мой дорогой сын, — по щеке Клайда скатилась слеза, — Уведите его и позовите палача, пусть отрубит ему обе руки. Раз повар не умеет нормально готовить, то и руки ему ни к чему. — Нет, прошу, пощадите, — кричал мужчина, пока его выводили из столовой. Вирджиния продолжала обнимать тело сына. — Почему врача ещё нет? Леон ведь ещё жив, — безумный взгляд женщины заставил членов семьи напрячься. — Вирджиния, прекрати. Леон мёртв, — муж подошёл к аристократке и положил руки на её плечи. Граф тоже разрыдался, как ребёнок. Амелия и Жасмин сидели рядом с матерью и закрывали красные от слёз лица руками. Графиня в ужасе уставилась на мужа, затем взглянула на сына и потеряла сознание. На следующий день Кристоферу приказали отнести завтрак графине в постель, по причине её плохого самочувствия. Мальчик спустился в столовую и взял заранее подготовленный поднос с едой, далее он осторожно поднялся на второй этаж и побрёл в левое крыло, где располагались спальни хозяев дома. Ребёнок подошёл к двери и тихо постучал. Ответа не послышалось, возможно графиня ещё не проснулась. Кристофер осторожно приоткрыл дверь и заглянул внутрь. Женщина тихо и мирно посапывала на своей постели. Мальчик прошёл в покои хозяйки и осторожно поставил поднос с едой на тумбочку у кровати. — Госпожа, ваш завтрак, — позвал темноволосый. Женщина слегка приоткрыла глаза, но взглянув на Кристофера распахнула их, резко встала и обняла ребёнка. — Леон, ты жив! Я знала, что мне просто привиделось, — графиня продолжала стискивать мальчика в объятиях. — Госпожа, успокойтесь, — брюнет застыл на месте и не понимал, что ему делать. В это время мимо спальни Вирджинии проходил граф, который и стал свидетелем этой картины. Он вошёл в покои жены и подошёл к постели. — Дорогая, твоё самочувствие ещё не восстановилось. Ложись обратно. Позавтракай и отдыхай. Я позову горничных, — Клайд положил свою руку на руку жены, — А ты зайди в мой кабинет сейчас же, — прошептал граф, кладя вторую руку на плечо ребёнка. Тогда женщина отпустила ребёнка и с улыбкой взглянула на мужа. — Мне похоже приснился кошмар. Но теперь всё хорошо, — Вирджиния с любовью посмотрела на мальчика, которого приняла за своего сына. — Всё в порядке, поспи ещё немного, — муж аккуратно накрыл аристократку одеялом, поцеловал в лоб и вышел из покоев. Хозяин вместе с мальчиком вышли из комнаты и направились в кабинет. Кристофер заметил, как по пути за ним следили остальные слуги. Никто не понимал, почему слуга идёт рядом с хозяином. Косые взгляды были направлены на мальчика со всех сторон. Пройдя внутрь кабинета, Клайд сел за стол и положил ладонь на лоб. Мальчику он сказал сесть на стул напротив него. — Моей жене сильно нездоровится, она даже приняла тебя за Леона. Похоже у нас нет выбора. Ты встанешь на его место и станешь наследником графства. Я найму учителей. Они научат тебя всему необходимому. Отныне твоё имя — Леон Грей. Тебе понятно? — граф сурово взглянул на ребёнка. — Да, господин, — по лбу мальчика скатилась капля пота, он сильно занервничал. — На людях зови меня отцом, а в поместье как обычно, — мужчина скрестил руки. — Как скажете, господин, — Кристофер даже не мог поднять взгляд. Атмосфера была просто удушающей. — Можешь идти. Брюнет мигом выбежал из кабинета. «Получается я стану аристократом? Это ведь хорошо? Мама, наверное, хотела бы для меня лучшего. Надеюсь она не будет против, если я приму это предложение. Выбора у меня всё равно нет» — внутренний монолог помог ему успокоиться и расслабиться. С того дня Кристофер начал трапезничать вместе с хозяевами дома. Нынешние сёстры ненавидели его, хоть и испытывали лёгкую жалость. Отец постоянно критиковал и говорил, что таких успехов в обучении недостаточно, чтобы стать главой поместья. Мать же окружала его заботой, ведь она была единственной, кто считал его настоящим сыном. Кристофер усердно учился, никогда не отлынивал. Отныне он не хотел возвращаться к прошлой жизни. Он хотел стать идеальным человеком, которым будут гордиться. Всё ради лучшего будущего. Учителя никогда его не критиковали. Однажды Кристофер решил спросить почему. На это один из учителей ответил довольно умную вещь. — Все, кто поступает правильно, не критикуют, но все критикующие не делают ничего. Осуждать свойственно тем, кто не приобрел знаний, а тем, кто воплощает свои поступки в жизнь, некогда смотреть на других. Другой учитель тоже выразил свою точку зрения. Он сказал, что идеальных людей не бывает. — Как бы силён, проворен или искусен ни был тот или иной рыцарь, всегда найдутся другие под стать ему. Тогда новый наследник задумался о том, что не нужно становиться идеальным. Хороший человек — не всегда идеальный человек. «Я справлюсь. Аристократы ведь — сливки общества, а значит и я стану одним из них» Но всё же, как бы хорошо не протекала жизнь, в ней всегда есть камни.