Пожалуйста, позволь мне уйти.

      Тот, кто говорит, что красота ни к чему в жизни не приведет — лживый, завистливый ублюдок, который полон дерьма и просто пытается заставить себя чувствовать себя лучше в своей жалкой жизни.       Такемичи не хочет показаться грубым мудаком, это просто общеизвестный факт, с которым люди не хотят мириться. Легко отмахнуться от силы красоты и спрятать ее за бессмысленными словами вроде «ах, ты такой трудолюбивый», «ты такой умный и сообразительный» и «я дам тебе прибавку, пока ты будешь обедать со мной.»       И даже не заставляйте его заниматься музыкой и актерским мастерством; если вы не были великолепны и приятны на вид, тогда вы можете попрощаться со своей маленькой карьерой мечты. Так обстоят дела.       Это безумие, на что люди готовы пойти ради красивого лица и блеска кожи, нет, серьезно! И, не хотелось бы звучать как какой-то самовлюбленный мальчишка или что-то в этом роде, но Такемичи не понаслышке знает, насколько сильным может быть влияние красивых голубых глаз.       Из того, что помнит Такемичи (а это немного), ему всегда говорили, что он неестественно красив для мальчика. Он никогда не был уверен, было ли это оскорблением или комплиментом, но его короткая продолжительность концентрации внимания, смешанная с экстазом, заставляет его забыть и отбросить такие бесполезные мысли. Было бесполезно размышлять о зловещих намерениях, стоящих за такими добрыми, но унизительными словами, когда он мог засунуть нос в дорожку кокаина или запрыгнуть на член какого-нибудь старого богатого мужчины за таблеткой или двумя.       Но время от времени эти мысли всегда возвращаются к нему самым неприятным образом.

______________

Такемичи — наркоман.

      Полноценный, пропащий наркоман.       И ему всего шестнадцать лет, что, наверное, плохо. В будущем у него могут возникнуть серьезные проблемы со здоровьем, но, по общему признанию, он всегда слишком под кайфом, чтобы заботиться об этом.       Он не помнит, как оказался на улице, и его не волнует, почему.       Может быть, он поссорился с семьей, возможно — его выгнали, возможно — он ушел, чтобы стать мятежным подростком, и неожиданно запутался в мыслях с наркотиками до такой степени, что забыл обо всем. Кто знает.

И честно? Кого это, черт возьми, волнует?

      Единственное, о чем думает Такемичи, это: Наркотики. Деньги. Еда. И наркотики.       А из-за своей красоты и роскошных ног, которые могут соперничать даже с самыми красивыми моделями, он способен привлечь внимание старых богатых мужчин, которые имеют странную тягу к молодым парням, несмотря на то, что у них на пальце дорогое обручальное кольцо. О, и из-за его способности привлекать пожилых мужчин, он может получить все, что ему нужно в течение дня.       Ужасно просто, как Такемичи может отобрать бумажник или два у пьяных высокомерных богатых дядь, просто сидя у них на коленях и ведя себя как невинный школьник, которому нужно придти домой до девяти часов.       В большинстве случаев свидания заканчиваются голым и израненным Такемичи в постели, в которую он не помнит, как заползал, а рядом с ним храпит старик.       Он не беспокоится о том, чтобы напрягать свой разум, чтобы вспомнить события, произошедшие прошлой ночью. Вместо этого Такемичи вставал, принимал душ в ванной, которая ему не принадлежала, одевался, хватал кожаный бумажник, набитый деньгами, и выходил за дверь со своим списком вещей и предметов первой необходимости. Наркотики. Деньги. Еда. И наркотики.       Цикл всегда повторяется.       Это была жизнь Такемичи. Жизнь красивого мальчика.       Жизнь шестнадцатилетнего наркомана.

______________

      Утро было такое же, как и любое другое: в чужой постели голый и обнаженный, с засосами, усеивающими его драгоценную кожу.       Обычно Такемичи просыпается раньше своего спутника, но (неожиданно) на этот раз ему не повезло оказаться последним, кто открыл глаза.       Первое, что видит Такемичи — это лужа черного цвета. Какая-то бесконечная пропасть. Затем он замечает признаки приближающейся ухмылки, — и, да — мужчина в постели с Мичи наблюдал за ним. Жутко. С теми темными бесстрастными глазами.       Не прошло и минуты, как подросток чувствует, как все его тело обхватывают сильные руки, сковывают его и притягивают к мускулистой, обнаженной груди.       Такемичи, уставший и борющийся с самой большой головной болью в своей жизни, громко стонет и сопротивляется незнакомцу, заслужив глубокий смешок в ответ на свои бесполезные усилия. — Иди спать… — ворчит таинственный мужчина, крепче обнимая Такемичи, надавливая на каждый синяк на его светлой коже. Что еще хуже, он мягко целует макушку Такемичи, как какой-то романтический любовник.       Черт возьми, что такое с этим парнем? Такемичи приняли за кого-то другого? Кого-то значительного, может быть?

И почему не проходит эта проклятая головная боль?!

      Такемичи, не задумываясь, кусает плечо старшего мужчины, успешно заставляя его отпустить подростка.       И, как и ожидалось, незнакомец был этому не слишком рад. — Что, черт возьми, с тобой не так? — незнакомец устало хмурится, когда Такемичи робко ходит по комнате, чтобы подобрать с пола какую-нибудь одежду — возможно, свою собственную.       Такемичи не утруждает себя ответом. Вместо этого он направляется к тому, что, как он предполагает, является ванной, и запирает дверь.       Такемичи может отдаленно слышать раздражающий голос из-за двери, но он не хочет его слушать, нанося мыло на волосы и тело.

(Голова раскалывается.)

      Когда Такемичи выходит из ванной, одетый и готовый уйти, его встречает пустая спальня; незнакомца нигде не было видно. Хорошо.       Его удача была недолгой, когда он вошел в гостиную.       Незнакомец сидел на высоком табурете перед кухонной стойкой, жуя что-то похожее на тайяки, бездумно просматривая свой телефон. Издалека он выглядел… красивым. Не так жутко, как раньше. Со светлыми волосами, зачесанными назад, с татуировкой черного дракона, сползающей по шее, с серыми спортивными штанами, висящими на бедрах. Он выглядел как стереотипный богатый парень лет двадцати с небольшим.       Но более …гангстерский.       Вскоре незнакомец снова привлек его внимание.       Он ухмыльнулся. — Ты больше не собираешься меня кусать? Я знаю, что моя кожа болезненно вкусная, но.. Эй! Куда ты идешь?!       Такемичи игнорирует слова, сорвавшиеся с губ незнакомца, направляясь к выходу из дорогого пентхауса.       Жаль, что Мичи не смог взять бумажник перед уходом. Ну, что ж.       Сильная хватка на его запястье не дает ему сделать еще один шаг ближе к двери.       В чем, черт возьми, была проблема этого парня?!       Такемичи поворачивает голову, чтобы посмотреть на своего компаньона, но замирает при заметной разнице в размерах.       Такемичи был гребаным карликом по сравнению с этим человеком. Незнакомец был высоким, скорее всего, шести футов, и возвышался над Мичи, ростом пять футов три дюйма. Не помогло и то, что этот парень был чертовски поджарым, особенно по сравнению с худощавым телосложением Такемичи.       Он сглатывает и вдруг снова чувствует острую боль в голове.       Высокий парень или нет, он не собирался помешать Мичи уйти. — Отпусти меня! — голос Такемичи был немного хриплым, вероятно, из-за вчерашнего празднества, но он проигнорировал его, бросив взгляд на гораздо более высокого мужчину. — Но мы еще не завтракали! — возражает старший, оттаскивая Такемичи от двери с озорным блеском в глазах. — Я не завтракаю. — А что насчет Бранча? — глаз Мичи дергается от его настойчивости. — Я не голоден.       Конечно, как только эти слова слетают с распухших губ Такемичи, его желудок урчит. Смущенный, он отвел взгляд от незнакомца и уставился в холодный пол. — ...это был не я, — откровенно солгал Такемичи. Его уши потеплели, желанию снова укусить незнакомца становилось все труднее сопротивляться.

И его голова не перестает чертовски колотиться!

      Смех старшего мужчины определенно ни в малейшей степени не помог его затруднительному положению. — Да ладно! Не говори мне, что отказываешься от нашей сделки, Такемучи… — это привлекло внимание младшего.       Оглядываясь назад, чтобы установить зрительный контакт с незнакомцем, в голове Такемичи проносится миллион вопросов.       Откуда он знает его имя? Какая сделка? Что случилось прошлой ночью?

И почему у него такое ощущение, будто его ударили битой по голове?!

— О чем ты говоришь, черт возьми? Я даже не знаю тебя, — выплевывает Такемичи, заслуживая еще один снисходительный смешок странного человека. — Ты серьезно не помнишь? — Нет, теперь отпусти меня! — Такемичи снова пытается высвободить запястье из крепкой хватки незнакомца, но явно безуспешно. — Насколько «высоко» ты был вчера? — незнакомец имел наглость спросить это, рассматривая Такемичи с самой дерьмовой ухмылкой, которую он когда-либо видел. — Не знаю… — рывок. — Неважно… — рывок. — Теперь оставь меня в покое!!! — он практически кричит, желая быть где угодно, только не здесь, с этим странным мужчиной и его странным пентхаусом с его странными манерами.       Мужчина явно игнорировал Такемичи — он притянул его ближе, почти до такой степени, что они оказались грудью друг к другу. Они были так, так близко! Такемичи мог легко дотянуться, чтобы укусить ту же самую отметину, которую он оставил на плече старшего мужчины, а затем удрать оттуда к черту.       Он уже собирается это сделать, когда незнакомец снова заговорил: — Я обещал тебе любые наркотики, какие ты захочешь, в обмен на твою компанию! Это помогло тебе вспомнить?       Такемичи перестает сопротивляться при упоминании этого сладкого, сладкого, вызывающего привыкание слова.       Наркотики? Все, что он хотел? Он получал это в обмен на что? Сидеть на коленях у этого парня и дышать с ним одним воздухом? — Это… это не так, — честно признается Такемичи. — Но… Тебе просто нужна моя компания? Вот и все? — на лице незнакомца расплывается довольная улыбка. — Ага! У тебя даже будет доступ к моей роскошной квартире, а также к моим кредитным картам! — старший мужчина объясняет странным детским тоном, как будто он был искренне взволнован идеей иметь Такемичи рядом с ним.       А Такемичи? Он не осмеливается сомневаться в легитимности сделки и не думает дважды, прежде чем согласиться на нее. Только неуклюжий дурак был бы достаточно глуп, чтобы не принять такое щедрое предложение.       Он даже не знает, как познакомился с этим человеком… — …Я не отступлюсь, — наконец, после доли секунды раздумий, говорит Такемичи. — Я просто… я ничего не помню со вчерашнего вечера, так что… да… — мужчина мычит в знак признательности, и звук был достаточно громким, чтобы его голова заболела и задрожала от боли. — Тогда, я думаю, все решено! — радостно восклицает мужчина, доставая телефон. — Я позвоню в обслуживание номеров, чтобы принести завтрак, и… — Погоди!       Незнакомец снова смотрит вниз, встречая смущенное лицо Такемичи. — Я… я даже не знаю твоего имени!       На лице мужчины появляется натянутая улыбка. — Зови меня просто Майки.