Контрольный выстрел

— Майки, — голос Такеоми рушит тишину в просторной комнате, — объясни, зачем тебе эта девчонка? — он расхаживал из стороны в сторону, время от времени крутя в руках зажигалку. — Ты ведь мог заполучить любого наемника, но остановил выбор на ней. Парень сидел за огромным письменным столом в причудливой позе, чему советник Акаши всегда удивлялся, удобно ли боссу работать в таком положении. Абсолютно без интереса Майки закрыл свой ноутбук, холодно переводя взгляд на мужчину. — Слова, слова, слова... а вот действия, — на минуту комната снова наполнилась тишиной. — Ты заметил, что она почти всегда молчит? Она необычная, поступает так, что даже мне будет сложно предугадать её шаг. Разве не забавно? Собеседник неожиданно притих, словно обдумывая даже немного театрально реплики, не то вспоминая свой текст. — А ещё она тянется к тьме. Это так похоже на меня, правда? — теперь монолог был будто бы закончен, и глава обращался к мужчине, вспоминая о его существовании. Две фигуры как вкопанные застыли на своих местах. Король не стал делать ход, а значит, фигурам рангом меньше нет пути вперед. Эта пауза была необходима, чтобы каждый смог погрузиться в свои мысли. Брюнет смотрел в глаза парню, минимум на десять лет моложе его самого, в надежде найти в его пустом взгляде единый ответ на вопросы, о которых он думал уже несколько месяцев. Да, несомненно, девушка была отличным бойцом, талантливы стрелком, но она не преступница, моральный компас ещё не сместился в сторону темной силы, а значит, есть шанс на спасение души. — Тьма даёт силу, но наша птичка всё ещё тянется к свету. Я покажу её истинную суть, она станет падшим ангелом на моей стороне, — заговорщицки, почти одержимо начал шептать Майки. Спокойствие покинуло его сознание, и он резко подался вперед, направляя взгляд на Такеоми. Видимо, этот паршивец Санзу снова что-то дал ему, его арсенал таблеток пополнялся постоянно. В обычные дни Майки пусть и мрачен, но не несет околесицу. Советник и самый старший член банды, знал «мальца» да и семью Сано почти вечность, от чего было особенно больно видеть брата его лучшего друга в таком состоянии. Не отрываясь в сотый раз, он изучал, лицо человека, которого, кажется, скоро перестанет узнавать. Впалые щеки, темные круги под глазами, не предавали шарма болезненному виду блондина, который не спал нормально уже не первый месяц. Иногда он засыпал прямо на собраниях организации, предоставляя последнее слово «элите», в такие моменты Майки не трогали, голоса становились тише, ему просто предоставляли ему возможность выспаться. Такеоми был тем человеком, который слишком хорошо знал этого парнишку, ведь рос Манджиро у него на глазах, периодически попадая в неприятности и болтаясь под ногами старшего брата. — Видел бы тебя сейчас Шин, — подумал мужчина, качая головой. Он не планировал произносить что-то подобное с осуждающим видом, слова сами слетели с его губ. Читать морали не было в его принципах, взрослый мужчина не должен учить жизни своего босса, да и не послушает ведь. — Шиничиро больше нет, разве ты забыл? — взгляд светловолосого метнулся в сторону стопки бумаг, что расположились на краю его рабочего стола. — Он лежит в холодной земле, как и моя сестра! Мгновения хватило, чтобы глава опаснейшей преступной организации Канто впал в безумие, с силой вымещая его на куске дерева, сметая всё на своем пути. Бумаги и прочите предметы, теряя контроль над гравитацией, опускались на пол, гулко пронизывая помещение грохотом. Каждый год, с приближением годовщины смерти Шина, его младший брат становится неудержимым. Каждый год вся банда переживает этот период в жизни главы словно апокалипсис, от которого не спастись. Раз в год безэмоциональный человек становится жестким и неуправляемым. Буря, что сносила предметы в кабинете, утихла, бандит со шрамом на лице словно ждал, пока мальчишка успокоится. — Я помню, я всё помню… — проговорил Такеоми, подкуривая очередную сигарету, покидая развалины рабочего места босса. *** Слова, что изменили жизнь наемницы, стали для неё мостом в новую жизнь. Теперь она была глазами, что прикрывали главу Бонтена от опасностей, а он не препятствовал её работе «налево». Дни чередой унылых туч летели быстрее, чем она могла вообразить, один месяц сменялся другим. Тихими шагами девушка подходила к душе Манджиро, хотя и сомневалась, что у такого человека она имелась. Каждое задание, что передавалось порой через посредников, приближало девушку к цели. Теперь хрупкая фигура больше не была простой наёмницей, приобретая «громкую» славу одного из членов Бонтена, имя «черного феникса» часто называлось в опасных кругах. Убивать было не в первой, а задания не вызвали у девушки шквала эмоций, но оставляли за собой горькое послевкусие и ночные кошмары. В здании старого амбара веет ужасом и страхом. Тени отбрасывает единственный источник света в этом мрачном месте; сыро и безысходно. Именно сюда попадают предатели, полагающие, что умнее смерти. Груды металла, коробки и небольшая группа людей, рассредоточенных по площади помещения. Тихие всхлипы доносятся до ушей босса, вперемешку с каплями дождя, оглушительно падающими на грязный пол и оставляя причудливый рисунок на водной глади. Деревянный ящик издает звук, похожий на скрип. Это легкое худое тело, переместив вес, покинуло свой трон, двигаясь в сторону двух связанных парней. Он словно описывает круг почета, легко перепрыгивая между мокрыми участками как ребенок, придумавший свою собственную игру. — Ты же знаешь, что мы делаем с предателями, – нарочито медленно говорит Санзу, нанося удар в бок одному из шестерок банды, в ответ получая лишь тихий скулеж, — верно? Он смотрит жёстко. Правая рука лидера банды — настоящий садист, поэтому пытки и чаще всего убийства неугодных ложатся на плечи парня с пастельно-розовыми волосами и безумной улыбкой. Холодный металл пистолета, неизменный спутник двинутого парня со шрамами. Холод не дает облегчения лишь накаляет ситуацию, дрожь проходит по телу плененного, дуло пистолета, нацеленного в висок парня, почти доводит его до нервного исступления. Движения, как и прежде рваные, резкие, вытянутая рука не дрожит, но, не выдерживая и минуты в таком положении, розовая копна волос следует за поворотом головы, выжидающе смотря на босса. Он ждёт. Приказа. Преданность или смертельная одержимость, что заложена его мозгу, как программа, не дающая сделать шаг влево без слов хозяина. — Хей, Майки, — немного фамильярно, — что делать с этими двумя? Худой молодой человек едва отвлекается от своей игры, останавливается в метре от единственной девушки в компании мужчин. Сейчас он будто не с ними, глаза смотрят на двух связанных парней, что в паре шагов от него дрожат, предвкушая свою судьбу. Ему нравится ощущать их страх, он будто слышит каждый удар сердца. Как призрак, фигура в темной одежде сокращает расстояние между их лицами. Он всегда так делает, чтобы поставить её в неловкое положение. — Убей их! Ты же теперь моё оружие, — нарочито тихо, чтобы никто не узнал ваш секрет, проговаривает у твоего уха. Легкий кивок осведомляет о готовности служить и повиноваться. В этот раз Лин совсем ничего не ощущала. Мгновение, и она возьмёт в руки оружие, которое, спустя пару десятков секунд, лишит двух людей жизни. Кровь снова будет течь по её рукам, от неё не отмыться. Пленники, что имели неосторожность попасться лидерам «Бонтен», смотрели на девушку с длинными темными волосами как на лучик надежды. Наивные. Она была «палачом», который приведет приговор их короля в исполнение в тот же миг, лишь поймает его взгляд. — Пожалуйста, не делайте этого, — слова разбивались, сиплый голос молил о пощаде. Шаг, а затем ещё один приближал её к добавлению в список имен ранее в нем отсутствовавших. Сегодня грузом на плечи девушки лягут ещё две отнятые жизни. Только вот в этот раз неугомонного голоса, вторившего о заслуженном наказании, не будет. Парни, что стали заложниками ситуации, виновными лишь в том, что попались. Сегодня их короткая жизнь оборвется. Оружия при Асано не было, застав Санзу врасплох, она протянула руку к его пистолету: — Позволишь? – слова лишь заставили самодовольно хмыкнуть парня с розовыми волосами, исказив его лицо недовольной гримасой. — Не бойтесь, я сделаю всё быстро, — приподнимая дулом пистолета подбородок, проговорила девушка. Умелые руки быстро прикрыли глаза второму приговоренному темной материей, что не позволяла видеть ничего кроме бесконечной тьмы. — Тебе лучше этого не видеть. Дыхание становится редким, а прицел легко находит цель. Выстрел. Один. Второй. Идеальная работа идеального убийцы не оставляет ничего, кроме отверстия в черепе и алых пятен. Пара капель брызнула ей на щеку — это станет напоминанием. Отмыться так просто не выйдет. Тела, подобно тряпичной кукле, падают на грязный бетонный пол, касаясь лицами, пачкая их идеальную белизну. Дело сделано, холодные голубые глаза встретились с черными омутами, что неотрывно наблюдали за действиями девушки, ловя каждое действие. Сраный фетишист, неужели ему так сильно нравится смотреть на страдания других? — Ещё пожелания? — женский голос доходит до затуманенного сознания босса, она всегда специально обращалась к нему, не разрывая контакта. Ей нравилось бросать короткие взгляды на Санзу, когда светловолосый парень обращается к ней. Ревность разливалась по телу как наркотик, как огонь, сжигавший всё на своем пути, не давая разумно мыслить. «Правая рука» главы чувствовал, как девчонка его вытесняет, ведь раньше ради Майки руки марал он, а что теперь? Теперь она это сделала его же оружием, нежно вынимая из руки. — Едем в офис. Асано свободна до вечера. Санзу, приберись тут, — босс как кость бросил грязное задание верному псу. Медленно двигаясь к выходу, девушка ждала пока выйдет их глава, не упуская возможности добить сломленное безумством и наркотой сознание его правой руки. Передавая ему оружие, краем глаза она заметила братьев: — Да она такая же ненормальная как мы, ну что за прелесть, — ликовал Риндо, театрально хлопая в ладоши. Овации быстро закончились, заставив девушку сдержано улыбнуться, не разрывая контактна с Хайтани. Ненормальная? Нет, она просто играла свою роль для достижения цели. Когда её холодные пальцы коснулись руки парня, вкладывая в ладонь пистолет, он сильно сжал её запястье. Во взгляде читалась ненависть. Что ж, именно этого добивалась девушка. С первой их встречи было ясно — друзьями этим двоим не стать. Харучие отсекал и убирал с дороги любого, кто приближался и менее близко к Майки, чем это успела сделать Линали. Методично убирая с пути соперников, которые могли бы отнять у него мнимое чувство нужности, а может, даже любви к себе. Только вот с девушкой его обычные методы не работали, она не старалась нравиться Сано, не лезла из кожи, чтобы быть нужной. Чертовка в первую их встречу, даже без разговоров, оставила шрамы на сердце главы, запала в его затуманенный мозг и не выходила из него. Она просто была собой, и это подкупало. — И чем ты только его зацепила, — прошипел парень, оставляя следы на нежной коже. — Ты же обычная посредственность, а Майки, он… — не успев закончить мысль, его гнев прервала речь брюнетки. — А я смотрю, ты верный пёс, — сделав быстрый поворот, девушка освободила руку. — М-м, да ещё и одержим им. Мне вот интересно, эротические сны с боссом не мучают? Рука не устала? – ухмылка на её лице бесила парня, было видно, как у него внутри всё закипает. — Ах ты тварь! – пропустив удар от парня, фигура девушки отшатнулась в сторону, вытирая кровавые бусины. — Я гораздо хуже, милый, — встав на носочки близко к его лицу, она произнесла: — Проверишь? Эта перепалка могла бы длиться вечно, не нарушь их единение братья. Они всё это время как за спектаклем наблюдали, им только попкорна не хватало, а вместо удобных кресел были лишь деревянные короба. В тайне они поддерживали девушку, но никогда не скажут об этом, предпочтут держаться в стороне. Слепая преданность Хару если не раздражала, то временами пугала ребят. Пёс — именно на него в моменты помутнений и приступов ревности был похож парень, готовый и жизнь отдать за хозяина. Ребята окликнули девушку, жестом указывая на необходимость наконец-то убраться из этого затхлого места. Шаги стихли, оставляя молодого мужчину с волосами цвета заката, полного решимости проломить голову сопернице. Ну, ничего, когда-нибудь он наверстает упущенное. А пока, он сделает всё в точности как сказал ему Майки, ведь верный пёс не станет кусать руку, которая его кормит. *** Ночной воздух приятно холодит кожу. Вероятно, стоило одеться теплее, но таковы правила, официальные встречи с лидерами группировки равно соответствующий дресс-код. Возможно, платье в тандеме с её красным кавасаки не такая уж и хорошая идея, но скорость, что набирает железная мощь, не сравнима ни с чем, холод и ветер — ерунда в сравнении с полетом. Гул, музыка и сладковатый аромат — первое, что встречает гостей клуба «Feria». Место, пропитанное развратом и место, где не действуют законы морали; сюда стекаются лучшие из худших, а в закрытой зоне развлекается верхушка «Бонтен». Тяжелые двери распахиваются перед девушкой, что медленной походкой двигается в сторону основного зала; всего через мгновение музыка, посторонний шум и двигающиеся фигуры поглотят её. Это место темное, загадочное, несколько лет назад, когда Коконой Хаджиме, – финансовый гений группировки, — открыл его, ребята с недоверием поглядывали на предпринимателя, но бизнес быстро начал приносить свои плоды, а приближенные к боссу стали вип-гостями в залах с громкой музыкой. Громкие звуки из открытых дверей доносились до девушки, музыка и энергия зала уже были готова принять её в свои объятия и закружить в танце, но она на работе. Сегодня приоритеты иные. «Бонтен» — не просто группировка, это стиль жизни, роскошь, похоть и пагубные привычки, сопровождающие каждого ступившего на этот путь. Говорят, один раз прикоснувшись к соблазнам, что как трясина затягивают на дно, выбрать становится очень сложно. Поэтому бывших членов банды не бывает. Карман её куртки разрывает назойливое жужжание. Найдя опору у стены, девушка достает свой телефон в надежде, что это всего лишь спам, напоминание от самого пунктуального человека из ныне знакомых ей. Такеоми — любопытный персонаж, он ненавидит опоздания, но любит присылать короткие послания в виде смс, почему-то напрочь игнорируя мессенджеры. Так произошло и в этот раз. «Поздно», — подумалось ей. Акаши один из самых приятных людей среди наглухо отбитых парней, он с заботой и даже немного братской любовью относился к девушке, каждый раз не давая ей опускать руки при неудачах. «— Линали, где ты? – низкий голос мужчины отдавался эхом в полупустой квартире девушки. Беспокойство, странное чувство словно сковывало конечности. Тишина в большом помещении пугала, о присутствии живой души напоминал лишь звук открыто крана в ванной. Не снимая ботинки, он преодолел пространство, просушиваясь к всплескам и еле различимым всхлипам за широкой поверхностью двери. — Эй, Асано, — продолжал легкие постукивания по полотну Такеоми, — я знаю, что ты здесь. Открой дверь. Голос за стеной заставил девушку вздрогнуть, сворачиваясь клубком в немых рыданиях. Как рыба она хватала воздух, которого не хватало для нормального функционирования её легких. Вдохи были частыми, вперемешку с солеными слезами, вырывающимися из самых глубин её души. Тонкая рука дрожала, причиняя нестерпимую боль, чем она испытывала до этого. Но сейчас ей было плевать. А может, это и к лучшему, пока она ощущает боль, она жива. Или нет… Тело мужчины опустилось на пол по другую сторону от куклы, которая исчерпала свой ресурс. Сейчас именно на манекен была похожа фигура девушки, но вот только пластиковые тела не ощущают боли. Не ясно, сколько прошло времени, что советник группировки уговорами пытался заставить девушку открыть дверь, по ощущениям не более двадцати минут. Интонация смягчилась, спустя короткое время он понял, что тарабанить и использовать грубую силу бесполезно. — Пожалуйста, открой дверь, и мы поговорим, — не сдавался Такеоми. — Слышу же, ты плачешь… — Уходи, — слабый голос отозвался сквозь щель между половицами. Вместо ответа «хорошо» Линали заметила еле различимое движение. Рука надавила на ручку, убедившись, что дверь не поддастся уговорам, в голове у мужчины крутились сотни мыслей, образующих постоянный поток. Всем было бы проще, открой она дверь сразу, но встретиться своими красными от слез глазами с лицом мужчины было невыносимо. Треск, словно тонкий лед, ломались стены, что прежде удерживали тьму в глубинах души, теперь эмоции вырвались наружу лавиной, сметая остатки самообладания. Сейчас от сильной духом почти ничего не осталось, было лишь тело, содрогающееся в немых рыданиях. Она сломана, кажется, больше нет сил идти вперед, а её призрачная цель так и останется несбыточной. Говорят, за каждым сильным человеком стоит история, которая не оставила ему выбора. Её душа была растоптана. Некогда цветущая, она превратилась в сад терновника, шипы которого больно ранят, защищая последний цветок, что Лин хранила в глубинах сознания. Она никого не подпускала к своему искалеченному сердцу, сохраняя дистанцию, прячась как раненный зверь. Но в этот раз план провалился. Теперь человек, терпеливо ждущий ответных действий на просьбы, обращенные к девушке, рискует узнать её настоящую, слабую, поломанную жизнью. Нет, она не может позволить кому-то увидеть это. — Убирайся! – её голос сорвался на крик. — Оставь меня! Понимание, что кричать не стоит, плотно засело в голове, но иначе не выходило. Её простые действия только добавляли подозрений к запертой двери и девушке, что лежала на полу. Сейчас ей хотелось просто провалиться, исчезнуть и больше никогда не существовать. Перспектива просто падать, — бесконечно долго, пока не достигнет пучин ада, — не казалась такой уж плохой. Пропасть и больше не существовать. Но скрываться от «бога войны» — всё равно что пытаться ловить дым пальцами, а сейчас сражение шло за жизнь человека, который всего несколько месяцев назад попал в «Бонтен». Осознавая своё шаткое положение и слабость в теле, на шатающихся ногах девушка поднялась к замку на двери, через секунду раздался щелчок. Битва проиграна. Но не война, а пока фигуры падают с шахматной доски, оставляя всего одну, одинокую, погрязшую в грязи и крови пешку, не имеющую возможности сделать ход. Скрип двери, что легко подалась в сторону безоговорочного проигрыша ледяной королевы, — как немой крик о помощи. Её переиграли. Воспользовавшись ситуацией, мужская рука толкает полотно, впуская воздух, которого так сильно не хватало крохотному существу взаперти. Спокойный и рассудительный, он в миг поменялся в лице, не предполагая, что сможет лицезреть. Задание пошло не по плану, наемница исчезла сразу после выполнения. Воображение подкидывало разные образы, он мог ожидать чего угодно, но не ярко алые пятна, которые, казалось, были повсюду. Изящным движением рука рисовала странные узоры, проводя по белоснежной ванной. Девушка снова опустилась на холодный кафельный пол, опуская голову, в надежде скрыть этот позорный взгляд. Она не могла поднять голову. Ей было стыдно, она стала слабой в глазах человека, имеющего нерушимый авторитет. Лин каждой клеточкой ощущала, как её начинает трясти, истерика снова заполняла уставший мозг в надежде забыться и не думать о правильности своих действий. Мягкая, теплая рука повернула, рассматривая увечья. Живого места не было. Всю внутреннюю сторону предплечья левой руки покрывали рваные порезы, а кровь всё ещё не переставала течь. На счастье девушки, вены были целы, иначе Такеоми в холодной квартире встретил бы труп. Быстрые движения расправились с кровоточащими ранами, обернув истерзанную кожу белой материей. Теперь слезы текли тихо, она не издавала ни звука, будто боясь спугнуть нежеланного гостя. Две фигуры продолжали сидеть на прохладном полу ближе, чем позволили бы отношения двух коллег, но ему было плевать, сейчас важно привести в нормальное состояние девушку, которая была важна для босса. Холодный расчет? Нет, просто тяга помочь, ведь советник главы не был бессердечным, а ещё он ненавидел женские слезы. — Расскажешь? — простой вопрос, но как ответить на него, брюнетка совсем не знала. Да и что тут скажешь? Она никогда не умела справляться с эмоциями и проще причинить боль, чем проживать их. Она никогда не забудет глаза маленькой девочки, которая получила пулю в лоб и крик её матери, а ещё безумные глаза босса, который обрел её на этот ад. — Я больше не могу, — начало всхлипывать худое тело, не поднимая лица, в попытках отодвинуться дальше от своего «спасителя». Её перебинтованные руки хватались за волосы, создавая ещё больший беспорядок. Он понимал чувства своей коллеги. Сегодня Майки был не в себе, приводя свой безумный план в исполнение, но девушка не сломалась, или именно это она жаждала доказать боссу. Убрать с дороги «Бонтен» всю семью группировки, мешающей расширению границ, она справилась, но какой ценой. Акаши был с ней в тот момент, когда каменное выражение лица пронзила боль, а палец спускал курок. Она плакала. Тихо, едва заметно, не моргая… Часто ли вы видите «убийцу», которой жалко своих жертв? Такеоми никогда не видел, в тот момент он понял, — «она всё ещё тянется к свету», вспоминая слова Сано. — Я плохой человек. Я не заслуживаю жить. Ребенок, я… чудовище, — рыдала девушка, не давая словам внятно слетать со своих губ. — Почему? Дыхание снова стало прерывистым. Она теряла контроль. Звонкая пощечина немного привела в чувства девушку, она посмотрела на Такеоми, лицо мужчины изменилось, когда он увидел, сколько боли плещется в её глазах. Ему не нужно ничего говорить, рывок и трясущееся тело медленно успокаивалось в объятиях единственного человека, которому было не плевать на её душевное состояние. Он гладил её по волосам, в надежде успокоить. Обычно такие методы работали с дамами, но получится ли сейчас, он был не уверен. Пальцы Лин хваталась за дорогую мужскую рубашку, оставляя следы, а холодные слезы скатывались, оставляя мокрые следы в районе груди. Они долго сидели так, прижавшись друг к другу, пока горечь и боль, выходившая из самых глубин, окончательно не забрала все силы. Засыпая, девушка лишь думала: неважно насколько ты сильный охотник. Люди — странные существа, ими всегда движут сердца. Сознание… Нужно лишь разрушить их сознание, тогда и убить проще простого. Сегодня сознание её в очередной раз разрушилось. А сердца... они такие хрупкие, как стекло. Наверное, его у неё уже давно не было. Тогда почему так болит? Такеоми проводил рукой по прямым темным волосам: — Даже когда вокруг тебя всё рушится, найди в себе силы не утонуть, остаться на плаву. Жизнь благоволит мужественным, — он посмотрел ей прямо в глаза, она его слышала. — Помни: не всё потеряно! У тебя ведь есть цель? — короткий кивок головы, его более чем достаточно. — А если к ней ещё добавить решимость бороться, ты сможешь гораздо больше, чем думаешь. Пожалуйста, больше не делай глупостей.» Девушка вспомнила тот страшный день, когда Акаши увидел скрытое от посторонних глаз, и на её лице появилась легкая улыбка. В ту ночь они стали ближе, никто и никогда больше не вспоминал тот день. Рука наспех прошлась по следам, что навсегда будут напоминать ей о просьбе человека, который увидел в ней не жалкого самоубийцу, которому не удалось умереть, а нечто большее. Майки и вправду был прав, его интуиция не подводит, их схожесть была поразительна. Немного потерявшись в своих мыслях, — всего на мгновение, — девушка замечает мужчину не меньше двух метров. Его уверенная походка дала ей понять: проблем в этот вечер не избежать. Для Лин подобного рода встречи были даже забавны. То, как её раздевает взглядом мужчина, даже не подозревая кто стоит в данный момент перед ним. Тяжелый парфюм и теплое дыхание опаляет щеку девушки, вызывая волну отвращения. Раз, она полной грудью вдыхает остаток кислорода, не заполненного сложным ароматом. Два, поднимает глаза, полные презрения, на мужчину, что так беспардонно вклинился в её пространство. Три, слышит знакомые подкаты, предложения грязно провести вечер. Грубые ботинки, косуха, красное легкое платье, длиной до колена, но с фантастическим разрезом почти до конца бедра, провокация подобрала бы именно такой лук, если бы была человеком. — Эй, красавица, развлечемся? – амбал зажимает Асано, стоящую у стены. Это забавно. Не отрывая взгляд от глаз напортив, девушка следит за реакцией парня. Его рука скользит от талии к груди, момент, и она перехватывает запястье, от чего таинственная улыбка пропадает с лица мужчины, ведь вывернутая рука причиняет боль. Этому приёму она научилась у Майки — простой и травматичный. Теперь пикапер в невыгодном положении, шипит в надежде на скорое освобождение. — Не смей ко мне прикасаться, мразь, — холодный металл касается его горла, пугая ещё больше. — Вот ты где, — отвлекает от пыток девушку голос. — Лин, хватит развлекаться, тебя Акаши искал. Она все так же смотрит в глаза своему обидчику: — Иначе будешь иметь дело с моими мальчиками, — девушка перешла на шёпот, обнажая руку с татуировкой группировки. — И, поверь мне, если я попрошу… Слова произносились не громко, но с безумной улыбкой на лице, обнажая клыки. Игра на публику удалась как нельзя лучше, если честно, то она и сама могла бы уложить парня, сломав пару конечностей, но он должен понимать, частью какой банды является миниатюрная брюнетка. Парень в испуге отшатнулся, а его глаза начали бегать. Неловкость и страх теперь станут его спутниками при малейшей мысли приставать к девушкам, зажимая к стенам темных помещений. — Так ты в составе «Бонтена»? — с ужасом звучал его голос, но так сладко. — Простите, милая леди, больше такого не повторится. — Надеюсь, — обернулась, уходя, фигура в красном платье, на прощание кинув. — Ведь я очень метко стреляю. Импровизированный пистолет из пальцев попал прямо в цель, оставляя собеседника обдумывать своё поведение. Затуманенные лица алкоголем, знакомые люди веселятся, отмечая очередной день, который своим закатом подошел к концу. Яркие огни слепят глаза, не давая привыкнуть к быстро меняющимся цветам, на танцполе ритмично двигаются девушки, привлекая пластикой внимание мужчин. Кто бы мог подумать, за столь короткое время подобный мир станет реальностью, в которой теперь существует простая наемница, живущая на окраине Токио. Второй этаж, дежурные взгляды и приветствия охранникам клуба, для Коко всегда важна безопасность высоких гостей. Бизнес не будет процветать, если клиент останется, недоволен сервисом, кажется, что-то подобное говорил ей парень, при первой встрече делясь мыслями, но, опять же, о деньгах. Лин не любила общаться с этим человеком, пусть он и был интересен, разносторонен, но склонность мыслить лишь коммерчески — отталкивала. Терпкий запах бренди ударил в нос, при входе в неоновый зал с множеством столиков и площадкой в центре. Ей тут не место, это не для неё, — подумала бы девушка, не будь еженедельное пребывание в подобных клубах работой, а всему виной её работодатель. Майки вдохновился ночной жизнью, теперь большая часть их собраний происходила в обстановке под ярким синим светом. Последнее время Манджиро был будто сам не свой, молчал чаще обычного, а его мысли будто были написаны на лице, но без конкретики. Сна было теперь ещё меньше, зачастую не помогали даже сильные таблетки. Он устал, а, как известно, сон не спасает, если устала душа. Те, кто знали этого худого молодого мужчину, хотя бы немного понимали, что его душа изнемогала настолько, что контроль над собственным состоянием нередко терялся. Это страшно, знаете ли, наблюдать, как человек, державший себя в руках, постепенно становится не властен над собой. Кратко поприветствовав членов группировки, девушка двинулась к трону, на котором в странной позе сидел её босс. — Лин, — окликнул её Такеоми, жестом подзывая к себе , — опаздываешь! — в голосе читалось недовольство. — У меня ещё пять минут, — строго произнесла девушка в красном. — Что с Майки? Черный бархатный диван сливался с костюмом такого же цвета, что был надет на главе группировки. Парень сидел, откинувшись головой назад, но не спал. Кажется, его глаза пусто смотрели вверх. Он временами прикрывал свои веки, заставляя ресницы опускаться ближе к бледной коже. «Зачем мужчинам такие длинные ресницы?» — эта мысль сама закралась ей в голову. — Собрания не будет, босс и верхушка уже пьяны. Кажется, этот придурок, — рука с зажатой сигаретой между пальцев указала на виновника, — чем-то накачал его, а я не успел проследить. Ох, и получит он у меня завтра, как только проспится. Такеоми говорил о наркомане с розовыми волосами так, словно он был его близким другом или братом. Сигарета тлела в руках мужчины, после затяжки он снова продолжил свой монолог. Да, с ним было всегда так, пусть он и не любил говорить, но девушку в этом деле переиграть было невозможно. Бесконечный поток слов, похожий на водопад, холодными каплями бьющий по лицу, он видел её только в тот день. Слова вперемешку со слёзами, криками и истерикой. — У меня к тебе просьба. Отвези Манджиро домой. Обдолбанный Харучие не сулит ничего хорошего, не хочу чтобы наш босс пострадал, — он посмотрел в голубые глаза, ожидая реакции. — Ему будет безопаснее с тобой. К тому же, только тебе я могу доверять. Доверие — такая хрупкая вещь. Девушка тут же вспомнила, зачем вступила в банду, зачем она сама вышла на Сано, давая согласие стать девочкой на побегушках, исполняя приказы неуравновешенного парня. Лучшая плата, которую мог предоставить ей Акаши — он ей верил. Зря. Она использует это искреннее чувство, куя из него острый кинжал в пламени ненависти и боли, а после пронзит им мертвое сердце. Порой в её голове возникала мысль, использовать человека, что забоится о тебе – не правильно. Что ж, доля правды в этом есть, только ходу назад нет. В этот раз пешка поставит шах королю, попутно разрушая его мир. — Вот тебе ключи, тачка на улице, — он мягко повернул её руку как в тот раз, вкладывая в нее фигурный металл с пультом сигнализации. — Справишься? — Да, — немного замявшись, произнесла девушка, но речь стихла. — А как же мой мотоцикл? — Я лично пригоню его завтра к твоему дому. Ступай, я сейчас тебе… О боги, Санзу, не смей громить бар, — оставив девушку с ключами от автомобиля, брюнет быстрым шагом поспешил к зачинщику беспредела, что уже фактически лежат на барной стойке. Пока Акаши разбирается с правой рукой главы, Асано подходит к парню, что почти спит на мягком бархате, сокращая расстояние между ними. Ботинки ступают по черному мрамору пола, как по тонкому льду. Грудь медленно поднимается, наполняя легкие кислородом, а глаза всё так же закрыты. Женская рука невесомо касается запястья человека, что стал сегодня для нее главным заданием, которое она не имеет права провалить. Гулкий стук сердца норовит выдать её присутствие, но голос делает это первым. — Босс, Вы спите? – реакция на её краткие прикосновения странная, он лишь удовлетворенно улыбается, но это не настоящие эмоции Манджиро Сано. Пелена алкоголя и препаратов в его крови дарят ему ощущение комфорта, защищенности, когда разум окутан этой негой, он может расслабиться. Ещё немного, и сознание окончательно покинет его, действовать надо быстро. Беглым взглядом девушка осматривает местность, ведь тащить на себе пусть и худого, но с разницей в весе парня она бы не хотела. Хайтани сидят с двумя красивыми девушками, кажется, они безумно похожи друг на друга. Сестры, а может, даже близнецы? Их руки похабно блуждают по их телам, задевая нужные точки, чтобы оценить пластику. Эти двое заняты своими делами, абсолютно не обращая внимание на появившуюся фигуру рядом с ними. — Рин, Ран, помогите довести босса до машины, кажется, он не в себе, — реакция младшего из братьев не заставила себя долго ждать, одним взглядом он провёл линии от грубых ботинок до симпатичного разреза на бедре, мысленно раздевая девушку взглядом. — Прости, крошка, мы заняты, — говорит Рин, не отводя глаз от красной материи. — Очень заняты, — будто заканчивает мысль брата старший, окончательно отрываясь от поцелуя с вульгарной блондинкой, накручивая её волосы себе на руку, заставляя отпрянуть. — Но я могу освободить для тебя вечерок, может, присоединишься к нам? Обещаю, тебе понравится. — Какой же ты… — захлебнувшись в возмущениях, недовольно хмыкает брюнетка, удаляясь от пьяных парней. В банде не принято иметь отношения с кем-то из своих, поэтому каждый находит себе объект по вкусу. Ран это отлично знает, но не упускает возможности бросить пошлые намеки на единственную девушку, что смогла добиться расположения босса. Кто-то находит себе подружку на одну ночь, а у некоторых имеются даже семьи, но всего одно правило нерушимо — твои отношения всегда за пределами стен «Бонтен». Эти устои касаются всех без исключения, и даже «непобедимый Майки» не может пойти против них. Его тело находится в том же положении, что и пару минут назад, когда женская рука касалась его, задавая мертвому сердцу странный ритм. Сано лениво открывает глаза, даже не стараясь ловить фокус на нависшей над ним брюнетке. — Нам пора уходить, обопритесь на меня, — он недовольно поднимается, позволяя себе помочь, слабо шагая вместе с девушкой. Ноги тонут, не позволяя нормально ступать по ровной поверхности, так как в его глазах темнота, манящая, что не дает открыть глаза и делать твердые шаги в сторону автомобиля. Уверенные руки держат руль, увозя босса подальше от алкоголя и запрещенных веществ. Все это пагубно влияет на большую часть людей, но сейчас, проезжая по ночному городу, девушка кидает лишь короткий взгляд. Не больше, ей нужно удостовериться, что с её заданием всё в порядке. Человек, который последний месяц всё время пребывает в безумии, сейчас мирно спал, волосы падали на его лицо, а дыхание было таким ровным и успокаивающим... В этот момент Линали словно увидела вторую сторону своего начальника. «Интересно, ты всегда таким был?» — навязчивые мысли, и желание узнать о его прошлом лезли в голову. — «Что произошло с тобой, Манджиро Сано?» Сейчас она словно видела ребенка, который, после долгого дня за играми, вымотался и уснул на диване в гостиной своих родителей, не дожидаясь ужина. Медленно притормозив, автомобиль остановился у обочины, мигая красными фарами. Заботливо укрыв его своей кожаной курткой, девушка смахнула часть светлой челки с его лица. Простое действие пошатнуло самообладание. Тепло лишь на секунду будто бы стало согревать область в районе сердца, но эти мысли были сразу же заперты в чулане, а ключ выброшен в океан боли. «Нет, нельзя! Это очарование мешает выполнить задание, данное себе обещание важнее», — вторил внутренний голос, назойливо споря с упрямым сердцем. Откуда этот порыв, Лин не знала, это чувство похоже на эмоции, что испытывает жертва «стокгольмского синдрома», которую удерживают силой, а она начинает влюбляться в похитителя. Только её никто не держал, а пришла она в жизнь босса головорезов сама. Ей уже давно были не понятны собственные эмоции, поэтому проще их запереть на замок, оставив лишь мертвый холод и пульс ровный, словно жизни в её теле вовсе нет. Черный внедорожник остановился у парадного входа в высотное здание, водитель, что секунду назад была в своих мыслях, начала спешно набирать номер телефона одного из охранников квартиры Сано. Молодой человек, что вселял ужас во многих гопников Токио, сейчас стал для неё таким обычным. Согласитесь, что-то «нормальное» есть в том, чтобы напиться и уснуть в машине, пока знакомый или друг, — а может, твоя девушка, — везет домой, дабы ты не ввязался в неприятности. Ситуация была похожей, только на кожаном сиденье, удобно устроившись, спал не обычный японец, а опасный человек, но разум его был не здесь, он находился за пределами города, а значит, бояться не смысла. Если отбросить формальности, то поступки Майки, такого пугающего временами, походили на обычное желание забыться, ведь ноша была слишком тяжелой. В данный момент он просто находился в потоке, словно течение несло его в лучшее место, словно не было этого «безумия» и тьмы, что вырвалась из него всё чаще. Мир сузился до пространства черного внедорожника, где находилось две фигуры, чье ментальное здоровье оставляло желать лучшего. В окно автомобиля постучали. Юки — кажется, так звали высокого, крепкого парня, что не отказал хрупкому существу в помощи. Его руки бережно обхватили босса, водрузив его тело на спину для удобства, казалось,мужчине вовсе не тяжело, он как пушинку нес Майки в его квартиру. Глаза Манджиро время от времени открывались, обрывки картинок из окружающего его мира цепляло сознание, что начинало трезветь. Лежа на спине своего охранника, он мечтательно снова прикрыл глаза, переносясь в прошлое, когда так же его брал в свои руки Дракен. Тогда он был не просто его другом, а компасом, но после смерти самого близкого человека после Шина, оба закрылись в своем мире, не впуская никого. Теплая улыбка прошлась по истощенному лицу блондина, как бы он хотел раствориться в этих воспоминаниях. Каждый раз, глотая таблетки, он желал увидеть прекрасные сны, но, просыпаясь, ненависть к себе снова разрывала. Кажется, от него прежнего осталась лишь оболочка, но он умудрился испортить и её. Что он такое? Призрак, не более. Помощь Юки была неоценима, проводя парочку до двери квартиры, он уже хотел передать обмякшее тело девушке. Пентхаус Майки встретил две темные фигуры, они причудливо отбрасывали длинные, будто пляшущие тени на дорогой пол. — Мисс Асано, не нужно ничего больше? – под руку он держал парня. — Просто положи его на кровать, — она указала на комнату, в которой горел ночник — единственный источник света в ужасно темном помещении, — дальше я сама. Мягкость постели обволакивала и не давала выйти из сладкой неги, но взору предстало красное пятно и ночное небо. Мириады звезд сейчас переливались, снова и снова загораясь огнями, но внимание привлекали не они, а хрупкая девушка, что старательно искала в его квартире теплое одеяло. Забота. Майки давно уже не ощущал этого чувства, болезненная привязанность Санзу не шла в сравнение с человеческим искренним теплом. Глаза снова закрылись, сон манил его, падать было так приятно, но холод и дрожь, что пробирала тело, не давала раствориться в таком необходимом отдыхе. Как маленький котенок, худое тело жалось конечностями друг к другу, обхватывая руками. Лин, руководствуясь жестокостью, могла бы наблюдать за страданиями босса, но решила сократить расстояние в несколько шагов, накрывая его тело теплым одеялом. Ему холодно, факт, вероятнее всего, отпускает действие препаратов, ведь одному только Хару известно, чем он напоил Майки. Женская рука едва касается лба Сано, заставляя сразу же убрать её с вражеской территории. Жара нет, отлично. Значит, её работа на сегодня окончена. Сгорбившись от напряжения во всем теле, девушка разминает затекшую шею и плечи, выпрямляясь, в надежде скорее попасть в свою обитель проклятых, где она снова увидит кошмары. — Сладких снова, босс, — едва уловимо двигаются её губы. — Не уходи, — шепчет слабым голосом ещё мгновение назад спящий парень. — Останься, прошу… Ты мне нужна. Сон не отступает, поэтому слова едва различимы. Нет, зовёт Майки точно не её, этого не может быть. Обычно просьбы не про него. Услышать из уст парня тихую мольбу так странно. Обычно суровый босс «Бонтен» раздает приказы. Если это очередная игра, которую затеял Сано, то девушка будет играть по его правилам. Тяжелое кресло медленно приближается к кровати уязвимого, находящегося в полусне человека. Расстояние позволяет ему взять руку Лин, едва касаясь холодной щеки. Ситуация до боли комична. Она могла бы с легкостью убить его прямо сейчас, но что-то мешает, будто невидимый барьер окружает спящего главу, так бесцеремонно взявшего в плен её запястье и разум. Просто пустить в лоб пулю, не думая о последствиях, но план у девушки был иной. Этот человек разрушил её мир, теперь она сделает тоже самое.