Дикий зверь

Ханагаки медленно приходит в себя после долгого сна. Голова сильно болела, как и всё тело. Перед глазами была белая пелена, из-за которой плохо фокусировался взгляд. Присутствовала сильная жажда. В горле всё пересохло, из-за чего был неприятный зуд. Вязкая и неприятная слюна, стекающая с языка в горло, доставляла ещё больше отвращения, от которого хотелось блевать. Это было только пол беды. Мужчину больше тошнило от того, в каком положении он сейчас находиться. Вспоминая вчерашний день, как он вчера мучился, унижался и терпел всю эту боль - от этого было не по себе. Самое отвратительное, что он смерился с этим. Смерился стать послушной игрушкой для этого дикого зверя. Такемичи обречён на вечные страдания. Теперь его каждый день будет похож на пытки. Неужели у него и вправду такая мучительная судьба? Почему малой просто не может его убить? К чему эти нежности? « Нежности?» - промелькнула мысль в голове, когда мужчина начал вспоминать, что произошло после всего того безумия.

***************

-Вставайте, нам надо смыть всю грязь с вас. Кровь к вам к лицу, но когда она засохнет, то уже не будет так привлекательно на вас смотреться. С улыбкой на лице произнёс парень, вставая с кресла и направляясь в сторону ванны. Заметив, что за ним никто не идёт, Санзу оборачивается и смотрит на всё так же сидячего на месте Такемичи, который ели находился в сознании. Раздражённо фыркнув, юноша подходит к мужчине и хватает его под локоть, поднимая того с пола и ведя его ванную комнату. Ханагаки ели переплетал ногами и когда он заходил в ванную, то споткнулся об порог и упал прямо на каменную плитку. Санзу лишь закатил на это представление глаза. Подойдя к мужчине, подросток снял с него окровавленную рубашку и кинул в корзину для грязного белья. Пока Такемичи залазил в ванну, Харучие включил тёплую воду, а потом снял остатки одежды и присоединился к старшему, садясь за его спиной. Ханагаки весь сжался, обнимая свои коленки, тело тряслось, а рука заныла ещё больше, когда соприкоснулась с водой. Младший приобнял голубоглазого за плечи и подвинул того на себя, укладывая к себе на грудь. Руки медленно опустились с плечи на талию, чувствуя всю дрожь этого тела. Санзу уткнулся своим носом в шею Такемичи, вдыхая приятный аромат крови, пота и отчаяния. Хару настолько понравился запах, что он в наглую залез своим носом в затылок Ханагаки и яростно вдыхал его аромат. Не сдерживая своих эмоций, парень вцепился своими зубами в нежную плоть на плече старшего, тихо рыча себе под нос. Юноша пришёл в себя только тогда, когда почувствовал металический привкус во рту и тихие всхлипы, похожие на скулёж. Санзу расслабил челюсть и отстранился от плеча, смотря на окровавленную ранку. Из неё начала выступать кровь, которую подросток стёр большым пальцем, а затем облизнул его. Ванна почти заполнилась, поэтому можно уже начинать мыться. Намочив волосы Ханагаки, Харучие взял шампунь и налил его на голову голубоглазого, плавно массируя. Хорошенько намылив волосы, юноша смысл всю пеню с головы, а затем принялся намыливать всё тело. Такемичи сидел неподвижно и был немного удивлён такой заботе. Младший уже ухаживал за ним, но это было с таким холодом, словно через силу. А сейчас по другому. Чувствуется немного нежности и заботы. Чужие руки плавно массировали тело мужчины. Не смотря на много ссадин и ушибов, боли он практически не чувствовал. Ханагаки слегка повернул голову в сторону, чтобы посмотреть на Санзу. В данный момент лицо подростка было сосредоточено. Его брови были слегка нахмурены, а губы слегка сжаты. Когда их взгляды встретились, мужчина резко отвёл всей взгляд в сторону, а парень продолжил намывать того спину и на его лице появилась небольшая и тёплая улыбка. Такемичи заметил её, когда снова решил взглянуть на Харучие. В душе что-то ёкнуло и на лице появился небольшой румянец. После водных процедур, Санзу вылез с ванны и подал старшему халат, а сам надел полотенце на талии. Подростку ещё пришлось помогать голубоглазому вылезти с ванны, так как тот ещё не мог нормально шевелиться. Харучие уложил Такемичи в постель, а сам отправился на кухню. Через пару минут юноша возвращается с аптечкой в руках. В голове старшего сразу начали возникать кучу вопросов: он так быстро нашёл её? Он знал где она лежит? Или он обыскал весь дом пока я был без сознания? Санзу поставил аптечку на тумбочку, около кровати. Достав перекись водорода, ватку и бинты, парень принялся обрабатывать раны, начиная с бёдер. Младший начал приподнимать халат, нежно проходя кончиками пальцев по коже, вызывая множество мурашек. Такемичи даже засмущался и отвёл взгляд. Обильно смочив вату перекисью, Харучие приложил её к царапинам. Из-за того, что ранки ещё не успели зажить, кровь на ранках начинала пениться и сопровождаться небольшой болью. Царапины были не глубокие, поэтому всё обошлось простой обработкой. А вот с рукой будет сложнее. Так как рана очень большая и глубокая, боли будет намного больше. Такемичи это сразу понял, когда Санзу серьёзно посмотрел на руку. Он и так натерпелся сегодня боли, больше он терпеть не намерен. Поэтому Ханагаки резко спрятал свою руку за спиной, когда подросток попытался взять её. - Её надо обработать, а то может пойти заражение и вы лишитесь руки. Харучие был нахмурен и слегка недоволен, но голос был спокойным и одновременно уверенным. Мужчина отрицательно помотал головой и на отрез отказывался от лечения. Он снова был готов расплакаться. Санзу не стал ничего предпринимать, а лишь выставил свою руку в перёд, показывая жестом « дай сюда свою руку.» Настойчивый взгляд парня сильно давил на голубоглазого, поэтому он ничего больше не мог, как подчиниться ему. Нервно сглотнув, Такемичи всё-таки протягивает свою трясущуюся руку и его пальцы начинают соприкасаться с ладонью юноши. Харучие взял того за запястье и маленькой струйкой начал лить раствор на рану. Перекись начала попадать внутрь пореза и вызывать сильную боль. Ханагаки зашипел. Он сильно зажмурился и прикусил нижнюю губу, чтобы не закричать. Боль была настолько сильной, что тело начало судорожно трястись, а с глаз снова потекли слёзы. Санзу заметил страдания старшего, поэтому остановился. Поднеся руку к своим губам, подросток начал дуть, чтоб приглушить боль. Харучие вытер всю влагу с раны и перебинтовал руку. После того, как последний узел был завязан, парень не собирался отпускать руку. Он внимательно смотрел на неё и слегка поглаживал большим пальцем по бинту. Такемичи слегка приоткрыл глаза, смотря то на свою руку, то на подростка напротив себя. Только сейчас Ханагаки мог внимательно рассмотреть спокойное лицо Санзу, которое в данный момент было давольно привлекательное. Юноша приблизился к руке и поцеловал в области раны. У мужчины даже глаза округлились от такого неожиданного действия. -П-почему ты с-сейчас со мной так добр?… Харучие приподнял свой властный взгляд от которого по спине Ханагаки пробежали мурашки. - Вы уже усвоили урок, так что теперь я буду хорошо к вам относиться. Санзу встал с постели, собрал аптечку и отнёс её обратно на кухню. Такемичи в это время обдумывал всё происходящее. В его голове была полная каша, как и всегда. Снова эти смешанные и непонятные чувства. Вспоминая его спокойное лицо, нежную улыбку и эти прекрасные тускло-голубоватые глаза, лицо начинает заливаться краской. Он должен ненавидеть этого подростка всей душой, но сейчас ему было комфортно с ним? «Что за бред? Мне никогда не будет комфортно находиться рядом с ним. Он монстр и за то что он сделал со мной, я его никогда не прощу.» Слегка встрепенувшись Такемичи залез под одеяло и укрылся им с головой. С коридора послышались шаги, которые потом остановились около его кровати. Мужчина даже задержал дыхание, вслушиваясь в звуки. Старший чувствовал пристальный взгляд на себе через ткань. Пару шагов, скрип прогибающиеся кровати. Под одеялом слишком душно и нечем дышать, но и вылезать из под неё не хочется. Ханагаки от неожиданности вздрагивает, когда младший погладил его по голове, а потом поцеловал в лоб через ткань. - Спокойной ночи. Прошептал Санзу прямо над его головой и сразу отстранился. Такемичи так и не решился вылезти из под одеяла. Тем более он был слишком вымотан и хотел спать. Поэтому мужчина даже не заметил, как погрузился в сон.

***************

Такемичи поворачивает голову и видит, сидящего на кровати парня, около себя. Его волосы растрёпанные, а чёлка так вообще закрывает лицо, которое ещё не до конца зажило после драки. Тонкая шея, хрупкие плечи, как и всё тело на первый взгляд. Не смотря на сильную худобу, тело выглядело давольно прокачено. Опуская свой взгляд всё ниже, Ханагаки остановился на прессе подростка. Кажется внутри заиграла зависть. Голубоглазый раньше ходил в спортзал, но быстро его забросил, так как не видел результата. Рассматривая тело Санзу, Такемичи заметил у него в руках телефон. Кажется это был его, а чтоб в этом убедиться, голубоглазый решил подвинуться ближе. Но у кровати были свои планы и она предательски заскрипела под телом мужчины. - Видимо он и вправду вам так сильно нравился, раз вы до сих пор храните его фотографии в своё телефоне. Не поворачиваясь и не отвлекаясь от телефона проговорил Санзу. Такемичи остановился, смотря, как парень листает ленту галереи. Ханагаки не стал ничего ему говорить. Лучше промолчать, чем сказать что-то не то. Ему правда нравился Чифую. Жалко что он понял это слишком рано. Если бы мужчина остановил бы Мацуно в тот день, то возможно они были бы счастливы и всего этого не было. - Молчание - знак согласия. После этих слов, юноша начал выделять все фотографии с Чифуей. Такемичи словно осенило в этот момент. Он резко потянулся за своим телефоном, то Харучие резко отдёрнул руку. - Стой, пожалуйста, не удаляй их. Санзу ехидно улыбнулся и нажал на красную кнопку «удалить выбранное». У Ханагаки в этот момент ушла земля из под ног. Все его воспоминания об этом человеке стёрлись в один миг. - З-за что?… Голубоглазый прикусывает губу, чтобы подавить в себе крик. Только вот слёзы остановить не получиться. Они уже мелкой струйкой стекали по щекам. Такемичи отчаянно опускает голову. Сердце начало болеть, словно оно треснуло на маленькие осколки. - Надо избавиться от старых воспоминаний и начать жизнь с нового листа, а именно - со мной. Юноша приобнимает старшего и крепко сжимает руки на его челюсти, заставляя смотреть в камеру телефона. Щелчок, маленькая вспышка и на экране остаётся застывшая фотография, на которой изображён плачущий Ханагаки и чем-то довольный Санзу. - Раз вы уже проснулись, может сначала умоетесь, а потом приготовите завтрак? Вы же вкусно готовите? Харучие похлопал того по плечу и встав с кровати, отправился на кухню. - Я ждать не люблю. Вы же меня знаете. Голос звучал уже с кухни. Такемичи вытирая слёзы, направляется в ванную. Вспоминая что на нём только один халат, голубоглазый возвращается в комнату, берёт бельё и сменную одежду, а затем возвращается в ванную комнату. Приняв водные процедуры и переодевшись, Ханагаки заходит на кухню, где его уже ждал младший, сидя за столом и листая чужой телефон. Мужчина принялся за готовку. Раньше бы он сделал себе быстрый бутерброд, но хлеб был явно не первой свежести. Поэтому ему приходит идея приготовить обычную яичницу. Стоя у плены и готовя завтра, Такемичи задумался о будущей жизни. Снова сбегать - сильно рискованно. Не хочется получать в два раза сильнее, чем в прошлый раз. Раз ему выходить нельзя, то как он будет работать? Если не будет работать, то и денег не будет, а без них долго не проживёшь. - Я могу кое-что спросить? Неуверенно спрашивает Ханагаки, не отрываясь от готовки. - Говорите. Подросток тем временем тоже не отвлекался от телефона и продолжал его изучать. - Если я не буду работать, то вскоре будущем у меня закончатся деньги. Ханагаки хотел продолжить, но его перебили громким кашлем. - Деньги я найду, так что не надо беспокоиться по таким мелочам. Голос парня был строгий и уверенный, поэтому голубоглазый больше не хотел продолжать разговор. Приготовив завтрак, Такемичи поставил тарелки с едой друг на против друга. Сев за стол и пожелав приятного аппетита, мужчина принялся есть. Младший последовал тому же примеру. Санзу быстро поел и отправился одеваться, у него было много запланированных дел на сегодня. - Я вернусь к вечеру, не скучайте. Харучие вышел из квартиры и закрыл дверь на ключ за собой. Это были единственные ключи, которые были у Ханагаки. Теперь у него снова нет выхода на свободу. Доев свой завтрак, Такемичи убрался на столе и вымыл посуду. Так как квартиру он покинуть на может, то хоть полезным делом займётся. Например уборкой. Его давно не было и пыли скатилось достаточно много. Пора бы начать новую жизнь.