Песня чёрной розы

— Далеко еще? — Среди звуков ветра раздался уставший голос. — Уже почти на месте. — Обязательно нужно было идти через все холмы и собирать все колючки? — Да брось, так интереснее. В ответ послышался сдавленный раздраженный выдох. Легкая улыбка проскользнула в солнечных лучах. Два парня поднимались по еле протоптанной тропинке к опушке леса. Сухая трава щекотала их ноги, а в спину поддувал морозный ветер, но, несмотря на это, было тепло, а солнце обжигало спины, прижимая юношей к себе горячими лучами. — А вот мы и на месте, — басисто произнес высокий брюнет, расставив руки по бокам. — Я же говорил, недолго. Парни добрались до вершины холма и сразу же оказались в плену охлаждающей тени, ярко контрастирующей с палящей жарой. Второй юноша — Ноэл — остановился рядом с ним, согнувшись до коленей, и тяжело отдышался. Ральф легко хлопнул его по спине. — Ну же, где твоя энергия? — Он гордо стоял, выпятив вперед грудь, и осматривал необычайно красивый вид с возвышенности. Со стороны он даже не был уставшим — энтузиазм взял верх. — Удивлен, что ты на полпути не развернулся обратно, — Ноэл выпрямился, поддерживая колющий бок. Ральф действительно сегодня был не похож сам на себя. Он является заядлым домоседом и вышел бы на улицу только в случае конца света, хотя, даже его он бы наблюдал из окна своей темной спальни. Не смотря на такой затворнический образ жизни, ему постоянно удавалось как-то попадать в передряги, так что в городе он был знаком каждому, как местный озорник. Может, поэтому он так часто в них попадал, что не показывался на лицо миру. Зато Тернер мог быстро замять назревшую проблему — эрудицией ему было не уступать. Сидя дома, он все время читал, так что мог наизусть пересказать все пьесы Шекспира или с легкостью объяснить принцип работы поршня. — Сегодня настроение хорошее, — подмигнул Ральф и взъерошил волосы себе на затылке. Он схватил Ноэла за руку и потянул за собой под огромный тис. Старое дерево заботливо укрывало их от яркого солнца, словно оберегая эту чистую, искреннюю любовь, нашедшую приют под его ветвями и листьями. Ральф и Ноэл давно избрали его своим убежищем, которому доверяли самые нежные тайны. Сегодня они снова, скрывшись ото всех, вернулись на своё любимое место. Оказавшись под знакомой кроной, сквозь которую сочились кусочки лазурного неба, юноши без раздумий провалились в мягкую траву, все ещё покрытую росой. Ральф сидел в позе лотоса, облокотившись руками за спину. Ноэл сладко растянулся на земле и подполз чуть ближе, кладя голову ему на колени. Юноша, любуясь, смотрел на него снизу и чувствовал, как сердце начало ускорять ритм, а в грудной клетке приятно защемило. Ему нравилось всматриваться в этот красивый профиль: в небесно-голубые глаза, помещающие в себе больше глубины, чем океан; в выразительные черты лица с острыми скулами. Он потянулся к его лбу и заправил за ухо вечно свисающую смольную челку. Тот улыбнулся так, что сердце снова сжалось, заставляя всё тело покрыться мурашками. Ральф с восхищением смотрел на его повеселевшее лицо, подперев голову кулаком, и тоже улыбнулся, словно отражая эмоцию лежащего у него на коленях мальчишки. Парень мягко провел пальцами по его виску, создавая легкую щекотку от прикосновений. Они лежали в тени высокого дерева — их дерева, под ветвями которого были проведены десятки душевных разговоров, а на щеках оставлено множество обжигающих поцелуев. — Красиво, не правда ли? — Чья-то лёгкая рука сорвала молодую травинку и поднесла к кончику носа. — Да, очень красиво, — ответил второй голос, более звонкий и веселый. Тут Ральф резко подскочил, снова приближаясь к краю холма, и вынул из кармана небольшой блокнот и ручку. Он быстро смахнул несколько страничек и остановился на одной из пустых, заломив корешок тетради до тихого хруста. Парень начал что-то выцарапывать на ней, всматриваясь в расстилающиеся уэльские просторы. Ноэл, оставшийся лежать на своем месте, пытался разглядеть каждое движение приятеля, хотя с такого расстояния это было сложно. Через мгновенье Тернер вернулся к любимому, плюхнулся на колени и показал быстро слепленный этюд. Неисчислимым количеством черточек на листке вырисовывались силуэты деревьев, холмов и маленьких домиков где-то вдали, погрязших в рассеянный туман. — Очень красиво! — Бэйнс любящим взглядом бегал от одного края рисунка к другому. Хоть Ральф и не был профессионалом в этом деле, ему всегда нравилось запечатлеть что-нибудь на бумаге, а особенно, порадовать своим шедевром Ноэла. — Подожди секунду, — Тернер опустил голову к своим каракулям и перевернул еще один лист. Хаотичным движением руки он сотворил еще один образ, самый близкий ему образ. Второй юноша начал узнавать в штрихах себя и наклонился ближе, чтобы не упустить ни единого взмаха. Они соприкоснулись лбами и тихо захихикали. Ральф аккуратно вывел в углу неровное сердечко и отдалился, с восхищением осматривая свое творение. После небольшого художественного перерыва, парни снова улеглись на землю, заложив руки под головами. Они прикрыли глаза, чтобы насладиться звуками природы и отдохнуть от суеты своего городишки. Дул свежий ветерок. Он разносил по лесу аромат свежести, перемешанной с капельками цветочного масла. Земля покрывалась пучками молодой травы, а иногда в зелёной пелене можно было найти маленький дикий цветочек. Где-то в вышине пропела птичка. На её трель откликнулась другая. Природа наполнялась любовью и счастьем, стояла ясная погода. Заскучав через какое-то время, Ральф приподнялся на локтях и, слегка наклонив голову, с наслаждением посмотрел на лицо Ноэла. Ветер развевал его рыжие кудрявые волосы, заставляя их переливаться золотом на солнце, еле проглядывающим из-за густой кроны деревьев. Он заслонил собой яркие лучи, отчего Бэйнс распахнул глаза. — Что же ты так смотришь? — Спросил юноша, переводя нежный взгляд на своего спутника. — Любуюсь. — Ты пришёл в лес, чтобы смотреть на меня? — Усмехнулся Ноэл, и его веснушчатые щёки немного порозовели. — Я не в силах оторваться, — Ральф продолжал с нежностью смотреть на его губы, расплывающиеся в широкой улыбке после каждого вдоха лесного воздуха. Он с любовью останавливался глазами на каждой веснушке его лица, пристально изучал каждое движение его скул и легкие подёргивания ресниц. Придвинувшись еще ближе и прошуршав зеленой сочной травой, Тернер навис над Ноэлом и мягко провел подушечкой пальца по его щеке. Юноша продолжал лежать на траве, млея от осторожных прикосновений своего любимого. Ральф прилёг на бок, рядом с ним, и уткнулся щекой в его плечо. Ноэл пах чем-то светлым и нежным, от него исходил сладкий аромат, так подходивший к его золотистым волосам и изумрудным глазам, которые затягивали, словно глубокие омуты. — Я люблю тебя, — сказал он с улыбкой и ещё сильнее уткнулся в плечо Бэйнса. — И я тебя, — Ноэл запустил руку в тёмные волосы Ральфа и медленно поглаживал их, любуясь красотой оживавшей природы. Тернер молчал, наслаждаясь происходящим и не выпуская руки юноши из своей. В таком положении ему удавалось отчетливо следить за дыханием Ноэла — таким тихим, размеренным. Сейчас их вздохи слились в унисон, создавая неспешное сопение среди звуков природы: заводного пения соловьёв и ласкового шелеста листьев. В голове Ральфа рождались воспоминания о судьбоносной встрече, приятно согревающие душу. Это случилось два года назад в Дублине. Тёрнер приехал в столицу на грандиозное празднование дня святого Патрика. На улицах все веселились: ходили люди в зелёных костюмах, неподалёку проводились традиционные гуляния с пивом и виски, а некоторые части города были перекрыты для предстоящего парада. Ральф с восхищением бродил среди шумной и изредка хмельной толпы. Но вся несправедливость была в том, что он приехал один. Его отец остался в Грейстоунсе, предпочитая отметить праздник в более спокойной обстановке. С матерью Ральф давно не общался, да и вообще слабо помнил ее. Одиночество не сильно утруждало парня, ведь главной его целью было набраться новых впечатлений, ведь он в первый раз бродит по шумным улицам Дублина вживую, а не наблюдает их с экрана телевизора. Унесённый потоком бесконечно льющегося веселья и смеха, подросток желал опробовать все имеющиеся развлечения. На одном из соревнований под названием «пастух» Ральф встретился со своим новым и почти единственным другом Ноэлом. Они оказались в одной команде, и среди всех участников Ральф выделил именно его. Бэйнс был самым ловким из игроков, поэтому их команда одержала победу. После конкурса юноши разговорились, найдя друг в друге родственные души. Ральф редко начинал разговоры с незнакомыми людьми и ещё реже заводил друзей. Но в Ноэле его привлекла чистая радость, смешанная с лёгкой застенчивостью, и умение восхищаться мелочами. При этом Бэйнс был довольно симпатичен: ярко-рыжие волосы выделяли его среди всех, а зелёный традиционный костюм только подчёркивал красоту парня, сливаясь с его изумрудными глазами. Казалось бы, что два таких абсолютно противоположных сердца никогда бы не нашли общий язык, но у судьбы были другие планы. Юноши остаток дня провели вместе, увлеченные разговорами. Они стали зрителями парада, где собралась куча народу и не меньше выступающих. По улицам столицы разъезжали платформы с пестро наряженными людьми. За ними следовали блестящие группы танцоров и колонна в костюмах лепреконов. Отовсюду лились восторженные крики и свисты. Чуть дальше маршировали мужчины в килтах — виртуозно играли на волынках. С другой стороны барабанщики, выбивающие на инструментах ирландские мотивы. Весь город был окунут в море веселья, а Ральф в этот день был самым счастливым, потому что ему было с кем разделить свою радость. Продолжая празднование, Тёрнер не упустил возможность попробовать оригинальное ирландское пиво с трилистником на дне. Имея привилегии совершеннолетия, он угостил нового приятеля, тем самым укрепив их зарождающуюся дружбу. До вечера парни прогуливались вдоль украшенных улиц, наслаждаясь компанией друг друга. С наступлением темноты они наблюдали невероятный фейерверк, освещающий ночное небо тысячами цветных огоньков. День приближался к концу, и Ноэлу необходимо было возвращаться домой в Тенби, маленький тихий городок на юге Уэльса. Парни обменялись номерами, чтобы поддерживать связь после разъезда. Тернер снова вернулся в рутинное течение жизни – с серыми страницами книг и большими наушниками, перекинутыми через шею. Единственное, что вызывало у него улыбку – сообщение от нового друга. Долгое время они переписывались целыми днями, рассказывая о том, что у них происходит. Спустя пару недель, Ральф начал осознавать, что очень скучает по весело проведённому дню, а особенно по самому Ноэлу. Ему очень хотелось снова его увидеть, смотреть в это веснушчатое лицо с приятной улыбкой, услышать задорный заразительный смех. Ральф предложил своему отцу переехать на побережье Уэльса. Тёрнер старший не стал долго сопротивляться, ссылаясь на то, что переезд хорошо скажется на сыне, и уже через месяц их семья нашла себе прибежище в новом месте. Тенби был чуть ли не в два раза меньше Грейстоунса, но при этом завораживал своей уютной атмосферой. А больше всего он согревал мыслью о том, что здесь живёт Ноэл. Парни встретились после недолгой разлуки и радушно приняли друг друга. Ежедневно они гуляли вдоль узких улочек между небольших цветных домиков, ходили на побережье и кидали в море камни, создавая на водной поверхности несколько идущих в ряд «блинчиков». Больше всего им нравилось ходить за город в лесную чащу, где было всегда спокойно и невероятно красиво. Не заметив пролетевшего мимо года, парни осознали, что между ними разгорается огонёк симпатии, от которого начинают лететь искры настоящей влюблённости. Тисовое дерево навсегда запомнилось им — здесь впервые были произнесены слова сладкого признания, здесь же произошёл их первый поцелуй: лёгкий и неуверенный, но такой желанный. Сейчас они лежали, купаясь в лучах солнечного света и ещё больше влюбляясь друг в друга. Тело словно пронзило; руки и ноги онемели, и не было сил встать от передозировки счастья. — Как ты похож на солнце, — в глазах Ральфа мелькнули лёгкие искорки, и он замер, утонув в глазах своего любимого. Ноэл улыбнулся ещё светлее и чуть приподнялся. Один из них легко поддался вперед. Ральф мягко обнял своего веснушчатого мальчика, утягивая его в поцелуй. Но этого было недостаточно, чтобы выплеснуть весь накопившийся океан любви. Лес словно преобразился, озаряемый самыми нежными и сильными чувствами на свете. — Хочешь сегодня прокатиться на лодке? — Почти шёпотом спросил Тёрнер, не отодвигаясь, чтобы Ноэл мог чувствовать его горячее дыхание на своём лице. — Конечно! Это было бы замечательно, — юноша загорелся ещё большим интересом. Живя в шаге от моря, он очень редко выходил на водные прогулки, хотя в этих краях они всегда выдаются красивыми и впечатляющими. — Тогда в четыре часа я жду тебя у себя, — приподнимаясь, произнёс Ральф и протянул руку Ноэлу, помогая ему встать. Молодые люди жарко обнялись. Сплетя свои руки, они спускались по крутому холму, запутываясь ногами в густой траве. Выйдя на главную улицу города, они разошлись по своим домам в ожидании встречи. Хоть их разлука была недолгой, каждая минута казалась целой вечностью. Оба парня думали о предстоящей романтической прогулке, о моменте, когда им предстоит снова остаться вдвоём, обдуваемым морским ветром и укачиваемым шумом нежного моря.