Учитель года

      Невилл стоял совсем один в кабинете Люпина, он направил палочку на шкаф, в котором шабуршал боггарт. — Алохамора! — скомандовал он, и дверцы шкафа открылись.       Боггарт, увидев Невилла, тут же превратился в Снейпа. Он зло сверкал чёрными глазами, когда вылазил из шкафа, медленно направляясь в сторону парня. — Р-р-редикулус! — неуверенно скомандовал он, и Снейп облачился в одежду его бабушки.       Сейчас, когда на него не пялился весь класс, Невилл смог рассмотреть своего учителя зельеварения «во всей красе». Тощие щиколотки в серых чулках, туфли с пряжками на каблуках, юбка заканчивается на середине голени, он вперился глазами в икры Снейпа, ощущая странную тяжесть внизу живота.       Юбка сидела по фигуре, подчёркивая узкую талию, стройные бёдра и выпирающий член. Невилл сглотнул, остановив свой взгляд на бугорке на юбке профессора.       Его собственный член тоже напрягся.       Он перевёл взгляд на руки Снейпа. Длинные чувственные пальцы зельевара всегда будоражили его воображение.       Боггарт положил руку на свой же член, сжимая и поправляя вверх-вниз бугорок под юбкой.       Невилл сглотнул, у него стоял. Мерлин! У него стоит на Снейпа! На Снейпа в бабулиной одежде!       Но боггарт не был бы боггартом, если бы не пытался напугать свою жертву.       Снейп с призрением посмотрел на Невилла и язвительно произнёс: — Долгопупс! Вы жалкий никчемный урод! Никто и никогда не захочет с вами секса, а тем более я!       Невилл залился рыданиями. На шум прибежал Люпин. — Что тут происходит? — встревоженно спросил он. Потом увидел рыдающего Невилла, сидящего прямо на полу и почти совсем приблизившегося к нему боггарт — Снейпа, издевательски хохочущего.       Представ перед своей «новой жертвой», боггарт превратился в хрустальный шар. Люпин произнёс: — Редикулус! И шар расстаял белым дымом. — Невилл, с тобой всё в порядке? Как ты здесь оказался? — участливо спросил профессор. — Я хотел справиться с Богартом, — всхлипывая произнёс гриффиндорец. — Ох, Невилл… Ты хочешь справиться именно с Богартом или победить свой страх перед профессором Снейпом?       Долгопупс всхлипнул, он не знал, как ответить, просто не мог, это было ужасно и унизительно. — Невилл, не стоит быть к себе слишком строгим, встретиться лицом к лицу со своим страхом — уже требует много мужества. «Да уж, смешно, «мужества»… У меня стоит на Снейпа, но мне никогда не получить взаимности ни от него, ни от кого-нибудь другого… Я нелепый, тупой и толстый…» Потоки слез из глаз усилились.       Люпин присел перед ним на корточки и похлопал по плечу. — Ну-ну! Не переживай, страхи есть у каждого, ты сможешь с ними справиться, я уверен. Но нужно время, терпение и труд.       Невилл всхлипнул и вытер следы слез рукавом рубашки. — Если тебе понадобится моя помощь — обращайся!       Невилл застенчиво кивнул. — Вот и хорошо, а сейчас — ступай в башню, уже поздно.       Парень поднялся с пола, отряхивая форменные брюки, смущённо улыбнулся и заплетающимися ногами поспешил к двери. — Спокойной ночи, профессор. — Спокойной ночи, Невилл.

***

      Люпин вспомнил Богарта, принявшего вид Снейпа в платье, хмыкнул и отправился в подземелье. — Люпииин, — ядовито произнёс Снейп вместо приветствия. — Добрый вечер, Северус, — дружелюбно ответил Римус, казалось, не замечая колючего взгляда зельевара. — Ты соблюдал условия, о которых я тебя предупредил? — Снейп с недоверием выгнул одну бровь. — Ты про… — Люпин замешкался, подбирая подходящее слово, — половой покой? — возможно, его вид показался Снейпу рассеянным. — Да! Я про воздержание от секса, — громче, чем нужно было, сказал Снейп. — Я… Я делал, как ты и сказал… Ну, то есть, ничего не делал, как ты и сказал.       Снейп поджал губы и протянул ему стеклянную ёмкость. — Можешь отойти за ширму, — грубым тоном бросил он Люпину, глядя на его поникшие плечи. — Прямо здесь? — Люпин обвёл взглядом лабораторию. Буквально за столом зельевара, на расстоянии двух метров, стояла старая тёмная ширма. — Именно здесь моя лаборатория, как видишь.       Люпин сглотнул и понурившись шагнул за ширму.       Снейп начал готовить основу для зелья. Он мелко нарезал корень имбиря, стуча серебряным ножом по деревянной дощечке, но он явственно слышал, как там за ширмой Люпин переминается с ноги на ногу, как лязгает его ширинка, как шелестит ткань.       Дальше он не слышал, но он представил, как Люпин соединяет пальцы на собственном члене, как начинает водить по нему… То вверх то вниз, то вверх, то вниз… Северус сжал зубы, пытаясь вернуться в реальность, где перед ним ингридиенты и котёл.       Он с огромным усилием воли пытался сосредоточиться на растирании глаз семикрылой жужелицы, но пестик входящий и выходящий из ступки и поступательные движения его руки снова и снова пытались нарисовать в его воображении… — Кх-кх… — откашлялся Люпин за его спиной и, не поднимая смущенных глаз, поставил стеклянную ёмкость со спермой на край стола зельевара. Северус отложил ступку и сделал шаг к покрасневшему Люпину. — Закатай рукав, — холодно сказал он.       Снейп коснулся кончиком палочкой венку на сгибе его локтя, выступила капля алой крови. Северус прошептал заклинание и ровная струйка пролеветировала от ранки в тонкую стекоянную колбу. — Всё, можешь быть свободен. В следующий раз — ровно через неделю, не опаздывай. И помни, за три дня — никакого секса. — Хорошо, — промямлил Люпин, всё ещё весь красный. Он совсем не думал, как это будет неловко, когда согласился предоставить Снейпу для его исследований кровь и сперму оборотня. «Но это ведь ради науки!» — успокаивал он сам себя. Как теперь избежать неловкости при встречах в учительской и в Большом зале во время еды, он не знал.