За кадром

Бар оказывается на удивление ламповым местом, шум пьяных компаний успешно гасится фоновой музычкой, а выловленный Ванечкой столик находится в отдалении, почти за стойкой, случайно на него не наткнуться, что, несомненно, оказывается плюсом. Светло ведёт себя так, будто это его собственный бар: по-свойски шепчется с барменом, подмигивает официантке, жмёт руку диджею, после чего тот неожиданно включает вместо попсовых мотивов бодрый западный репчик. — Часто тут бываешь? — Мирон делает глоток пива и с удивлением признаёт, что оно не такое уж и паршивое. Не такое крутое, каким было пиво в настоящих немецких пивоварнях, где он зависал с Шокком много лет назад, но вполне приятное. — Не, я тут второй раз всего, был как-то на днюхе кореша, года три назад, что ли. Мирон явно удивлен, и Ванечка с готовностью поясняет: — Видишь ли, у всех свои таланты. Вот ты текста писать умеешь, читочка опять же, тоже дело. А я с людьми лажу. Мне не важно, был я тут сто раз или попал впервые, я просто знаю, кому что сказать, как подойти. Вот и кажется, что я везде свой. Мирон согласно кивает, такая особенность Светло чувствовалась и в реп тусовке. Он был ехидным, наглым, но везде вписывался идеально. Мирон подозревал, что если б он позвал Фаллена на дачу к Илюше, чисто в их компании, то и там Ванечка оказался бы очень даже к месту. — Странный ты. Вот зачем тебе тащиться со мной в бар, вместо ваших пиздатых тусовок и отмечаний? Ванечка морщится, делая очередной глоток: — Ну ты заладил, а, тебе самому не бывает тошно от своего занудства? Хочется мне. Я вообще живу как хочется. Без вот этой мозгоебли почему и зачем. Как будто у любого поступка должны быть причины. Мирон делает ещё глоток и смотрит вдаль: — У любого. Не бывает, чтоб человек делал что-то просто так. Это нелогично. Ванечка щёлкает пальцами у него перед лицом и Мирон фокусирует взгляд. Его разносит, не столько от количества алкоголя, выпил-то он совсем немного, скорее от стресса. Слишком сильно напрягался в последнее время. — Ало, дядь. Я ж сказал, не просто так, а потому что я хочу. Типа я посмотрел на Славу и подумал: не, не хочу тусить толпой на хате. И пошёл курить. Увидел тебя. Подумал — да, тусить с Мироном хочу. И предложил бар. И все. Никаких подводных камней и долгих раздумий. Мирон кивает, он понимает смысл сказанных слов, но примерить это на себя невозможно, в его жизни основную часть составляют как раз долгие размышления о том, как поступить правильно. Но сейчас он тоже не задумывался, просто подошёл к курящему Светло, который весь баттл неожиданно пытался поддерживать Мирона. Просто не захотел ехать домой и пошёл за ним, полчаса продираясь через какие-то палисадники и огибая детские площадки. И сейчас ему, кажется, вполне неплохо. Телефон звонит, на экране фото Рудбоя, Ванька переживает, но Мирон сбрасывает вызов, объяснять где и с кем он было бы слишком долго и слишком сложно. — Выключи, — советует Фаллен, — ты ж ему написал. Мирон морщится, ему бы хотелось вырубить телефон и обо всем забыть, но так нельзя. — Ваня будет нервничать. Фаллен тяжело вздыхает, закатывает глаза и забирает из рук Мирона снова надрывающийся мобильный. На этот раз на экране фотка Жени, Ванечка сбрасывает и удерживает кнопку, дожидаясь, пока телефон вырубится. — Мирон, тебе не пять. Даже не десять. Ты взрослый и самодостаточный мужик. Да, они тебя любят и переживают, я это уважаю. Но ты не их общий ребёнок, даже если у тебя и есть беды с башкой, даже если тебе бывает нужна их помощь, это не значит, что ты не имеешь права решать за себя сам. Понимаешь? Мирон кивает, он сам часто думал о том, что друзья, которые очень помогли ему в трудный момент, решили, что теперь Фёдоров обязан отчитываться перед ними за каждый вздох. Иногда это было приятно, но иногда от этого хотелось бежать куда подальше. — А теперь выдохни и расслабься. Ты сегодня взрослый мальчик, сам за себя отвечаешь. От откровенной хуйни я тебя удержу, конечно, но в целом читать морали это не моя специальность. Ванечка с улыбкой поднимается из-за столика и появляется снова через пару минут с парой бокалов пива. Через полчаса Мирон забывает думать о том, что он там где-то, кому-то, что-то проиграл, он увлечённо спорит о том, что конкретно в том самом тысячеликом герое понимается под архетипами, незаметно для себя перескакивая на философию. Светло, кажется, может поддержать любую тему, и Мирон почти уверен, что он не просто нахватался по верхам, а действительно читал, думал. Это неожиданное открытие, Фаллен в тусовке всегда был самым ебанутым, именно тем, кто громче всех орет и несёт хуйню потоком, Мирон всегда полагал, что он просто не слишком умный подпевала Карелина, но сейчас это уже вовсе не выглядит так. Фаллен по-прежнему громко и заливисто хохочет, шумно выкрикивает аргументы в поддержку своей позиции, но это уже совсем не кажется ебанутостью, просто он такой. Настоящий. Как хочет, так и живет. От этих мыслей снова веет тоской, но чуткий Фаллен за секунду улавливает перемену в настроении: — Так стоп. Дядь, ты слишком много думаешь, это вредно для мозга. Давай, навскидку, самый дурацкий, на твой взгляд, из твоих треков? Вот просто по угару чтоб. Мирон задумывается, в голову лезут забавные строчки, но песен, написанных по угару, у него нет. — Никакой, это совсем не мой стиль. Ваня хлопает его по плечу: — В этом твоя проблема, жить без мозгоебли просто не твой стиль. Отпусти себя, покрась лысину в голубой, запиши частушки, что-то, что поможет тебе выйти из рамок. Хотя ты ж сейчас и так вышел. Они все ждали, что ты разъебешь, а ты не разъебал. И ничего, смотри, все живы, мир не рухнул. Так и хуй с ним. Мирону кажется, что от напоминания о проигрыше должно стать больно, но внутри ничего не откликается. — И хуй с ним, — соглашается он, тянется за своим бокалом, но тот оказывается пустым. Мирон на секунду задумывается, и забирает у Фаллена из рук его пиво, одним глотком допивая содержимое. Светло смеётся: — Ты ж не пьёшь из одной? Мирон улыбается и вдруг подмигивает: — Так Фаллен не в счёт. Остаток вечера пролетает так незаметно, что когда за окнами заходится рассвет, а официанты бара сонно поглядывают на задержавшихся посетителей, Мирон чувствует себя, словно только что скатался на пару недель в отпуск. — Мне кажется, никакого твоего обаяния не хватит, чтоб оставить о нас теперь приятное впечатление, Вань. Они закрылись часа четыре назад, но работа до последнего гостя же. Фаллен будто только сейчас вспоминает, что вокруг есть другие люди: — Моего обаяния может и не хватить, но ты у нас богатый, Форбс с РБК спорят вон, оставь ребятам чаевые. Хотя бы за то, что ни один из них тактично нас не узнал. Мирон задумывается и кивает, доставая кошелёк: — Кстати как так, ребята молодые, неужели реально не узнают? Фаллен жмёт плечами: — Или так, или тактичные, это мы поймём по наличию фоток нашей совместной попойки в сети. Но денег все равно оставь. Мирон согласно кивает, оплачивает счёт, докидывая сверху, и быстро поднимается, хочется спросить «что дальше», но любой из возможных ответов его не устраивает, Мирон сам не представляет, чего ему сейчас хочется. Сидеть с Фалленом охуенно, и Фёдоров не прочь продолжить вечер, но организм устал, его то и дело клонит в сон, а предложить «не хочешь переночевать у меня» будет явно лишним. Да и Рудбой, который непременно явится с утра, будет в шоке. — Хочешь, можем хватануть тут баночного пива и поехать ко мне? Мирону кажется, что парень читает его мысли, хотя вполне вероятно, что он просто тоже задумался о продолжении. — Не уверен, что попасть на тусовку антихайпа — лучшее завершение вечера. Ванечка мотает головой: — Я друзей люблю и всегда им рад, конечно, но у меня Гриша, он не поклонник больших компаний, так что живу я отдельно. Было дело, мы снимали вместе, но Грише это не нравилось, так что я отделился при первой возможности. И прежде, чем ты спросишь, не будет ли против этот самый Гриша, знай, это кот. Мирон толкает Фаллена в плечо и достаёт телефон, собираясь вызвать такси, но быстро вспоминает, что тот отключён: — Машину вызываешь ты. И я готовился к баттлу, я знаю кто такой Гриша. Светло морщится: — Мажор вы, Мирон Янович, тут пешком минут 20, проветримся заодно. Или вы хотите проверить, будет ли у таксиста столько же такта, сколько у официантов, и не всплывут ли завтра фотки «Оксимирон уехал после баттла с Фалленом»? — Нет, что ты, лучше романтично прогуляемся по набережной, можно взяться за руки и смотреть на рассвет, для пущего эффекта. — Согласен, — говорит Ванечка и, забрав заказанные банки, хватает Мирона за руку и тащит к дверям, — только набережной тут нет, но это ничего. Мирон хохочет, выдёргивает руку и отбирает у Светло пакет, утреннее солнце уже выползло из-за горизонта, но все ещё спят, так что улицы совершенно пустые. Фаллен высматривает полоски света, заливающие тротуар, и перескакивает с одной на другую, чуть не падая в тех местах, где расстояние оказывается слишком большим. Фаллен напевает какую-то детскую песенку о солнечном зайчике, явно придумывая половину слов на ходу, но Мирон не жалуется, только смеётся и подсказывает рифмы. Дом Светло действительно недалеко, баночное пиво немногим хуже, чем то, что было в баре, а Гриша оказывается самым потрясающим котом из всех, что встречал Мирон. Наглый и пушистый засранец уверенно разваливается на коленях у Фаллена, периодически косясь на Мирона и позволяя себя погладить. Но самым интересным для Фёдорова становятся книжные полки, они забиты до отказа, стопки книг виднеются на подоконниках и подлокотниках, лежат на столе и тумбочке, и Мирон понимает, что как минимум многие из них Ваня правда читал. — И ты прочёл все это? Светло смеётся: — И кто из нас ещё задрот и любит поговорить о книгах, да? Нет, не все, конечно, но планирую. Я не дочитываю, если хуйня. Покупаю только то, что хочется прочесть, если не цепляет, то уходит в тот шкаф. Типа квартирный отстойник. Мирон оглядывается, указанный стеллаж, наверное, единственный, где есть пустые полки, хотя и в нем лежит под сотню книжек, среди которых Мирон цепляется взглядом за знакомую обложку: — Горгород? Ты серьезно купил ее? Фаллен выглядит чуть смущенным: — Ага, средней паршивости фанфик. Я сразу знал, что это фанатское, но решил глянуть. Я дочитал даже, но перечитывать не стану. А ты читал? Мирон качает головой: — Слышал, конечно, даже хотел посмотреть, но как-то руки не дошли. — И не стоит, тебе не понравится. Мирону хочется что-то ответить, но, вместо этого, он широко зевает. Организм выдохся и все, что ему требуется сейчас, это долгий и спокойный сон. — Я, наверное, к себе поеду, спать хочется нереально, прости, как-то смазано вышло. Думал, что смогу нормально ещё поболтать, да вот не выходит. Мирон искренне сожалеет, это видно, но Фаллен все равно смотрит на него как на долбоеба: — Ты собираешься поехать к себе и попробовать выспаться там, где наверняка уже дежурят твои телохранители со своими сожалениями и допросом, где ты был? Ты не подумай, дело твоё, но я немного в ахуе. Мирон действительно чувствует себя глупо, ему тоже совершенно ясно, что поспать дома ему не удастся. Сожаления и допрос, все точно. Фаллен, впрочем, не ждёт от него ответа: — Если тебе типа неловко сказать, что ты переночуешь здесь, то давай скажу я. Диван большой, места хватит, ко мне точно никто не заявится и не задаст никаких вопросов. Так что давай, Мирон, ты переночуешь у меня? Вместо ответа Мирон кивает. Ванечка суетится, быстро раскладывает диван, находит в шкафу чистое постельное и даже футболку, сам тоже переодевается и заваливается рядом, ненавязчиво болтая о всяких пустяках. Мирон почти засыпает, когда вспоминает, что обещал Ване выйти на связь до полудня. Сонным голосом он окликает Светло: — Вань, дай телефон. Мне надо сказать Ваньку, я обещал до полудня, они там с ума сойдут. Он ожидает очередной отповеди о том, что он взрослый и не нуждается в няньках, но Фаллен миролюбиво находит на тумбочке его мобильный и включает его, пролистывая кучу уведомлений. — Пароль? Мирон чуть ухмыляется и диктует: — 123912 Фаллен вводит и замирает на середине: — То есть хочешь сказать, что то, что 1239 — пинкод к твоей дебетовой карте это правда? Мирон сонно смеётся и кивает: — Да, но остальные строчки мы будем шифровать не сегодня, можешь спросить меня утром. Найди там контакт «Вано» и набери на громкой. И, ради бога, помолчи. Фаллен смеётся, листая список контактов: — Я пока не настолько долбоеб, мне вот меньше всего надо, чтобы Рудбой искал мой адрес и летел сюда на всех парах. Все, тише. Рудбой берет трубку моментально, Мирон говорит, что остался ночевать у старого друга, что только ложится, и что позвонит как проснётся. Ванька что-то возмущённо высказывает, но Мирон обрывает диалог: — И я тебя люблю. Спасибо. И не истери, просто ложись спать. На связи. Он вырубает мобильник обратно и толкает его к Фаллену: — Спасибо, брось там где-нибудь. — И часто ты ночуешь у старых друзей? Мирон усмехается: — Никогда, но это лучше, чем ничего. Спокойной ночи, Вань. Мирон засыпает под тихие рассуждения Светло о старых друзьях и их общей полезности в жизни и чувствует, что он, наконец-то, выспится.