За кадром

Просыпается Мирон действительно отдохнувшим, быстро отмечая, что сейчас, скорее всего, вечер, за окном красным заревом полыхает закат. Светло не видно, видимо он встал раньше, и Мирон удивлён, что не проснулся. Обычно он спит чутко, вздрагивая от каждого шороха, но то ли Ванечка обладал грацией кошки и повадками ниндзя, то ли Мирон действительно слишком устал. С кухни послышался грохот, за ним быстрый топот и процеженное сквозь зубы «да блять». Кажется, ниндзя Фаллен не был. Мирон усмехнулся, потянулся и выбрался из кровати. — Доброе утро. — Доброе, бля, сорян, разбудил, да? — Не, я проснулся минут пять как. Что уронил? Светло показывает пальцем на груду контейнеров: — Корм Гришин искал, забыл, что переставил, потянул и вот. Так, ванна справа, туалет слева, ты кофе пьёшь? Мирон не любит пить кофе, он и без него плохо спит, но сейчас уверенно кивает: — Да, с молоком и с сахаром. Две ложки, если чашка обычная. — Ага, понял-принял. Яичницу ешь? — Ем. Спасибо, Вань. Ванечка смеётся и качает головой, типа не за что. Мирон с ним не согласен, есть за что, и ещё как, но все равно скрывается в ванной. За завтраком Мирон вспоминает о выключенном телефоне и ждущих друзьях, однако стыда он не чувствует, ему нужна была такая перезагрузка. Ванечка все ещё смеётся и бодро делится какими-то историями и планами, но уже не дергается, когда Мирон включает свой телефон. Фёдоров тыкает во фронталку, пытается рассмотреть насколько опухшим, после вчерашней пьянки, выглядит лицо, и Фаллен тут же ставит ему рожки, показывая язык. Мирон смеётся и делает снимок. Рудбой не звонил, зато от Женечки гора пропущенных, Мирон сомневается пару минут, щёлкая между их контактами, но все же нажимает на кнопку вызова. — Привет, Вань. Я в норме. Встал, да. Я домой поеду, чуть позже. Могу отзвониться. Нет, заезжать не надо, я сам доберусь. Ага, на связи. Жене скажи. Светло с улыбкой забирает опустевшую чашку: — Я там тебе номерок свой забил, себе прозвон скинул, так что если надумаешь потусить — пиши, звони, приезжай, буду рад. Мирон кивает, находит в контактах нейтрально записанный номер. «Ваня Светло», даже если кто и решит сунуться в контакты Мирона — на удивится, мало ли зачем сохранял, одна тусовка, все же. Собирается он быстро, но никакой неловкости нет, треплет за ушком Гришу, обещался привезти вкусняшек, пожимает руку самому Ванечке: — Спасибо. И за вечер, и за компанию, и за поддержку. За все. Не ожидал, но рад. Ванечка пожимает руку в ответ: — И тебе спасибо, нормально затусили. Как-нибудь повторим. Когда дверь закрывается Ванечка ещё пару минут смотрит в окно, наблюдая, как Мирон садится в такси. Вечер после баттла получился странным, но Светло скорее доволен. В жизни Оксидон оказался не то чтоб уж гондоном, приятным мужиком, с заебами, не без этого, но умным и интересным, так что времени не жалко. Ванечка даже правда повторил бы, только вот Мирон, конечно, не позвонит. Загонится опять со своим курятником, где все будут хлопать над ним крыльями, да решит, что Фаллен ему тут пурги нагнал про всякие свободы. Это немного печалит, но Ванечка не тот человек, который будет подолгу расстраиваться, так что он набирает Славика, слышит в трубке сильно нетрезвый голос и, чуть подумав, перезванивает Замаю, сообщая, что он готов тусить. Замай вполне вменяем, кидает адрес, и ничего не спрашивает про прошедший вечер. Не приехал Ванечка, значит не хотел. Значит так ему было надо. И вот такую дружбу Светло ценит невероятно. — Ты, Андрюха, лучший из людей, отвечаю, — пылко сообщает он в трубку, натягивая свежую футболку. Замай тихо материт кого-то на том конце провода: — Ага, в таком случае хватани мне пачку сигарилл, только не с вишней, шоколад там или кофе, идёт? Ванечка соглашается, ведь чего не сделаешь, когда у тебя такие охуенные друзья. А Мирон набирает Евстигнеева из такси, и, вопреки всем ожиданиям, Ваня не достаёт его вопросами где он был и что делал. Встречает машину, затаскивает в магазин за продуктами, дома готовит и лишь совсем немного говорит о прошедшем баттле. Ваня точно не был тем, кто мог бы попинать Мирона за косяки, но раньше в такой ситуации он бы сначала два часа пытал его, а потом всеми силами избегал любого упоминания баттла, чтоб не расстроить. — Вань, а с чего ты вдруг не интересуешься где я был вчера? Рудбой жмёт плечами, не отвлекаясь от помешивания картошки в сковороде: — Ты приехал спокойный и счастливый. Где бы ты не был — я только рад. Мирон молча смотрит в спину друга. Может, все и не так, как он думал? Может, друзья и не считают, что он не справится сам, а просто Мирон часто не справляется? Как бы то ни было, весь вечер у Мирона отличное настроение.