За кадром

Телефонный звонок будит Фаллена в шесть утра через две недели. Он даже не открывает глаза, кое-как снимает трубку наощупь. Ванечка не оставляет номера в сомнительных местах, так что если кто-то звонит, значит важно. — Да? В динамике пару секунд слышно лишь громкое дыхание и свист ветра, а потом голос звучит так глухо, что Ванечка даже не сразу узнает: — Прости, что разбудил, не надо было звонить, наверное. Светло садится на кровати: — Так, ты говори, что хотел, а надо или нет я уж сам решу, идёт? Трубку Мирон не кладёт, но и не говорит ничего, судя по звукам просто идёт куда-то. — Так, дядь, прикатывай-ка ты сюда. А то так ты какой-то необщительный. Адрес помнишь? — Помню. Спасибо. — Да брось. Все, давай, можешь хватануть чего, к чаю там, или алкоголь, как хочешь, мне не важно. Звонок обрывается, а Светло мучительно тащит себя в душ, он лёг от силы пару часов назад, но то, что Мирон не позвонил бы просто так, ясно. А значит надо быть в форме. Когда через полчаса в дверь раздаётся робкий стук Ванечка запоздало понимает, что звонок не работает и бежит открывать. На кухне пахнет свежесваренным кофе и, самую малость, табаком, Мирон скидывает в коридоре кроссовки и протягивает пакет. Там болтается пара бутылок вина, конфеты, торт, упаковка чая и пачка сосисок. Ванечка боится представить что будет, если они употребят все это разом. — Надеюсь, ты знаешь рецепт, для которого все это нужно. Мирон смотрит на него пару секунд, хлопая глазами, а потом расслабленно смеётся, проходя внутрь и отодвигая себе стул: — Ага, смешать, но не взбалтывать. Не мог решить, чай или вино я хочу. Взял и то и другое, потом понял, что хочу есть и взял сосиски. Ванечка уже закинул сосиски в кастрюлю и ставит чайник. — Для вина и конфет как-то рановато, так что начнём с чаепития. Ну, и завтрака, да. Ты надолго вырвался? Мирон неопределённо пожимает плечами: — До вечера меня точно не хватятся, Женя уехала за полчаса до моего звонка тебе, думаю, все сочтут, что я вырубил телефон и уснул. Баттл с Дизом скоро, я написал текст, я готов, но теперь я, кажется, боюсь. И это прямо ебет мне мозги. Ванечка перекидывает сварившиеся сосиски в тарелку, достаёт хлеб, какие-то соусы и пару вилок. — Режь торт. Поедим в комнате, ок? Мирон кивает и начинает что-то делать, а Ванечка относит все в комнату и возвращается за чаем: — Так, клади его потом по тарелкам и тащи, я пошёл. Он находит на ютубе баттлы Дизастера и выводит видео на телевизор. Вошедший Мирон явно удивлен. — Я могу просто сказать тебе, что ты крут и все сделаешь как надо, если ты считаешь, что этого достаточно, то я сейчас же включу нам приятное кинцо в духе Вендерса Вима. Но это не так. Так что будем рассуждать, почему ты нагнёшь этого американца. Только с сабами, я не то чтоб совсем не знаю английский, но явно не на том уровне. Мирон усаживается рядом и откусывает импровизированный бутерброд с сосиской. Он видел баттлы Дизастера кучу раз, но никогда не видел их со Светло, может что из этого и выйдет. Через пару часов становится ясно, что смотреть баттлы с Ванечкой вовсе не то же самое, что смотреть их с кем-то ещё. Светло так ловко цепляет слабости оппонента, что Мирон искренне изумляется, почему он такой херовый баттлер. Ванечка снова разражается тирадой о шутках и запоминаемости, а Фёдоров просто думает, что вообще-то не согласился бы с ним баттлить ни за что на свете. Потому что вот уж кто бы мог его вынести, если бы постарался, так это Ванечка. И кого угодно тоже. А самому ему и предьявить-то нечего. — И вообще, ну вот что этот Башир или как его там может тебе сказать? Водка, медведь, балалайка? Не похуй ли тебе на это? У него баттлов под сотню, ты о нем знаешь все, он может перевести текст Славика и понять, чем тебя можно ткнуть, да, но это будет вторично, и он половину не выкупит, он в русском рэпе вряд ли шарит же. Мирон кивает, потому что Ванечка чертовски прав. Русскоязычным МС есть хоть что-то, что можно ему предъявить, заграничному нечего совсем. — Вот представим, что он бы баттлил не тебя а СТ. Или СД. Или ещё какого-нибудь С. Что бы поменялось? Да нихера, на самом то деле. И ты посмотри как он держится, блин. Просто будь собой, и ты выиграешь чисто на пафосе. В этот момент у Мирона падает кусок торта, он пытается поймать его рукой и размазывает, в итоге, о подбородок. Светло хохочет: — Передумал, собой не будь, будь вот той пафосной сукой из Окситабора, как обычно. Тогда все на мази. Мирон смеётся и чувствует, как туго стянутые в тревожный комочек нервы наконец-то расправляются. Он охуенный баттлер, и он сделает этого Дизастера. Никаких сомнений. Уставший организм требует сна и Мирон отключается под Ванечкины комментарии очередного куска панча. Просыпается он сам, ближе к вечеру, на этот раз чувствуя голову Фаллена на своём плече. Тарелки стоят около кровати, и, судя по всему, Ванечка и сам вырубился во время просмотра. Мирон осматривается. Квартира Светло простая, но удивительно уютная. До этого Мирон замечал толком только книги, а сейчас видит и этажерку с дисками, и заваленный блокнотами и канцелярией стол, и чьи-то рисунки в рамках на стенах. Видит рождественский свитер с оленями, который, не смотря на лето, висит на спинке стула. Мирону скорее нравится, сам он живет в правильной, аккуратной квартире, где нет ничего лишнего и порядок наводит клининг, но в душе он все равно питает слабость к таким вот местам, где чувствуется дух хозяина. Под руку, где-то между ладонью и Фалленом, влезает Гриша, Мирон ласково треплет его по голове, сдерживая смешки, когда Ванечка сквозь сон морщится от щекотки и шикает. Вставать не хочется совершенно, хотя и интересно знать, который час. Впрочем, если его и потеряют, черт с ним. Слишком хорошо. Через час становится очевидно, что долежать так до пробуждения Ванечки не выйдет, природа берет своё и организм усиленно гонит Фёдорова к туалету. Фаллен, правда, не просыпается, лишь недовольно ворчит, когда Мирон вытаскивает из-под него руку. Но к возвращению Окси уде сидит на диване, потирая глаза. — Я тоже вырубился, да? — Наверное. Который час? Светло хочет сказать мол возьми телефон да посмотри, но вспоминает, тянется за своим. — Почти полночь. Это мы с тобой дали конечно, часов пятнадцать проспать. Тебя потеряли? Мирон пожимает плечами: — Да не важно, нормально все. Я правда поеду скоро, но может позавтракаем? Ванечка соглашается и даже задается целью непременно испечь на завтрак сырники. Через пару часов они оба перемазаны в муке, но результат того стоит, выходит на удивление вкусно. Мирон прощается и клятвенно обещает Грише, что уж в следующий раз он точно привезёт ему вкусняшек. Верит Гриша или нет — неизвестно, но мурлыкает на прощанье вполне дружелюбно. Ванечка закрывает дверь и задумчиво смотрит вдаль. Странное это дело, дружить с Оксимироном.