Ты не определён.

-Картман...~ Кайл посадил того на себя и провёл ручками по ягодицам. -я так хочу чтоб ты молил, извивался как шлюха перед мною~ Шлёпнув, Брофловски начал свои великие дела, а вернее план по возбуждению Эрика. Горячие руки рыжего полезли с плеч на спину, с спины на лопатки. Вдоль позвоночника, Кайл повёл ручёнки в пояснице, после провёл по груди и соскам, слабо оттягивая их, начиная исскусывать ключицы, заставляя краснеть их от засосов еврея. Руки следом пустились в пляс по талии, следом изучили бёдра, сжимая их и слабо шлёпая и наконец эти горячие ладони разделились. Одна пошла по ягодицам сжимая и шлёпая их без конца, а вторая пошла по лобку шатена. Впервые Кайл подумал: "интересно, а тут есть место где ему очень приятно?". Еврей стал проводить по лобку, постепенно нажимая и проводя по яйцам этого мазохиста. Так же Кайл не обошёлся от множественных мучений, в списке которых было: давить на вход того, дразня; то быстро то медленно облизывая соски; не давая трогать себя, потому что нельзя, хах~ Эрик вскрикнул и начал извиваться и стонать как шлюха. Боже, чего только стоили слова и тон любимого... Хотелось обкончаться только от этого. Сильно выгнув спину, он крупно дрожал, раздвигая ножки, но молчал, не говорил ничего. Казалось что лучше уже быть не может, но нет. Стоило ему парню погладить впадину между яичками как Картман выгнулся ещё сильнее, оттапыривая зад и пошло вскрикивая, закатывая глаза и кончая ему на руки. Тело сразу обмякло и бедный мальчик сдался, поддаваясь любимым рукам. Так приятно что кажется от этого чувства можно сойти с ума... Рыжий тут же властно засмеялся, оскалясь и опять же думая над тем, как бы ещё заставить кончить этого милого мальчика. -ты такой милый, когда ведёшь себя как сучка~ Рывком, резко нагнул шатена, ставя раком на ноги и шлёпнув пару раз, Кайл начал забовляться. Первой забывай его было следующее: взяв полотенце, Брофловски привязал его к шее и потянул как за поводочек, надавливая на поясницу и тут же проводя пальчиком по яйцам, заставляя шатена в судорогах изгибаться под тем уже совсем не милым, а властным человеком..