Виски и вино в глазах

«Позже» наступило довольно быстро. Уилл смотрел на губы мужчины и увидел кончик его языка, который увлажнил их. На этом он не закончил, ведь увлажнять пришлось ещё и шею Уилла. Дольше всего Ганнибал задержался на месте, где проходила сонная артерия. Сердцебиение было выше нормы и профайлер чувствовал, что Ганнибалу нравится это, он насыщается ощущением власти, контроля над чужой жизнью и в таком состоянии Уилл готов даровать ему всё. Руки мужчины задержались на талии Грэма, он не пытался «облапать» его, он точно знал чего хочет, и пошагово выполнял это. Следующим пунктом была кровать, ведь Ганнибал сделал два шага назад, так и не убирая руки от Уилла, из-за чего последнему пришлось идти так же. — Насколько ты оцениваешь своё состояние? – поинтересовался Лектер, разорвав их телесный контакт. Голос был ровным и чётким, а ведь он выпил даже больше Уилла. Выдержка заслуживающая похвалы. Грэм посмотрел снизу вверх на мужчину, это был флирт и вытворяя такое, он не был уверен, что должен сказать. Разве он сейчас трезвый? Организм – да, чего не скажешь об его разуме. Он в полном беспорядке, и Ганнибал совсем не помогает ему протрезветь. Желание другого мужчины опьяняет, как и глаза цвета алкоголя. Нотки вина начали играть сильнее. Кажется, так выглядит желание, истинное и почти животное. Уилл ощущает это, и хочет ещё ощутить чужие руки на своём теле. Да, несомненно. Они делят это чувство на двоих. — Не собираюсь жалеть об этом на следующий и последующие дни, – честно ответил он. — Довольно с меня смертей и кошмаров. Хочется чего-то другого. Например, секса, просто так, назло смерти. — Я услышал тебя, Уилл. Дальнейшие действия Ганнибала дарили лишь чертовское удовольствие профайлеру. Лектер расстегнул пуговицу и молнию на джинсах мужчины и приспустил их, но не снял. Возбуждённый член был хорошо заметен через нижнее бельё, что даже, в каком-то смысле, приносило дискомфорт. Но Уилл лишь безмолвно наблюдал за мужчиной, который двумя пальцами очертил контуры члена через бельё. Ох, чёрт! Доктор Лектер много смыслит в удовольствии. Его руки вернулись на талию профайлера и мягко усадили на кровать. Было немного неудобно из-за мешающих джинс, но открывающийся вид доктора того стоит. Последний решил перейти к следующему шагу. Он закатил рукава своей рубашки и немного ослабил узел галстука. — Если ты не расстегнешь верхнюю пуговицу, то у тебя останутся следы на шее, – вежливо предупредил Уилл, замечая взгляд полного непонимания. Кажется, Ганнибал был удивлён и дезориентирован этими словами. Грэм отвёл взгляд и тише попытался объяснить: — Они будут похожи на засосы. Это вызовет лишние вопросы у твоего окружения. — Не хочешь громкого оглашения? — Скорее, я оберегаю тебя от лишних расспросов и бестактных людей, которые покажутся тебе грубыми. После этого высказывания в глазах Ганнибала отразились непонятные, смешанные эмоции, которые Уилл не смог различить. Он почувствовал опасность, но не мог как-то оправдать её появление, ведь они просто разговаривают, пока его член всё ещё ждёт продолжения. — Люди в любом случае сплетничают обо мне многое, даже без этих следов, – после долгого молчания говорит Лектер. Он оглаживает плечо и Уилл кивает, они могут продолжить. Нижнее бельё было приспущено, и теперь профайлер предстал перед Ганнибалом в новом свете. Прекрасная, божественная красота, в переносном смысле, слепила Лектера, который лестно высказался насчёт его фигуры. Уилл следил за глазами мужчины, пытаясь понять какие части тела его заинтересовали больше. Но какого было его удивление, когда после недолгого любования, Ганнибал не отрывал взгляда от его глаз. Это было довольно неловко и трудно. Поддерживать зрительный контакт – одно из невозможных вещей для Уилла. Только вот, он хотел попробовать. Пять секунд, десять, тридцать и ещё тридцать. Минута. Небольшая победа отразилась на лице Грэма, он усмехнулся. Мысли Ганнибала было трудно распознать, но он предположил, что следующий рисунок будет иметь его лицо и тело. — Укрой меня простынёй, –и прежде чем доктор попросил уточнить и это высказывание, профайлер заканчивает свою мысль. — В своих рисунках. Не хочу быть полностью голым на них. Ты ведь запоминал мои пропорции и особенности, чтобы потом нарисовать меня, не так ли? Кивок. — Каждый раз когда я думаю, что разгадал тебя – ты возвращаешь меня в начало головоломки. — Аналогичная ситуация, доктор Лектер, – прошептал Грэм и мужчина без лишних слов продолжил начатое. Ганнибал огладил внутреннюю часть бедра и взял член профайлера, который, в свою очередь, почувствовал, как сердце вместе с дыханием замирает на неопределенное время. Пару движений было сделано на пробу, чужие руки заставили многочисленные волоски на теле подняться дыбом. Ох, он забыл дышать, от чего в груди неистово жгло, а глоток воздуха был довольно головокружителен или это всё действия Ганнибала так на него повлияли? Ещё один вопрос, который останется без ответа. Уилл посмотрел на своего доктора, друга, партнёра и наслаждался видом, как тот в свою очередь наслаждался им. Они похожи, и эта мысль дарила удовольствие, как и умелые руки Ганнибала. Сам Грэм начал сглатывать слюну, которой было то мало, то слишком много. Дыхание с каждой минутой становилось все беспорядочней. Было жарко. Ганнибал потер пальцем о головку члена мужчины, и тот содрогнулся всем телом, издавая развратный стон. Ухмыльнувшись результату своих действий, Лектер начал умело двигать рукой, меняя направление так, чтобы удовлетворить своего партнёра ещё больше. Дыхание становилось все более и более грязным. Доктор на мгновение вернулся к головке члена и не раздумывая тут же потёр её, тело профайлера внезапно вздрогнуло, прерывистое дыхание стало более хриплым. Он был на пределе и небольшая ухмылка на лице Ганнибала говорила о том, что он об этом знал. Пару секунд и Лектер без предупреждения заглатывает член. Уилл стонет и зажмуривает глаза не в силах терпеть эту сладкую пытку. В таком состоянии он скажет всё, что угодно, лишь бы ему дали возможность кончить. — Если ты не начнёшь двигаться, – тяжело вздыхая, начал Грэм, — я убью тебя без сожаления. — И как ты это сделаешь? – интересуется Ганнибал, его глаза сверкают, там плещется не один бокал виски. Довольно возбуждающе, но Лектер всё же перестал двигаться — его следует убить. — Своими руками. — Похвально. Думаю, ты заслуживаешь продолжение. — А ты заслуживаешь смерти. Ганнибал тихо смеётся и возвращается к недавнему занятию. Его движения плавные, но не медленные. Идеально. Уилл сжимает простыни и не может сдерживать свои стоны, они звучат вымученно и тихо. Он проводит рукой по своим волосам зачесывая их такие кудрявые и влажные от пота, но одна прядь всё же возвращается на место. К чёрту! Сейчас важно не это, Грэм немного отбрасывает голову назад наслаждаясь ощущениями. Испытывать такие ощущения постоянно – было безумной мыслью, но Уилл соврал, если бы сказал, что не начал обдумывает её, как реальную и возможную. — Ещё! Ещё, Ганнибал, – профайлер стал беспорядочно молить о собственной разрядке. Его бёдра пришли в движение, они поднимались под такт мужчины, ускоряя процесс. И вот, когда желанная разрядка пришла, Уилл первое время не реагировал на какой-либо шум. Он пытался отдышаться, чувствуя при этом боль и блаженство. Прекрасное чувство, – пронеслось у него в голове прежде, чем он начал смеяться. — И что же тебя так рассмешило? – укладываясь рядом с мужчиной, Ганнибал огладил его подбородок. Истинное произведение искусства. — Не знаю, но мне так хорошо. За весь этот процесс они ни разу не целовались и Уилл был бы опечален этим, только вот, он получил чертовски прекрасный минет, который будет вспоминать ещё неделю. На это грех жаловаться. У них всё впереди. — Я рад, – улыбка у Ганнибала хищная и красивая. Грэм не может оторвать от неё взгляд, как недавно не мог перестать смотреть в глаза напротив. — Ты можешь принять душ, если желаешь. — Желаю, – отвечает он и без лишних слов идёт небольшими шагами в ванную комнату. Он мог остаться, но тогда они зашли бы дальше, а это сейчас ни к чему. Уилл осматривается и заходит в душевую кабину, игнорируя тот факт, что эта ванная комната больше, чем его спальня. Быстро привыкнув к окружающей, его, дороговизне, профайлер принимает контрастный душ, беспечно оставив свои вещи на полу у ванны. Дальнейшие события были размыты, как туман в ванной после принятого душа. * * * — Если нужно пространство – мы его обеспечим. Группа полицейских удерживает гражданских и не даёт журналистам попасть на место преступления. Грэм видит знакомое лицо и отводит взгляд, инстинктивно прячась за спиной Джека Кроуфорда от пристального внимания. Фрэдди Лаундс всё же успевает сделать несколько снимков. Уилл смотрит на труп и присматривается, как только замечает знакомые черты лица. — Убитого зовут Фрэд... — Фрэд Морган, – осознаёт профайлер, с ужасом оглядываясь по сторонам. Ганнибал сегодня занят и поэтому не смог приехать. Как же его сейчас не хватает. Интересно, Ганнибал Лектер расстроился если бы узнал, что этот извращенец мёртв? Нет. Он был бы только рад этому. Как и Уилл после того, как шок от увиденного прошёл. — Знаешь его? – интересуется Зеллер и мужчина замечает, что все на него смотрят. — Имел несчастье познакомиться... Около месяца назад я был у доктора Лектера на вечере музыки. Так он хотел социализировать меня. — Ближе к сути, – потребовал Джек грубым тоном перебивая рассказ. — Он наносил свой био материал на руки и лез к девушкам... и не только к ним, – вспоминая похотливый взгляд Моргана, уже тише добавил он. — Я ушёл и больше его не видел. — Ну, это объясняет отрезанные руки. — Это наказание. Чесапикский Потрошитель не доволен им, Морган дотронулся до него... Нет! До кого-то важного Потрошителю и теперь мы имеем это. Он вырвал глаза, ведь тот посмел смотреть на его человека. — Лишил глаз, чтобы не смотрел. Рук, чтобы не касался. Язык, потому что заигрывал? Но почему он не отрезал ему уши? — Они не так важны, – продолжил Уилл. — Даже, если человек Потрошителя и говорил что-то ему – это было неважно или оказывалось неправдой. Он не кастрировал его, я бы назвал это насмешкой со стороны. Нормальный не станет поступать так, как мистер Морган. Значит, у него были проблемы с сексом. — Хочешь сказать, что Потрошитель не сделал этого, хотя мог? Что-то новое в его стиле, – немного удивлённо произнёс Кроуфорд, снова осматривая труп. — Оу, нет. Ничего нового. Он не сделал этого из-за того, что у Фрэда Моргана и так не было половой жизни, и смысла в кастрации не было. — Зато он забрал мозги у него, – Беверли сделала ещё одну фотографию, только уже с близкого ракурса и рукой в воздухе очертила круг над головой мужчины. — Думаю, это логично. Парень с мозгами так бы не поступил. Ненавижу извращенцев, никогда не знаешь, что от них ожидать. Уилл кивает, ощущая странное жжение в груди. Что-то не так, только он не может понять что. Убийства Чесапикского Потрошителя всегда ощущались по-другому, но Фрэд Морган был другим, особенным. Уилл даже не представлял маятник перед глазами – вся картинка была, как на ладони. Но что-то всё же его настораживало. Профайлеру пришлось подавить это чувство и продолжить работать. На холодном столе лежал собранный труп мужчины, но всё же не хватало мозга и печени, которые Потрошитель забрал как «трофеи». В этот раз, Уилл закрыл глаза и стал отсчитывать секунды. Картинка остановилась на начале и он увидел все детали. Увидел Чесапикского Потрошителя, его лицо. Профайлер побежал в афедрон, зажимая собственный рот рукой. Опорожнив свой желудок, Уилл промыл рот водой и взглянул на своё отражение в зеркале. Тёмные круги под глазами никуда не делись, к ним лишь прибавилась бледность лица. В голове была лишь одна мысль: — Я должен увидеться с Ганнибалом. * * * — Уилл? Какая приятная неожиданность. Проходи, – Лектер помог снять пальто и провёл своего гостя на кухню, где как раз готовил ужин. — Я планировал пригласить тебя сегодня, но ты порадовал меня своим присутствием на несколько часов раньше. — Что ты готовишь? – как можно спокойнее произнёс профайлер, указывая на продукты на столе. — Ризотто по-милански. Это одна из кулинарных визитных карточек города Милан. Risotto alla Milanese отличается от подавляющего большинства ризотто тем, что его обязательно делают с шафраном. Ну, есть еще один очень желательный ингредиент - костный мозг, – Ганнибал решил углубиться в историю блюда, а Уилл решил не перебивать его, вспоминая события прошедшего месяца. Редкие поцелуи и частые взгляды друг на друга. Как они могли зайти так далеко? — Первое летописное упоминание о ризотто миланезе относится к концу шестнадцатого века, хотя и не под таким названием. Это блюдо связывают с именем голландского стекольщика Valerio di Fiandra, работавшего над оформлением знаменитого Миланского Собора. Стекольщики традиционно использовали шафран для окрашивания стекла в теплый желтый тон, а он догадался подкрасить таким образом рис на свадьбу своей дочери. Уилл, о чём ты задумался? — Я знаю. Ганнибал пересекается взглядом с Уиллом и он понимает, осознаёт. Уилл знает.