Муж от безысходности

С тех пор, как Тарталья открылся Итэру в своих чувствах более искренне, чем до этого, Итэр начал хотя бы немного понимать, что происходит. Сначала юноша подозревал, что Чайльд несколько нестабилен в психическом плане и иногда напоминает маньяка, но когда тот сам признался о ментальных проблемах, это стало очевидным. Да и как можно было сохранить рассудок в здравии, когда ты убиваешь людей, и это становится твоей работой? Возможно, это тоже влияло на Тарталью. Благо, что совсем поехавшим на такой почве не стал. Итэр старался выпытать из мужа больше подробностей про его жизнь. Тарталья отпирался, но у юноши теперь появился мощный рычаг давления на него после проникновения в его кабинет. Постоянно ставя в упрек то, что Чайльд знает все о жизни Итэра, а тот о его абсолютно ничего, Тарталья уступает, понимая свою ошибку. Таким образом, Итэр не нарушает договор, слушаясь своего мужа, но теперь может диктовать и свои условия. Одним из таких стало посещение мафиозного банкета. Такие мероприятия происходят довольно часто, чтобы верхушки преступного мира могли обсудить какие-либо новости и совместную работу в безопасной для них среде. Конечно, Тарталья помнил свое обещание, но все равно не хотел брать Итэра с собой, понимая, насколько это может быть опасно. Но с другой стороны он хотел показать, какой прекрасный мальчик ему достался. — Ты издеваешься? Я не пойду в этом! Итэр швырнул серебристое платье, усеянное стразами, обратно в Тарталью. Тот поймал платье и распрямил его на вытянутых руках, чтобы лучше видеть. — А чего тебе в нем не нравится? Красивое же. — Вообще-то я парень! Я не буду такое носить! Вот сам в нем иди, если хочешь! — Оно налезет только на тебя, — довольный, словно кот, Тарталья подошел к Итэру и приобнял его за талию, — Значит так, либо ты надеваешь это платье добровольно, либо я надеваю его на тебя принудительно, и ты идешь на банкет с вибратором в заднице. Выбирай. — Ты совсем что ли?! — воскликнул Итэр, пытаясь двумя руками оттолкнуть от себя Тарталью, но тот и с места не сдвинулся. — Солнышко, я и так тебе уступил в том, в чем не хотел. Так что будь добр, если идешь со мной, то выгляди так, чтобы все завидовали, — Чайльд снова сунул Итэру платье в руки, — И поторопись. Нам скоро выезжать.

***

Приехали они, как показалось на первый взгляд, в какой-то театр. По крайней мере, здание на вид было довольно красивым, архитектура царского вида, фасад подсвечен прожекторами. Явно какое-то дорогое заведение. Ко входу в здание то и дело подъезжали автомобили, и на красную дорожку выходили люди. Мужчины в парадных фраках и женщины в прекрасных платьях. Как только гости покидали автомобили, водители отъезжали, давая другим припарковаться у входа. Итэр чувствовал нарастающую тревогу. Будучи одетым в серебристое платье, ему хотелось, чтобы его сочли просто за плоскогрудую девицу, но кадык особо не спрячешь, хотя Тарталья и попытался сделать это бархатным черным чокером с изображением герба Фатуи. Да и ощущал себя юноша так, словно он украшение для Чайльда, а вовсе не его спутник, иначе зачем его надо было так наряжать. К платью кроссовки не подходили, поэтому пришлось согласиться на подходящие туфли, благо, с маленьким каблуком, иначе Итэр даже из квартиры бы не вышел. Служащий таинственного заведения любезно открыл дверь представителям Фатуи. Первым вышел Тарталья, а затем предложил свою руку Итэру, дабы помочь ему выбраться из автомобиля. И помощь эта была весьма кстати, так как мальчик чувствовал себя очень неустойчиво даже на маленьких каблуках. — Будь увереннее, дорогой, у тебя отлично получается, — пытался приободрить его Тарталья, ведя ко входу, — Ты очень красивый. — Заткнись, — шепнул Итэр, вынужденно вжимаясь в руку Чайльда, лишь бы не потерять опору. Внутри уже стало ясно, что это было за здание. Публичный дом, где веселились далеко не самые бедные жители Мондштадта, а развлекали их, помимо музыки и диджея, танцующие на сценах девушки, что крутились вокруг шестов. Увидев это, челюсть Итэра непроизвольно сползла вниз, а глаза расширились. И лишь поддразнивающий голос Тартальи вывел его из созерцания. — Научишься и для меня так же, а? — весело толкнул в бок локтем рыжий. — Шутишь? Сам учись, если надо! — раздраженно возмутился Итэр. — Не злись, солнышко. Пойдем поприветствуем хозяйку, ведь это она нас пригласила. Тарталья повел Итэра на второй этаж, с которого довольно удобно наблюдать за танцами. И если на первом этаже еще была атмосфера, напоминающая ночной клуб, то на втором этаже все совсем иначе. Второй этаж менее освещен, посетители сидели за столами компаниями, а иногда с женщинами более вульгарного вида. Проходя мимо столов, Итэр разглядывал их. Неужели это все — мафиози? Тарталья вел мужа по периметру зала, пока они не достигли балкона над сценой. Там, в своих покоях и в окружении своих помощниц, сидела женщина, куря трубку странного вида, видимо, из Ли Юэ. Ее длинные белые волосы струились вдоль ее золотистых одеяний, а на голове из волос сделан бант, подстегнутый длинной заколкой. Взгляд внимательных красных глаз пал на прибывших к ней гостей и изучал каждую деталь. — Госпожа Нин Гуан, — Тарталья по-джентельменски поклонился хозяйке заведения, а Итэру, будучи в платье, пришлось кланяться реверансом. Хотя он и не знал, кто такая Нин Гуан, но выглядела она опасно и властно, так что лучше не пренебрегать правилами приличия. — А вот и наш Чайльд, — аккуратные губы Нин Гуан расплылись в улыбке, — А я все думала, когда же ты появишься. Кто это с тобой? Итэр поймал на себе взгляд, от которого невольно захотелось передернуться. — Мой супруг — Итэр, — кажется, в словах Тартальи проскочила гордость. Юношу это вогнало в краску, но, вспомнив, что нужно поздороваться, он с опаской взглянул на Нин Гуан и выпалил: — Добрый вечер. — Какая очаровашка, — кажется, Нин Гуан забавляла растерянность Итэра, — Я бы взяла его к себе, но… Хороший выбор, Чайльд. — Спасибо, я знаю, — довольный Тарталья улыбался и за талию притягивал Итэра к себе, что возмущало последнего. Он действительно здесь как украшение, которым Тарталья нагло хвастается! — Насчет правил ты помнишь. Никаких драк и разборок в моем доме. Захочется выяснить отношения, выйдите через черный вход, или Бей Доу вас сама туда вышвырнет. Нин Гуан кивнула на упомянутую Бей Доу. За диваном, на котором сидела хозяйка дома, находилась еще одна женщина, которую Итэр заметил и раньше, но принял ее за одну из помощниц. По итогу, конечно, это так, вот только эта женщина с каштановыми волосами и грозным взглядом больше напоминала телохранителя. Один глаз у Бей Доу скрыт повязкой, что, возможно, могло говорить о том, что она участвовала далеко не в одном бою. И если от Нин Гуан по коже идет дрожь от ее величественности и власти, то Бей Доу выглядела устрашающе уже по другой причине. Она ведь, если что, и ударить может. Бей Доу скрестила руки на груди и, нахмурившись, посмотрела на парней. Итэр, увидев, как серьезно настроена телохранительница, невольно сглотнул, хотя и не собирался устраивать здесь драк. А вот Тарталья может, но если выкинут мужа, он полетит следом. Нин Гуан же продолжала забавляться, глядя на реакцию Итэра. — Какой же милашка. Не бойся, Бей Доу не обидит тебя, если на то не будет причины, — леди вновь затянулась из своей трубки и выдохнула дым, — Ах да, вас уже ждут. Вон там, со стороны застекленных балконов. Нин Гуан кивнула в нужную сторону, и Итэр перевел взгляд на те самые балконы. Там люди в основном курили, но было достаточно места, чтобы расположиться большой компанией. И в той стороне он увидел подозрительно знакомого мужчину с голубыми волосами и в белом костюме. Волосы на затылке встали дыбом. Это же тот самый, который приезжал на разборки. А вот теперь угроза быть избитым Бей Доу уже не казалась такой призрачной. Тарталья же нахмурился, увидев якудзу. — И он здесь? — пробурчал рыжий, пальцы его на плече Итэра немного сжались. — Он хотел с тобой поговорить. Если не сможете поладить, лучше уйди, — предупредила Нин Гуан, — Хотя бы мальчика своего не подставляй. — Все будет в порядке, госпожа Нин Гуан, — повернув голову к владелице заведения, Тарталья весело улыбнулся, показывая, что будет хорошим гостем, — Ну, мы пойдем, не будем заставлять господина Камисато ждать. После того, как они отошли от покоев Нин Гуан, Итэр шепотом спросил. — Тарталья, а кто такой этот Камисато? — Глава инадзумских мафиози, в общем, якудза. Сейчас сам все увидишь. Не вздумай ему верить. Тарталья был серьезен и, кажется, обеспокоен. Но быстро принял уверенный вид, и они с Итэром вошли на балкон. На балконе было несколько компаний, но именно вокруг стола, где сидел Аято, находилось больше всего людей. Помимо Аято, за столом сидела молодая девушка с таким же цветом волос, как и у оябуна, которые были заплетены в хвост. Позади диванчика, на котором сидел Камисато, стоял миловидный парень с золотистыми волосами. Только цветом костюма, в котором преобладал красный, он значительно выделялся среди остальных. — А вот и Чайльд, — отставив бокал с вином, мягким и нежным, словно лепестки камелии, голосом сказал Аято, тем самым обращая внимание других на прибывших гостей, — Да еще и не один. Кто это прекрасное создание? Итэр слегка запаниковал. Эта девушка, что сидела напротив якудзы, посмотрела на него своими большими голубыми глазами, которые в свете гирлянд на балконах горели, будто в них отражались звезды. Она была настолько мила и изящна, что совершенно не хотелось, чтобы она видела его в таком виде. Хотя Итэр и не знал ее, понимал, что Аято — враг Тартальи, но ему снова стало невероятно стыдно за свою внешность, из-за чего юноша смущенно отвел голову в сторону, стараясь не смотреть на инадзумцев. — Мой муж — Итэр, — ровным голосом отозвался Тарталья. И все же он выдал Итэра. — Муж? Необычно, — Аято посмотрел на юношу и доброжелательно ему улыбнулся, — Приятно познакомиться, Итэр. Камисато Аято к вашим услугам. Если бы не та перестрелка, можно было бы покориться такой тактичности Аято. Он выглядел гораздо более безопаснее: вежлив, изящен и в целом располагал к себе, в отличие от Чайльда. Однако мысли о том, что он тоже убийца, заставляли Итэра быть настороже. — Очень приятно, господин Камисато, — несмотря на то, что Итэр чувствовал себя максимально не в своей тарелке, он выдавливал слова приветствия незнакомым ему людям. Тарталья же перевел внимание Аято со своего супруга на себя. — Вы хотели со мной поговорить, оябун? — Да. Не желаете ли отойти покурить? Там мы сможем спокойно все обсудить. Тома, — обратился Аято к стоящему позади него юноше, — Приглядывай за моей сестрой. Я быстро. Упомянутый Тома кивнул своему господину, а затем Аято обратился к Итэру. — Чтобы не скучать без мужа, вы можете составить компанию моей сестре. Не бойтесь, никто вас не тронет. Встав со своего дивана и забрав со столика пачку сигарет с зажигалкой, Аято отвел Тарталью за собой на открытый воздух. Итэр проводил их взглядом, а потом повернулся к столику. Сестра Аято мягко улыбалась, что было видно по глазам, ибо губы ее сейчас были скрыты красивым расписным веером. Она явно ждала, что гость сядет. Тома же, заметив нерешительность Итэра, подал голос. — Пожалуйста, садитесь, — он услышал теплый и бодрящий голос, который принадлежал этому парню. Видя, что никто не настроен агрессивно, Итэр все же подошел к столу и аккуратно сел на диван. На лице его все еще был румянец из-за всей неловкости ситуации. — Здравствуй, — девичий голос чуть ли не заставил Итэра вздрогнуть, — Можно к тебе обращаться на «ты»? — Конечно, — неуверенно ответил юноша. Ее что, совершенно не смущал его внешний вид? — Меня зовут Аяка, — девушка убрала веер, и теперь Итэр мог видеть снова ее лицо целиком. Ее улыбка и звонкий голос напоминали ему кое-кого. Сестра. Такая же светлая и мягкая. Такое же впечатление на него сейчас произвела Аяка. — Приятно познакомиться, я — Итэр, — снова представился парень, не в силах оторвать взгляд от Камисато. — Тебя что-то беспокоит? Я могу попросить Тому принести тебе чай или кофе, — было трудно не заметить смущенный вид Итэра, потому Аяка быстро предложила ему расслабиться. — Ну, просто… — даже не знал как сказать юноша, — Тебя разве не смущает то, как я выгляжу? — Нисколько! — снова мило улыбнулась Аяка, — за все то время, что я была здесь, я видела самое разное. А учитывая то, что ты связан с Чайльдом, я не удивлена, что ты пришел в платье. Это же он заставил тебя надеть его? — Как ты догадалась? — изумился Итэр, будто его видели насквозь, — Ты много знаешь о нем? — Не так много со слов брата, — призналась младшая Камисато, — но Аято говорил о его непредсказуемости, и то, что от Чайльда можно ожидать все, что угодно. Поэтому, зная это, можно не удивляться таким вещам. Опять же, мне есть, с чем сравнить. Аяка посмотрела поверх Итэра на Тому. — Тома, можно еще два сока, пожалуйста? Итэр, какой будешь? — Сок? — вопрос был внезапным, поэтому юноша слегка запнулся, — Ананасовый, если есть. — Ананасовый и апельсиновый, пожалуйста. — Конечно, моя леди, — ответил ей улыбкой Тома и подозвал к себе официанта, чтобы сделать заказ. — В вашей семье все так мирно, — прокомментировал свои наблюдения Итэр. — У нас не принято ругаться и тем более показывать ссоры на публике, — пояснила Аяка, — да и у нас с братом больше нет родителей, мы держимся друг за друга. Услышав о родителях, Итэр немного погрустнел. У них с Люмин тоже их не было. Но упоминать про сестру он не стал, все же здесь это могло быть опасно.

***

Дождавшись заказа, Аяка и Итэр продолжили общаться и узнавать друг друга лучше. Итэр будто бы получил отдушину, пообщавшись с кем-то еще, и теперь уже мог нажаловаться на какие-то отдельные моменты в своей новой жизни, но, разумеется, не на все. Аяка видимо тоже получила возможность поговорить с кем-то новым, потому что, как выяснилось позже, друзей у нее совсем нет. У них были схожие ситуации, что Тарталья оберегал Итэра, заставляя его находиться рядом, что Аято оберегал свою сестру, а потому не отпускал никуда без присмотра. На почве общих таких проблем они и сблизились, обменявшись телефонами. Через непродолжительное время к столику вернулись Тарталья и Аято. До ушей Итэра донеслись обрывки фраз. — Да он уже заколебал свои угрозы мне слать! Постоянно либо на почту придет конверт с дохлыми жуками, либо машины моим людям побьет. С таким отношением я вообще ничего рассматривать не буду. — Ну, Аратаки довольно мстительны, а после того, что произошло, какое еще поведение вы ожидаете от их босса? — пожал плечами Камисато, — Но я постараюсь немного остудить его пыл, а вы все-таки подумайте над моими словами. — Братик, ты вернулся, — обрадовалась Аяка возвращению Аято, — Ты посидишь с нами? — С удовольствием, — кивнул Аято, садясь рядом с сестрой, что подвинулась, уступая ему место на диване. Тарталья же, разумеется, сел рядом с Итэром, демонстративно обнимая того за плечо. — О чем болтали, пока нас не было? — поинтересовался Камисато старший, который, в отличие от Чайльда, пребывал в более приподнятом настроении. — Мы познакомились с Итэром и узнали, что у нас много общего, — с улыбкой сказала Аяка, переводя взгляд на юношу. Тарталья не мог сейчас показать своего недовольства, но чуть сильнее сжал руку на плече мужа. Ему бы не хотелось, чтобы Итэр сближался с сестрой своего врага. Но Итэр, казалось, повеселел. Он пребывал в приподнятом настроении, и все из-за этой девушки. Следом за недовольством из-за неосторожности, Тарталью кольнула ревность. Все же до их замужества Итэр был натуралом, и влечение к девушкам могло остаться. Размышления эти оборвал Аято, продолжив развивать разговор. — Вот как. Я рад, что у тебя появился друг, — Камисато старший погладил сестренку по голове, а после перевел взгляд на Итэра, — мне бы тоже хотелось познакомиться поближе. Итэр, что ты можешь рассказать о себе? Можно на «ты». Улыбка Аято была изящна и красива, заставляя невольно поверить в то, что ему можно открыть все свои секреты. И такой способ манипуляции отлично знал Тарталья. Не сумев себя сдержать, он слегка нахмурился, а это мимолетное движение уловил внимательный взгляд голубых глаз. Инадзумец улыбнулся еще сильнее, от чего в глазах Чайльда вспыхнул гнев. Главы мафиозных семей обязаны подмечать самые малейшие детали, чтобы раньше времени не покинуть этот мир. Так и сейчас, уловив эту мимолетную эмоцию Тартальи, Аято понял, что с ней делать. — Ну, я… учусь на историческом, — неуверенно начал Итэр, ведь все это он уже рассказывал Аяке, и ей придется слушать это второй раз, — Я… прошу прощения, я немного растерян. Итэр неловко улыбнулся, ведь если к Аяке он уже привык, то Аято воспринимался им совсем по-другому. — Не переживай, здесь все свои, верно, Чайльд? — со стороны доброжелательная реплика Аято чуть ли не выбесила рыжего. Камисато понял, насколько сильно можно вывести из себя мужчину, если играть через его мальчика. — Я бы попросил лишний раз не заставлять Итэра волноваться, — чуть ли не скрипя зубами и еле сдерживая более-менее расслабленный тон, проговорил Тарталья, — Он здесь в первый раз, и ему нужно привыкнуть. Так что я бы попросил не налегать на него с вопросами, оябун Камисато. — Так разве его кто-то допрашивает? — весело спросил Аято, — Я просто знакомлюсь с ним. Тут у Итэра случилось дежавю. Аято сейчас так же бесил Тарталью, как когда-то сам Тарталья его самого. А в том, что инадзумец действовал на нервы мужу, Итэр не сомневался, ибо чувствовал это по сжатому плечу. Интересно, все мафиози такие? — Господин Аято, мне очень приятно проводить время в вашей компании. — периферийным зрением, да и всей кожей, Итэр чувствовал, каким взглядом смотрит на него Тарталья, — Но мне правда нужно немного привыкнуть, если вы не возражаете. Это… новый мир для меня, и мне только предстоит в нем освоиться. Надеюсь, мои слова вас не сильно заденут? — Какие прекрасные слова, юноша, — оценил Аято. Время с Аякой явно прошло не зря, раз Итэр настолько вежливо научился формулировать свою речь, — Конечно, как тебе угодно. И я же просил на «ты». Камисато рассмеялся, так как Итэр снова неловко улыбнулся, ибо забыл недавнюю просьбу. — Зачем ты притащил сюда столько своих людей? — попытался перевести тему Тарталья, кивая головой на занявшую эту территорию балкона людей. — Сюмацубан должен заниматься нашей охраной, — легко ответил на вопрос инадзумец, — Я понимаю, что тебе не очень приятно быть на территории, подконтрольной нам. Но не волнуйся, правила Нин Гуан здесь чтут все, а значит никто не собирается переходить к дракам и задержаниям. Да и тебе бы я тоже посоветовал обзавестись постоянной охраной. Ты — прекрасный боец, спору нет, но это теперь касается не только твоей безопасности. Аято снова перевел взгляд на Итэра. И за это Чайльд хотел вырвать глаза голубоволосому, лишь бы тот перестал на него смотреть. Да, он хотел, чтобы его мужа видели и восхищались им. Но он не ожидал, что этот якудза тоже сюда притащится. — Брат, вы уже все обсудили с мистером Чайльдом, — обратилась к Аято девушка, вновь прикрывая нижнюю часть лица веером. — Если бы… Нам предстоит еще долго разговаривать. А ты что-то хотела? — Сидеть здесь надоедает. Может мы сходим с Итэром прогуляться? Хотя бы на первый этаж спуститься. — Я-то не против, но разрешение нужно спросить так же и у супруга Итэра, — Аято перевел взгляд на Тарталью и как-то хитро улыбнулся. Чайльд понимал, если Итэр с Аякой уйдут, то Аято будет продолжать выносить ему мозг своей великой инадзумской дипломатией, хотя наедине действительно хотелось ему сказать пару ласковых. Например о том, что нечего пялиться на его мальчика. Но и голос повышать тут на оябуна даже опасно — повсюду Сюмацубан. Так как ожидали именно его решения, Тарталья все же ответил. — Думаю, Итэру для первого раза достаточно, а вниз его я бы отпускать не стал. Нин Гуан ясно дала понять, что не против была бы забрать его под свое крыло, и отпускать Итэра прямо к ней в лапы я не хотел бы. — Но с нами может пойти Тома! — попыталась переубедить Тарталью Аяка. Словив на себе неодобрительный взгляд брата, девушка смущенно прикрылась веером и извинилась за то, что бесцеремонно вмешалась. — Да и Итэру завтра на учебу, так что нам стоит поехать домой как можно скорее, — закончил Тарталья. — Но мне здесь нравится, — возразил Итэр. Почему-то Тарталья вспоминал про его учебу только лишь тогда, когда ему это было выгодно. Итак уже много пар юноша пропустил, потому что Тарталья его из-под себя не выпускал, а тут такая обеспокоенность образованием! — Значит приедем сюда в другой раз, — стоял на своем Чайльд. Аяка разочарованно вздохнула. Итэр повернул к ней взгляд и попытался ее развеселить. — Мы же еще встретимся, правда? Не грусти, мне очень понравилось проводить с тобой время. Глаза младшей Камисато засияли, и она отстранила веер от лица, улыбнувшись. — Я была бы очень рада. — Конечно встретитесь, — встрял Аято, которому явно это было бы на руку, — Очень приятно познакомиться с тобой.

***

Обменявшись любезными прощаниями, Тарталья смог, наконец, вывести Итэра из этого публичного дома. Настроение находилось на нуле. Он с самого начала решительно был против всего этого, но уступил Итэру. Итэр же, замечая состояние мужа, боялся лишний раз что-то сказать, потому что знал, чем это может закончиться. Уже сидя в машине по дороге домой, он все же подал голос. — Тарталья. — Мм? — Ты злишься… на меня? Тарталья сидел рядом с юношей на заднем сидении и смотрел в окно. Он выдержал паузу, от которой Итэру становилось все больше не по себе. — Нет, не на тебя, любовь моя, — признался Чайльд и все же оторвал взгляд от стекла, посмотрев на своего супруга, — Я зол на этого мудака — Аято. — Правда? — юноша испытал легкое облегчение, что хотя бы не он виновник такого настроения мафиози, — Что он тебе такого сказал, когда вы отходили? — Ой, малыш, тебе не стоит туда лезть. Не потому что я что-то от тебя скрываю, просто это правда долгая история, о которой мне не очень хочется рассказывать, — отмахнулся от мальчика Предвестник. — И все же, — Итэр требовательно посмотрел на рыжего, подвинувшись к нему ближе. Ведь редко он видел, когда Тарталью настолько выводили из себя. — Блять… — ругнулся Чайльд, — В общем, там у нас свои заморочки и конфликты между кланами. Он пытается на меня надавить и манипулировать, а я не поддаюсь. Поэтому я и не хочу, чтобы ты как-то сближался с Камисато. А ты с Аякой сдружился. Вы обменялись телефонами? Этот вопрос немного застал Итэра врасплох. Терять связь с Аякой он ни в коем случае не хотел, но если Чайльд узнает, что он и вправду получил ее контакт, наверняка потребует удалить. — Нет, — впервые соврал Итэр мужу, — Мы были настолько увлечены беседой, что забыли это сделать. Ложь получилась убедительной, поэтому Тарталья поверил. Да и в принципе его до этого Итэр ни разу не обманывал, так что и здесь был расчет на это. — Хорошо. Помнишь наш контракт? Я сам выбираю тебе круг общения. Вот как раз из-за этого. Аято может через Аяку на тебя влиять или вовсе напрямую на тебя, пользуясь тем, что ты общаешься с его сестрой. Это опасно: он хитрый скользкий змей, никогда не знаешь, когда он сожмет свои кольца. Так что не обманывайся его улыбке: проглотит, и глазом моргнуть не успеешь. Поэтому держись от них подальше. — Мгм… — задумчиво ответил Итэр, переводя взгляд куда-то в сторону, — Я заметил, как тебя бесило то, когда он обращался ко мне. — Да потому что нехуй тебя трогать! — воскликнул Чайльд, — Эта скотина и заигрывать с тобой будет, будь уверен, лишь бы меня выбесить. — Так ты ревнуешь? — Есть немного. Ты что лыбишься?! Итэр прикрыл рот рукой, так как действительно расплылся в улыбке. Архонты, это было очень забавно. Просто пятиминутный разговор, а Чайльд уже думает, что за это время можно отбить мужа. Нет, конечно, Аято был куда более приятен, элегантен и дружелюбен, чем Чайльд, но они все равно одного поля ягоды и, если бы Итэр даже хотел бы, в теории, переметнуться к Аято, не понятно, что тот бы вытворял. Хотя по Аяке, опять же, не сказать, что Камисто там как-то деспотирует. — Да успокойся ты. Не думаю, что я интересен ему в этом плане. — А я вот жопой чую, что интересен, — пробурчал Тарталья, притягивая любимого к себе за талию. — Ну чуй ею дальше, мне то что, — продолжал насмехаться Итэр.

***

По возвращении домой Тарталья сдерживаться не стал и взял Итэра прямо в платье. Юноша даже опомниться не успел, как уже был завален на диван. Его открытая ключица была отдана на растерзание, пока Чайльд держал руки мальчишки над головой, второй рукой вытаскивая член из штанов. Смазки, как и подготовки, больше не требовалось, поскольку благодаря игрушкам и ежедневному сексу, Итэр был растянут настолько, что без проблем принимал в себя плоть мужчины. Сам же юноша уже мог даже получать удовольствие от секса, хотя и все равно его нутро продолжало протестовать против секса с мужчинами. Поэтому чаще всего Итэр закрывал глаза и представлял что-то другое. А когда Аякс заставлял его смотреть на него, парень пытался уходить в свои мысли, но получалось это далеко не всегда и с большим трудом. Тарталья не давал Итэру задуматься в постели, постоянно отвлекая его ласками, грубостью и экстазом от попадания в простату. На следующий день Итэр пришел на первую пару, естественно, не выспавшись. Всеми силами стараясь скрыть последствия бурной ночи с мужем, он прикрывал шею шарфом, делая вид, что болеет, благо сонный вид этому способствовал. И вроде никто после такого объяснения и не лез к нему с вопросами, только вот один взгляд золотых глаз Сяо юноша чувствовал на себе очень четко.