Свобода

Сэм просыпается от тихого радио в другой комнате. Он поднимается, ведомый любопытством, ступает тихо — музыка здесь звучит громче, а Дин полностью погружён в себя. Кстати, о Дине — тот легко двигается вправо-влево, что-то мурлыкает под нос, качает руками и движется волнами туда-сюда. Сэм застывает, опираючись о дверной косяк и полностью поглощённый зрелищем. Ему бы хотелось пригласить Дина на танец — пусть неловкий, пусть и стеснительный. Но Дин из парных танцев знает только горизонтальные. Осознав что пялится, он краснеет. Шагает нарочито-громко, зевает — Дин тут же приходит в себя, оборачивается, улыбается как ни в чём ни бывало ослепительно-ярко. Очевидно списывает румянец на щеках на след от подушки. Подходит, целует смешливо в лоб, тянет, подкалывая: — Добро пожаловать в реальный мир, мистер Андерсен, — и вручает дымящийся кофе. В этом номере есть кофеварка, которую брат легко укрощает — и, к слову, довольно хорошо — так что Сэм блаженно мычит. Дин самодовольно улыбается на это. Отец уехал куда-то, так что он может себе позволить коротко чмокнуть Дина в щёку: — Спасибо. Брат опирается локтями о столешницу, играет бровями: — Обращайся. Сэм звонко хихикает и старший широко улыбается в ответ. Тянет руку, ерошит волосы — Сэм недовольно отфыркивается, но не протестует. — Доброго утра, что ли? Сэм приваливается к родному плечу, греет пальцы о кружку, пытается выбраться из накатившей неги. Кидает выжидающий взгляд на Диновы губы с намёком — тот лукаво улыбается, целует его, языком проходится по кромке зубов, мягко приоткрывает рот — они стоят так где-то с минуту, почти не двигаясь. Сэм улыбается в ответ, потягивается: — Да. Доброго.