Утопленник

Прекрасное утро. Джон, проснувшись потянулся пред небольшим зеркалом. Ободрившись после умывательных процедур, он пошел есть. На столе со вчерашнего дня стояла “рыба в лаваше” которая издавала в таком ужасно-пахнущем месте более менее хороший запах, утонченный запах рыбы жаренной в перемешку со специями и острым соевым соусом, прекрасно сочетали как вкус, так и роскошнейший аромат, что доносился от дому наверное на метров сто в округе. После трапезы, Джон направился в комнату, читать, он недавно выкупил у одной mademoiselle Книгу. Прекраснейшую книгу, историческую, что главное. Названия тут не было, как подумал во время покупки, Джон, это означало, что это либо брак либо рукопись, либо от старовизны или цензуры пришлось все знаки оборвать... Раскрыв книгу на сто тридцать восьмой странице он начал чтение, там говорилось : “ Если брать во внимание французскую революцию произошедшую в конце восемнадцатого века-то можно с уверенностью глаголить, факт, что она привнесла в мировую историю огромный “внесок”, что не оставил без внимания мою родину - США, дела в Европе и других материках, автоматически мотивируют и последующие дела в мире, даже кризис какой-либо африканской колонии уже может дать какому-то пропагандисту хороший толчок для продвижения пропаганды в массы своего народа и государства”. Читая строку, за строкой его глаза бегали по тексту, глаза впитывали буквы в себя, а после отдавали на переработку мозгу, который уже соединял все процессы вместе и создавал процесс чтения во истину - прекрасным. Почитав минут эдак тридцать и дойдя до сто сорок восьмой страницы, он откинулся на стул, который под тяжестью веса рыбака давал знать, что чувствует большие трудности в выдерживании этого биологического индивидуального организма ! Откинувшись на стуле, он пошел к шкафу, открыв одно из отделений, он взял деревянную коробочку - шкатулочку в которой лежал табак и рядом маленькие прямоугольные свёртки бумаги, которые уже были заметно жёлтого цвета, давая знать об своем веку. Взяв этот набор, он подошёл к столу и сел на стул, не без стона - скрипа просящего об отдыхе, на неопределенный срок. Взяв и выложив несколько бумажек пред собой на столе, он начал по щепотке раскладывать по площади табак, аккуратненько выкладывая по периметру каждый засушенный листик этого растения. Завернув все в эдакий цилиндр, он достав из кармана штанов спички поджёг самокрутку и сделал тяжёлую тягу и снова откинулся уткнув спину в стул, расслабленно смотря в потолок он тянул это самокрутку и думал об разном, вспомнил, что долго расслабляться нельзя и, что скоро надо будет идти к Стивенсону, на очередную партию, только уже не в шахматы и шашки и не в нарды ! Теперь они изволили поиграть в карты. Потянув ещё несколько минут свой табачный самодел, он выкинул в металлическое ведро свой окурок и подошёл снова к шкафу, столь же невзрачному как и погода за окном, которая вводила в необычайную тоску и в перемешку с ней в сумрачный мрак, какая бы ни была эта тавтология, но слов даже у автора с словарным запасом более двадцати четырех тысячи слов не хватает ! Тучи надвигались медленно и в тот же самый момент быстро, они изливали из себя капли дождя, но не в изобилии, достаточно терпимо, казалось, что скоро это должно будет пройти... Тучи были необычайно серыми и угрожающими, будто сейчас будет ураган. Окно отлично передавало эту атмосферу в комнату в который находился, Джон, благо, до дома Стивенсона было не далеко и дойти можно было за минут пять. Печку он не топил, так как и смысла то не было, ведь он скоро уходил, а довольствоваться теплом кто будет ?! Какие-то теневые крабы...? ( Джон до ужаса боялся членистоногих увидев их он повергался в ужас !!! ) Когда он справил все свои дела и быстренько “натоскал” дров в дом дабы потом не проклинать себя за то, что ранее сего не сделал и с усталым видом и потаённой злобой затаскивать их в дом, усугубило бы это все ещё то, что на улице идёт - дождь ! А от него чурки попросту бы не горели. Надев на себя какую-то куртку, как уверял его какой-то торговец -:”Защитит от всего на свете ! Бери и не пожалеешь во весь век свой !” У него был ещё такой неприятный акцент, который повергал уши Джона в ужас, он в тот момент думал :-“ Да на что же он портит мой столь прекрасный язык ! “ Он был раздражен в тот момент до безобразия, друзья мои ! Дойдя до дома Стивенсона под дождем, он встал под крышу, которая частично да защищала его от столь донимающего дождя. Постучав в дверь он подождал и старик отворил пригласив к себе Джона отойдя немного в сторону. Войдя, Джон разул свои ботинки которые все были в грязи и вошёл в комнату Стивенсона присев, сняв со своей головы шапку и выпустив наружу сальные длинные волосы, которые обвисали из его головы как какие-то свеже - варенные макароны, которые так же свисали из тарелки, а когда вы принимались за трапезу они своим маслом облепляли губы. Сняв с себя предварительно куртку, Джон встав из-за стола повесил её на крючок подле входа. Старик Джеффри в этот момент спросил в Джона : -Будешь-ли кофей аль чаю ? -Покорно благодарен и не имею право отказать вам ! Сказал Джон, улыбнувшись во всю улыбку и выставив свои не первой свежести зубы, не знающие об уходе с детства иль замужества часть уже гниющая... Дедуля ушёл на кухоньку и принялся делать кофей себе и чай своему товарищу, невольно улыбаясь... Через несколько минут пред ними был стол, колода игральная карт и кофей с чаем ! Они играли в русскую карточную игру :- “Дурак”. Разложив пред собой карты по шесть каждому игроку и так называемый “козырь” они принялись играть, в руке у Джона были не плохие карты, хоть в старте игры и хорошие карты окажутся твоим противником, а не другом... Посёрбывая кофеем и чаем они смотрели в окно и думали, после пары партий во что-то отвлеченное они любили так сидеть, в такой уютной атмосфере... За окном все так же бушевал ветер и разносил по округе - дождь, облака все сгущались и так же плакали на земь своими слезами.