Соци.ум

      Она думала что запомнит этот день навсегда, ведь это такая редкость… Они наконец-то собрались всей семьей на прогулку! Но можно ли это считать таковым, если Люба сидит в теньке, в сторонке и всячески делает вид что не знает своего мужа? Отца Люмин? Не то чтобы это волновало маленькую девочку, что сейчас одаривается любовью отца.       Цветочки всех цветов мира были собраны в маленьких бледных ручках ребенка, а улыбка цвела на её лице. Кифер нежно похлопал Люми по головке, приговаривая какая она умница, раз хочет порадовать свою… цитата: «…отвратительную мать. Она не заслуживает тебя, дорогая…» А малышка Люми хлопала глазами и не понимала ни слова, будто отец говорил с ней на другом языке. Отвратительную мать?.. Почему? Почему она отвратительная? Кто ты такой чтобы оскорблять мою мать? Кто ты? Ты? Ты «отвратительный отец». Она слышала это от мамы. Но кому верить? Отвратительная мать, отвратительный отец… Она тоже отвратительная? Кто она?       Руки отца спустили на хрупкие плечи, сжимая, но не удерживая настолько, чтобы она не смогла выбраться. Что она и сделала, подбегая к Любе и вручая ей пару пионов, сорванных с клумбы самой Любы, веточки сирени, взятой на одноименном дереве, что росло у соседей, у её подружки Эи, и один полевой львиный зев. Люба поставила на землю новомодную банку пива, чтобы принять подношение. Не то чтобы оно что-то да значило.       ***       Люмин не видела Эи год? Два? Она не помнит. Она помнит их крепкую дружбу, особенно после того инцидента, жар огня, тепло объятий и шлейф гроз, что за собой оставляла Райден. Помнить то, Виатрикс помнит, но эта неловкость между ними… Её сбивает с ног, наповал.       Арийка затягивается табаком под самое нихочу и чувствует взгляд подруги ей в спину. О чем говорить то? — Почему ты не на смене? — попыталась Эи. Но Люмин мысленно фыркнула, действительно, достойная тема. — У меня последний выходной после той самой свадьбы фюрера, — закинула окурок в банку с водой, где от воды одно название — пепел. — Фюрера? — деланно испугалась Райден, прикрывая ротик ручкой. И этому учат в школе Невест за громадные деньги? — Ну я не помню точно его чин, — Люмин переставила стул, чтобы сидеть к подруге лицом.       И.       Райден испугалась её взгляда. Он был такой же как тогда. Но.       Ничего же не случилось. Да?       Нет? — Как ты вообще обжилась в социуме после моего отъезда? Подругу нашла? — Та как обычно, не тебе ли знать об этом? Подруга… Ну… Да. Нашла, — притянула за уши Виатрикс.       Понятие друзей такое растяжимое и неоднозначное… Его можно по разному интерпретировать. И если смотреть с той точки зрения, с какой смотрит Люмин. То она даже сама себе не друг, не то что вторые лица. Но если она ответит «да», Эи станет легче? Нет.       Нет. Эи не хочет чтобы её заменяли так просто. Она хочет чтобы все было как раньше, когда они были детьми, когда Люми ковыряла червей в драгоценном саду Райден (тогда еще её старшей сестры) и пугала ими своих кавалеров с их улицы. Чтобы никто больше не доставал Люми, когда она с Райден. Когда она… — Я открою, — Виатрикс поднялась с хлипкого деревянного стула, с выемкой на сидушке, настолько давно им пользовались, так, что он чуть отпрыгнул. В дверь повторно постучались, а арийка спешила открыть. Эи всерьез подумала что это тот вчерашний молодой паренек вернулся. Ну… Рыжий такой… К Люмин приставал ещё. Надеюсь, вы его не забыли.       Райден опешила, когда на кухню ворвалась… Яэ Мико (?!), вся трясущаяся, видно на нервах. Стресс… Чая зеленого попить, да конфетку съесть. О каком стрессе после этого может пойти речь? Люмин вбежала на кухню следом, всё хлопоча и что-то спрашивая девушку с… розовыми волосами? Простите? В любом случае… Эи аккуратно встала и пошла заваривать чай на троих, так положено, так надо. К тому времени, когда чай заварился, Мико… — Эи? — вздохнула, массируя виски. — …Вот так встреча.       …смогла внятно говорить. Виатрикс было не до того, чтобы поражаться тому, что её подруга детства и «коллега» знакомы. — Действительно, — Райден сжала губы и отвела взгляд к окну. — Теперь скажи что случилось уже! — прикрикнула Люмин, фокусируя внимание Яэ на себе.       Мико за один глоток выхлебала весь черный (только такой Райден нашла) чай из фарфоровой чашки и скороговоркой затараторила: — Та посоветовала мне на работе, ну, Эмбер, знаешь? — Яэ пихнула локтем Люмин в бок. — Так вот, посоветовала мне Эмбер для упругости волос сделать смесь из свеклы и толокна; у меня от недоедания выпадать начали. Я и сделала. И вот видите? — указала на свою розовую голову. — Надеюсь скоро вымоется. И ведь знаете… Ну не глупая я, но иногда бывают такие моменты… Эмбер то, брюнетка. Ой, батюшки… — девушка продолжила массировать вески, продолжая что-то тараторить себе под нос.       Райден помедлила и Люмин буквально видела как в её голове происходили мыслительные процессы. — Я могу дать тебе рецепт другой маски, но. я тоже брюнетка, но я ручаюсь, что больше твои волосы не изменят цвет… А розовый, я думаю, сам выведется. В общем записывай, — Эи оглянулась вокруг в поисках бумажки и ручки. — Куда-то…       Виатрикс подложила им обратную сторону приглашения на свадьбу и карандаш. Что-то её все же смущало в этом инциденте… Неестественное для Райден смущение? Ехидная улыбка Мико? Пара секунд и Люмин вынужденно улыбнулась, прикрывая рот рукой. Вот же лиса…       ***       Стук в дверь. Виатрикс переполняло чувство дежавю. Только на этот раз арийка даже подумать не могла, кто там за дверью.       Эи и Яэ сейчас сидят на еë кухне; Райден притащила множество вырезок из различных буклетов и журналов, вот они сидели втроем, в кружочке, смеялись над очевидно абсурдными вещами и пылко спорили насчет спорных деталей. Это был такой момент… Который Люмин хотела бы запомнить навсегда. Она чувствовала боль и усталость мышц щёк, настолько много и ярко она улыбалась. Она… Не продала бы такие моменты ни за какие вещи. Она не чувствовала аритмично дрожащего сердца в груди, не чувствовала тошнотворного одиночества. В доме не пахло тишиной. К чему же эти мысли? Если Виатрикс никого не ждет из «приятелей», значит там «враги».       Люмин со всей пылкостью и резкостью, возникших от подобных мыслей всего в пару моментов, распахнула в дверь. Но хмурость с её лица быстро исчезла, ведь… — Ай! Блять, — знакомое лицо насупилось, парень поднес руку к носу, из которого фонтаном брызнула кровь. — Прости! — девушка подорвалась со своего места и переступила порог, цепляясь ладонями за чужую согнутую руку. — Я не хотела, не думала… — её жалостливое поведение быстро сменилось напором. — А ты чего встал так близко?! — Я ещё раз постучать хотел, думал, не услышала, — его васильковые глаза впервые за все их недолгое знакомство так на неё посмотрели. Так… Прямо?       И только Люмин подумала, что этот неловкий инцидент убрал неловкость между ними, как она вернулась. — Ну… Заходи. Заодно я тебе нос обработаю, — арийка махнула рукой, приглашая за собой. Аякс мысленно съязвил, мол не прошло и года — на петлицах его формы образовались красные капли. Впрочем. Мама застирает.       Чайлд не стал разуваться, но быстро подметил что на коврике стоит лишняя обувь разных фасонов. Чужая? Или просто под разные платья. Ох эти женщины и их причуды.       Люмин хотела спросить зачем он пришёл, но во время одернула себя. Было бы грубо. И это не помогло бы сгладить обстановку между ними. Она задумалась почему её это волнует, если раньше всех ухажеров она гнала от себя ссаными тряпками. Виатрикс повела его на кухню, где стояла аптечка. Люмин открыла дверь, которая по какой-то невиданной причине была закрыта, она не помнила, чтобы уходя, закрывала еë. И арийка остолбенела на долю секунды. Мико нависала над Райден, поставив руки на чужом стуле по обе стороны бедер, и когда они оторвались от яростного пожирания друг друга (? это можно назвать поцелуем?), Виатрикс увидела нить слюны на их губах. Еë мир перевернулся. — Что застыла?       Вернувшись в строй она закрыла дверь со скоростью света, разгоняя ветер в доме. Не верится что этот момент продлился так ничтожно мало, для Люмин этот момент застыл во времени. Девушка обернулась к незваному гостю, телом прикрывая дверь. Небольшой укол стыда настиг еë, когда она увидела чужое лицо, покрытое кровью. Но черная эсэсовская форма напомнила ей, кто это и почему она так быстро захлопнула дверь. Люмин ни за чтт не потеряет своих единственных подруг, хоть и оказалось, что подругами они являются только для неë. — Что такое? — выражение герр Тартальи выглядело безмятежно вопросительным. Но в глубине души он хотел поскорее, говоря плебейским языком, съебаться от сюда, далеко и надолго. Вся ситуация его заебывала, Аякс устал, так еще и в нос зарядили. — Ты побледнела. — Ах. да, — Фройляйн заправила прядь волос за уши, очевидно смущаясь. И Чайлд нашел бы это привлекательным. — У меня еще есть гости по мимо тебя. Просто ты не предупреждал… — Понятно… — не очень. Зачем нужно скрывать гостей на кухне? Перед эсэсовцем. Ну. Это могли быть евреи. Как хорошо что Тарталью это не волновало. — Проходи в гостинную, я сейчас принесу аптечку.