Прекрасная принцесса и опасный колдун

Возле широкой реки, что впадает в море, раскинулся весёлый и многолюдный город под названием Новый Орлеан. Жизнь там была поистине сказочной. Дома были украшены цветами и плющом, вросшим в стены и оплетшим ажурные кованные ограды балконов; магазины, рестораны и ночные клубы встречались на каждой улице. Работящие, жизнерадостные люди любили проводить в этих клубах свободное время и танцевать под зажигательную джазовую музыку, которой Новый Орлеан славился на весь Сказочный Мир. Но кому особенно можно было завидовать, так это богачам. Ведь у богачей в этом городе был большой выбор абсолютно всего, а их дома отличались красотой, элегантностью и ухоженным двором.       Однако самой величественной была усадьба Эли ля Баффа, губернатора города. Он жил там почти по-королевски со своей красавицей женой, от которой вскоре стал иметь дочь. Когда дочка родилась, Эли сейчас же похвастался ею перед своими слугами; когда малютка взглянула на слуг ярко-голубыми глазками, они стали в восхищении шептать, что красивее ребёнка они не видели. Но после рождения дочки мать так ослабла, что умерла в тот же день. Малышка Шарлотта лишилась материнской заботы, которая была ей так нужна — отцу пришлось самому воспитывать её. Находя в дочери поразительное сходство с матерью, Эли ля Бафф так сильно её любил, что старался исполнять каждое её желание. Комната Лотты стала заполняться такими вещами, о каких только может мечтать девочка. Отец вполне мог звать свою любимицу принцессой, ведь у неё было всё: и шикарные платья, и чудесные куклы, и котёнок. Но отец никогда не сможет научить дочь тому, чему учит мать. Все подарки только баловали Лотту, и росла она гордой, себялюбивой и капризной. К тому же, у неё чуть ли не с рождения обнаружилась страсть к розовому цвету, поэтому вся одежда, какая была в её гардеробе, была во всех оттенках розового, так же, как и весь облик её комнаты. Наденет Лотта иной раз светло-розовое платьице и начнёт вертеться перед зеркалом, позабыв обо всех. А потом выйдет в сад и начнёт там со своими куклами играть. Другие девочки на улице зовут её с собой в игру, а она презрительно глядит на них сквозь витиеватую ограду своего двора, отворачивается и убегает в дом, жадно прижимая к груди кукол. Стыдно казалось ей, такой знатной барышне, играть с девчонками простых людей. И, точно околдованная своей красотой, Шарлотта искренне верила словам своего отца: она — настоящая принцесса! А значит, ей, как и всем принцессам, необходим прекрасный принц. Она вырастет, встретит его, выйдет за него замуж, и будет жить с ним долго и счастливо. Такой мечтательной была Шарлотта ля Бафф. А в более скромном районе Нового Орлеана жила женщина-колдунья. Её ремеслом была продажа счастливых амулетов и магических зелий. И знатные, и простые люди приходили к ней за советом и волшебным товаром. Так же она могла продавать своим покупателям книги, содержавшие заклинания для излечения болезни, достижения больших целей или наказания врагов. Любопытные недоумевали: откуда у неё всё это берётся? Толковали, что женщина эта имела тайную связь с вуду — чудовищами из Мира Монстров; она призывала их исключительно для того, чтобы улучшить жизнь людей. И вуду ей всегда помогали — такая уж ей во всём колдовская удача.       И однажды в пригороде Нового Орлеана остановился цыганский табор. Колдунья, услышав эту новость, из любопытства пошла посмотреть на цыган и сразу же познакомилась с одним из них. Колдунья и цыган очень быстро сблизились, схожие бесцельной и однообразной жизнью. Дело пошло быстрее быстрого — предложение принято, свадьба сыграна, и знахарка привела мужа в свой дом-сарай. К ним присоединилась ещё наёмная работница, умевшая готовить лучше, чем они оба, и уничтожать в сарае вредных насекомых. Поначалу жилось прекрасно, пока не появился сын. Родители и сами не знали, куда работать наняться, а с ребёнком их никто никуда не возьмёт. Да и родился он таким слабым, что непременно бы умер в ту же минуту, если бы не нянька-наёмница: сразу же после рождения мальчика, она стала трясти его из-за всех сил, пока он не вскрикнул. Ещё ничего, но когда отец заглянул ему в глаза, то отшатнулся в ужасе. Глаза у мальчика были совершенно разные — левый зелёного цвета, правый — карего. Если карий цвет глаза он унаследовал от отца, а зелёный от матери, то почему же не по-другому? Ведь от родителей глаза обычно наследуют какой-то один цвет… Да и имя этот мальчик получил странное: Фасилье. Мать утверждала, что такие замысловатые имена с ударением на последний слог носили её далёкие предки.       Но одной вуду-магией сыт не будешь, поэтому родители весь день находились на работе, а нянька-наёмница оставалась дома с Фасилье. Ей было лень его воспитывать, и поэтому в нём рано стали проявляться дурные наклонности: мальчишке доставляло удовольствие бить сковородкой жуков, встречающихся в доме, а то даже и давить светляков вечером во дворе, приговаривая: «Чего, светляк, тьму зря в клочья изводишь? Ведь ночные тени так прекрасны!» Но вот родителей Фасилье выгнали с прежней работы за одну цыганскую воровскую выходку, и нянька-наёмница пристроила их к богатым людям мыть на кухне посуду. Здесь Фасилье уже никому не мешал, но условия были каторжные: все слуги, выполняющие грязную работу в кухне этих богачей, денег получали мало, кормились на улице объедками вместе с собаками и кошками, ночью спали в людской, кто на чём. Жадные хозяева думали, что создавать определённые условия для жизни слуг не надо — они сами смогут о себе позаботиться. И всë-таки люди на этой тяжёлой службе жили хоть и бедно, но дружно. Было хорошо особенно летними вечерами, когда работа прекращалась, судомойки, лакеи и официанты выходили в отдалённый угол двора, где их не могли видеть хозяева, усаживались на лавочки возле воды и начинали обсуждать всякие приятные новости. Конечно, в этом обществе были и родители Фасилье, и он сам, и тёплые вечера, проведённые на берегу реки, заросшей камышами, кувшинками и раскидистыми деревьями, запомнились ему на всю жизнь.       Однажды он нашёл на помойке голодную чёрную киску породы сфинкс. Другие кошки уже забрали себе лучшие рыбьи косточки, а маленькой киске ничего не досталось. Фасилье, наверное, впервые в жизни почувствовал искреннюю жалость к живому существу; он отдал ей свой кусок колбасы и взял к себе в людскую. Теперь кошечка стала его питомицей — он назвал её Марго, и всюду таскал за собою. Осенью стало холодать, но отец Фасилье раздобыл где-то старую железную печь, и в людской стало теплее не менее, чем в роскошных комнатах хозяев. А у матери всегда хранилась книга про магию и различные заклинания. Фасилье приметил её и с огромным вниманием стал читать о колдовских науках. Мать с удовольствием стала обучать его, как только выдавалось свободное время, полагая, что сын продолжит её великое дело. Фасилье схватывал все её уроки, но колдовать исключительно для того, чтобы улучшить жизнь людей, он не желал. Ведь большинство из них были набитые деньгами богачи, которые распоряжались всеми простыми людьми, как бездушными вещами, использовали их труд, и ничего не давали взамен. Уж это он прекрасно знал, по своим-то хозяевам! Отец говорил маленькому Фасилье: «Всегда действуй людям на пользу. Раз уж колдуешь — то по-доброму, и люди ответят тебе взаимностью.» Но Фасилье не верил, что люди могут быть добрыми. Конечно, были те, которых он жалел — ведущих такой же нищенский образ жизни, — но жизнь, как думал юный колдун, нужно построить, прежде всего, себе. Поэтому, пока родители обедали на помойке вместе с другими слугами, Фасилье стал зазывать покупателей, и те шли к нему, как мотыльки на огонь. Однажды одному джентльмену понадобилась новая шляпа; он пришёл к Фасилье, и тот наколдовал ему её с помощью иллюзионного порошка. И мужчина даже не заметил, что когда он заплатил коварному мальчишке и ушёл, то шляпа испарилась. Зато эту хитрую шуточку заметил отец Фасилье, и отругал прежде всего жену, за то, что растит сына таким злым магом. Кончилось тем, что отец из Нового Орлеана уехал с первым же цыганским табором. Так-то вот. Колдунью же прогнали с работы, так как она в тот же вечер в горе перебила всю посуду на кухне. Вернувшись в свой старый сарай, бедная женщина продолжала в душе жаловаться на судьбу, и сделалась какой-то сумасбродной, постоянно нервной и жалкой. Если раньше она наводила страх даже на богачей, то теперь таскалась по улицам в поисках работы хотя бы на один день, худая, грязная, оборванная и голодная. Ведь за колдовскими вещами к колдунье уже никто не ходил — все уже забыли про её магическую помощь людям. Поэтому ей и сыну приходилось добывать еду где попало, и покрывали их одни лохмотья.       Наконец жилище пришлось продать за долг, и мать с сыном, одержимые желанием найти себе новый угол, нашли его в тот же день. Это был не то старый чулан, не то заброшенная кладовая, но в последнее время ей никто не пользовался. Фасилье, овладевший к тому времени первыми навыками вуду-магии показывал на улице шоу, за что ему добрые люди бросали монетки. И всё бы ничего, но однажды произошло страшное несчастье: мать, как обычно, ушла на работу — и исчезла. Вот её нет и нет… Куда девалась? Фасилье, предчувствуя недоброе, пошёл искать. Оказывается, мать после своего очередного приключения в кабаке, окончательно помешалась. Она бегала по улице и громко выпрашивала у всех милостыню, сердилась, если её не давали. «Совсем с ума сошла!..» — шептали одни, и спешили покинуть улицу. «Ступай на свою помойку, оборванка!» — скалили зубы другие, резко отталкивая её. А полицейские норовили схватить несчастную колдунью, разгоняли всех любопытных и грозно кричали ей: «Прекрати безобразничать! Не смей нарушать порядок!» Фасилье, увидев, что с его матерью дело плохо, испуганно закричал, хватаясь за голову: «Мама, оставь эту пустую затею! Пожалуйста, не надо!» Он хотел побежать к матери, увести её с улицы, но она, заметив его, в исступлении кинулась прочь и кричала сыну: «Не вернусь я в этот подвал! Буду жить богато, когда наберу денег!»       «Воротите её, кто-нибудь! — вне себя от страха бежал за матерью мальчик, теряя её в толпе любопытных. — Вернись, мама!» Однако никто не слушал бедняжку. А сумасшедшая колдунья уже выбежала на дорогу и не заметила мчащегося трамвая… Фасилье понёсся в то место, где столпились с возгласами ужаса, но споткнулся и ударился об асфальт. Тут начала его бить лихорадка — насилу кошка Марго его дыханием отогрела. Когда Фасилье наконец опомнился и вышел туда, где с его матерью случилось несчастье, то не нашёл уже никого — тихо, безлюдно. Только куда-то вдаль уезжает чёрный грузовик, несомненно, увозящий что-то страшное… И тут только Фасилье с сокрушением души понял, что матери у него больше нету. Что навсегда сгинули оба его родителя, для которых он жил, и теперь он существует сам по себе. И неизвестно, чем бы разрешилась судьба мальчика, если бы не… кошка Марго. Она взяла под свою опеку осиротевшего ребёнка: таскала ему еду, тоскливыми вечерами мурлыкала ему нежные песни, и облегчала его печаль, насколько это было возможно животному. Когда Фасилье подрос, он решил направить всю свою магию против людей, в то же время используя её исключительно для себя. Ведь одиночество и безрадостная жизнь заставили его серьёзно сосредоточиться на себе и затаить злобу чуть ли ни на весь город. Глядя, как Марго воровала еду у других кошек, Фасилье стал так же воровать деньги у людей самыми различными способами. На эти ворованные деньги он покупал все необходимые себе вещи. Теперь он был благодарен своей кошке за то, что научила его выживать в этих дурных условиях. Таким отчаянным и безжалостным был Фасилье.