Спаси меня

— Дерек! — под ботинками Питера хрустели листья. — Дерек!       Его бета где-то поблизости. Дерек несомненно призраком бродил по обугленным развалинам их дома. Больше ему негде быть. Да и Питер чуял его запах. Пахло стаей, печалью и пеплом.       Питер стал подниматься на крыльцо. Почерневшие доски под его весом скрипели и стонали. Входная дверь тут больше не закрывалась. Жар огня покоробил то немалое, что осталось от дома. Питер толкнул дверь и шагнул внутрь. Задумался, перестанет ли когда-нибудь переживать тошнотворный ужас, когда входит в этот дом; увидит ли в нем наконец лишь костяк здания да руины, а не тот ухоженный и полный смеха особняк, каким он когда-то был. Питер пришел в сознание всего несколько недель назад; горечь утраты была до ужаса свежа в памяти. Ему было никак не понять, как Дереку удается выносить это место. — Дерек!       Наконец на вершине шаткой лестницы появился его племянник, с бледным лицом, стиснутыми челюстями и с привычным сердитым взглядом. Питер учуял его прокисший ненавистью запах. И еще кое-что. Странная ароматная нотка желания не быть одному и тоски. Питер — единственный оставшийся член стаи. Он его альфа. Между ними есть связь, которая сильнее ненависти. Дерек боролся с нею каждый день.       Питер не винил его, ведь именно ошибка Дерека привела их сюда, на пепелище. Невиноватых среди них двоих нет.       Дерек неохотно спустился вниз по ступенькам. — У нас проблема, — сказал Питер.       Дерек поджал губы, не ответил. — Да-да, — сказал Питер, сделав шаг вперед и схватив Дерека за челюсть. Слегка повернув голову Дерека, он заставил рычащего бету обнажить горло. — У нас. Мы стая, Дерек, что бы ни случилось, и у нас есть территория, которую нужно защищать. Если только ты не предпочитаешь, чтоб кто-то пришел и отнял её.       Дерек вырвался из его рук, но только потому, что Питер позволил этому случиться. Племянник отступил на шаг, нахмурился, потом занёс руку, потёр челюсть. — И кто же хочет её отнять?       Глаза Питера вспыхнули альфа-алым огнём. — Девкалион. — Девкалион? — Дерек в недоумении нахмурил брови.       Питер развернулся на месте и вышел на крыльцо. На лес смотреть было легче, чем на дом. Дерек двинулся следом. — Я думал, что Девкалион был нашим союзником. — Он был союзником Талии, — сказал Питер. — Соглашения он заключал с ней, а не со мной.       Дерек казался встревоженным. На миг перед Питером предстал призрак худощавого подростка, которого он видел всего несколько недель назад. Порой Питер забывал, что выпал из жизни на шесть лет, только вот лицо, которое каждый день глядело на него в зеркале, стало старше, острее. И Дерек больше не «щенок».       Беспокойство племянника несколько повеселило Питера. Что? Шесть лет ада, а Дерек до сих пор не понял, что многие люди обязательно воспользуются возможностью поиметь тебя, когда ты слаб? Девкалион когда-то был их союзником, но в душе он хищник. Или, скорее, падальщик.       Девкалион — человек, которого Питер когда-то считал другом. Возможно, и был бы им до сих пор, если бы он не захотел отнять территорию Питера. А ведь они могли сблизиться после предательства охотников, которые погубили всех, кто был им дорог, и искалечили их до неузнаваемости, не оставив им ничего, кроме горьких воспоминаний и жажды мести.       Питер сидел на крыльце и наблюдал за тем, как Дерек расхаживает взад-вперед по заросшему травой и сорняком участку, который некогда был ухоженным газоном.       Когда-то всё было иначе. Светлее. Острые грани характера Питера еще не превратились в зазубрины. Дерек улыбался. Альфой стаи Хейлов была Талия, невероятно ответственная старшая сестра Питера и мать Дерека. Их стая была семьей из людей и волков. Они были одной из старейших стай. Бейкон Хиллс был их территорией с тех пор, как первые Хейлы отважились двинуться на запад в 1800-х годах. Их стая была крепкой и уважаемой.       До Арджентов.       До пожара.       Теперь всё это в прошлом.       И вот падальщики идут драться за их кости.       В солнечном свете Дерек казался еще бледнее. Питер задумался, питался ли он нормально и высыпался ли, но спрашивать не стал. Они уже не те, кем были до пожара, и никогда ими не будут. Не так уж много лет назад Питер катал Дерека на спине и кормил его конфетами, пока не видела Талия. То была совсем другая жизнь. — Зачем Девкалиону захватывать нашу территорию сейчас? — спросил Дерек.       Питер чуть улыбнулся, услышав в голосе племянника несколько детскую грубость и нетерпение. Вытянув ноги, Питер взглянул на ползущего по носку ботинка жука. Ну и что, если он немного растянет тишину? Ему всегда нравились театральность и напускное бессердечие. — Ну, — наконец сказал он, поднимая голову и встречаясь взглядом с Дереком. — Девкалион всегда любил Лору. Может быть, он не хотел её убивать, поэтому ждал, когда я сделаю всю работу за него.       Дерек отшатнулся, словно ему дали пощечину.

***

      После того, как Дерек, поджав хвост, убежал в лес, Питер вернулся на окраину города. Питеру претил богомерзкий двухзвездочный номер мотеля в бедном районе Бейкон Хиллс, да и пятна там были какие-то подозрительные, но, пока он не доберется до семейных денег, с этим придется смириться. К тому же, если не считать засаленных занавесок и заплесневелого кафеля, здесь приятнее, чем в берлоге Дерека.       Питер залёг на дно.       Насколько было ему известно, для человека, находящегося в коме шесть лет, совершенно нетипично однажды просто выйти из своей палаты. Даже если бы он проснулся, атрофия мышц должна была буквально парализовать его. Вполне возможно, что персонал больницы и полиция считают, что Дженнифер, медсестра, похитила его. Питер не был уверен в том, что именно этого он и добивался, когда запихивал её тело в багажник её же автомобиля и увозил. Он мало что помнил из того, что произошло сразу же после выхода из комы.       Сейчас Питеру лучше.       Хотя это понятие относительно.       Он знал лишь то, что ярость, бушевавшая в нем в ту ночь, копившаяся годами, пока он томился в ловушке обожженной оболочки собственного тела — вся она рассеялась в тот миг, когда он посмотрел вниз и увидел Лору, чья кровь растекалась по лесной земле.       А потом на него обрушилась сила альфы, и вот тогда-то он осознал, что натворил.       Питер сидел в маленьком гостиничном номере и старался не вдыхать запахи всех тех, кто здесь останавливался (спал здесь, ел здесь, трахался здесь; их запахи смешались с жиропотом и дешёвым алкоголем), и пытался представить, что не живёт в аду.

***

      В лесу, в окрашенных алым видении и безумии, был мальчик. Мальчики. Подростки, от которых пахло потом, испугом и сладкой пульсирующей кровью. Питер укусил одного. Он знал, что сделал это. Он ощущал присутствие своего нового беты в городе. Чувствовал его гнев, и его смятение, и его страх, и мучительную потребность его новорожденного волка быть со своим альфой. Мальчик, должно быть, уже понял, что же с ним не так, хотя укус — это дар, а не проклятие — и всё же держится в стороне. Питер пока давить не станет. Пока угроза в лице стаи альф не будет устранена, новоиспеченный бета не привнесёт в эту игру ничего, кроме множества убитых. А у Питера сейчас нет ни времени, ни терпения обучать нового бету.       Если они выберутся из этой истории живыми, тогда он отправится на поиски беты. Или, скорее, прикажет бете найти его. К тому времени мальчишка либо поддастся чудовищной жажде крови, либо каким-то образом сумеет обучиться контролю. В любом случае он будет ценным приобретением для стаи.

***

— Питер. Добрый вечер.       Было поздно. Около полуночи. Иначе Питер не вышел бы на улицу. В конце концов он пропавший пациент-коматозник. Заправочная станция находилась на окраине города, клиентов в этот час здесь немного, а заправщик — явно укурок, который не узнал бы собственного лица, не говоря уже о лице Питера Хейла. А еще иногда людям просто очень хочется коктейля с мороженым с заправки.       Питер прислонился к капоту дерековского Camaro. — Дюк.       Уголки губ Девкилона приподнялись в полуулыбке, и Питер задумался, почему он улыбнулся: его позабавило неуважение Питера, или прозвище напомнило о том, что когда-то они были настоящими друзьями? — Слышал, ты очнулся, — сказал Девкалион. — Значит, ты слышал и то, что я альфа. — Да, — Девкалион поднял брови и посмотрел на Питера сквозь темные очки. Пусть он утверждал, что слеп, но Питер этому не верил. Девкалиону удавалось производить впечатление человека, видящего яснее большинства людей. — Бедняжка Лора.       Да. Так. Питер твердил себе, что человек погиб в огне и что выжил только волк. А волк — хищник. Он уверял себя в этом, но, моргнув, в болезненно-желтом свете бензоколонки увидел сверкающие глаза Лоры и её лукавую ухмылку, какая была у неё, когда они вместе затевали какую-нибудь шалость. Питер как наяву видел её подпрыгивающие к макушке косички; слышал, как шлёпают по полу её сандалии.       «Перестань таскаться за мной, соплячка».       Питер помнил, как она тогда выпятила подбородок и показала ему язык: «Нет!»       Упрямое маленькое чудище. Он обожал её.       Человек, которым Питер когда-то был, скорее умер бы, чем причинил ей боль.       Этот человек погиб в огне. — Чего ты хочешь, Дюк? — Я хочу Бейкон Хиллс, — сказал Девкалион. Зато честно.       Питер закатил глаза. — Мне казалось, у тебя договор с Хейлами. — Договор был с твоей сестрой, а не с тобой, — ожидаемо выдал Девкалион. — Ты непредсказуем, Питер. Дерек не лучше. Ни одному из вас больше нельзя доверять эту землю. Бейкон Хиллс заслуживает альфу, который сможет ее защитить. — Как великодушно с твоей стороны, — Питер сунул руки в карманы и чуть ссутулился. Это ведь дружеская беседа между старыми друзьями, верно? Не вызов. Пока нет. Питер не сделает первый шаг. Не потому, что ему плевать на бессмысленный договор и еще более бессмысленную дружбу, а потому что знает, что, если это перерастет в битву, он проиграет. Всё в Девкалионе кричало о силе, а Питер со своей еще не разобрался. Он еще не испытал ее. Ему повезло с Лорой, он знал. Она не ожидала, что он нападёт. Она любила его. Он выдавил из себя ухмылку. — А что делать нам с Дереком? Переехать в Миннесоту разводить пчёл? — Пчёл? — лоб Девкалиона сморщился над темными очками.       Подходит ли климат Миннесоты для разведения пчел? Да какая разница. Просто вздумалось вбросить цитату из «Замедленного развития» забывчивому Девкалиону. Питер одерживает победы там, где может.       Питер знал, что за ними наблюдают, медленно крадутся из темноты к полоске света. Стая Девкалиона, наверное. Не та, которую истребили Ардженты. Они не похожи на огрызки стаи Питера. Зная Девкалиона, он, будучи на волосок от смерти, сумел-таки преумножить силу и власть. Питер хотел бы сказать то же самое о себе. Боковым зрением он уловил какое-то движение, но он не был настолько глуп, чтобы отвести взгляд от Девкалиона. — Или страусов, — сказал Питер.       Девкалион улыбнулся, обнажив клыки. — Помнишь, как мы мечтали сделать что-то великое, Питер? Что-то, что изменит историю?       Ой, опять он за своё. — Я помню, как ты говорил о том, что оборотни были доминирующим видом, — ответил Питер. — У тебя были грандиозные планы на... что? Порабощение человечества?       Улыбка Девкалиона растаяла. — Я хочу вернуть нам наше законное место. Чтобы не пришлось больше жить в тени, в сказках. — Точно? Я уверен, что где-то там был намек на порабощение, — Питер сверкнул оскалом. — Пустой трёп и гипотезы, Дюк. Когда у существ, стоящих ниже тебя в пищевой цепочке, есть танки и ядерное оружие, довольно трудно похвастать наличием когтей и клыков. — Наверное. — Нет, — Питер пристально глядел на него. — Ты уничтожишь наш вид, за нами придут не только охотники. А все. Каждый в мире человек. — И такое может быть, — ответил Девкалион, и Питер понял, что он здесь не единственный сумасшедший. На самом деле он может оказаться даже самым здравомыслящим из них. Это что-то новенькое. — Так зачем тебе Бейкон Хиллс? — спросил он, хотя знал ответ. — Неметон, — произнёс Девкалион тихим, словно читал молитву, голосом.       Нет.       Что угодно, но только не это.       Хейлы никогда не обращались к силе Неметона. Они охраняли его и держали в секрете. Он чересчур мощен, чтобы им пользоваться. Даже Питер это понимал. — Нет, — сказал он. — Ты можешь присоединиться к моей стае, Питер, — сказал ему Девкалион. — Я даже приму Дерека, если хочешь. Не смотри на меня так и не делай вид, что не хочешь, чтобы они заплатили.       Ох, еще как хочет.       Он хочет заставить Арджентов заплатить. Но он не настолько безумен, чтобы поверить, будто война между оборотнями и человечеством — это хороший способ отомстить. — Нет, — снова произнес Питер. — Я альфа Бейкон Хиллс. Теперь это моя территория.       Он совсем не удивился, когда Девкалион напал.

***

      Бой кончился через несколько минут. Сперва встали в позы, зарычали и сверкнули вспышками альфа-красных глаз. И не только Девкалион и Питер. Господи Боже. Стая Девкалиона состоит из альф.       Питер погибнет.       Зато погибнет, пытаясь поступить правильно. Этого никогда не будет достаточно, чтобы сбросить с души груз былых ошибок, но, может быть...       Нет.       Этого не достаточно.       Питер взвыл в мучительной боли, когда когти Девкалиона прошлись по его груди, едва не задев горло. Он кувыркнулся через Camaro, приземлился в полуприсед, выглянул и увидел лишь сверкающие красные глаза.       Красный. Красный. Красный. Потом синий.       Красный и синий. Красный и синий.       Он услышал вой сирен и вознёс благодарственную молитву заправщику-торчку, у которого, по-видимому, осталась пара клеточек мозга, которые он этим вечером не поджарил травкой. Девкалион и его стая альф скрылась в темноте, а Питер завозился с ключами от Camaro, уронил их разок и наконец нашёл замок. Оборотень завёл двигатель и удрал с заправки как раз в тот момент, когда стали подъезжать копы.       Всё, что он чуял — это запах крови.

***

      Вернувшийся в мотель Питер истекал кровью на постели, а Дерек возился с его ранами, пока те не затянулись. Это тяжело. Дерек одновременно и жаждет одобрения своего альфы, и не доверяет. Это и утешало, и огорчало, и Питер не мог решить, что из этого лучше. — Приехала полиция, — пробормотал Питер, когда его раны наконец стянулись.       Дерек прищурился. — Что? — Идиот, — прошипел Питер, а затем закатил глаза, увидев выражение лица Дерека. — Да не ты. Девкалион. Вот так рисковать нашим разоблачением... — Питер вздохнул. — Нам есть что терять, кроме этого. Я пропавший коматозник, а ты жуткий чудик, которого засекли, когда он хоронил мертвую сестру рядом со своим сгоревшим домом. Понимаешь, какая у нас репутация, Дерек? Она прилипнет. — Не смей, — глаза Дерека вспыхнули синим, а его голос стал очень походить на рык. — Даже не шути об этом, Питер.       Питер, кажется, не шутил, но пока спустил Дереку его поведение. Позже будет время его исправить, если они оба не умрут.       Питер упал обратно на кровать и провел пальцами по животу. Прошло несколько часов, но шрамы розовели. — У Девкалиона стая альф, и ему нужен Неметон.       Глаза Дерека округлились, и Питер понял, что ему не нужно ничего объяснять.       Они попали.

***

      Девкалион отправил ему СМС. Вряд ли суперзлодеи так поступают, но это удобно. Он хочет встретиться снова. Просто пиздец.       Питер позвонил ему: — Дюк. — Питер, — голос Девкалиона был мягок, как теплый мёд. — Как себя чувствуешь? — Лучше всех, — огрызнулся Питер. — Ты еще не думал о предложении присоединиться к моей стае? — Делать мне больше нечего, — ответил Питер. — Мой ответ не изменится. Играй дальше в свою войнушку; ты даже не захватил эту землю, а уже успел поднять на уши полицию. Интересно, сколько времени пройдет, пока они не просмотрят камеры с заправки и не вызовут армию?       Смех Девкалиона был глубокий и веселый. — Что ж, позвони, когда будешь готов обсудить условия. А пока не переживай о полиции. Мы дали им повод для беспокойства о чем-то гораздо более важном.       Он бросил трубку.

***

      Той ночью Питер услышал, как воет в лесу его неизвестный бета.       От этого звука, что отдался эхом в костях, по коже у него пробежали мурашки.       Так звучало разбитое сердце.