Его место в моих воспоминаниях

В холодной многоэтажке. Сидишь на кафеле ты. И слезы тихо глотаешь. Что б несовестно было другим. Упрямо молчишь о проблемах. Решать их пытаешься сам. Только помни ты о друзьях Ты не один, запомни, прошу. Друзья ведь помогут, поддержат, поймут. Решайте все вместе, а не по одному.... Проклятый будильник звенит уже 10 минут, говоря о том, что нужно вставать и, как бы не нехотелось, но сходить и помотаться по школе. Это лучше, чем сидеть дома с ними. Я опять всю ночь рисовал, не осуждайте. Родоки бухали, и с их орами уснуть было невозможно, я вам говорю. Ладно, встать-то я встал, но в душе возникли проблемы. Свежие шрамы на ногах и порез на ключице неимоверно болели с каждым прикосновением чего-либо, будь то ткань или та же самая вода бешеной температуры, которая льётся на меня. Но эта боль практически не ощущается, ведь сейчас моя голова занята другим. Я думаю что будет дальше.... Ведь чем дальше, тем страшнее. Я окончу школу и всё...всё, не знаю, что делать дальше. Родители — если сейчас им на меня похуй, вы думаете они обратят на меня внимание когда-нибудь? Честно, я очень сомневаюсь. Я и пошёл то до 11 только потому, что не знал куда идти после школы. Да и сейчас не знаю. Подумаю об этом на уроках, всё равно не слушаю учителей. Ну, кроме Павла Алексеевича —он мне нравится как человек, слушать его приятно. И англичанки — всегда была тяга к этому предмету, Алина Альбертовна умела хорошо преподнести материал, и произношение у нее было замечательным, не зря она 2 года прожила в Англии. Про завтрак я даже не подумал — самое отвратительное, что ты можешь ощутить утром, так это вкус еды. Выпил чаю с сахаром, сигаретка, и в путь. Вот так чаем я перебиваюсь больше месяца, потому что аппетита не было, и нет. Из-за подобных выходок я упал в обморок на улице год назад. Какая-то женщина позвонила в скорую, в общем, пролежал я в больнице неделю, а родители даже не вспомнили обо мне. Честно, похуй. Ну упаду и упаду, с кем не бывает? Правда…? Как только я вышел из парадной, на меня подул ветер. Сначала показалось даже, пробил до костей. Ну кто ходит осенью в одном худи? Я. Хоть не так холодно ещё, но факт остаётся фактом, тем более сейчас утро. Желание покурить было сильнее, чем желание успеть в школу, поэтому сейчас я стою у своего дома, потягивая яблочный "Kent". Первая затяжка неглубокая, но пробирается она до самых лёгких, вторая уже глубже, из-за чего моментально отключается мозг, а на губах остаётся сладкий вкус яблока, который со временем осядет на языке. Сигарета тлеет, время идёт, и я иду в школу, хоть так не хочется. Когда я зашёл в здание, холод, который охватил меня на улице, мгновенно отступил. В гардеробе сидит Анастасия Петровна - гардеробщица, провожая меня испепеляющим взглядом. Ну а кому нужна сменка в школе? Точно не мне. Так как я опоздал, в класс я зашёл последний, и после звонка. Ну первым история, поэтому поебать немного. Ничего не сказав учителю я прошёл на свое место и вальяжно раскинулся на парте. — Эй, пацан! - крикнул тот самый мужчина, который привёл меня вчера в класс. — Да? - так равнодушно, ну, в принципе, как обычно, только чтоб отстал. — Это что за поведение? Ни здравствуйте, ни извините за опоздание? Где твоё воспитание! — Ой, точно, здрасьте. Честно, вообще не собирался сюда приходить, но планы, так сказать, изменились, - не могу же я сказать: здравствуйте, учитель, имени которого я не запомнил, ненавижу своих родителей и свою жизнь, и чтобы испортить всем настроение, я припёрся в школу) — Имя, - железным тоном сказал историк. — Какое? - совсем непринуждённо. — Как тебя зовут? - нотки раздражения послышались в его голосе, значит, нужно продолжать. — Меня никак, я сам прихожу, - слишком заезженно, но это всё, на что способна моя фантазия. — Так давай ты сам пройдёшь в кабинет директора? - шоу должно продолжаться, а то одноклассники до сих пор не проснулись, а тут я, такой будильник ёпт. Этого не может быть — первый учебный день и Шастун, сам Шастун ни с кем не посрался. Тут даже директор бы удивился. Он, наверное, уже ждёт меня к себе с распростертыми объятьями. — Я тебя понял. После урока останься, - пф, он правда думает, что я останусь Делать мне больше нечего, как слушать очередную лекцию о поведении от учителя истории и общества. — Ага, - я очень хорошо поспал на уроке, может стоит сказать ему спасибо за свой скучный, монотонный голос? Да неее, слишком много чести. А ещё из непринуждённых разговоров одноклассниц я вспомнил как зовут этого пидора: Арсений Сергеевич. Идите нахуй, вам пойдёт. После звонка я быстро схватил портфель и вышел из класса одним из первых. Буду я ещё свое драгоценное время перемены на него тратить. Лучше в курилку схожу. Но судьба та ещё сучка... Как только я вышел из кабинета истории, меня плечом задел Эд. Эдуард Выграновский - задира из параллельного класса, которому я не понравился сразу. Он к нам перевелся из другой школы и начал вводить свои правила. Ну и, язык мой - враг мой, когда в очередной раз он начал качать свои права, я не сдержался и сказал пару НЕХОРОШИХ слов. Слово за слово, ну, короче подрались. Разнесли пол кабинета литературы, там нас застукал Павел Алексеевич и дал пизды. Теперь все драки проходят за пределами школы. А таких было немало. Но почему-то Эд забыл об этом. Вот я уже пошёл в туалет, чтобы закурить (последнюю причём) сигарету, дак там не курилка и не туалет, а ринг блять. Вот на полу сидит новенький из нашего класса, как там его, Дима вроде... Точно, Димка - из носа хлещет кровь, очки сломаны, а он все равно рыщет руками по полу, пытаясь их найти. Портфель его валялся где-то у раковин. — Пиздец - я сказал тихо что бы не напугать своим появлением пацана. — А? Кто здесь? - так же тихо промямлил Дима, ещё быстрее начиная копошиться руками по полу. — Да не кипишуй, не трону я тебя - хотелось помочь, почему бы и нет? — Че тут случилось? — Да я просто искал кабинет истории, а вот эти набросились и говорят, чтобы я им давал списывать весь год, а если нет —побьют. А я тоже себя не на помойке нашёл, вот и получил, - содержательно, но интересно, кто ОНИ? Есть версия на дружков Эда. — Они долбоебы, не бери в голову. Ты как кстати? - я опустился на одно колено, чтобы хоть как-то поравняться с ним ростом и заглянуть в глаза. Хоть рост мой и отличался очень сильно от Димкиного, но в его карих глазах я увидел страх, боль, надежду и что-то такое, что я раньше не видел ни в чьих других, правда не знаю что. — Вроде нормально, но голова и нос болят, и похоже они разбили мне очки - сделал вывод Димка, нащупывая на полу осколки. — Давай помогу? - не дождавшись ответа, я подхватил его под руки и повёл в сторону медкабинета. Пока мы шли, я увидел Арсения Сергеевича. Он посмотрел таким взглядом, будто я только что Диму из подвала достал, а до этого месяцами морил голодом и измывался над ним. — Вы куда? У вас урок в другой стороне, - с презрением спросил пидор, глядя нам в спины. — Человеку помочь пытаюсь, или у вас очки фальшивые? - мдаааа, моя фантазия это крыша. — Так, со своими разговорами к директору! - напугал тип? — Ладно, ладно, дайте человека до медпункта довести, - сходим к директору в гости, так уж и быть. Отвёл я Диму, а этот Арсений поджидал у кабинета. — Ну что, пошли? - нет блять, тут стоять будем. Так как он мне не нравится от слова совсем, я только кивнул, не желая с ним разговаривать. Он аккуратно постучал в дверь с табличкой "Директор" и, услышав "войдите", силком запихнул меня к нему. — Здравствуйте, Станислав Владимирович. — Здравствуйте, Арсений Сергеевич. Что-то случилось? — Не представляете, но да, - этот пидор толкает меня в спину, выталкивая вперёд. — Вот, полюбуйтесь на сборник сарказма, мата и оскорблений учителей, - так креативно меня ещё никто не представлял. — Здравствуйте, Станислав Владимирович, - с улыбкой и так уверенно проговорил я, зная добродушного директора. — Шастун, опять ты? - риторический вопрос, на который, конечно, не требуется ответ. — А кого вы ожидали увидеть в первый день учёбы? - тоже риторический, ведь кабинет стал для меня вторым домом - здесь я провожу большую часть времени. — Только тебя, мой родной - с милой улыбкой посмотрел на меня директор. Честно, его я уважаю, но ничего не могу поделать со своим поведением. — Антош, - на выдохе сказал Станислав Владимирович, будто у него из груди выбили воздух. — Да? — Ты можешь не доводить Арсения Сергеевича минимум неделю? - нихуя, ему не много? Зазнается ещё... ну, посмотрим, что будет дальше. — Сколько?! - не,ну правда, ему много — Неделю, Антош, дай человеку освоиться на новом месте, узнать что здесь, да как, а то с твоими скандалами это затянется надолго. — Ну Станислав Владимировииич - протянул я как можно жалостливее, ну, моя натура — доводить людей, а не помогать им. — Антош, ради меня, - блин, это очень весомый аргумент. — Только ради вас, а через неделю можно продолжить? - меня очень волнует этот вопрос, я хотел провести этот год весело. — Нежелательно, - значит можно. — Хорошо, - Арсений-пидор-тварь-Сергеевич смотрит на нас с открытым ртом. Я уже открыл свой, чтобы сказать какую-нибудь колкость, как директор пригрозил скинуть меня с окна. Я то не против, но это отзовётся на репутации школы. Как только дверь за мной закрылась, в кабинете пошёл разговор и, как я понимаю, обо мне. * * * — Стас, это что сейчас было? - меня жутко заинтересовал разговор ученика-хулигана и добродушного директора школы. — Арс, это был Антон, - это я понял, а все остальное — нет. — Только это я как раз и понял. — У него все очень сложно, я стараюсь наладить отношения с ним. Либо с ним, либо против него, но лучше первое. А ты сразу на рожон, как я понял? - странная ухмылка промелькнула на лице моего друга. — Это ученик, а не твой друг. Будь строже, холоднее что ли, - это разные статусы, а ведут себя как два школьника, ей-богу. — Ты не знаешь всей ситуации. — Так расскажи, - не, ну что за интриги, прям Турецкий сериал. — У нас с ним договор, что я никому не распространяю эту информацию и не вмешиваюсь больше в его жизнь. Увы, но это так. Если захочет — сам тебе расскажет, - а он что, нормально говорить умеет? Я удивлён. — Сомневаюсь, что теперь он обо мне хоть слово хорошее вспомнит, не то что про жизнь свою расскажет. — Сам виноват. Всё, Арс, иди. Скоро урок, - гонишь меня, да? Ну ладно. — Ладно, ухожу. Мои мысли теперь не покидает этот мальчишка. Столько вопросов, но нет ни одного ответа. Он может вести себя так из-за отсутствия воспитания или что-то посерьёзнее. Меня отец воспитывал строго, но руку не поднимал. А если... Да какое мне дело, хватит думать о нем! Урок обществознания у девятого класса — отрада для мозга. Чудесные дети, не то что одиннадцатый. * * * Выйдя из кабинета директора я пошёл в сторону туалета. Ну, покурить-то всё-таки надо, а то этот пидор мне не дал. Я сидел на подоконнике, курил в открытую форточку яблочный "Kent" и думал о Диме. Разве дружки Эда побили бы из-за этой ерунды? Есть что-то ещё, что он не договаривает. Только у кабинета математики я увидел Димку: немного помятый с ватками в носу и разбитым очками в руке. — Дим, ты чего домой не ушёл? — А? Да я уроки досижу и пойду, - интересно, а как он это сделает без очков... Не видит же ничего. — А как ты без очков? — Не знаю пока, - ммм молодец пацан. — Пошли, - кабинет открыли, и туда зашла Марина Геннадьевна, чтобы начать подготовку к уроку. — К…куда? - я тоже не знаю. — На урок. Так уж и быть, помогу. — Да? Спасибо большое, - хм, а это приятно. — Не за что, сядешь со мной за последнюю парту, я буду записывать всё, что пишет на доске математичка, а потом дам тебе, сойдёт? Но слушаешь всё сам. — Без б, ещё раз спасибо, - очень приятно. — Кстати, Антон. Можно Тоха, - я протянул ему свою окольцованную руку. — А, Дима. Другие формы имени приветствую, - и он протянул свою в ответ. Вот так я обзавёлся... Можно назвать его другом? Посмотрим, посмотрим. Всю математику я сидел, слушал всё, что говорит Марина Геннадьевна и записывал. — Антон? - что я опять сделал, сидел же, никого не трогал. — Да? — Что-то случилось? - кавооо..? Нет, что ей надо? — Нет, с чего вы взяли? — Просто ты сидишь и слушаешь...даже записываешь что-то, что случилось? — Я помогаю Диме, - а смысл отмахиваться? С учителями у меня были нормальные отношения, кроме Арсения-пидора-Сергеевича. Они меня не трогают и я их тоже, все живут хорошо. — Дима, что случилось? - ещё и до него докопалась. — Марина Геннадьевна, дело в том что я сломал очки и ничего не вижу, а Антон решил помочь мне с записями урока. — Ух ты, Антон, молодец, не ожидала от тебя. Раз ты слушал, может сможешь решить пример у доски? — Извините, но я ещё не до конца понимаю, - не, ну я тупой просто, но отговорку придумал. — Ладно, сиди, слушай. Тогда нам выйдет и решит... Маша. Маш, выходи, - подставил Машку... Ну ладно, она хорошистка, поэтому волноваться не стоит. После уроков: — Давай я тебя до дома доведу? - ну как он пойдёт? Не видит же ничего пацан. — Было бы неплохо, - и улыбнулся так мягко, так тепло, теперь однозначно я буду делать всё, чтобы видеть эту улыбку чаще. Теперь она что-то значит для меня? Нееет, к людям привязываться нельзя. Какое привязываться, я знаю его один день. Бляяя, нихуя я тупой. Он вёл меня по довольно знакомым улочкам, а я, не понимая, плелся за ним. И вот мы вышли к моему дому. Может это он меня провожал, а не я его. — Дим, ты тут живёшь? - тупой вопрос, но ответ мне очень нужен. — Да, на пятом этаже, в 73 квартире, - кавооооо, я живу в 74. Он что, мой сосед..? — Слушай, тут такое дело, - промямлил я, глядя на свой дом. — Да, что-то случилось? - если бы ты знал... — Ну, в общем, я твой сосед, в 74 живу, - я постарался улыбнуться, но несколько лет без практики дали о себе знать. — Так это же замечательно, или тебе не нравится такая перспектива? - половину слов из его разговоров я не понимаю. — Мне? Очень, - доля сарказма послышалась в моих словах, от чего Дима молчал всю дорогу. Стало немного стыдно, но потом прошло. Чесно, хотелось что бы у меня был друг. Такой, с которым можно поделиться секретами, и он не осудит, а поддержит. А потом я понял,что на друга походит Поз... Но в свою жизнь я его отчаянно пускать не хочу. Впутывать его во всю эту грязь, портить лучезарную улыбку, от которой светится вся улица. Мне просто его жалко. В квартире опять воняет перегаром, но я на это уже не обращаю внимания, он стал как родной. Зайдя в комнату, я плюхнулся на свой диванчик, в надежде немного поспать, но тут же в моей голове прокралась идея покурить. Почему бы и нет? Вот только родители сидят на кухне, где и находится балкон, а в туалете не так быстро выветрится едкий дым. Придётся идти в парадную. Вышел, в чем был. Сигарета, после которой губы щиплет из-за кровоточащих ранок, оставляет на них лёгкий вкус яблока. Из моих мыслей меня выбил щелчок ключа в замочной скважине соседней квартиры. Я увидел женщину, не очень высокую, но однозначно ниже меня на голову или больше, большую в формах тела и хромую, с огромными пакетами. Она заходила в квартиру Димы, и сначала я подумал, что это его мама, но мысль развеялась, как только из-за двери послышалось: "Мама, я открою!". Это был Дима, и догадываться, что за женщина зашла к ним в квартиру — глупо, да и не зачем. Я сидел в своей комнате и рисовал Яна — я всегда рисую сразу красками, так ярче можно выразить все свои эмоции и чувства. Вот на его лице стали проглядываться ярко-зелёные глаза, светлая улыбка и покусанные губы. Так вот, в кого я такой... Который раз макая кисточку в банку с зелёной краской, я дёрнул рукой, и баночка свалилась на пол, а краска расплылась лужицей по линолиуму. — Сука… - тихо ругнулся я, чтобы никто не слышал, потому что когда я в прошлый раз пролил краску, мне не поздоровилось... * * * — Мама, смот... - маленький Антон даже не успел договорить, как за ним упала баночка с краской, которой он только что рисовал. — Что надо? - мама вошла в комнату с бутылкой водки в руках и непонимающе глянула на лужу краски, растекшуюся на полу. — Ах ты тварь! - крикнула мать, отбрасывая в сторону почти пустую бутылку, — Тебя научить, как беречь чистоту в комнате?! - уже перешла на крик женщина, ближе подходя к мальчику, в ужасе смотрящему на неё. — Мамочка, я сейчас всё вытру, только не сердись, - затараторил шестилетний Тошка, откидывая портрет мамы в сторону. На портрете мама была совсем другой: она была красивой, ухоженной, с сияющей улыбкой. В жизни же женщина выглядит намного старше своего возраста, вся в морщинах, с неприродной худобой, и нездоровым оттенком кожи. Дети всегда в родителях видят только лучшее, как и когда-то Антошка. Парнишка уже побежал на кухню за тряпкой, чтобы вытереть розовую лужу на полу, но его остановила рука мамы, которая с силой схватила мальчика за волосы, оттянула назад, а затем и вовсе откинула к стене. Антон ударился о неё головой с такой силой, что на месте удара выступили капли алой крови, но он упорно не подавал виду, что ему больно. — Слушай сюда, - наклонилась мама, чтобы Тоше было лучше слышно, - если ты издашь хоть звук, будешь спать на улице, - холодным тоном сказала мама. Антоша только кивнул, ведь на большее не хватило сил — его окутали цепи страха, которые были в тот момент сильнее его. Мама куда-то отошла, не сказав ни слова, что очень напрягло мальчика, однако через минуту она уже стояла в проходе комнаты с деревянной шваброй в руках. — Мама....мам? - тихо, еле-слышно прошептал Антон, боясь, сказать хоть слово. Но в один миг мать подошла к нему и со всей силы ударила мальчика по спине палкой. От неожиданности Антон вскрикнул: — Ай! Сссс... — Мы же вроде договорились? - всё тем же холодным голосом сказала женщина. — Угу, - только и смог промямлить парень, когда по ногам уже прилетел ещё один удар шваброй. Неизвестно сколько времени это продолжалось, но слезы уже прожгли кожу на щеках мальчика, а на теле через одежду поросачивалась кровь. Но когда это все закончилось, Антон всё таки вытер краску. С того момента я очень бережно относился к чистоте в доме. Сейчас мне не страшно — это уже как привычка. * * * Я понял, что в ванную бежать не выход — меня сразу спалят — а вытирать пятно больше нечем. Пришлось снять с себя итак грязную, поэтому и домашнюю футболку, и вытирать ей краску. Я сел на колени, и с голым торсом начал усердно оттирать пятно с пола. Футболка впитала в себя зелёную краску и даже испачкала мне руки. Всё-таки в ванну идти придётся. До конца оттерев краску, я выглянул из комнаты в проем коридора — там никого не было. Я шёл аккуратно, на цыпочках, так, чтобы пол не скрипел. Но видно удача не на моей стороне. Когда я открывал дверь в ванную, щеколда отвалилась и с грохотом упала на пол. — Блять! - тихо выругался я, что бы не создавать ещё больше шума. — Антон! - ну вот, пиздец — Что? - безразлично ответил я, что бы никто ничего не заподозрил. — Что ты шумишь, и так голова раскалывается. Тебе показать насколько? — Не надо, я понял, - всё также безразлично — Нет уж, иди сюда, - я начал пятиться назад, но отец и взял со стола вазу и резко кинул её в меня, что убежать или закрыться я не успел. — Мммм, - только и смог промычать я, и сразу схватился за голову. Перед глазами попыли круги, ноги стали подкашиваться, голову будто проломили топором,не меньше. В волосах остались куски стекла, которые с силой впились мне в руки. — Понял? Проваливай теперь, - заорал отец, махая руками в разные стороны. Я если как дошёл до своей комнаты и сёл на пол около кровати. Тошнота подкатывала к горлу, воздуха категорически не хватало, в итоге я просто отрубился. Через некоторое время начал приходить в себя,но голова болела ужасно. Отец ,к счастью, тоже уснул. Я выскользнул из квартиры, как обычно, без ключей - ну, это уже моё любимое. Я сел около своей двери и начал щупать по карманам - там нашлась слегка поломанная сигарета (потому что за новыми я сходить не успел). Голова раскалывалась, но тем не менее, я все равно курил, желая забыть эту боль. Но опять же, меня выбил из раздумья щелчок соседней двери, и оттуда показался Дима с мусорным пакетом в руках. Его глаза расширились настолько, что заполняли все линзы очков. — Антон? - нет блять, хуеблон, не видишь чтоль... — Я.. Димон, я... - головка от хуя. Он подскочил ко мне, бросая пакет на бетонные полы. — Что.....что случилось? - конечно, правду я ему не скажу, вот ещё чего. — Да головой ударился, вышел покурить и ключи забыл, а дома нет никого. - Нихуя я врать... Ну, думаю, поверит. — Точно всё в норме,может скорую вызвать или давай ко мне? Да,идём ко мне,там разберёмся.- нихуя раскомандовался, Наполеон из пятёрочки, обороты сбавь. — Да не, я тут немного посижу, а завтра утром они придут, - без комментариев. — Не-не, вот пока не придут, у меня посидишь. — Уговорил, - я начал подниматься с пола, и в глазах тут же потемнело, ноги подкосились, но чьи-то руки схватили меня и поволокли в сторону квартиры. Я только краем уха слышал, как ругался Дима: — Блять, пиздобол худющий, шпала ободранная, неужели нельзя помощи попросить, тяжёлый же.. - а дальше я не расслышал, потому что вырубился. Проснулся я от резкого запаха спирта в самом носу, и когда открыл глаза, надо мной показалась голова Димки. — Ну что, очнулся, герой? - с сарказмом сказал Дима, помогая мне сесть. — Так, расскажешь, что случилось? Без вранья, я же знаю, что ты мне соврал тогда в парадной, - прошаренный Наполеон. — Да зачем тебе это зн... - мне не дали договорить, потомучто перебили. — Так, во-первых, ты первый мне помог в школе. Во-вторых, ты теперь мой сосед, - бля, нихуя, и что? — Ну и что? — Рассказывай, - приказным тоном сказал Наполеон, что захотелось спрятаться куда-нибудь. — Дим, это правда слишком личное.. - на глазах наворачивались слезы и в горле застрял ком. — Ладно, твоё дело, пошли, помогу голову промыть. - он помог мне встать с дивана и доковылять до ванной. — Наполеон, ты это,прости, - я теперь буду часто его так называть. — Почему Наполеон? - характер твой приказной — Ну, ты так говорил строго, аж страшно стало... - не, ну рил, я обосрался. — М-да бывает. Ладно, не раскисай, но если что, попроси у меня о помощи - он аккуратно вынимал у меня из волос осколки вазы. Он сразу понял, что я точно не ударился. — Ага, конечно, я не....- опять он меня перебил, заебал уже! — Будешь.Пока это не зашло слишком далеко, не хочу жить рядом с трупом. - опять Наполеона включил. — Понял, понял... — Я тебе чаю сделал, и еды разогрел, пошли на кухню. - Блин, что делать, есть то я не хочу. — Дим, я не хочу есть, можно только чай? — Нет,тебе надо набраться сил. - опять да ептвою. — Вылитый Наполеон, - Дима тихонько захихикал. — Так что, мы с тобой теперь друзья? - вопрос поставил меня в ступор. После моего долгого молчания я все-же согласился — Друзья, - я даже смог нормально улыбнуться! — Твои приехали? - спустя час спросил парень. Мы смотрели какой-то фильм с заезженным сюжетом. — Мама написала, что они сегодня не вернутся - да, приврал, но туда возвращаться не хочется. — Оставайся тогда у меня, родители не будут против - перспектива такая себе, оставаться на ночь у незнакомого парня, но как мы выяснили, то теперь друзья. — Мне как-то неудобно... — Да не парься ты, всё в норме. - Дима дал мне свою одежду, и растелил кровать. За окном горят уличные фонари, новый друг тихо сопит рядом, а голова, такое чувство, что сейчас взорвётся. Либо от боли, либо от мыслей. Думая, что Дима заснул, я начал шёпотом, будто ему, расскзыаать, насколько я заебался жить в этом ужасе, с этими людьми. О том, как я мечтаю съехать от них, на крайний случай покончить собой. — Ну суицид это не выход - если слышно сказал парень, переворачиваясь набок. — Ты.. ты слышал? - о Боже, какой позор. Я прикрыл лицо руками, молясь, чтобы я проволился под землю. — Да, слышал, но поверь, в этом нет ничего постыдного. Я могила, клянусь - он всё так же шептал и невесомо поглаживал меня по руке. — Спасибо - через некоторое время я заснул, впервые за столько времени меня не мучали кошмары. То ли из-за атмосферы в доме, то ли из-за того, что я, пусть и случайно, но вывалил всю грязь, что лежала на душе.