Офисное рандеву

— Так значит... Микаса Аккерман, 22 года, опыт работы 2 года...ну это все же лучше, чем я, который в этом не понимаю ничего. Хорошо, пора бы собираться, а то ночь застанет. Придя в свою одинокую квартиру, именно так, одинокую, ведь несмотря на изобилие, в ней был только диван, стол и маленький телевизор. Причем за столом он проводил больше времени, чем в постели, где уже несколько лет не было женского запаха. Не то чтобы Жан был настолько каменным, чтобы не влюбляться. Удивительно, но под стальной маской скрывалась уязвимая натура, которую он так сильно хочет скрыть от других. На любовь у него просто нет времени. Сигарета и работа – вот главные женщины в его жизни. Иногда его мучила совесть, что в 25 уже нужно было бы заводить семью, но как только он об этом начинал думать, сразу курил, это помогало Жану привести мысли в порядок. Этой ночью, как и в предыдущие, ему не снилось ничего. Кирштайн уже давно не видел сновидения, засыпает и, кажется, через 5 минут просыпается уже в 7.00. Так было и в этот раз. Утренние процедуры и вот он уже за рулем своего автомобиля спешит на работу, хотя рабочее время у них с 9.00. Подъехав на парковку, первым, что он увидел, был человек при входе в здание. Это была девушка среднего роста с короткой стрижкой. Она неуверенно переминалась с ноги на ногу и смотрела на часы, сверкавшие на ее руке. Жан не ожидал кого-нибудь увидеть здесь в такую ​​раннюю пору. Поэтому сам как-то растерялся.— Доброе утро, — вежливо сказала она, увидев, как высокое телосложение Кирштайна подошло к ней, — скажите, пожалуйста, а где тут штаб-квартира KirCompany? — Я имею право спросить, зачем она вам? Девушка на секунду растерялась. Она явно не ожидала этого вопроса. — Я хочу устроиться в их компанию логистом, но секретарша не указала точный адрес, только улицу. Кирштайн измерил ее оценивающим взглядом. В глаза сразу бросилось обручальное кольцо на безымянном пальце. - У вас есть дети? Девушка еще сильнее напряглась, было видно, что ей явно не нравились эти вопросы от незнакомого человека. — Ваше дело сказать мне, где находится штаб-квартира, если Вы знаете, а если нет — оставьте меня со своими ненужными вопросами. "С характером...", - подумал парень. - 20 этаж, налево, номер 250. Оставив девушку в легком ступоре, Кирштайн, плюнув на этикет, вошел первым и направился в свой кабинет. — Доброе утро, как вы? – Доброе утро, Матильда, сделай мне кофе, и сейчас придет девушка, впустишь ее. Как всегда без лишних слов и по делу. Жан не был многословным, может быть, поэтому ему было так тяжело договариваться с партнерами по поводу новых контрактов. Через 20 минут дверь открылась, и на пороге была та же девушка. Только сейчас у нее был не ступор, а шок. – Вы туда пришли, садитесь. Ну что ж, рассказывайте. Сделав глоток, он отставил чашку в сторону, и, скрестив руки на груди, сконцентрировался на черноволосой, уже бледной, сидевшей перед ним на стуле. – Я Микаса Аккерман. Отправляла Вам резюме. Если я сижу здесь, то, вероятно, Вам все подходит, я правильно понимаю? Жан молчал.Он молча изучал ее взглядом, стараясь словно через рентген просмотреть ее способности. А еще он поймал чуть ощутимый запах черники, будь то парфюм, гель или шампунь, он не понял, но запах перенес его в далекое детство, где Матильда всегда давала ему ягоды черники после завтрака в качестве десерта. Микаса уже заметно ерзала на стуле, не понимая, почему руководитель так пристально смотрит на нее, но молчала, терпеливо ожидая. Неожиданно он достал из ящика бумагу, в которой что-то активно начал писать. – Ты принята. - Но... я ничего не рассказала – Подпишись здесь и здесь, – произнес он, не слушая ее бормотания. Микаса легким взмахом руки поставила свою подпись и отложила ручку, ожидая продолжения. — Так, у тебя есть дети? — Как это может касаться нашей работы? – Может. Потому что если нет, то вдруг ты решишь их завести через полгода-год и тебя придется уволить. – Найдёте нового логиста. – Я не привык так часто менять персонал. Микаса с легким прищуром посмотрела ему прямо в глаза, впервые за это время, но все же ответила: – Нет, нет, и не будет в ближайшие годы. Отвечать почему я не буду. – Я тебя и не спрашиваю, мне безразлично. Свой ответ я получил. Некоторые обижались на такую ​​манеру говорения. Не все понимали, что это просто его привычный тон, а думали, что он хамит чуть ли не в настроении. Но Микаса даже не шевельнулась, что не могло не удивить Жана. – Когда я могу приступить к работе? – Уже. Вот статистика нашей прибыли и отчет по экспорту материала. Жан положил целый, казалось, поверх бумаг перед девушкой, посмотри что не так. – А мне где это делать? У меня будет какое место работы?, — спросила девушка из-за горы бумаг. Жан молча встал, прошел через весь кабинет и открыл дверь, которая была прямо в стене. За ними оказался еще один кабинет, меньший, но очень уютный. Микаса взяла все бумаги в руки. Ей было тяжело, но она не подавала виду. Жан мог помочь, но он посмотрел на ее скрытую силу духа и гордость, с которой она несла эти бумаги, не желая просить о помощи его. Такие люди его возбуждали к мурашек на теле. Положив бумаги на новый стол, Аккерман с выдохом обернулась к Кирштайну, который так и остался стоять в дверях, словно очарованный. - А дедлайн когда? - До завтрашнего утра. Микаса даже подпрыгнула от такого неожиданного ответа. – Что?! А ведь здесь работы на неделю. – Но ты же искусная, быстро справишься, если начнешь прямо сейчас, а если не успеешь – тогда я вынужден буду тебя уволить – ответил Жан и закрыл медленно дверь, увидев напоследок озадаченное лицо юной девушки. Был риск, что она освободится сама, но почему-то парню хотелось посмотреть всю силу, на которую способна эта крошечная дама. Шанс, что она это все решит до утра, равнялся нулю, это не нужно быть аналитиком, чтобы понимать это, но попробовать стоило. Целый день Жан провел за столом, стандартно решая те или иные вопросы. Из соседнего кабинета не было слышно ни звука."Надеюсь, она не умерла там от погрузки, иначе кабинет пропахнется неприятным запахом", - подумал он, выходя из кабинета, даже не попрощавшись с Аккерман. Эту ночь он провел в раздумьях. Это был скорее спор с самим собой. Азарт овладел его телом. В первый раз он так заинтересовался человеком. Впервые он захотел провести такой эксперимент, хотя это и звучит очень злобно. Утром он в 7.00 уже был в своем кабинете. Первым делом парень пошел проверить, как там дела у новой его коллеги, но открыв дверь, его тело овладел ступором. С той барышни, которую он последний раз видел, осталось только имя. Весь её нежный образ, ее розовая блуза, подчеркивавшая кремовый цвет ее тела, её длинная юбка черного цвета, легко развевавшаяся на ветру, были в ужасном состоянии - помятом. Блеск в её глазах исчез, а темные круги под глазами говорили, сколько она спала. Микаса медленно подняла глаза. - Доброе утро, Жан. Извините, за сутки я смогла проанализировать всего 200 контрактов из 500. Я не сделала пока никакого вывода, ведь за этот период торговля была в стабильном состоянии. Прошу мне дать еще хотя бы день, и я обещаю, что сделаю общий отчет по доходу и укажу причины его убыли. Не увольняйте меня, мне очень нужна эта работа. У Кирштайна отняло язык. Эта девушка не сомкнула глаза всю ночь, восприняв его слова за действительность. И тут Жан осознал, что перед ним сидит его женская копия, которая положит все: здоровье, время, силы, работу. Но авторитет терять не надо было, поэтому овладев собой он строго сказал: — Хорошо, Микаса, даю тебе последний шанс. Можешь отдохнуть, прежде чем приступишь к работе.Даю тебе сегодня отгул, смерти мне здесь не нужно. Девушка молча встала и, покачиваясь, пошла к выходу. Проходя около Жана, она сказала: "Спасибо" и покинула кабинет. "Скоро я буду миллионером", - подумал парень, и принялся за работу.