Офисное рандеву

– Не поняла, мы пришли в комнату к бомжу? , – беспардонно спросила девушка, разуваясь. Если бы это был кто-то другой, то Жан непременно выгнал бы такого "гостя" из своего дома, но здесь выхода не было. – Я сейчас пойду найду матрас для себя. Ты будешь на диване спать. — А в фильме спят вме-е-есте. На постели Кирштайна в последний раз спала Ракель, где-то 2 месяца назад. Символическое имя, кстати. – А мы и не в фильме, – фыркнул Жан, достав из шкафа дополнительный матрас. – Жа-а-н. Снова те же мурашки. Только что она произнесла его имя с новой интонацией, словно они замужем, и она зовет его ужинать. – Что? – Благодарю тебя за то, что ты для меня делаешь, – тихо произнесла девушка и обняла шокированного парня. Жанна словно парализовало. В его руках так и остался комплект с бельем. Женское тело невесомо прислонялось к напряженному до невозможности мужскому. Кирштайн впервые почувствовал себя в такой безопасности, хотелось сделать все, чтобы почувствовать это снова, даже если придется кого-то убить. "Замужняя женщина", - эхом пронеслось в его голове. – Да я ничего такого не сделал, – мягко ответил парень, отстраняясь от Микасы. Она выглядела немного расстроенной, но Жан свалил это на усталость и алкоголь, начинающий понемногу выходить из организма. Брайн так и не звонил. Скорее всего, он, как всегда, где-то с какой-то девицей проводит ночь. – Я хочу писать. - Туалет в коридоре справа. – А ты можешь дать мне какую-нибудь одежду? Я хочу помыться, если можно. "Боже, как в фильме", - подумал он и протянул девушке свою футболку и брюки, которые на ней были как платья и шаровары. Через 10 минут она вернулась.Даже в таком состоянии она, как истинная женщина, продолжает ухаживать за собой. Жан всегда удивлялся такой женской выносливости. – Ты не голодна? – спросил он, расстилая себе на полу. Микаса следила за Жаном. Её взгляд легко скользил по уже переодетому, в домашнюю одежду, теле. Жан был одет в футболку, которая достойно показывала весь рельеф его тела и в спортивные штаны. Как правило, он спит только в нижнем белье, но чтобы не стыдить девушку, сегодня он сделал исключение. Парень сразу заметил, что она его рассматривает, но почему-то не сделал никакого замечания, удивительно, ему было приятно. Не то чтобы Жану не хватало женского внимания, но от Микасы она чувствовалась по-особому. – Нет, я не голодна. Кратко и ясно, как он любит. – Хорошо, тогда я в душ, а ты можешь идти в мою комнату, я там уже все сделал, чтобы тебе было удобнее. – А ты будешь в прихожей на земле? – Да Микаса ничего не ответила. Она села за стол и принялась смотреть в окно. "Странная женщина", - подумал парень, прежде чем закрыть дверь ванной комнаты. Капли воды еще играли на его волосах. Возвращаясь назад, Жан застал на том месте молодую девушку. – Что ты там видишь? – спросил он и опирался на угол стола. - Недостижимые мечты. На секунду он призадумался. На пьяную голову о таких вещах всегда интересно думать, особенно интересно это делать с просто сидящей девушкой. Микаса подняла голову и пристально посмотрела на Жана, а впоследствии ее легкая рука нежно зарылась у его волосы, вызвав прилив окситоцина в кровь парня. Это было интимнее секса. Девушка, стоя напротив, легкими движениями рук массировала голову Жана. А он и не сопротивлялся.Возможно, так действовал алкоголь, а может, он только хотел свалить на него вину. Закрытые веки дрожали от удовольствия, словно крылышки бабочки. Но здравый смысл начал медленно поворачивать себе руль, и Жан медленно открыл глаза. Сейчас, сквозь пелену удовольствия, Аккерман была такой прекрасной, такой же прекрасной, как недостижимая мечта. Теперь он понял значение этой фразы. - Микасса, - прошептал он с видохом, - тебе нужно поспать. - Мы не на работе, чтобы вы, господин директор, мне указывали, - уверенно ответила она. А потом легко, положив руку на затылок, притянула к себе парня. Глаза Кирштайна ещё, кажется, такими большими никогда не были. Поцелуй Микасы был настойчив и так сладок, словно она перед этим намазала губы медом. Сладок, как запретный плод. Манящий. Как будто протянешь руку, и воо он, перед тобой. Парень пытался отодвинуться, но физически не было куда, потому что позади был стол. Он аккуратно уперся рукой в ​​её хрупкое плечо и на минуту ему удалось остановить девушку. — Микасса, ты замужем... Черные глаза копьем впились в его. Жан не знал, какой реакции ожидать от неё, ведь она только с виду была тихой, за эту неделю он понял, что внутри этого маленького тельца живет мощная атомная бомба. – Это единственное, что мешает тебе ответить? Что-то внутри него говорило ему, что это не будет измена, ведь Брайн с вероятностью в 110% занимается сейчас делами и хуже, но мужская солидарность была выше чувств. - То есть, - продолжала она, беря ладонь Жана, - Ты не хочешь прикоснуться ко мне? Девушка провела его ладонью по складке между грудью, осторожно переходя к животу и бедрам. Кирштайна снова парализовало, а взгляд был прикован только к движению его руки, которая была под контролем Микассы. Он и не заметил, как дыхание его сбилось, самообладание с очень большой скоростью покидало его. Единственное, что сейчас больше всего он желал — это овладеть этим телом. Желал он этого даже больше, чем играть в баскетбол. Желал прикасаться. Желал делать всё, что захочет. Желал сделать её в этот момент самой счастливой. Но... Тилим-тилим*