Золотая клетка

      — Кинн! Нет!– поднос с едой полетел к чертям. Ким ринулся к своему брату, и в последнюю секунду успел ударить его по руке. Анакин откинулся назад, пуля застряла на потолке, — Какого хрена ты творишь?! Ради чего мы стараемся?! Хочешь облегчить задачу отцу? Ты о нас подумал? О своих братьях? — Вы уже выросли… — Выросли, значит что больше не нуждаемся в тебе?! Что, думаешь раз вырастил, имеешь право вот так покинуть нас, как та женщина?– Танкхун чуть не тормошил тело Кинна. Даже такое обращение о матери, не подействовало. Тем временем Ким убрал пистолет от греха подальше. — Мы же братья! — Этим поступком, что ты хотел доказать? Убьешь себя и этим все решиться? Кинн ты не был таким, где мой сильный и непоколебимый брат? Верни мне его! — Его больше нет. Мне некого вернуть вам. Он умер там вместе с Поршем. С детства моя судьба была определена. Мы все знали, что никакой я не сильный. Жил жизнью, которую мне дали. Делал все, что от меня требуется. Каждое утро привычно надевал маску, и шагал дальше. Я не выживал, а существовал, пока… Пока не встретил Порша. Рядом с ним, Кинн которого я вырастил, исчезал. Порш заботился о маленьком, раненном Кинне. Я настолько сломался, что поломал другого. — Ты из-за Порша так поступаешь с нами? Он же очередной из твоих мальчиков, которых ты и после него найдёшь…– от этих слов Кинн взбесился, встав накинулся на Кима. — Ты не знаешь о нем ничего! Порш не очередной мальчик! Как ты можешь говорить такое, будучи влюбленным в его брата! — Теперь пришел в себя?! Нужно было задеть твое сердце, чтобы очнулся?! Я… Танкхун… Мы знаем о тебе. В курсе о твоем состоянии, что ты сделал нам. Кинн, ты сильнее нас обеих вместе взятых. Никто с такими травмами долго не может протянуть. Но ты отлично справлялся до этого дня. Не дай одной ситуации, разрушить все. У нас еще есть незаконченные дела. К тому же… Порш,– Кинн посмотрел на него, — Он доверил тебя мне. Чтобы, я защищал тебя. Если с тобой что-то случится, наверное он восстанет из мертвых. — Хватит, чушь молоть. Ты переиграл свои игры. А как хорошо начал. Ладно, обед был испорчен. Пойду принесу новую. Ким присмотри за ним. — Почему еду таскаете вы? Где телохранители? — Порш сказал перепроверить службу охраны, и не доверять никому. Этим я и занимаюсь. Также, он сказал, что тебя могут отравить, поэтому теперь едой занимается Танкхун. — Он больше ничего не сказал?– Ким покачал головой. — Только, чтобы мы позаботились о тебе.       Несмотря на плохое самочувствие Кинна, они поудобнее устроились и провели день перед телевизором. Ближе к ночи оба дрыхли. Но у среднего Тирапанякуна началась мозговая активность. Плеснув в бокал немного скотча, выпил залпом и удобнее устроился на диване. Закрыв глаза, попытался вспомнить тот день от начала до конца. Даже мелкие детали. Но есть одно «но». Это не так уж и просто, как звучит. После каждого припадка, у него воспоминания блокируются, таким образом мозг обезопасит сознание. Кинн провел это лишь единожды, и под наблюдением своего врача. Сейчас никого нету.       «Утро. Он не обнаружил Порша рядом, но слышал шум воды в ванной. Дальше продолжил сон. Следующее после этого, ему накрыли глаза руками. В мыслях не было, что это чужие. Убирают, и в этот же момент, его губы накрывают. Не успевает все осознать, как видит краем глаз, застывшее тело Порша у порога. Даже не было возможности посмотреть ему в лицо. Пока он отпихивал человека сверху, на том месте след парня и простыл. Следующее его ударили, он на земле. Но ему было все равно, самое главное успел. Так думал только он. Порш уехал. Злость поднималось, как и знакомый шепот. Первым пошел Пит, вторым Дэниел. Выяснилось, что все рук его отца. Но главный вопрос: зачем надо было слить Порша? Дальше контролировать себя становилось все сложнее. Ему пришлось выпить то, что он обещал себе никогда больше не трогать. Но в этой ситуации ему пришлось. После чего, полная ноль. Аннулирование. Отключение чувств. Ничего нет. В голове лишь единственная мысль и задача: вернуть то, что ему принадлежит. Кинн ничего не помнит, до выстрела Вегаса в Порша. Лекарство действует больше 10 часов. К тому же он смешал его с алкоголем. И выстрел в Порша вынудил сознание вынырнуть, выйти из того состояния. Заставил. Что завершилось тем, что он упал в обморок. Но что-то забывал. Какая-то значимая, большая деталька ускользала от него. Смерть Порша. Он четко видел, как из пистолета выстрелили. Видел, как пуля дошла до цели. Вегас никогда не промахивался. Видел, как футболка пропитывается кровью. Огонь. Она слишком идеально перекрыла путь. Они специально сделали дорожку. Но он видел кровь. Может ли быть такое, что его смогли спасти? Все возможно…»       Распахнул глаза. Тело из-за одного положения онемело. Было ранее утро. Те двое все еще спали. Немного помассировав руки и ноги, хотел пойти к Питу. Но вспомнил, что того больше нет. В груди что-то пронзило. Чувство вины перед ним. Он вспомнил, что наделал под лекарством. Все слова Вегаса, сказанные тогда, были абсолютно правдой. Пит не заслужил такого обращения. Он был самым добрым, умным, понимающим, сострадательным и верным человеком в его команде. Даже когда они пересрались в Поршем, как собаки, помог помириться. Отчасти он понимает его поступок, и не считает предательством. На его месте, он бы также поступил, если его друг просит помощи. Он обязательно извиниться перед ним, но его поступок можно ли простить? Другим это дело не может доверить. Они сразу могут доложить отцу. Пришлось будить младшего братца. Тот недовольно застонав, приоткрыл глаза. — Чего тебе? Тебя убивают, пытают, похищают, травят? Или ты пытаешься себя убить, повеситься или застрелиться? Если нет, то дай поспать.– проворчал. — Блядь, вставай. Мы должны кое-что проверить. Точнее ты,– Ким не хотя встал. Его брат начал хоть как-то проявлять активность, это нельзя упускать. — Я слушаю тебя. — Возможно Порш жив. — Откуда ты знаешь? Его у тебя на глазах застрелили. — Все прошло слишком идеально. Возможно, его спасли. Я видел, но не трогал тело. Проверь все больницы. Нет ли такого человека. И… И сходи на тот склад. Если даже из того здания ничего не осталось. Если даже уже была полиция. От тело что-то да должно остаться. Клочок ткани, часы. Он носил цепочку. Если найдешь хоть что-то на месте убийства, я поверю. Если ничего не найдешь, мы будем искать его. Возможно он жив. — Сколько раз ты сказал слово «возможно»? Ты слишком оптимистично думаешь для человека, которого хотел потрошить свой мозг. Но молодец! Вот это уже другой настрой! — Прекрати, я знаю, что ты это просто так сказал. Ким, ты не умеешь выражать эмоции. — Прости, я старался. — Ничего,– видя как он замешкался, поспешил добавить, — Не бойся, я буду с Танкхуном. Весь день. Спокойно займись делом.

***

      До обеда все было тихо. Казалось это к лучшему. Но это оказалось затишьем перед бурей. Кинн разговаривал со своим проснувшимся братом, когда услышал звон прибывшего лифта, и топот ног. Будто бы целая стадо буйволов стремятся наверх, в его комнату. Можно было предположить, что это Ким. Но зная брата, что он одиночка, этот вариант сразу же отпадает. — Дай мне пистолет! Быстро!– Танкхун непонимающе на него таращился. — Что ты собираешься с ним делать? — Для чего он изначально нужен?! Танкхун двигай своими мозгами, если они у тебя еще остались! Ты сам слышал эти звуки! — Да нету у меня оружия! Я вчера твой передал Киму! В таком огромном доме неужели нету оружейного?!– Кинн посмотрел на него как на тупейшего человека на свете. — Это ПЕНТХАУС! Моя квартира, чтобы отдохнуть от внешнего мира, как думаешь держу ли я тут целый склад? — Боже мы умрем... Я звоню Киму. — Твою мать! Я не могу умереть, пока не услышу новости про Порша! — Кинн, очнись. Нас сейчас убьют, а ты все еще думаешь о Порше! Тут нету потайных комнат? Другого выхода? Спрыгнуть? — Мы на 50 этаже, можем спрыгнуть в бассейн внизу, но не факт, что мы попадем именно в воду. — Если мы сегодня выживем, если я буду думать над покупкой пентхауса, напомни мне об этом случае... Чтоб тебя...– вдруг оттуда послышались звуки перестрелки, и все затихло. Братья застыли, уставившись в друг друга.       Кинн подкрадываясь, медленно шел к двери. Резко открыв дверь, увидел перед собой дуло. Быстрыми движениями обезоружил стоявшего человека. Тот сразу же поднял руки, в жесте капитуляции. Теперь же дуло было направлено на вошедшего и они с Кинном поменялись местами. Высунув голову, провел взглядом по коридору, по мертвым телохранителям Главной семьи. — Кхун Кинн, кхун Танкхун, я не причиню вам вреда. Я здесь, чтобы спасти вас...– поняв что опасность миновала, внимание Кинна теперь на госте. — Кто ты такой? С какой целью ты здесь оказался? Откуда знаешь нас? — Ты... Ты... Я вроде тебя уже видел, но не могу вспомнить,– Танкхун сделал вид, будто что-то вспоминает. — Вспомнил! Мы же у тебя берем еду для Кинна! — Все верно, Кхун! У нас мало времени, думаю до вашего отца уже дошло, что миссия провалена. Нам нужно уходить отсюда. Представлюсь по дороге,– их спаситель уже было выходил из комнаты. — Попридержи коней! Почему я должен следовать за тобой? Как я могу тебе доверять? Откуда мне знать, может меня ждет очередная ловушка? — Кхун Кинн, поверьте, если бы захотел, я бы ту же секунду вернул себе ружье. Если бы захотел, вы бы давно отравились и умерли от моей еды,– такое толкование не пришлось по душе Кинну, и по скривящей гримасе мафиози, мужчина понял, что звучал не совсем убедительно. Устало выдохнул, — Если я скажу, что меня отправил к вам Порш, вы двинетесь с места?– теперь уже дважды повторять не пришлось и они спускались вниз в лифте. Кинн было направлялся к своей машине, как она взорвалась. Схватив за руку, потащили в другую. — Так даже лучше, на вашем нас нашли бы быстрее. Она привлекает слишком много внимания.       По выражения лица, среднего сына Тирапанякунов, было видно что он все еще в шоке от происходящего. Не мог поверить, что его отец, так стремиться его убить. Собственного сына, которому и дал, все чем он сейчас занимается. Если бы Корн ему сказал, отказаться от этого, сразу же бы передал все полномочия, без вопросов. — Какого хуя?! Что я сделал такого, отцу, чтобы он так со мной поступал? — Ему нужен был тот, кого он мог контролировать. Ты же начал бунтовать, с появлением Порша. Начал ослушаться его... — Это же не повод убить?! — Порш, предвидел такой исход... — Подожди. Стоп. Давай начнем с того - кто ты? Откуда знаешь Порша? Ты видел его? Связывался с тобой? — Меня зовут Сойер, мне 28 лет. Бывший спецназ, в отставке. Мы с Поршем давно знакомы, он когда-то помог мне с жильем. Когда был в бегах. Познакомились на уличных боях. Увидев что мне негде жить, он приютил меня у себя, несмотря на то, что у них самих, все мягко говоря было хреново. Через некоторое время, нашел работу в небольшой забегаловке и ушел. Мы и дальше продолжали видеться, до того, как он исчез. Я волновался и сходил к ним, Че сказал, что он устроился на работу, но не сказал где. Искал, но не нашел. Недавно он вышел на связь. Объяснил всю ситуацию вкратце, и сказал связаться с кхун Кимом. Дал поручения. Готовить еду для вас. Потому что, был риск того, что могут отравить. Рассказал, что вы предпочитаете в еде и на что у вас аллергия. И когда у меня будет свободное время, следить за этим зданием. Подключился ко всем камерам видеонаблюдения и смотрел. Слава Богу сегодня успел. Я уже сообщил обо все кхун Киму и мы сейчас едем в дом Порша. Думаю, там вас никто не станет искать. — Постой, ты говоришь жил у Порша? У вас что-то было с Поршем,– Танкхун выглянул из заднего сидения. — Прошу конкретику вашего вопроса. — Ты спал с Поршем?– именно этот вопрос вертелся на кончике языка Кинна. Спасибо длинному языку братца. — Конечно, Порш тот еще красавец и тело то, что надо,– на этом моменте запнулся, почувствовав убийственный взгляд Анакина, которые метали в него молниями. — Нет, ничего такого не было. Если мне не изменяет память, тогда Порш был с девушками. Поэтому, он в мою сторону и не смотрел,– почему то теперь после этих слов Анакин почувствовал прилив гордости за себя. Порш посмотрел на него, и выбрал его. Но хорошее настроение сразу же испортилось, вспомнив недавнишние события. Выбрал, но не остался. Если Ким ничего не найдет, то выходит, что вовсе ничего не и было. Кинн навсегда потерял Порша. — Когда в последний раз он с тобой связался? — Кажется 4-5 дней назад. Звонком разбудил рано утром, распорядился и отключился. — Почему ты нам помогаешь? Спасаешь, рискнув своей жизнью. — Или же у тебя есть чувства к нашему Поршику и делаешь все чтобы ему угодить.– Танкхун не унимался. Набрасываясь на него с догадками. — Можете говорить, что угодно, но я дорожу Поршем. Когда мне было сложно, голодал, негде было спать. Он приютил несмотря на свое положение. От меня ничего не требовал, лишь уборка и готовка. Не спрашивал о моем прошлом, почему я в бегах, кто меня ищет. Не лезь не свое дело. Из ничего подарил мне новую, вторую жизнь. И я настолько благодарен ему, что если скажет отдать ему жизнь, я без возражение отдам. Возможно вы не понимаете мои намерения или же мотивы, но мне без разницы. То, что он мне позвонил, и попросил защитит вас... Я рад, что он дал мне шанс вернуть его доброту. К тому же, я соскучился по полевым действиям, и слежкам. — Раз, он тебе позвонил, значит Порш тебе доверяет. А его доверие... — Сложно завоевать,– за него закончил Сойер. — Еще один момент. Ты же понимаешь, что после сегодня дня, после того как спас меня, твоя жизнь не станет прежней. Твоя тихая и мирная жизнь закончилась сегодня,– парень помрачнел. — Я знал, на что шел. Если меня поймают, те кто меня ищут, мне придет конец. Возможно, после завершения этой миссии, я либо залягу на дно, либо закажу себе гроб. Иного пути нет. Но уйду с чистой душой, без чувства долга.– Кинн осекся. Так безоговорочно доверят только словам одного человека. И даже пожертвовать самим ради одного человека. Он думал, что в жизни его любимого человека сможет так только он сам, по крайней мере Порче. Но никак не думал и не предполагал, что есть кто-то другой. Почему-то горечь из глубин начало подниматься, жечь и душить. Все таки он и не знал многого о Порше. Или совсем не знал. Порш был прав. Всегда был прав... — Кхун Кинн, знаете что... Не поймите неправильно. Я не хочу вмешиваться, но и промолчать не могу.– его голос стал холодным, серьезным, — То что вы хотели украсить потолок своими мозгами, считаю что это плохо, и по детский. Что бы не случилось с Поршем, он изменился, открылся, протянул руку, всегда был рядом, занялся тем, чем не хотел ради вас. Все ради вас. Порш был вольной птицей и он пожертвовал своей свободой. А вы сразу же решились на суицид, даже не подумав о его чувствах. Он ради вас старался, даже уходя обеспечил вам безопасность. Вы решили смыть все одной пулей. Не жестоко ли по отношению к нему? Сколько бы вам не было больно, нельзя таким способом все решить. Как бы вы не любили его, любящий человек так эгоистично не поступает, просто потому что стало больно и одиноко. Вы наоборот должны бороться, стать еще сильнее и могущественнее. Шагать дальше, несмотря ни на что. Я не знаю, что произошло или происходит между вами и с вашим отцом, но на этой войне Порш не хотел бы видеть вашего поражения. Вот что я хотел сказать.– эти слова были словно как стрелы с наконечниками из осколков, врезавшись в его мозг и сердце. Которые достигли его души. Эти осколки так резанули, итак по открытым ранам, что невыносимо больно, будто покромсали все что внутри него в мясо, превратив в месиво.        Дом Порша выглядел, как и раньше. Выглядит так, как и его натура. Пахнет им. Если долго смотреть, казалось Кинн мог сказать, как и где Порш сидел и ходил. Нахождение здесь, казалось ему адской петлей. Если шагнуть вперед - скатиться вниз по воспоминаниям, сделав шаг назад - обрести себя на вечные муки. Личный ад мафиозника. А ведь он раньше думал, что его будут преследовать те люди, которых убил не моргнув глазом. Тогда это ему казалось чем-то пугающим. Но сейчас на фоне, что с ним творится, все оказалось ничем. — Добро пожаловать в преисподнюю.- прошептал.

***

      — Танкхун, Сойер. Я буду наверху. Когда приедет Ким, скажите мне,– они кивнули. Даже если он был тут единожды, этот путь четко помнит. Комната Порша. Войдя, тут же упал на кровать. Смял собой покрывало, сворачиваясь, калачиком. Притянул к себе подушку. Запах Порша. Такой слабый, но есть. — Порш, ты же меня не бросил? Как же твое обещание? Твоя поддержка? Все пустое слово? Ты правда оставил меня? Если так, почему не забрал меня с собой? Хотя...Мы не смогли бы быть вместе.Такой ангел как ты, непременно попал бы в Рай. А я в Ад. Но даже если так, я бы искупил все свои грехи, чтобы прийти к тебе. Чтобы встретиться с тобой в другой жизни. Если ты будешь рядом, маленький Кинн обязательно вылечится. Не будет закрываться. Будет больше улыбаться, сиять, доверять...

***

3 года спустя        Япония. Сколько раз тут он не был, сейчас казалось как будто впервые. Ведь сегодня он увидит его. Спустя мучительные 3 года. За этот промежуток времени, Кинн знал где находился Порш. Но ничего не предпринял. Не стал звонить, писать, искать встреч. Не стал шпионить. Дал ему время и свободу. К тому же у него самого особо-то не было времени. После того, как стал Главой клана, нельзя было оставить кресло пустовать. 3 года назад когда он подумал, что добился своего, нашел Порша, случилось непредвиденное. 3 года назад. Flashbacks        Его разбудил Танкхун. Сказал, что приехал Ким и ждет его. Внизу Ким и Сойер о чем-то болтали. Увидев Кинна, Сойер встал, пробормотав "оставим вас наедине", вышел из дома с Танкхуном. Мафиозник сел рядом с братом. Какие бы новости не были, он не хотел их слышать смотря в глаза. Заметил, что младший брат что-то сжимает в руке. Внутри прошелся холодок. "Не правда же... Он же не мог просто так умереть..." — Что бы ты не говорил, расскажи все предельно честно. Ничего не скрывая. Изложи все как есть. Обещаю, приму правду, и ничего с собой не буду делать. — Как будто я позволю. Что бы не случилось, ты будешь жить. Вот это ты мне обещай. — Обещаю братец. Уф-ф, рассказывай. — От склада практический ничего не осталось. Пока пожарные доехали, здание полностью сгорело. Благо когда я пришел, полицейских не было. Кажется, они оставили это дело. На предположенном место смерти Порша…– дыхание остановилось. Сердце замерло ожидая ответа. Который, возможно сокрушит его. — На этом месте ничего не осталось. Никакой цепочки,– казалось Кинн забыл как дышать. Легкие отчаянно кричали о нехватки воздуха. Но ему было все равно. Он чувствовал это. Он знал. Порш жив. Его сердце чувствовало. — Но… — Что «но»?! Нет, нет, нет, Ким. Никаких «но». Я не хочу слышать. Ты только что сказал, что Порш жив. Какие еще «но»?! — Успокойся! Не истери! Вот,– разжал ладонь, и протянул, — Нашел эти часы,– часы Порша. Которые он подарил. Его первый подарок. Взял их. Они казались настолько холодными и тяжелыми в руках. Часы с гравировкой инициалов Порша. Порш Патчара Киттисават. — Но, я нашел их снаружи,– слова Кима доносились будто издалека. Уши заложило. Сердце начало колотится, так громко, что ничего не было слышно. — Повтори. — Я их нашел на земле, снаружи склада, но с другой стороны. Черт, Кинн! Приди в себя. Кинн! Брат! Говорю тебе, Порш жив. Этот говнюк не умер. И я найду его для тебя. Слышишь?! Я найду. Ты только подожди. Черт! Сойер!– от переизбытка чувств Кинн потерял сознание.       Когда открыл глаза, вокруг была сплошная тьма. «Где это я? Неужели я умер?». Но услышав истеричный голос Танкхуна, который кажется дрался за выбор ужина, успокоился. Пошарив вокруг рукой, включил светильник. Кровать Порша. На прикроватной тумбочке стоял стакан с водой, рядом те самые часы. Всего лишь аксессуар, но какое счастье он принес. Скоро он увидит владельца, и лично наденет обратно. А пока… Пока, щелкнув застежкой, нацепил на свою руку.       Чтобы найти Порша и его братца, Киму пришлось не спать целую неделю. Добрая половина ушла на поиски, другая половина на уточнение информации. И несколько дней для подготовки самолета. Пришлось попотеть ради этого, пока мишень был на голове Кинна. Корн все еще искал его, и не оставил попыток убить. И вот когда радостный Кинн заходил на борт самолета, пришли новости. Глава клана Тирапанякунов был убит. Корн Тирапанякун умер. Пока он как безумец, пытался убить своего собственного сына, забыл прикрыть свой тыл. Это карма? Кто знает…       Заглушили самолет. Машина вез в особняк. Костюм надет. Похороны. Траур. В голове каша, но среди них лишь один вопрос: радоваться или плакать? Стоя у могилы отца, Кинн долго смотрел. — Отец, ты настолько меня ненавидел? Настолько, что не мог видеть улыбку на моем лице? Что не мог, радоваться за меня? Пока ты был жив, я не был счастлив, и даже будучи мертвым, так же лишил меня счастья.       После смерти отца, все разом навалилось на него. Союзники стали врагами. Многие усомнились в способностях Кинна. Встреча за встречей. С утра допоздна. Но лишь одно не изменилось - каждую ночь он приходил в дом Порша и спал на его кровати. Так и перебрался туда.       1 год без Порша - избавлялся от врагов, находил новых бизнес партнеров. Собирал все дерьмо, который оставил ему отец. Дела в клане оказывается не были радужными, как он думал.       2 года без Порша - укреплял свой статус, свое место внутри мафиозного мира. Так, чтобы все знали, кто такой Анакин.       3 года без Порша - начал легализовать все свои бизнесы, которые под силу. И вот сейчас, уладив все дела, с чистой душой покинул Бангкок. Все эти три года, чтобы не случилось, не снимал те часы. Теперь намерен их вернуть владельцу. Настоящее время        Он ехал на машине весь в предвкушении от их встречи спустя такое длительное время. «Он изменился? Узнаю ли его, как встречу? А он? Не забыл меня? Какая у него будет реакция? Застынет или обнимет? Может скучал?». В голове миллион вопросов. Сердце скакало галопом от волнения. Он узнал, что Порш открыл бар в одном туристическом месте, где рядом было побережье. Кинн был рад от всей души, что он исполнил свою мечту. За это время без него, Кинн много чего понял. Начал смотреть на мир по другому. Почувствовал, что такое «свобода» 18 лет спустя. Те нитки, которые держали его как марионетку, исчезли. Да, он разваливался. Ментально, физический. Казалось его тело сыпалось, как в песочных часах. Ничего не осталось от него. Но это помогло родиться новому Кинну.       Бар закрывался. Кинн специально выбрал это время. Заходя, услышал тихую, спокойную музыку. Хотел дальше пройти, но замер на месте, чуть отодвинувшись назад, укрываясь в тени. Порш танцевал. Посреди бара. В такт музыке. С девушкой. Возможно, она друг, или последний посетитель или же… Дальше думать не хотелось. Танцуя с ней, Порш улыбался. Так же, как раньше ему. Музыка еще не закончилась, но девушка отошла и вернулась с маленькой коробкой в руках. «Я беременна». Эти слова прогремели как гром, по всему помещению. Патчара смотрел то на содержание коробки, то на нее. Будто бы не веря, и в конце обняв ее, поцеловал. Эта радость в его глазах. Она как иголка вонзилась в сердце. Желанные губы, целовали другие. Хотелось, пойти и разъединить их и отстаивать права, по детский. Но какие права? У него ничего нет на Порша, лишь влюбленность. Горечь. Она стояла на кончике языка. Глаза слезились, сердце ныло. Вдруг стало холодно, нестерпимо холодно. Конечности дрожали, казалось он будто сейчас упадет. Мозг не хотел верить в происходящее. Воздуха не хватало. Еле как выйдя из помещения, рухнул на землю и начал жадно глотать воздух. Но сколько бы не вдыхал, без толку. Сам не заметил, как ноги привели его к воде. Словно в бреду, погрузившись дальше, пока давление воды не заткнул уши. Оставив его наедине с его мыслями и ощущениями. Слезы присоединились к соленому потоку, смешиваясь. Он хотел все отпустить, смыть, сдаться. И когда начало не хватать кислорода, перед глазами возникли его братья. Которые ждут его, поддерживают и любят. С ними в добавок и Сойер - его телохранитель. Его обещание Киму, как заядлая кассета, в голове все увеличивалось. Оттолкнувшись ногой от песка на дне моря, выплыл. Чтобы не случилось, он обещал жить.

***

      Кинн Анакин Тирапанякун. Глава клана Тирапанякуов. Ни с кем не встречался. Не женился. Приемника нет. Наследника тоже. Чтобы не произошло, одно лишь не изменилось. Тяжелые часы на руках. Каждый раз надевая их, гравировка сзади циферблата обжигало кожу. Но грело сердце. Сколько бы ему не было холодно, его сердце всегда было в тепле. Ведь он знал, что его любимый человек жив и здоров, исполнил свою мечту и живет счастливо. Еще кое-что. Кинн Анакин Тирапанякун больше не улыбался. Ни разу.

***

      Золотая клетка все еще стояла. Но пустовала. Была надежно закрыта замком, чтобы больше никакая птичка не смогла залететь. Сколько бы лет не прошло, золото из чего она была сделана - не чернела. Лишь все больше сияло. Худшее зло. Каждый раз напоминая о воспоминаниях, проведенных в ней. Можно ли сказать, что Кинн запер себя там навечно, ради любимого человека?