Лепестки вишни, танцующие с ветром

     Все сидели довольные и скорее всего даже периодически пощипывали себя, чтобы удостовериться, что это все реально. Глава большого семейства весь праздник провел как надо, как всегда хотелось увидеть. Классически провести день рождения в самом любимом кругу. О чем еще желать?      Сакура с улыбкой осмотрела стол, на котором остатки праздника остались в виде закусок, фруктов, недопитых напитков и лишнего кусочка торта, а рядом отложенные свечи, которые Наруто задувал вместе с детьми. Она знала, что их друзья поздравили мужа раньше и будто намеренно сейчас стояла тишина, которую каждый из взрослых боялся сглазить. Как бы суперзанятой Седьмой снова не понадобился миру больше, чем якобы собственной семье. На удивление – тишина. Словно весь мир сговорился оставить Наруто в покое от дел хотя бы сегодня. Впрочем, скорее всего сейчас Шикамару отдувается за Хокаге. Сакура даже не удивится, если Нара сделал это втайне от Босса. Не то чтобы Шика такой старательный, скорее Наруто достал вздыхать, что снова может не проведет с семьей нормальный праздник.      Когда в первый раз Наруто пришлось выбирать между днем рождения и работой, Сакура взяла с него обещание, что он может забить на свой и ее день рождения, но ради детей стараться как может. Наруто тогда как всегда улыбался, говорил, что ни за что не пропустит ни один праздник в их тогда еще небольшой семье. Теперь их пятеро, а с родителями семеро. Чета Харуно нормально относилась к тому, что Наруто прибегал в виде клона, что-то дарил, развлекал и порой исчезал в дымке от неосторожного движения. Но когда пришлось пропустить день рождения жены Узумаки потом ходил какое-то время хмурый – расстроился, что не сдержал слово…     И вот дома, никто из АНБУ не ломится в двери, что срочно нужен начальник, никто не отвлекает. Все прошло мило, по-доброму, по-домашнему уютно. Но особенно Сакура рада была видеть счастливых детей. Они липли на папу как маленькие опоссумы на свою маму, а Наруто и рад. Всем уделил время. И с ее родителями пообщался, да и вообще все так по-семейному трогательно. Разве что Сакуре чуть недоставало его внимания, которое она жертвенно отдала детям. Видеть их всех счастливыми – разве это не лучшая награда?      - А потом как все бабахнет! – рассказывала Ханами историю. Сакура не слышала начало истории, так как сосредоточилась на уборке стола, но была более чем уверена, что бабахнуло не без помощи егозы-дочки.      Наруто погладил по голове малышку, они улыбнулись друг другу как в последний раз, понимая шаловливое настроение как никто другой – яблоко от яблони недалеко упало. Еще у девочки на днях выпал последний молочный зуб, и щербатая улыбка добавляла Ханами какой-то отчаянной милоты, которой никогда не было у Сакуры.      Араши, сидящий на коленях папы, клевал носом, но сам уходить не хотел. Родители ушли пораньше, а Сакура, освободившись, подсела к мужу и детям, чтобы тоже поговорить с ними или поиграть.     - Совсем-совсем? – спросил Шиначику и как-то расстроено.     - Ага, - кивнул Наруто.   - А тебе было очень грустно? – расстроилась и Ханами.      - Иногда, - качнул плечами Наруто и поймал взгляд жены, сказав. – Еще и потому я так дорожу этими мгновениями.      - О чем вы говорите? – Сакура потянулась забрать Араши, но Наруто покачал головой, говоря, что сам уложит его.      - Я спросила папу, какой день рождения у него был самый лучший, - сказала Ханами, а сама непривычно грустная сидит.      - Если это этот или что ты сказал – с нами, - задумался Шиначику, - это ужасно, папа… Подумай еще. Ведь был же у тебя хороший день рождения без нас.      Сакура понимала, отчего на лице Наруто недоумение, он расслабился и потому не очень хорошо соображал, как ответить лучше. Зачем-то выбрал честность. Хотя как всегда.      - Так ведь я в три раза счастливее с вами – как может быть у меня еще какой-то любимый день рождения? – выкрутился глава семейства. И ведь не скажешь, что лжет.      - Папа, - Ханами, решительно встала и пошлепала его по спине ладошкой, - не грусти, ладно.      - И не думал. У меня же есть Хана. И Шин. И Араши. И, Сакура-чан, конечно.      Сакура совершенно ясно видела, что Наруто просто перепутал честность с детьми разговору с друзьями. Он не думал жаловаться, ныть, жалеть – это вообще не в духе Узумаки. Наруто просто сказал, что думал на вопрос детей, какой самый счастливый его день рождения.      Однако, когда они с Наруто ложились спать, у нее из головы никак не исчезала некая тоска о прошлом, которого не изменить. Как много она сама могла бы сделать, чтобы Наруто было легче. Но не сделала – по глупости, зазнайству, примеру взрослых – или еще почему, но не сделала.      - Наруто, - позвала в ночи Сакура, - а правда не было ни одного хорошего дня рождения до нас…?      Он сонливо потерся носом о ее плечо, лежа на боку за ее спиной, и обволок руками талию жены.      - Сакура-чан, все нормально, спи…      Она поджала губы. Какая-то горечь и обида разливались по лицу и телу, вынуждая кусать губы от сожаления.      - Прости…                           - За что? – Наруто приподнялся на локте. – Эй… - Узумаки развернул к себе Сакуру и с усмешкой чмокнул в губы. – Все же хорошо. Я ни о чем не жалею. Тогда было сложно, потому что был ребенком, но если все это случилось ради того, что у меня есть – никогда не пожалею. И если надо, повторю свой путь.      - Глупый… Ты должен злиться. Обижаться. Я ведь…      Наруто тихо рассмеялся и прижал к себе жену, поглаживая чуткую супругу.      - Все это прошло. У меня не было ни одного нормального дня рождения до вас. И я сказал детям как есть – лучшее день рождения сегодня, потому что я с вами. Разве сказал не правду? Ты думаешь иначе? Я счастлив, Сакура-чан!      Сакура и сама понимала как нелепа ситуация: она обижается на маленькую себя, что та не была более понимающей и доброй к сироте, пусть и крайне доставучему. А теперь из-за этого Наруто успокаивает ее. Сама себя накрутила, а ему расхлебывать. И ведь рано вставать…      - Прости, я уже успокоилась, - согласилась Сакура. В самом деле: изменить уже ничего не сможет. Только дальше делать лучше и все, что в ее силах - этого достаточно. И тут она вспомнила, что уходя спать, Шиначику что-то прошептал отцу на ухо с каким-то непривычным ему коварством, отчего Наруто покраснел и не нашел что сказать. – А что тебе Шин рассказал?      - Э… - замялся Наруто и от него будто пар пошел.      - Говори! – Сакура приподнялась, уткнувшись ладонями в его грудь и всем видом грозности лица убеждала, что ее любопытство требует немедленного ответа.      - Ну… - Все еще непонятно отчего смущался Наруто. – Он сказал, что знает - день рождения шесть лет назад у меня точно удался, и на Араши посмотрел…      - Да? – она задумалась – а что было шесть лет назад…? И тут тоже раскраснелась. – Ты думаешь он знает?!      Сакура спрятала лицо на груди нервно хихикающего мужа, открывая для себя новое: ее старший сын, которому через месяц будет всего десять, начинает кое-что понимать в отношениях мужчин и женщин? Ведь шесть лет назад они в эту ночь зачали Араши. Определенно день рождения удался.