Чувства - темный лес

      Если бы кто-то спросил Арсения о его девизе, он бы пафосно произнес подслушанное в «Сватах» — «El pueblo unido jamas sera vencido». Ходил бы с высокомерным лицом, не признаваясь, откуда эти строчки, и грозя жестокой расправой любому, кто раскроет его страшный секрет.       Ну, в теории.       На самом деле девизом Арсения была фраза «В смысле нет?» — негласным, конечно. С самого детства он привык получать то, что хочет. Можно подумать, что у него были во всем потакающие родители, подносящие все своему сыночке-корзиночке на золотом подносе, но и тут все совершенно иначе — Арсений рос в классической строгой семье, где компьютер включался вечером на час, чтоб успеть сделать уроки, на день рождения дарился только тот подарок, который был нужен, а не тот, о котором мечталось, а домой он приходил исключительно до темна, даже зимой.       Прожив в подобных условиях буквально всю свою жизнь, Арсений научился всеми правдами и неправдами получать то, что ему нужно. Не всегда, конечно, получалось, но он все равно пытался разруливать ситуацию так, что та поворачивалась к нему более выгодной стороной. Если он знал, что желаемого добиться не выйдет, то даже не лез — зачем, если так в разы спокойнее?       Договориться с родителями поступать на актерское у Арса не получилось — он даже не пытался, зная, что услышит в ответ, зато выторговал переезд в Питер, чему был рад даже больше. Ну, лучше учиться в экономическом в Санкт-Петербурге, чем на актера в Омске, правда же? А параллельно с учебой вполне можно пойти на курсы актерского мастерства — уж что-что, а красиво играть он за годы жизни с родителями точно научился!       Да и за деньги там точно не откажут.       Когда Арсению сказали, что на курсы его не берут по причине полного отсутствия хоть какого-то таланта, он сначала не поверил. Тупо переспросил: «Нет?», — услышал подтверждение и впервые в жизни нажрался в слюни.       Тот вечер он помнил плохо. Вот они сидят с Сережей на его кровати и пьют водку, закусывая соленым огурцом — тому родители с собой передали кучу банок с консервацией, чтоб любимый сын не помер с голоду в недружелюбном Питере. Вот Арсений слезно делится своей трагедией, а Сережа кивает со сложным лицом. Вот сосед с жаром обещает что-то скинуть, говорит попробовать и вообще «я за тебя волнуюсь, Арсюх, ну низзя так!». Вот Арсений блюет в фикус между этажами общежития…       На следующий день, когда комната перестала косплеить собой чайник Рассела с орбитой вокруг Арсения, все запасы воды и сорбентов были выпиты, а желание отдать концы снизилось с критической отметки до «жить можно», он наконец залез в мессенджеры. Не глядя смахнул новости и рекламу, нехотя посмеялся над мемами, ткнул неправильно в опроснике Науки и только после этого добрался до чата с Сережей — там висела одна-единственная ссылка. Спросить его напрямую возможности не было, тот уже успел куда-то умотать с утра. И как только встал?       Ссылка вела на выпуск TED Talk, где харизматичный азиат рассказывал свою историю о терапии отказами. Что? Ходить и специально слушать, как тебе говорят «нет»? Это уже что-то из садомазо, но Арсений-то любит понежнее.       Разбавляя свой рассказ шутками, азиат рассказал о том, что страх услышать отказ тормозит многих людей, и те плавают только своем болоте, не развиваясь дальше, теряют выгодные возможности, выбирая только то, что стопроцентно сыграет.       Арсений залип в ноутбук. Он что, тоже такой? Да нет же, он часто в своей жизни слышал отказы, да, старался их избегать, но ведь всем неприятно, когда им говорят «нет».       Всем же?       А что, если из-за своего же нежелания принять отказ, он и не поступил на актерское? Он ведь даже не говорил об этом родителям, вдруг бы те приняли? Или он бы отстоял свое мнение — в видео также рассказывалось, что не всегда отказ означает категоричное «нет», иногда можно поговорить с человеком, узнать его взгляд на ситуацию, объяснить свой, и тогда «нет» магическим образом превращается в «да».       Черт, он же даже не знакомится ни с кем, боясь, что его обсмеют и пошлют.       Арсений решает попробовать. Сроки везде говорят разные, вообще это считается месячным челленджом, но он собирается продержаться хотя бы неделю. Если будет сильно болезненно — бросит. Он не по садомазо, помните?       Начинает он на следующий же день, пока идет с универа в общагу. Просто подходит к рандомной женщине на проспекте, которая выгуливает собаку, и просит дать ему тысячу рублей.       — В смысле? — она ошарашено оглядывает Арсения с ног до головы, пока тот краснеет, бледнеет, потеет и отчаянно хочет провалиться под землю. Он едва слышит ее слова через шум крови в ушах и истерично бьющееся сердце.       — Ну дайте, — выдавливает он из себя, чувствуя, что критично близок к обмороку.       — Нет! Молодой человек, я сейчас полицию вызову! — женщина нервно натягивает поводок с миниатюрным шпицем.       Арсений отчаянно кивает и практически бежит к ближайшему скверу, останавливаясь возле лавочки, чтоб отдышаться. Боже, какой позор! Что о нем только люди подумают?       Но люди не думают ничего. Женщина скрывается из виду, а всем остальным абсолютно плевать на то, какой ураган эмоций сейчас бушует в отдельно взятом Арсении.       Так, это страшно, но ничего же катастрофического не произошло? Да, ему не дали денег, но он бы и не взял, в том-то и смысл всего мероприятия — нужен отказ.       В этот день Арсений больше не экспериментирует, у него руки дрожат еще пару часов, но на следующий после пар он подходит к смешной девчонке с хвостиками и просит укусить мороженое, которое она увлеченно ест. Девочка — наверняка еще школьница — оглядывает его подозрительным взглядом, но быстро улыбается и протягивает вафельный стаканчик.       — На!       Арсений теряется сильнее, чем если бы ему отказали. В смысле «на!»? Это же отвратительно, там куча ее слюней и бактерий! Кто вообще дает свое мороженое левому чуваку, который выше тебя на две головы и старше?       Девчонка хохочет, наслаждаясь его выражением лица.       — Ты капец смешной! — она с удовольствием лижет подтаявшую шапку пломбира. — Зачем спрашивал тогда, раз не хочешь?       — Ты должна была сказать «нет»!       — О! — протягивает она уважительно. — Социальный эксперимент? Психологический тренинг?       — Больше второе.       — Здорово! Тогда нет. Иди в пень! И удачи.       Девчонка салютует ему мороженым и перебегает дорогу на загоревшийся зеленый. Арсений смотрит ей вслед с полнейшим непониманием.       По дороге домой он еще решается попросить покататься на Лексусе мужика, припарковавшегося у супермаркета, услышать агрессивный посыл нахуй и поспешить подальше, пока водитель не решил самолично придать ему ускорение. Арсений в принципе и не против, но нежностью тут тоже не пахнет, а он не по… Ну вы поняли.       Всю следующую неделю Арсений пристает ко всем встречным-поперечным с вопросами разной степени всратости. Он просит соседку выгулять ее собаку, на что получает сначала отказ, а потом узнает, что это не потому, что ему не доверяют, а потому что миловидно выглядящая такса способна откусить незнакомцу столь маняще торчащие из-под джинс щиколотки. Он просит померить очки какой-то незнакомой девицы, та внезапно соглашается и они делают кучу забавных селфи с Арсением в очках-сердечках. Он просит сделать ему бесплатную шаверму в ближайшей лавке, и ему, естественно, отказывают, но потом суют флаер на пятнадцатипроцентную скидку.       В воскресенье Арсений выходит из общаги и медленно плетется по проспекту, не имея определенной цели и маршрута — вышел, потому что невыносимо сидеть в четырех стенах. За эту неделю он перепробовал кучу разных поводов услышать «нет», и пусть не всегда получалось, но он… привык? Сердце больше не пыталось вырваться с грудной клетки, он не нервничал так, как в первый день, а отказ даже радовал. Иногда к отказу присоединялись и полезные плюшки, вроде той же скидки на шаву, которой он сразу же и воспользовался, так что одни плюсы.       Арсений решает, что неделя еще не закончилась, так что нужно заколебать еще какого-то несчастного предложением, на которое невозможно ответить положительно. В сквере, куда он приходит, людей совсем нет после недавно закончившегося дождя, так что он решает подойти к единственному мужчине, что сосредоточено кормит булкой голубей, сгорбившись на мокрой лавочке.       С каким предложением — решит по ходу, в конце концов импровизировать у него получается совсем неплохо.       — Здравствуйте, — вежливо начинает он, присаживаясь на край лавки.       Мужчина переводит на него озадаченный взгляд, и Арсений с удивлением понимает, что это вполне себе парень его возраста, ну может чуть старше — настоящий возраст скрывается под густой щетиной и в ворохе кудрявых волос.       — Привет. Мы знакомы?       — Арсений.       — Антон.       — Теперь знакомы, получается.       Парень улыбается, отряхивая руки от булочных крошек и протягивает руку. Арсений ее аккуратно пожимает и совершенно игнорирует влажную ладонь, вглядываясь в смешливые морщины у глаз собеседника, в пухлые, слегка обветренные губы.       — Ты что-то хотел? — Антон заинтересовано поднимает брови.       — Да. — В конце концов, Арсений уже столько раз получал отказ на этой неделе, но еще ни разу не получал по морде. — Поцелуешь меня?       Спрашивает и зажмуривается. Ну дурак же, кто за язык тянул?       Три секунды, пять, десять ничего не происходит, и Арсений аккуратно приоткрывает один глаз, надеясь успеть закрыть, когда в него полетит кулак. Но Антон только смотрит смешливо как-то и кивает.       — Давай.       — В смысле? — Арсений в удивлении распахивает не только глаза, но и рот. Брюки на заднице начинают пропитываться дождевой водой.       — В прямом. Сам предложил же.       Какой-то сюр. В видео о таком не предупреждали!       — Прям тут? — тупо спрашивает Арсений.       Антон вместо ответа тянется к его лицу, перехватывает по очереди то верхнюю, то нижнюю губу, и Арс видит, как у него дрожат ресницы на прикрытых глазах. Свои он тоже закрывает и наконец нормально отвечает на поцелуй.       Они не углубляют, целуются почти невинно, по-детсадовски, отрываются друг от друга меньше, чем через тридцать секунд. Арсений чувствует себя рыбой — фу, уберите, и его вместе с ней, — когда глупо открывает и закрывает рот, пялясь на Антона. Тот довольно улыбается.       — Так со мной еще не знакомились.       — Пиздец. — Арсений закрывает пылающее лицо руками. Что это вообще было?       Антон аккуратно касается его руки, прося на него посмотреть.       — Ты сегодня вечером свободен? А то у меня есть два билета в кино, а меня час назад бросили, — он машет телефоном в воздухе.       Арсений облизывает горящие после поцелуя губы — чертова щетина, наколола! — и медленно кивает.       В конце концов, это он должен получать «нет», а не сам его произносить.