Чёртов Чон Чонгук или придурок по жизни

Темнота. Не видно даже своих ног, если посмотреть вниз, складывается ощущение, что буквально паришь над землёй. Но есть ли она тут вообще? Лия оглядывается и не видит ничего, кроме пустоты. Это напрягает. Нахмурившись, она снова оглядывается вокруг и не видит даже собственной тени. Тело само по себе начало трястись: то ли от холода, то ли от ощущения страха, который пробирается мурашками по телу. Она его хорошо ощущает, словно он вот-вот сольётся с Лией воедино. Сбоку виднеется какой-то слабо заметный силуэт. Прищурившись, девушка хочет подойти чуть ближе, чтобы разглядеть, что это, но тусклый свет становится больше, разрастаясь в объёмах, нависая над ней. — Ха! Не добилась! Прожила столько времени, думая, что все её разлюбили, а по итогу... Жалкая... Ты изгой... Уйди из этого мира! Голос разносился громом в поглощающей темноте, буквально разрывая тишину на части, нависая над маленьким тельцем Лии. Лицо было похоже... Размыто. Приглядевшись, она не смогла понять, кто это мог быть, даже очертания были едва различимы. Руки дрожат сами по себе, неосознанно; она понимает, что это сон, но ничего хорошего этот сон не предвещает. Силуэт пропадает, оставляя за собой шлейф ветра и потухающие искры. Неожиданно появляется несколько таких ярких огней, больших и маленьких, все они о чём-то говорят, кружась вокруг Лии, из-за чего та падает на колени, хватаясь за голову. Грязные, уму не постижимые вещи, от которых хочется разрыдаться, одно за другим проносятся сквозь голову. Знакомые голоса, в которых Скотт узнаёт и голоса родителей, давнишних друзей, какие могли быть, и новых знакомых, которых она хочет знать, как друзей. Как дементоры, которые высасывают энергию, только тут всё проходит сквозь тебя. Сердце вот-вот остановится от такого наплыва эмоций, кажется, что даже самая густая тьма уходит из-под ног. — А я лишь... — эхо, что разносится и ударяется о невидимые стены. До боли знакомый голос... Слёзы стали ощущаться на лице, убрав их тыльной стороной ладони, Лия смотрит снизу вверх на силуэт, который вот-вот столкнётся носом с неё. — Эгоистка. — Эти слова, заставляют всё тело содрогнуться. — Самовлюблённая девчонка. Глаза сами собой увеличиваются. Этот голос и эти черты: она узнает их из тысячи. Чонгук? — Неблагодарная тварь, которая противоречит сама себе. Ты сгниёшь в самовласти, поняла? — он словно растворяется в воздухе, оставляя трясущее тельце в одиночестве. Эти слова... В голове колоколом отпечатываются, как звонящие удары, повторяя раз за разом, рассеиваясь эхом по кромешной тьме. Из груди так и норовит выскочить сердце, пытаясь сбежать, сверкая пятками. — Это в твоей голове, — разносится где-то у правого уха. В этот момент всё как-будто останавливается. Паника уходит, отпуская сердце из крепких оков, успокаивая и приводя в спокойный ритм. Капли пота, что стекают по вискам, высыхают вместе со слезами. — Подними глаза. Медленно, со страхом, Лия поднимает взгляд, видя перед собой себя. Размыто, непонятно, но можно узнать. А рядом с витающим двойником стоит снова Чонгук. В его глазах нет презрения, как было у первого, его взгляд мягче, тёплая улыбка растапливает леденящий ужас внутри. Улыбка её самой тоже приводит в чувства, но осадок остаётся. Такое ощущение, что они вдвоём помогают подняться на ноги. Вокруг постепенно растворяется темнота, но не уходит насовсем, оставаясь доминирующей. — Научись доверять, так же как научилась писать и излагать. Пойми меня правильно. — Она протягивает руку, чтобы помочь подняться с колен, одаривая заплаканное лицо девушки мягкой улыбкой. Такая? У меня улыбка? — Всему в жизни надо учиться. Открывает глаза, сердце сильно бьёт по ушам. В глазах рябит, а комната еле-еле показывает свои силуэты. Сев резко на кровати, девушка, пытаясь отдышаться, постепенно старается прийти в чувства. Лоб весь сырой, руки дрожат, а голова тяжёлая, как будто надели чугунный котёл. Что делать в такие моменты? Эти сны. Стали один за другим появляться почти каждую ночь, наводя ужас при пробуждении. И только одна-единственная ночь, когда Лия смогла спокойна поспать, была с Чонгуком. Стоит ли это делать? Даже не ответив на свой вопрос и встав с кровати, выходит в длинный коридор. Скотт смотрит сначала в одну сторону, затем в другую, прислушиваясь к подозрительным звукам. Голова всё ещё немного тяжёлая, а в глазах рябеют силуэты, но ничто из этого не останавливает её от настигнувшей мысли. Вздыхает, ноги сами ведут туда, куда сейчас больше всего хочется. В голове всё ещё всплывают эти жуткие образы, ноги немного трясутся, каждый раз хочется дёрнуть ими, чтобы сбросить это колкое ощущение. Только не Чонгук, только не он в таких кошмарах, это был первый раз, когда он появился. Приоткрыв тихонько двери, Лия заглядывает в спальню Чонгука, глядя в сторону кровати. Спит. Щёлкнув замком, девушка на носочках подходит к кровати, мигом ложась рядом и укутываясь одеялом, прижимаясь крохотным телом к массивной спине Чон Чонгука. Его запах тут же впивается в ноздри, а тёплая кожа ощущается сквозь плотную ткань пижамы. Даже не смотря на всё это, эта аура чувствуется всё же сейчас. На душе становится теплее, голова постепенно становится немного легче, что-то внутри успокоилось и уснуло вместе со Скотт. Глупый поступок. Но это то, что ей сейчас очень нужно. Доверять. Научиться доверять? * * * — Ублюдок! — Тэхён с силой ударяет кулаками об стол, нервно сжимая губы. Кэти, потягивая чай, внимательно наблюдает за реакцией своего любимого мужа, ничуть не удивляясь ей. Сколько бы она ни говорила, что Чонгук ему не сын, а он не отец Чонгуку — всё бесполезно. Вот она, эта крепкая мужская дружба, которая начинается с детства. Не задавая вопросов, она терпеливо ждёт, когда Тэ сам начнёт рассказывать, что произошло. — Я каждый день звоню ему, но он не только не отвечает, но и скрывает от меня что-то! — мужчина нервно поправляет волосы, зачёсывая их назад, и продолжает сжимать губы. — Я хочу помочь, а он, как обычно, оставляет меня наедине с моими чувствами и эмоциями! Бесит! Слегка усмехнувшись, девушка закатывает глаза, листая новостную ленту в интернете. Сплетни, разного рода контент о положении страны и многие другие провокационные статьи. * * * Чон стал чувствовать себя очень странно. Он уже довольно долго живёт в Англии, и с течением времени мысли в его голове становятся невыносимыми. Всё чаще задаётся вопросом: почему он так легко согласился поехать к Лие? Кто она для него? И кто он сам для неё? Чувства, которые он испытывал до этого времени, сейчас кажутся ему чуждыми, как будто он сам их себе навязал. Девушка, которая каждый день смотрит на него и находится рядом, уже не та, от одной мысли о которой его сердце трепетало. Она словно очередной человек, который не стал тем, кто ему нужен. Или он хочет так думать, чтобы отвернуться навсегда и не мучить себя? В чём же причина? Может быть, он сам во всём виноват? Постоянная тревога сводит с ума. Вопросы, на которых нет никакого ответа. Мысли, которые постоянно крутятся в голове, уже надоели. Само понимание о их присутствии сносит крышу, конкретно так давя на мозг. За эту ночь тело впервые так сильно затекло от одного положения. Растерев сонные глаза, мужчина почувствовал, что к нему кто-то прижимается. Неловко повернувшись, он видит спящую Лию. Не на шутку удивившись, Чон приподнимается на локтях, глядя на неё, разглядывая это сонное милое личико, маленькие ручки, пухлые губы, длинные тёмные волосы. Поправив их, он осторожно прикасается к уху, поглаживая, а следом целуя в щёку. Нет, это всё те же чувства, а всё остальное — лишь сомнения. Что бы не произошло, он, кажется, всё равно будет всем для неё. Даже если она этого не захочет, даже если она сбежит ещё дальше и попытается его забыть — пусть она пользуется им. Как угодно, для чего угодно. Лишь бы знать, что она счастлива, а всё остальное неважно. Полюбовавшись ей ещё недолго, Чонгук решает немного похозяйничать. Встретившись на кухне с кухаркой, он просит у неё помощи в приготовлении завтрака. Женщина посмотрела на него с лёгкой усмешкой, но сразу же одёрнула себя, с радостью соглашаясь помочь. Немного возни на просторной кухне, пара яиц со скорлупой и ожоги о горячую посуду — и завтрак готов. Довольно улыбнувшись, он от всей души благодарит мисс Джейн — имя кухарки — за помощь, и уходит в сторону своей комнаты. Все всё давно поняли. И слышали. Причины осуждать? Никаких. Осторожно открыв дверь, Чон видит, что девушка уже не спит. Заходит в комнату с завтраком, и её выражение лица резко меняется. — Я подумала, что смутила тебя и ты сбежал... — Лия неловко отводит глаза, немного приподнимаясь с кровати. — Нет, я просто готовил завтрак, — Чонгук улыбается, ставя рядом с девушкой поднос с их едой. Его взъерошенный и измученный вид слегка смешит Скотт. Посмотрев на то, что он принёс, она с интересом хватает поджаренный хлеб, кладёт на него бекон, а сверху горячий и вкусный омлет. Откусывает огромный кусок, жуя так, словно она ела последний раз много лет назад. Чонгук, наблюдая за ней, открывает рот в недоумении, забывая о том, что хотел глотнуть свежесваренного кофе. — Что? — Ты всегда так ела? Что это за богоподобный бутерброд? — он указывает на то, что сейчас ест Лия, пребывая, если так сказать, в лёгком шоке. — М, попфробуй, — девушка с набитым ртом протягивает ему свой шедевр, позволяя укусить, чтобы понять, насколько это вкусно. Он не медлит и откусывает небольшой кусок. Сок бекона вперемешку с нежным омлетом и хрустящим белым хлебом сразу же даёт о себе знать, армагеддоном отпечатываясь на вкусовых сосочках Чонгука. — Ты права, — с таким же набитым ртом отвечает мужчина. Довольно улыбнувшись, она доедает, что осталось, запивая чаем. Кофе она перестала пить пару месяцев назад, скорее именно тогда, когда сюда приехала. Почему-то резко перехотелось его пить. — Хочу снова попросить прощения, — тяжело вздыхая, начинает Лия, ставя допитую чашку обратно на поднос и вытирая губы салфеткой. — Не стоит, — прерывает её Чонгук. Она в недоумении косится на него. — Я понял, что давил на тебя, возможно, в очередной раз. Я просто хочу помочь разрешить эту ситуацию как можно скорее и придать это огласке, так как эта тема ещё никому неизвестна. Может быть, мы будем первооткрывателями в этом? — подшучивает он. — Я лишь хотел, чтобы другие люди могли тоже об этом знать, потому что тут сайт для интернет-авторов, а у других это могут быть сайты посерьёзнее, вот и всё. Можно сделать всё и тише. Задумавшись об этом сейчас, Лия поняла, насколько она была эгоистична вчера. А ведь Чонгук прав, ведь если это произошло и с ней, каким-то жалким сайтом для выпуска работ, то у кого-то другого дела могут обстоять куда серьёзнее, если человек, который придумал это, пойдёт на куда более безумные поступки. — Я была резка, как всегда, и думала только о своём благополучии. Стыдно, как ни крути, — пожимает она плечами, убирая волосы в небрежный пучок. Чон отставляет в сторону поднос с доеденным завтраком, раскладываясь в ногах на кровати, внимательно слушая Скотт. Глядя на это раскаяние, Чонгук расплывается. Он полностью осознаёт, что эта женщина для него всё, что может только существовать для человека. Она воплощение всех его мечтаний, всех его образов и идей, когда-либо мелькавших в мыслях. Прошлого словно не существует больше, всё то стёрлось из памяти, навсегда покинув его, и больше не мучает. Даже если он будет страдать когда-либо, то он будет понимать, что это его осознанный выбор, и что готов служить этой женщине до конца своих дней, лишь бы она была счастлива. Даже если он об этом пожалеет, она никогда не узнает о том, о чём он думает. Она никогда не узнает, что он влюблён в неё настолько, словно во сне, затуманенный влюблённостью, но лучше так, чем страдать как-то иначе. Он тянет девушку на себя, она с тихим писком валится на Чона сверху, начиная смущаться, как пятнадцатилетняя школьница. Щёки краснеют, неловкость на лице сразу проскальзывает, а глаза бегают из стороны в сторону. Чону нравится эта реакция, и он знает, что будет её часто наблюдать. Утягивает её в поцелуй, Лия прикрывает глаза, ощущая на губах солоноватый вкус бекона, сладкого омлета и истинный привкус кожи Чонгука.