Чёртов Чон Чонгук или придурок по жизни

Все в зале начали балаганить. Камеры без устали продолжали щёлкать, а вспышки ослеплять глаза. Тэхён, раскрыв рот, устремил взгляд на Чонгука, который стоял так, будто ожидал этого поворота. Лия, сжав зубы, старалась спокойно контролировать эмоции и не накинуться с кулаками. Руки чесались, сердце билось в бешенном, бессчётном ритме, а глаза наполнились яростью. Гул по залу стал разрастаться. Журналисты на фоне долгой паузы после появления основателя крупной IT компании буквально начали сходить с ума. Все стали толпиться, давить друг друга, чтобы задать вопросы, которые то и дело рождались в их головах на глазах. Охрана старалась угомонить всех и создать тишину, но это выходило с большим трудом. — Соблюдайте тишину! — Что вы подразумеваете под парадоксом? Вы создали новый вирус? Он сможет угрожать мировой безопасности? — Почему вы были нацелены конкретно на Лилиан Клоу? Вы знали, что автором являлась она? Вопрос. И снова вопрос. Хаос начинает поглощает пространство, которое буквально недавно казалось необъятным. Пространство начинает сужаться, Лия чувствует, как вся эта суматоха давит. Лёгкие не могут набрать достаточно воздуха, которому неоткуда даже взяться. На виски давит, всё тело превращается в один большой лимон, из которого не перестают выжимать сок. Чонгук оглядывает весь этот хаос. Журналисты ведут себя не на шутку устрашающе. Он командует охране, чтобы те жёстче контролировали ситуацию, и объявляет паузу, чтобы дать эмоциям людей утихнуть, хватает за мятый рукав мужа бывшей жены и уводит его отсюда. Отведя его в дальний кабинет на этом же этаже, он силой толкает его в стену, тут же хватая за грудки. Капельки пота с лица Дерека блестят от света, что просачивается сквозь большие панорамные окна. Мешки под глазами и смешанный горько-сладкий запах дают понять Чонгуку, что он давно не первой свежести, хотя попытался выглядеть аккуратно. Если сравнить его с человеком на свадебных фотографиях, то можно подумать, что это два совершенно разных мужика. Прям мужика, мужчиной у Чона не поворачивается язык его назвать. Вены на руках Чонгука вздуваются от перенапряжения, также как и на шее, глаза наполняются уже явной яростью, капля пота, что катится по виску вниз, тоже говорит о том, что Чона это всё напрягает. — Знаешь, я думал, что я ошибаюсь, но, видимо, моя чуйка, в большей степени, меня не подводит, — чуть ли не рычит Чон на Дерека. — Какого, мать его, хрена!? — Чон слегка приподнимает его, держа за костюм, и ударяет о стену снова. Дерек тут же кряхтит от ударов, задыхаясь. Дыхание не успело восстановиться ещё от его пробежки по лестнице, во время которой он спешил сюда, а он уже снова должен испытывать нехватку кислорода. Дерек не винит Чона в его реакции, она вполне оправдана, но совсем не так он представлял себе эту встречу, хотя и такое можно было предположить. Надо сказать ему спасибо уже за то, что делает это всё не на публику. — Я понимаю твои чувства, господин Джей, — кое-как проговаривает тот. Рассвирепев ещё больше, Чонгук снова ударяет его о стену, только с ещё большей силой. — Не смей меня так называть, уж точно не тебе так меня называть! — Согласен, но в этой стране порой так положено. Чонгук отпускает его, поправляя пиджак на своих плечах, и нервозно зализывает волосы назад. Дерек падает от бессилия на пол, откашливаясь от комка в горле, который не отпускал всё это время. Ситуация выглядит по-настоящему странной. Присев за стол, Чонгук делает парочку глубоких вдохов и, закатив глаза, рукой указывает на стул, чтобы мужчина сел. Дерек, подняв взгляд на него, при этом сидя на полу, неуверенно поднимается на ноги, отряхивает руки и усаживается напротив Чон Чонгука. Чёртового Чон Чонгука. Секундная пауза помогает обоим успокоиться, хотя Чону хочется для начала разукрасить это противное лицо. Но чтобы всё пошло по плану, нужно оставить это напоследок. — Это я сделал. Я пришёл сюда, чтобы во всём признаться и рассказать, что это, — первый начинает говорить Дерек. Поправив растрёпанные волосы, он откидывается на спинку стула, пытаясь начать формулировать свои мысли. — Я знал, как будто, — не удивляется Чон, пожав плечами. — Что это такое? —Нервничает. Чон даже не понимает, с чего начать спрашивать. — Это... — мужчина зажмуривает один глаз, ведя головой из стороны в сторону, чтобы подобрать нужные слова для объяснения. — Некий программный код, который я разработал очень давно. Достаточно сложный, потому что нацелен на очень сложный принцип. Было тяжело сделать так, как это выглядит сейчас. Да, это определённо совсем ненужная вещь в мире технологий, но она когда-то освободила душу твоей бывшей жены. Чон фыркает на упоминание Уильямс. Дерек как будто пытается проверить его реакцию на эту фамилию. Но единственная реакция, которая может последовать — отвращение. — Да мне плевать, кому это облегчило душу, — огрызается Чонгук. — Как работает этот программный код и что он делает? И почему вы его сделали? Что вообще, блять, вы натворили? Дерек, сжав губы и кулаки, пытается не наброситься на того, но понимает, что только больше наживёт себе трудностей, которых он ни в коем случае не хочет, ведь понимает, что и так получит по заслугам. Тяжело выдохнув, он кладёт руки на стол, глазами бегая по спокойному лицу напротив, и начинает рассказывать с самого начала. — Я тогда только начинал вариться в сфере IT-технологий. Мечтал открыть собственную компанию с крутыми специалистами и развивать эту сферу и развиваться при этом сам. Я был помешан на кодах и на том, что этими простыми, для меня, комбинациями можно создать, — мужчина начинает рассказывать это совершенно другой интонацией. Чон замечает, как он погружается в то время его амбиций и стремлений. Как он тогда хотел быть тем, кем он, по сути, является сейчас. — Кризис. Потом снова кризис. Снова неудача, и я в какой-то момент даже отчаялся, хотя уже имел какое-то начало, совершенно неизвестное и низкоуровневое. А потом, пришла она, — Дерек, снова упомянув ту, кого Чон считает никем, начинает наблюдать за реакцией. Ничего. Может, только лишь злость, гнев. Неприязнь. — Расстроенная, заплаканная, совершенно утратившая смысл жизни? Не знаю, я особо не дружу с описанием человеческих эмоций, но когда увидел её, захотел их изучить. Кто она, что она, зачем и откуда тут появилась. Я, честно, не знал... — Дерек указывает на сидящего напротив Чона, что с такой невероятной силой сдерживает себя, чтобы услышать всё самое основное, пропуская всё лишнее, ведь это так важно для Лии. Не для него самого — для Скотт. — Мы разработали с ней программный код, исходя из её желаний. Она говорила, я думал и делал. Я был удивлён тому, на что, оказывается, способен, а она восприняла это так, как-будто это просто, но я не могу её за это судить. Незнающего человека сложно судить, — бормоча под нос, Дерек дёргается, возвращаясь обратно к мысли, — с помощью этой программы можно переписать адреса, чтобы картинка, а точнее содержание того или иного элемента, отличалась. В данном случае, это аккаунт, на который заходила госпожа Клоу, — Дерек тяжело выдыхает, произнося это имя. В его голове до сих пор не укладывается, что они натворили вместе с Эмили. Но, как он уже сказал, незнающих сложно судить — нужно разглядывать большое количество сторон, чтобы полностью увидеть истинную картину. — Если простым языком: активность не видна, если она заходит в свой аккаунт, как автор. Все её работы выкладывались в пустоту, а точнее, были отправлены в облако, доступ к которому был только у нас с Эмили. Чонгук, не выдержав, громко ударяет по столу, соскочив и желая его перевернуть. Но это не вся информация, точнее, он услышал то, чего не ожидал услышать. Не всё, ведь, как получалось это на устройствах, когда она заходила сама, как читатель? Она же должна была это заметить? И зачем им были нужны её работы? Дерек, отодвинувшись от стола, глазами, полными ужаса, смотрит на Чона, который готов разорвать его в клочья прямо здесь. — Вижу, ты не торопишься набить мне морду, — перебивает мысли Чонгука Дерек. — Она, — он слегка притормаживает в словах, ведь понимает, что Эмили будет тем человеком, который, по итогу, вместе с ним огребёт по полной программе. Но вся эта боль и обида, которую он терпел всю эту ночь, говорят о том, что это не самое страшное, что могло произойти. Страшное случилось тогда, когда он дал волю своим чувствам и эмоциям. — Что она? Почему даже с другой стороны автор не мог увидеть то, что действительно происходило? — Очень просто. Камеры. Блокировка. Или другие способы биометрии. Чонгук округляет глаза. — Каждое устройство, что переходило на этот сайт тут же начинало наблюдать за пользователем. Когда я только ввёл этот «вирус» в сеть, камера тут же отсканировала её данные. Каждый телефон сейчас обладает биометрией, поэтому она попала в открытый доступ, и каждый раз при поптыке входа с любой стороны всё автоматически блокировалось из-за её лица или отпечатка, возможно даже голоса? Чонгук падает на стул, не веря, что такое вообще можно провернуть. Это — настоящая катастрофа человечества, ведь если технология попадёт в ещё более страшные руки, чем эти, то грядут ужасные вещи, да такие, что можно будет смело вернуться в каменный век. — Если об этом узнают, то другие мошенники и хакеры используют это против любого человека. Ты понимаешь вообще, что ты наделал? — Да, — твёрдо отвечает тот, но в глазах при этом горят позор и отвращение к самому себе. — Я до этого дня сидел, словно на гвоздях, боясь, что это можно будет использовать не только против одного человека. Я лично каждый день контролировал её шаги на протяжении стольких лет, и вот, это всё вскрылось, я увидел рассылку о конференции и понял, что если об этом расскажут на публику, кто-нибудь точно начнёт искать информацию и углубляться в это. Хотя вы уже сказали слишком много и взломать такой код достаточно сложно, я уверен, что найдётся тот, кто это сделает. Чонгук хватается за голову. Осознавая, что это глобальная катастрофа, он понимает, насколько безумна оказалась Эмили. И всё это на фоне... — И всё это из-за меня... — проговаривает Чонгук. — И всё это из-за того, что она ревновала меня к книгам этого автора, — причитает. Дерек лишь медленно кивает, соглашаясь с этим выводом. — Но что ещё хуже, если говорить конкретно про мисс Клоу, — Дерек отводит глаза в сторону. — Говори. Говори живее, — процеживает сквозь зубы Чон. — Те книги, которые заканчивала Лилиан Клоу, были изданы под другим именем и названием. Они издавались и успешно продавались по всему миру. У ложного автора, в роли которого выступает Эмили. У неё уже есть миллионы читателей. Чонгук не верит, что сейчас слышит. Этого просто не может быть. Как он это упустил? На фоне всех проблем? Из-за развода и разбитых чувств? Из-за злости и угрызений совести? Из-за поисков ответов на вопросы, которые были слишком глупы, а ответы были перед носом? В глазах начинает темнеть. Представляя это всё в своей голове, он понимает, что всё началось из-за него и что Лия в очередной раз получит удар поддых. Тот факт, что это может полностью сломать её, он не простит никому, включая себя. — Она сумасшедшая... — дрожащим голосом проговаривает Чонгук, утыкается в стол локтями и опускает голову на руки, пытаясь на ходу что-то придумать. — А ты — ведомый человек, который не понимает ответственности за то, что может по итогу создать. Ты тот, кто может угробить мир своими амбициями и слабостью, потому что ум у тебя есть и ещё какой. — Говорит человек, который также сейчас зависим от женщины, — ухмыляется мужчина. — Да как ты смеешь сравнивать это с собой. Я и от неё был зависим. У меня и от неё когда-то сносило крышу. Но именно это и доставило мне такую боль, с которой я живу сейчас, но при этом я не сделал ничего такого, что сделал в итоге ты, ведясь на её уловки. Я вырос и создал редакцию, которая помогает авторам со всего мира творить и не бояться показывать это свету. А ты буквально угробил такого человека своим «новшеством». Дерек понимает, что Чон прав. Один создал, чтобы помогать, а другой— чтобы разрушать и бояться, постоянно переживать и надеяться не быть пойманым. В этом, скорее всего, их отличие. Но они оба понимают, что такими их сделала та, которая сейчас даже не подозревает о том, что происходит. Дерек облегчённо выдыхает. На душе становится немного, но легче. Опустив глаза в стол, он собирается уйти, но его останавливает прилетевший в щёку кулак. Боль окутывает всё его лицо, рука автоматически устремляется к ушибленному месту, как будто бы это уменьшит эту боль. Чонгук потряхивает рукой после удара, желая сделать ещё парочку. При взгляде на валяющегося на полу Дерека это желание возрастает в тысячу раз. Можно было бы и вовсе избить его до полусмерти, но, тяжело вздохнув, Чонгук с пустыми глазами выходит из этого кабинета. В ушах стоит гул. Как будто стало ещё больше сложностей. Никого вокруг не замечая, он облокачивается на стену, скатываясь по ней и присаживаясь на корточки. Взявшись за голову, он словно видит – перед глазами мелькают возможные исходы, какие-то мысли и идеи, как можно избежать глобальных последствий, но по итогу тело окутывает паника. Не получается взять себя в руки, в память врезаются воспоминания из прошлого: одинокий вид у большого окна в собственном доме, на улице дождь, а на душе пустота. Агрессивные быстрые шаги из отдела в отдел, из-за чего сотрудники порой боятся вздохнуть. Постоянные чувства тревоги и пустоты. Словно ничего было не нужно. И спасали лишь короткие возвращения к любимым историям. — Чонгук?.. — слышится где-то сквозь пелену. Чонгук поднимает глаза и чувствует, как его плечи, а потом и лицо кто-то трогает, пытаясь привести в чувство. — Чонгук! — Лия пытается растолкать его, сидящего на полу, с битыми костяшками и взъерошенными волосами. На белой рубахе виднеются еле заметные следы крови, наверное, задел руками и испачкал. Их не было почти час, и журналисты начали возмущаться пуще прежнего. — Чонгук, тебе нужно срочно встать! Прямо сейчас, ну же! Скотт прикладывает как можно больше усилий на то, чтобы привести Чона в чувства. На нём нет лица: кожа бледная, глаза шире прежнего и не понятно, из-за чего. Что он узнал, чтобы сейчас быть именно таким? Оглянувшись через плечо, девушка видит, как из дверей конференц зала выходят люди с камерами и блокнотами: злые, недовольные. Как только они замечают вдали молодых людей, все тут же кидаются в их сторону. Всё как в замедленной съёмке. Снова бесконечное мигание вспышек, что ослепляет глаза. Вопросы. Такое чувство, что в глаза насыпали песка. Чонгук не понимает, что происходит, тело ломит от ощущений и напряжения. Он сделал глупость, за которую придётся ответить.