Вроде как пара теперь.

Обычная кофейня-забегаловка, практически в центре района Каннамгу (Сеул). Среднестатистическое заведение, созданное в основном для клерков, обитающих в офисной части этого района. Забегающих сюда в дикую рань за стаканчиком молочного мокко или двойного латте. Работникам приходится довольно тяжко обслуживать клиентуру на самом рассвете солнца. Тем более что после утреннего наплыва наступает промежуток нулевого посещения — в районе 10 утра и до самого обеда. Сотрудникам необходимо себя чем-то занять в это «свободное время», чтобы не уснуть по пути в кладовую или к барной стойке. Площадь заведения от самого его входа не особо большая. Всё пространство уходит вглубь складских помещений и одного большого зала. Но двум сменщикам вполне реально поместиться на маленьком клочке за баром. Один выполняет роль администратора, а второй — квалифицированного бариста. — Как я ненавижу это время.. Юнгии, меня это убивает. Почему нельзя просто закрыться на пару часов и поспать? Уже сорок минут никого нет. — устало хнычет, расплываясь на высоком стуле со внутренней стороны барной стойки. Обращается к напарнику, раскладывающему кофейные таблетки в упаковке в паре сантиметров от него. — Не ной. Третий год с тобой работаю, и каждый день одно и то же слышу. — Но я не спал нормально почти неделю.. как ты не понимаешь? — А я, по-твоему, в другом часовом поясе работаю? Так же, как и ты, Техен, заебался уже. — Ага, кто бы говорил. Работу с учебой только я совмещаю. — продолжает спор, с каждым разом возмущаясь на тон выше. — Всё, ты меня задрал. Я пошел спать! — встаёт со стула и лениво плетётся к комнате стаффа в конце коридора, показательно хлопая дверью. Проспав почти до часу дня, с учётом того, что скрылся от прицела камер в центре кофейни ещё в 11, выходит из комнаты, туго заправляя фартук на бёдрах. Вслушиваясь в обстановку зала, улавливает нотки гула и постоянно открывающейся двери кофейни с мерзким колокольчиком на ней. — Блять, да неужели.. — бубнит себе под нос и ускоряет шаг, торопясь как можно скорее в общий зал. — Я тебя прибью, Тэхен, отвечаю! — шипит мужчина, буквально освещая заспанное лицо парня своим оскалом. — Прости.. — на это лишь получает озлобленный взгляд и кучу чеков в руки. Клиенты — далеко не постоянная штука. Они могут не появляться в течение всего дня, создавая пробелы в кассе. Или же ввалиться толпами, когда этого никак не ожидаешь. Сложно уследить за этим процессом, когда ты находишься в центре этой богадельни. — Засранец.. — шипит ещё более злобно, мелькая с десятью капсулами в руках от стойки до кофемашин. — Я же извинился. — быстро влившись в кипящий работой процесс, уже носится по залу, расставляя у столиков кружки с напитками и мини-десерты к ним. Изредка ловит на себе взгляд порядком замотавшегося Юнги, который всё это время пытался успеть за двоих. — Юнги.. здесь поменяли заказ с латте на два драй капучино, переделай, пожалуйста. — подлетает к барной стойке, указывая пальцем на табличку с номером столика. Внутри страх и предсказание дикого ора. — Ты видел эту очередь? Мне их сначала отпустить нужно. — без остановки вращается по тому же маршруту, уже на автомате выдавая людям напитки. — Ну, пожалуйста, хёён. — немного подпрыгивает на месте, привлекая больше внимания к себе. — Ладно, только отвали сейчас. К началу четвёртого столики сами собой постепенно пустеют. Остаётся всего пара посетителей, уткнувшихся в ноутбуки. За стойкой бардак, да и в зале тоже. Тэхен старательно пытается не обращать внимания на сидящего за баром напарника. Специально отходит подальше, вглубь зала с тряпками и салфетками в руках. Но, увидев призывающий к себе жест, тут же подходит. — Ширинку застегни, придурок. — после сказанного следует ухмылка и самодовольное выражение лица. — Что? — парень тут же бросает тряпки и тянется под съехавший на бок фартук, который и приоткрыл вид на нижнее бельё. — Ты чем там занимался, а? — из мужчины вылетает резкий, гогочущий смех, так что тот не в силах сдерживать. — Спал я, спал. Отвали. — Аа.. теперь ты у нас посылаешь, да? Жалко, что я снял камеры в подсобке. Уверен, там было бы целое порно-шоу. — Да пошёл ты! — негодуя, возвращается к работе и отходит подальше, чтобы скрыть красные от неловкости щёки и трёхэтажный мат у себя в голове. За все три года он уже четвёртый раз попадается на этом моменте в рабочее время. Юнги, как по щелчку, как будто специально, всегда оказывался в нужном месте и в нужное время. Успев оценить и размер, и уже полюбившееся ему выражение лица во время процесса: прикусанные губы, длинные тонкие пальцы и горящие глаза. Но никогда не мешал и не заходил до последнего, чтобы не спугнуть сие зрелище, максимально контролируя своё любопытство. Проработав по отдельности в разных частях зала почти два часа, Техен возвращается за бар, выловив момент, когда Юнги там не окажется. Он устал слушать эти скользкие шуточки и насмешки со стороны старшего, но понимал, что сам навлёк на себя это. Пока Юна не было, Тэ успел отдать ещё пару заказов, уже не пытаясь отлынивать от работы. — Эйй.. смотри, что у меня есть. — мужчина подобрался незаметно и неожиданно, слишком близко, хлопая дверью подсобки. Стойка была довольно высокая и полностью скрывала нижнюю часть тела стоящего за ней, оставляя посетителям вид на голову и верх торса. Это дизайнерское решение много раз спасало сотрудников, но вот для Техена эта скрытность от посетителей сыграла совсем по-другому. — Что ты делаешь? — хочет обернуться и посмотреть на всё происходящее, но оказывается сильно прижат руками и чужим телом. — Взгляни.. — просовывая руки через талию прижатого, протягивает маленькую веб-камеру. Совсем уж по-хозяйски укладывает голову на дрожащее плечо. — Да что тебе надо? — проглатывая вязкую слюну, ждёт, пока грубые мужские пальцы щёлкают по монитору, настраивая аппаратуру. В кадре появляется Тэ. Запись сегодняшнего утра. Как раз тот момент, когда он самодовольно решил устроить себе часик отдыха в рабочее время. Парня резко сжимает внутри от страха, колотит. Он знал, что будет, если промотать определённый отрезок времени, и что там можно увидеть. Но никак не предполагал, что его могут снимать. — Ну и нахера ты мне это показываешь? Что такого в том, что я улёгся спать? Я же заранее предупредил, зачем пошёл. — старается не нервничать и по максимуму оправдаться, чтобы не вызвать дотошных вопросов. — Давай-ка немного отмотаем, примерно на полчаса. Думаю, тебе понравится. — делает всё, что задумал, косо наблюдая за тем, как меняются чужие эмоции. — Боже.. — пытается высвободиться, пока не поздно, но, заметив свою постепенно обнажающуюся фигуру на мониторе веб-камеры, резко затыкается и прекращает какие-либо действия. — Смотри, как ты возбудился. Даже пяти минут не прошло, а ты уже дрочишь и весь сочишься. Не стыдно? — улавливает отвёрнутую голову одной рукой и поворачивает прямо под прицел камеры, заставляя смотреть. — Убери это.. — просит как можно жалобней, в надежде, что тот поведётся. — С чего бы? Сейчас будет моя любимая часть. Так жаль, что я этого не слышал, пока работал за двоих, а мог бы заглянуть на твой голосок. Хоть камера и маленькая, на ней отчётливо видны все эмоции на лице, движения руки по стоящему члену, дрожание и предвкушение наступающего оргазма. — Мне вот что интересно: от чего наш малыш так возбудился? Ты так сладко стонешь.. Может, сделать погромче, чтобы и они услышали? — ухмыляется и показывает взглядом на клиентов. — Да убери ты уже! — повышает тон, привлекая пару глаз всё ещё сидящих за столиками посетителей. Вырывается из хватки и, теряясь в пространстве, пытается убежать в комнату персонала. — Кууда? — тут же перехватывает, останавливая его на полпути. Возвращает обратно, ещё сильнее и настойчивей прижимая к себе. — Отпусти.. — шипит и пинается, покачиваясь из стороны в сторону в попытках высвободиться. Но делает только хуже: ведь благодаря этим незамысловатым движениям задница Техена слишком уж удачно соприкасается с пахом мужчины. А тот даже не старается отстраниться. Наоборот, каким-то чудом минуя униформу, пробирается к штанам, а точнее к тому, что они так прелестно облегают. — Ты куда лезешь, скотина? — брыкается ещё сильнее, вращаясь и отпихивая прилипшее к нему тело. — Не вертись, а то спалишься — и будут проблемы. Ты и так уже нас чуть не выдал своими орами. Просто постарайся быть тихим и не потревожить наших гостей. Больше никак не реагируя на попытки бегства, просовывает руку в почти висящие на талии штаны. Облапав обе половины, ползёт к ширинке. Для собственного удобства расстёгивает её. Поглаживает еле-еле выпирающий бугорок и резко сжимает его, при этом крепко держа тело, зажимая между высокой стойкой и достаточно сильными бёдрами. — Тебя разве не возбуждают такие ситуации? Как-то даже странно, учитывая твои запросы в истории браузера. Не просветишь меня, что ты там пытался найти? «Секс в общественном месте, пассив сходит с ума от оргазма в прибрежном ресторанчике». Жалко, что наше кафе не на берегу моря, а то бы словил джекпот. — усмехается, выдавливая наигранные нотки сарказма вперемешку с сожалением. — Ты следишь за мной.. — тело холодеет, а руки впиваются в поверхность стола от сдавливания и интенсивного поглаживания уже полноценно стоящего не по своей воле члена. — Ты уселся прям над камерой. Мне не составило труда приблизить изображение. — назло небрежно толкается и зажимает головку между фалангами. Перебирает ими как можно нежнее и аккуратнее, массируя и размазывая мокрое место. Постепенно снимает мешающиеся брюки, которые, не коснувшись пола, остаются висеть на чужих ляжках. Растирает округлые ягодицы, легонько шлёпая по ним. Оттягивает нижнее бельё и, смачивая руку в слюне, пропускает её к отверстию. Не входя, водит по кольцу и шипит от вида прогнувшейся спины. — Т-ты входить собрался? — округлившимися глазами смотрит прямо, даже не смея обернуться. Лишь поглядывает на камеры в зале, которые сегодня чудом отвёрнуты от зоны, где находится стойка. — Я всего лишь поиграю. Но если ты хочешь, могу и войти.. — наклоняется и дышит в шею, подпитываясь запахом. От таких манипуляций Техен самопроизвольно наклоняется, провоцируя тем самым на большее. Дышит, совсем не ощущая воздуха в своих лёгких. Инстинкты и не вовремя раскрытые секреты при столь интригующей ситуации не дают ему нормально думать. Мозг сам проецирует венистые руки и сильные плечи, которые так тесно зажимают его на глазах у людей. Признаваться в этом не хотелось, но гуляющие без каких-либо видимых препятствий руки и толчки, имитирующие то, в чём сейчас он нуждался, вынудили его скрывать закатывающиеся от мурашек глаза и трясущиеся коленки. Осматривая тело, мужчина вдруг на секунду выпускает Тэ из объятий, расстёгивает ширинку своих свободных джинс и, убирая бельё, уже начинающее намокать, приставляет головку к заднему проходу. Крепче зажимает тело одной рукой, не давая ему ступить и пары метров. Второй смачивает ладонь и снова проводит по складкам между половин. — Будешь орать — нас уволят, и тогда я точно солью твою домашнюю порнушку в общественном месте. — после сказанного остатками вязкой жидкости на руке смазывает налитый кровью член и не спеша, для пробы, проезжается между двумя половинками, растирая их. Техен не совсем в сознании, даже прекратить это не может, поскольку оцепенел и зажат с новой силой. Лишь молится, что чужие толчки будут медленными и он сможет остаться тихим и незамеченным. Пользуясь прострацией и непониманием происходящего, Юн, не теряя времени, входит только головкой, убирая и стягивая вниз поднимающееся бельё вместе со штанами. Не спешит, давая привыкнуть, зная о последствиях и висящей в самом центре камере. Добавляет слюны и уже беспрепятственно и не так болезненно для второго погружается глубже, на четверть. Старается задеть как можно больше нервов и венок. Техен сжимается от непонятных ощущений: боль от проникновения прошла, а наслаждения не наступило. Только холод от мокрых пятен слюны. Сжавшись, делает себе только хуже, потому что слышит довольное рычание у под ухом. То видимое препятствие, которое он создал, не мешает мужчине продолжить. Он входит на половину, начиная немного подмахивать бёдрами. Держит руки на талии и заставляет прогнуться в пояснице. Первый, достаточно сильный толчок сопровождается рычанием и тихим мычанием с добавлением лёгких конвульсий. Юн старается не причинять много боли, дожидается прилива приятных ощущений, чего добивается с помощью еле слышных постанываний и шептания на ухо. — Как тебе обзор на камеру? Не хочешь потом снять её и посмотреть, что получилось? — с каждым новым вопросом толчки усиливаются, а Техен всё больше расслабляется. Юнги как только можно контролирует глубину, не проникая меньше чем на половину. Тэ, оперевшись одной рукой о стол, другой закрывает рот, чтобы ненароком не застонать на всё заведение. Постоянно выходя и смачивая член слюной, проникает вновь. Маневрирует между состоянием боли и эйфории. Всё ещё сильно удерживая, натягивает на себя, погружаясь глубже, и заполняет свободное пространство. Сгибая тело пополам, меняет угол проникновения. И уже не смущаясь количеству народа в помещении, попадает ровно по нервам, получая взамен усиленное громкостью мычание — на порядок выше и эмоциональнее. Прячет лицо в чужое плечо и выдыхает горячий воздух, провоцируя мурашки. Техен всё это время не сдвинувшийся с места, на ощупь находит чужую руку, крепко державшуюся за талию, и перемещает её на низ своего живота. Соединяя руки вместе, надавливает фалангами на паховую зону, не касаясь собственного члена, прекрасно ощущая выпуклость внутри. — Чувствуешь? — после произнесённого сильнее вдавливает пальцы в живот, от чего стонет, забыв перекрыть рукой рот. Возглас разносится по залу, привлекая внимание посетителей. Пара глаз сразу устремляется на барную стойку. Перепугавшись, Юнги тут же останавливается и выходит, не закончив начатого. Ослабляет хватку и отходит от Техена на пару шагов, не забыв в ту же секунду застегнуться и упрятать стояк под фартук. Буквально через пару минут, когда взгляды утихают, снова зажимает, не давая вздохнуть. Вновь пробирается в оставленную открытой ширинку, заполняя своей ладонью всю неровную поверхность. Шебуршит под фартуком в поисках нужного объекта, и когда находит, уже не спешит оголять, а лишь массирует через ткань белья. Даже через одежду вновь прикованный и зажатый в тиски умудряется истекать природной смазкой, пачкая ладонь. — Молодой человек, молодой человек? Извините, вы ещё работаете? Я вижу, у вас ещё есть гости. Не могли бы вы приготовить мне эспрессо. — возле стойки, по левую сторону, недалеко от стоящих сотрудников, откуда-то появляется мужчина пожилого возраста. Вежливо просит свой напиток. Стоит, не совсем понимая, что происходит. Наблюдает за раскрасневшимся бариста. — Техен, примешь заказ? — открыто издевается, зная, что тот даже не в состоянии ответить. Отступает чуть подальше, лишая себя близкого прикосновения, но руки не убирает. И чтобы ухудшить ситуацию, специально сильно сдавливает сочащуюся головку, что уже насквозь пропитала нижнее бельё. — Аахх.. да, конечно.. ч-что вы заказали, можете повторить, пожалуйста? — Эспрессо большой. — присаживается за стойку, делая свой уровень обзора чуть выше, чем у просто стоящего человека. — Я так полагаю, вы будете пить напиток в зале? — интересуется Юнги, рискуя быть раскрытым за свои действия. — Да, здесь больше света и компания, к тому же, хорошая. — в процессе разговора удобно размещается на стуле, перекладывая свои вещи на второй. — Замечательно. — язвит мужчина, прикрываясь искренней вежливостью. На время выпускает вымоченную в смазке руку из чужих штанов, незаметно вытирая её висящим рядом полотенцем. Техен, получивший секундную возможность и доступ к кофемашине, разворачивается спиной к ждущему клиенту. Выбирает нужную кофейную таблетку для варки, параллельно застёгивая ширинку и поправляет съехавший фартук. — Не спеши это делать, я ещё не закончил. — шипит на ухо, быстро поравнявшись с убежавшим от него. — Стойка высокая, даже если он сидит, он не заметит, чем ты тут занимаешься. — Я занимаюсь? Да ты совсем ошалел! — отпихивает от себя чужую руку, стремящуюся прижаться к талии. — Тшш.. ты чего такой буйный? Готовь кофе клиенту и будь тихим, иначе я включу маленькое устройство, которое ты так опрометчиво погрузил в себя, будучи под прицелом моей камеры и типа спящим в моё отсутствие в комнате для персонала. («Так вот почему он не входил полностью, почувствовал..») — мысли мгновенно путаются от количества информации, но какой-то ответ сообразить всё-таки нужно. — Удачи, придурок, оно на пульте управления, а пульт у меня в.. — Проверь-ка свои кармашки, лапуля. Уже на своих словах Техен судорожно пополз руками к карманам, где должен был храниться ключик к его удовольствию, но, переведя взгляд на до нельзя противную ухмылку, понимает, что теперь точно встрял. — Да ты издеваешься! — выражение лица тут же меняется от страха до ненависти, а руки с силой сжимают горячую кружку готового напитка. — Эй! Извините, вы скоро? — отвлекаясь от телефона, спрашивает мужчина, выжидая свой заказ уже дольше, чем он готовится. — Да, конечно. Вот ваш кофе. — натягивает улыбку и отдаёт кружку. — Опусти фартук ниже и спусти штанишки. — голос тихий, но пугающий своей властью над ситуацией. Отходит чуть в сторону от посетителя и оттаскивает Техена за собой. — Я не буду этого делать! Ты больной? — У тебя особо выбора-то нет. Был бы, если бы посторонний не сидел так близко к нам. Я бы тебя пожалел, а тут такая возможность поиграть. К тому же ты ведь всё ещё не хочешь, чтобы тебя слили. — усмехается, крутя в руках тот самый пульт. — Хорошо, но обещай, что не включишь его, пока мы в зале. Смена кончится — и делай что хочешь. — Разумеется. — встаёт впереди, скрывая за плечами неохотно раздевающегося напарника. Максимально настороженно осматривает мужчину, получившего свой заказ, который даже не реагирует на телодвижения за стойкой. Когда Техен остаётся в полном неглиже ниже пояса, прикрытый только лоскутами длинного фартука, тот осматривает его, поворачивая голову, и молниеносно произносит: — Ой.. — специально роняет десертную ложку и ныряет под стол, к чужим ногам. Устроившись максимально комфортно насколько это возможно, пробирается холодными руками к своей изначальной цели. Техен шикает от ледяного прикосновения к своей плоти, чем вызывает странный взгляд со стороны сидящего почти напротив мужчины. — Прости, лапуля.. — слышится где-то из-под стола. — Да пошёл ты. — проговаривает куда-то в пустоту, но тут же замолкает от приятно мокрого ощущения внизу живота. Чувствует, как горло постепенно заполняется вставшим от обволакивающей теплоты рта членом, как пальцы, постепенно обхватывающие ствол, давят на венки, разгоняя кровь по всей длине. — Твою мать.. — еле шевелит губами, чтобы не вызвать лишнего подозрения своими разговорами, пока не слышит сладкие причмокивания внизу. От этого чувства ещё больше обостряются, а картинка стоящего перед ним на коленях и восхитительно сосущего становится яснее. Мужчина не упускает возможности поработать языком на его идеальном размере. Поэтому с особой тщательностью вылизывает самый кончик, собирая на нём все соки. Углубляется сильнее, больше, задевая все нервные окончания, которые отправляют Техена в чертоги сознания. Тот чудом держится на ногах, опираясь руками по обе стороны о выступ на столе. Пытаясь спрятать своё лицо, опускает голову вниз, скрывая набухшие вены на висках и закатывающиеся от неги глаза. Но это решение неправильное, ведь он тут же сталкивается с тем, что стоит перед ним на коленях и по основание заглатывает и обсасывает член как леденец. Слюни по всему лицу, сомкнутые в трубочку губы, так красиво проезжающиеся по налитому кровью органу, готовому излиться прямо сейчас. Не в силах на это смотреть, закрывает глаза, но в ушах звенит еле слышный стон, и явно не его. Тэ, побоявшись, что их могут услышать, пинается, попадая прямо в колено, от чего мычание становится ещё громче. — У вас всё хорошо? — спрашивает клиент, всё ещё сидящий на месте, попивающий свой кофе. — Вполне. — сдерживается, стараясь не слишком повышать тон, чтобы тот не был схож со стоном. А в голове пролетает мысль: «Пиздец, как не вовремя». — У вас модельное лицо. Что вы делаете в этом забытом модой месте? — Работаю, чтобы покрыть расходы за учёбу и отдых. — постепенно бледнеет, ведь вся кровь ушла в напряжённый, подёргивающийся от чужого языка член. — Надо же, как интересно. Не хотите сладкого? За мой счёт, разумеется. — указывает на витрину с выставленной на ней продукцией. — Нет, спасибо. — чтобы наконец прекратить это, медленно начинает двигать бёдрами навстречу заглатывающему по основание рту. — Я бы угостил вас, а вы взамен рассказали бы о себе. Мне нужны такие красивые лица. — минутная пауза и нервное мотание головой в знак отказа. — Не могу, я на работе и не ищу знакомств. — судорожно вцепляется пальцами в стол и выпускает воздух через нос. — Жаль.. я думал, вы заинтересованы в деньгах и одиноки. Ведь так? Моим моделям не к чему отношения во время показов и фотосессий. У вас ведь никого нет? — Н-нет.. — толкается как можно быстрее и напористее, но при этом тихо и более-менее незаметно. Пока уже потрескавшиеся губы ласкают и сквозь заговор выстанывают его имя. Мужчина в процессе не забывает и о себе, оглаживая свой больно упирающийся член в штанах. Ластится, буквально мурлычет от ощущения наполнения и скорого завершения. Обводит тонкий край плоти кончиком языка, играя с уретрой, и помогая себе рукой. Просовывает его в узкое отверстие и сжимает губы, впитывая вытекающую смазку. Успевая так же следить за нитью разговора наверху. И, услышав слово «нет» от трясущегося Техена, вслепую нажимает на кнопочку устройства, которое находилось в выключенном режиме, внутри слабо держащегося на ногах. Почувствовав странный прилив вибрации по телу, Техен понимает, что совершил фатальную ошибку, ответив отрицательно. Сгибается ещё больше в длине и держится на весу только за счёт своих рук. Мычит как можно тише от неумолимо повышающейся вибрации в теле. Буквально скулит, потому что Юнги, дабы отомстить за неправильный ответ, сжал головку, не давая ему кончить. — Я бы хотел предложить вам более оплачиваемую работу в журнале, чем быть на побегушках у не очень доброжелательного к вам напарника. — У нас всё в порядке, не переживайте. И это не совсем ахх.. к-к месту. — Вы бы согласились на модельную карьеру и плюс сопровождение меня на разные мероприятия за дополнительную плату и продолжение? На этом моменте ярости Юнги настал предел. Обильно смочив, выпускает член изо рта и резко надрачивает, параллельно включая самый мощный режим вибратора. Глаза Техена тут же закатываются, и из груди вырывается стон, похожий на писк. Всё трясёт, а руки, вытянутые по бокам, уже не в состоянии держать вес — сгибаются, и тело теряет равновесие. Юнги, не дожидаясь, пока лужа в виде Тэ рухнет на пол, по-хозяйски властно, но до безумия тихо командует: — Тшш.. кончай, сладкий.. — полностью скрывшись за мебелью, умудряется смачно поцеловать обессиленного в нижнюю часть губы, случайно прокусив её. Выскакивает из-под стойки, вылавливает Техена под руки и усаживает его на пол. Мужчина, сидящий за баром, мягко говоря, шокирован происходящим и вылупленными глазами осматривает неизвестно откуда появившегося Юнги. — Извините, вы уже допили свой кофе? — Д-да.. — Тогда советую не принимать близко к сердцу слишком впечатлительного работника и удалиться из кафе, потому что мы скоро закрываемся. Или же будете привлечены за незаконные мероприятия, на которые вы посещаете в сопровождении молодых, а возможно, и несовершеннолетних парней. — Соблюдайте субординацию! — подрывается со стула, совсем позабыв про упавшего на его глазах человека. — А вы — манеры. — Всего хорошего. — кидает деньги за кофе на стол и удаляется из кафе. — Посиди здесь, хорошо? Ты хоть живой? — смотрит вниз, где, распластавшись на полу, оперевшись о стойку с внутренней её стороны, сидит Техен. — Я-я же просил не включать.. — Ну прости, я же должен был как-то его выпроводить отсюда. К тому же зал уже пустой. Я выключу камеры, и мы продолжим в подсобке. — Я хочу в зале, здесь за баром. — Смотрю, ты ещё не отошёл от моих манипуляций. Мне же на руку: ты уже весь мокрый, да и смазка не понадобится.