Генри Стикмин: Приключения в Германии

Генри, Эвелин и их дети стояли в вестибюле аэропорта, дожидаясь своего самолёта. Сегодняшний день обещал быть для них лучшим в жизни, ибо на работе Эвелин, какая-то её хорошая знакомая, предложила вывезти её семью...в Германию! Женщина авансом дала Эвелин около пяти тысяч евро на четыре дня, которые им предстояло там провести. Долгое время Терренс, Генри-младший и Меган не могли дождаться пятницы, когда должен был состояться отлёт. И когда эта долгожданная пятница наступила, вся семья светилась от счастья! Рядом с супругами лежали их чемоданы и рюкзаки. Генри смотрел на соседние самолёты, Терренс как обычно просматривал свой блог в телефоне, Эвелин смотрела на табло и на часы, ну а Генри-младший и Меган бегали вокруг чемоданов и смеялись. Так прошёл примерно час, пока не зазвучал громкоговоритель: - Внимание! Рейс "США-Европа" прилетает на шестую взлётную полосу! Время прибытия - 14:05. Конечная остановка - Берлин, Германия! - Дети, наш рейс объявили! Идёмте! - крикнула Эвелин. Родители взяли большие чемоданы и сумки, а дети надели на плечи свои рюкзаки. Затем семья подошла к взлётной полосе номер шесть и стала дожидаться прилёта. Спустя пять минут на полосу приземлился большой голубой пассажирский лайнер. Внутри он оказался очень просторным и светлым: удобные тройные синие кресла со столиками и абсолютная чистота, как в операционной. - Наши места - 14 - 18. - сказал Генри-старший. Генри, Эвелин и Терренс сели в пятом ряду, А Генри-младший и Меган сели напротив. Когда весь салон наполнился пассажирами, в него зашла бортпроводница в небесно-голубой форме и в шапочке. Конечно же, куда в самолёте без инструктажа? Безопасность - прежде всего! Однако мало кто слушал женщину и её разъяснения. Только Терренс всё слушал и выполнял всё, что она говорила. Спустя пять минут самолёт взлетел. Это было нечто...даже не известно как назвать столь взрывные и счастливые ощущения одним словом! - Мы летим выше облаков! - сказала Эвелин, сидящая у иллюминатора. У всех аж дух захватило! Особенно у Меган. Ей часто снились сны о полёте и она всегда мечтала полетать, а теперь, когда эта мечта сбылась, радости её не было предела. Семья хорошо проводила время в самолёте, но спустя время полет начал казаться настоящей бесконечностью. То чувство, когда вначале испытываешь восторг, когда взлетаешь, а потом он резко меняется на скуку. Было уже немного утомительно. Меган стало нудно больше всех, так что она взяла свой альбом для рисования и начала рисовать, просто чтобы хоть как-то скоротать время. На страницах были нарисованы Топпаты, солдаты Правительства и происходящие с ними события. Какое-то время было тихо, как в морге, но ситуацию изменил разговор какого-то мужчины и его жены, сидящих напротив кресла Меган. - Schatz, hier ist ein Künstler! (нем. Дорогая, здесь художница!) - сказал мужчина своей жене. В самолёте конечно же были и немецкие туристы, и некоторые из них заинтересовались Меган и её рисованием. И даже несмотря на то, что Меган была образованной и знала пару немецких слов, ничего понять не удалось. Немецкий мужчина был примерно лет сорока, худого телосложения и чёрными короткими волосами. У него была приятная лёгкая щетина и выразительные зелёные глаза, а одет он был в зелёную рубашку и легкие брюки. Что касается женщины, она была довольно красивой голубоглазой шатенкой с пышными волосами до плеч. Одета она была в синее джинсовое платье. - Wow, das ist das erste Mal, dass ich ein solches Potenzial in einem kleinen Mädchen sehe! (Ого, впервые вижу такой потенциал у маленькой девочки!) - сказала женщина, жена мужчины, начавшего разговор. - Unglaublich! Sie legt buchstäblich ihre Seele in die Bilder! (Невероятно! Она буквально вкладывает душу в образы!) - сказал пожилой человек лет семидесяти с седыми пышными усами и в коричневом жилете, сидящий на заднем сидении. - Du machst das gut, Schatz! (Хорошо справляешься, дорогая!) Услышав немецкую речь, Генри и Эвелин вытаращили глаза, не зная, что ответить. - Простите, но я вас не понимаю. - ответила Меган. - Oh, sie ist sicher Amerikanerin! (Ох, она же американка, точно!) - вновь сказал пожилой человек. - Hanna, du bist die Begabteste in Englisch. Kannst du mit ihr umgehen? (Ханна, ты самая одарённая в английском. Можешь поговорить с ней?) - сказал черноволосый мужчина. - Natürlich, Franz. (Конечно, Франц.) - ответила женщина, имя которой как уже стало понятно - Ханна. Ханна заговорила уже на понятном для Меган языке: - Прости. Мы просто увидели, как ты рисуешь. И ты рисуешь замечательно! - Спасибо, но это просто быстрые наброски. - Это даже еще лучше! Ханна оказалась очень проста, но в тоже время и довольно милой в беседе. Пожилой человек и муж Ханны, Франц в это время стояли у кресла Меган и наблюдали. - Kannst du sie bitten, etwas Extravagantes zu zeichnen? (Можешь попросить её нарисовать что-нибудь экстравагантное?) - спросил пожилой мужчина. - Glaube nicht, dass ich es übersetze, Rudolf. (Не думай, что я стану это переводить, Рудольф.) - возразила Ханна. Генри и Эвелин в это время старались, не проявлять никаких признаков того, что они сидят прямо напротив немцев. Эвелин не учила немецкий даже в колледже, а Генри так подавно. Внезапно, Франц, присмотревшись в альбом Меган, заявил: - Hey, es ist Toppats! Ich habe im Radio davon gehört! (Эй, это же Топпаты! Я слышал о них по радио!). И сказал он это неспроста. На страницах действительно были нарисованы члены клана Топпат, с которыми Меган была давно знакома: Реджинальд Копперботтом, Правая Рука, Кэрол Кросс, Свен Свенссон, Берт Кертис и другие знакомые. - Sie sagen, es sei ein friedlicher Kompromiss zwischen ihnen und der amerikanischen Regierung gefunden worden (Говорят между ними и американским правительством нашёлся мирный компромисс). - продолжил Франц. - Стоп, вы знаете Топпатов?! - внезапно спросила Эвелин. - Знаем ли мы? История о них стала легендой! - ответила Ханна. Стикмины, Ханна, Франц и, как оказалось, их тесть Рудольф начали разговаривать. Впервые за весь полёт удалось хоть как-то разрядить обстановку. Эвелин не сказала, что она дочь генерала правительства, ибо скорее всего немцы бы не поверили. Но тем не менее, вместе они замечательно провели время вместе, болтая и изучая новые немецкие и английские слова. Так никто даже и не заметил, как самолёт начал заходить на посадку аэропорта Берлина. Перед уходом семья Стикминов от всей души попрощалась с Ханной, Францем и Рудольфом. И...да. Наконец вот она, столица Германии! Когда Стикмины пошли по аэропорту, Эвелин внезапно остановилась с вытаращенными глазами и открытым ртом посмотрела в даль. - Эвелин, дорогая, в чём дело? - спросил Генри. - Рейхстаг! Там вдалеке Рейхстаг! - крикнула Эвелин и указала пальцем на большое здание вдалеке. Это действительно оказался он, величественный Рейхстаг, со своим знаменитым зеркальным куполом на крыше рядом с которым развеивались немецкие флаги. Стикминам уже не терпелось подойти к зданию парламента, а потому они ускорили шаг и с гордостью вышли за территорию аэропорта, глубоко вдохнув. Даже воздух после Америки казался более свежим, чем дома. - Приключения, мы идём! - сказал Генри. - Hallo Berlin! Guten tag, Deutschland!( Здравствуй, Берлин! Добрый день, Германия!) - сказал Терренс. - Принимайте гостей, господин Рейхстаг. - сказала Меган с восторгом смотря в сторону купола здания парламента. Семья тронулась в путь в сторону здания.