Пиковая Масть или Второй Расклад

— Ура-а-а, дома! — Феликс едва не придушил Алекс от радости. — Да-да, очень «хорошо», Солнышко... — улыбнулась Алекс, которая оказалась не в том месте не в то время, и похлопала Вальта по спине. — Что-что? — Здесь очень загадочные жители... — Ух, вам не сломали позвоночник в объятиях? — Ребят, вы где это зацепили?.. — Алекс заметила тройку новичков. — Последние карты второго расклада, — ответил Куромаку. — Ясно. Алекс, Пиковая Королева, №8, — сказала она, протянув руку рыжеволосой девушке, похожей на Николь. — Ох, приятно познакомиться! Ника, Бубновая Дама, №9! — улыбнулась рыжая. — Я Нефертити. Трефовая Дама, №11. — На Северову посмотрела девушка, которая была почти точной копией Клео. — Натаниэль, — представился, судя по всему, Бубновый Валет. — А мы где? «Ясно, теперь нам всем конец...» — подумайте Алекс; после кивнула, когда новые ученики пожали ей руки, и свалила в гараж.

***

— Пацаны, место на кладбище бронируем! — заявила она, войдя. — Что? — Вару поднял голову, но треснулся затылком о капот. — Бли-и-ин! — Осторожней, — захихикал Пик из-под машины. — Да иди ты, псина! — Да заткнитесь вы! Чё случилось, Псинка? — Криц вылез из машины. — Последних учеников притащили в нашу обитель зла, — буркнула ученица. — У-у-у-у... Конец нам. — Криц вытер лицо. — Ну всё, сейчас Курага припрётся и чё-то прикажет. — Пик выкатился из-под автомобиля и сел. — Спина устала... — Хы-хы, новые объекты для шуток, хе-хе! — захихикал Вару. — На, майку хоть надень. — Алекс протянула наставнику майку. — Ага, пасиб. — Попрошу вам пройти в столовую. — пришёл Куромаку. — Да бли-и-ин! — Алекс убрала инструменты на место.

***

Конечно, с горем пополам Пиковые познакомились с новыми соседями и до часу ночи ушли в закат, а точнее, гулять по Москве. Пика они побаивались после одной драки с Мишей. Да, снова этот Трефовый. Главный подстрекатель в доме. В то утро, которое Пиковые ненавидели всей душой как время суток, Восьмой готовил что-то поесть. Жарил яичницу. Нормальный завтрак, да и фантазии на большее не хватило. — Оп-ля-ля, кого я вижу! — Михаил постучал по двери. — Я тебе сейчас глаза вырежу, идиотина! — зарычал Пик, ведь случайно полоснул ножом по пальцу. — Твою мать за ногу в могилу... — Хе-хе, какие мы бескультурные! Правду говорят, тупой правитель — тупое государство! Пиковый стиснул зубы от бессильной ярости. Если он с ним подерётся, то потом жизнь превратится в сущий кошмар. А Трефовый Король Второго Расклада всё заливал и заливал. Перешёл на личные оскорбления. Пик терпит. Миша что-то говорит про Империю — Пик терпит и игнорирует. Но тут, кому на беду, а кому на радость, Михаил посмел тронуть Алекс и что-то про неё ляпнул. И Пиковый... сорвался. Он и так был зол на него за тот случай с ножом, когда Чмо №2 поднял руку на его ученицу. Но сейчас чаша злости переполнилась настолько, что содержимое рекой хлестало через край. — Проваливай из кухни, если хочешь жить... — оскалился Пик и повернулся. Видно, Миша знатно перепугался. Или перепугался тот, кто выдавал себя за Мишу. Глаза снова были не теми, которые всегда были у Миши. Настоящий Миша Пика боялся как огня, но спокойно того оскорблял, ведь помнил, что Куро его выгородит и в добавок Феде настучит. Но сейчас второго клона тут не было, он ушёл в университет ещё полчаса назад по работе. Мишаня не нашёл ничего лучше, как швырнуть что-то в старшего наставника. Пять секунд — и они сцепились в жёсткой драке. Трефовый каким-то чудом схватил со стола вилку и драка приобрела кровавый привкус. Неизвестно, чем бы дело закончилось, если бы не... — РАСЦЕПИЛИСЬ, БЫСТРО!!! — сверкнул ключ. Алекс дала Мише такой подзатыльник, что он едва не упал, а наставнику только пригрозила ключом. — Какого хера вы тут устроили?! — Северова нахмурилась. «Она очень злая...» — подумал Пик, смотря на покрасневшие радужные оболочки глаз Ученицы. — Это всё он! — заверещал Миша. — Да пошёл ты..! — рявкнул Пик. — Ты, — Алекс посмотрела на Мишу, — пошёл отсюда нахрен и сдох! А вот ты, — Северова сказала это уже мягче и более ласково, смотря на наставника, — аптечку в зубы и пошли тебя штопать. Один день в универе прогуляем, ещё сдохнешь мне там. Пик ушёл. Северова на минуту помедлила, посмотрела на Мишу и заметила одна интересную деталь — глаза, имевшие сейчас янтарно-карий цвет, поменяли цвет на тёмно-карий, который был обычным у Миши. В них искосился испуг, растерянность и потрясение.

***

— Ну вот, опять вы срётесь... Знаю, что вы не прекратите никогда, но вы снова подрались. В этот раз уже до крови. Снимай кофту и ляг. — Алекс достала из аптечки бинты, вату и перекись. — Ага... — морщась от боли, Пик снял кофту и со вздохом облегчения вытянулся на кровати лицом в подушку. Северова осторожно обрабатывала раны, иногда вздрагивая от рычания наставника. Драко сидел на краю стола и смотрел на хозяев, хлопая своими умными глазками. Милочка, которая будто пыталась как-то подбодрить Пика, осторожно перебирала своими мохнатыми лапками чёлку Пикового Короля. — Блин! — Алекс отдёрнула руку от восклицания Пика. — Чёрт... Придётся зашивать... Ты хоть тряпку в рот возьми, чтоб орать поменьше, — сказала ученица. — Угу... — наставник закусил рукав кофты.

***

— КАК ТАК МОЖНО?!! — орала на весь дом Лиза. — О Будда, ты когда-нибудь заткнёшься?! Прекрасная пара — нелюдимый социофоб и бешеная стервоза! — злился Адам. Данте демонстративно покашлял, дав понять, что не одобряет такие слова, хотя про себя отметил, что разделяет точку зрения своего ученика. — Адам, красава! Одобряю! Не, Пикуша не хило Чмо №2 отметелил, молодца! — поддержал Вару. — ДА ОН САМ КОНФЛИКТ И НАЧАЛ, КАК ВЫ НЕ ПОЙМЁТЕ?!! — в Вару полетела календула, после чего Варежка стал кашлять и задыхаться на пару с Крицем. Трефовые Дамы переглянулись. — Пиковый Король ни в чём не виноват. Он просто сорвался... — «...на этого идиота», — мысленно дополнила своё высказывание Нефертити. — Тут Вальты сдохли, ребят. Откачайте, плиз. — Алекс смотрела на то, как орёт Лиза, как бедный забитый Миша сидит в углу, как недобро смотрят на них ученики и наставники. — Ту-ту-ру-ту-ту-ту-ру... — Бубновые Короли, главные врачи в доме, потащили Пиковых Вальтов в гостиную, чтобы там привести их в чувство. «Охренеть какое утро», — подумала Алекс, идя в комнату.