Второе апреля
31 июля 2022 г., 19:08
...Рядом с ней на стуле сидел тот самый неизвестный, что отражался в зеркале.
Алекс захотела заорать и уже открыла рот, но голоса почему-то не было.
— Ой, извини, мне пришлось забрать твой голос, чтобы никто не узнал о том, что я сейчас здесь. И-хи-хи-хи! — с издёвкой захихикал неизвестный.
Северова машинально схватила свой ключ и с силой вмазала ему, попав, кажется, по голове.
— Ах ты так...
Северова сложилась напополам от боли и закричала. Раздался хруст.
В ответ на её крик раздались быстрые шаги. Неизвестный исчез, а дверь открылась. Пик подбежал к согнувшейся и пытающейся сдерживать слёзы ученице.
— Что такое? — тревожно спросил он, посадив её обратно на кровать.
— Он... Он был тут... И... руку мне... сломал... — тихо заплакала девушка, уткнувшись носом наставнику в плечо.
— Падла... Значит, так. Сейчас поедем в больницу. Тихо, не плачь. Тебя тронуть я не позволю. — Восьмой погладил её по голове. — Успокойся.
Алекс зажмурилась. Успокоилась.
***
На часах было уже 4:48, когда Восьмые приехали домой. — Мать моя арабка, что такое? — спросил Криц, попивавший кофе, сидя в кресле. Рука Алекс была забинтована. — Вам... лучше этого не знать, поверь мне. Вару, пшли. Остальных тоже дёрни. Разговор есть, — ответил Пик. Вару быстро смекнул, что такое, и потопал звать Первый Расклад на разговор. — Что такое? Где ты так? — Валет Пики поставил чашку с горячим напитком на журнальный столик. — Ну... — Северова вздохнула, а после пересказала все события, которые случились ночью. — И кто это был? Лидер ничего не сказал? — поинтересовался Пиковый Ученик. — Нет. — Алекс покачала головой. — Дело дрянь... — нахмурился Печенькин.***
— Эй, Дениска-Ириска! — Алекс подошла к Денису. — Да-да? — Седьмой повернулся к ней. — Короче, я поздравлять не умею, но с днюхой поздравляю. Желаю не помереть и денег побольше. Ну, и всего там лучшего, — пулемётной очередью выдала Алекс. — Вай, спасибо, — улыбнулся Денис. — В общем, Ден. Мы тут с Адамом, Софой и Серёгой пошушукались и решили, что сегодня будем страдать хернёй, как в старые школьные. Ну, и Крица с Натаниэлем прихватим с собой. Они тебя уже ждут внизу. Собирайся, будем взрывать Москву! — улыбнулась Алекс в ответ. Спустя пятнадцать минут они уже бежали вдогонку за автобусом, чтобы выбраться в город и развлечься как в школьные годы.***
У Первого Расклада всё было не так радужно и весело. — Нет, бред сивой кобылы! Он не мог, он исчез, погиб! — Данте отрицательно покачал головой. — Да, но его видели. Криц тоже что-то подобное утром говорил,— буркнул Варежка. — Натаниэль тоже что-то говорил... — задумался Габриэль. — Он Алекс вообще руку сломал, смеётесь? — страдальчески закатил глаза Пиковый Король. — То есть... ты хочешь этим сказать, что он на 100% жив и реален? — уточнил Куромаку. — Именно! — кивнул Восьмой. Повисла тишина. — Но что ему нужно? — спросил Ромео. — Это и нужно понять! Он может потребовать всё: нас, наши души, карты, государства или... — Эмма умолкла. Все понимали, что если тронут Второй Расклад, то Карточный мир перестанет существовать. Да и просто боялись за своих Учеников. — Но зачем ему Ученики? — спросил Зонтик. — Они знают то, что знаем мы, они владеют частью энергий генератора. Это неисчерпаемый источник сил для Джокера. Причём выведать секреты у них легче, чем у нас, — ответил Вару. Снова молчание. — Нужно их охранять, — заявил Феликс. — Это слишком опасно! Они должны всё знать! — нахмурилась Николь. — Им нужно рассказать! — пискнула Хелен. — Они должны знать! — выкрикнула Эмма. — Им лучше узнать это, — тихо вторила им Клео. — Нет! — в один голос оборвали их Короли. — Им ещё рано это знать. Это для их же блага. Мы сами в неведении, а их не надо туда загонять! — твёрдо заявил Данте. — Меньше знаешь — крепче спишь! Они — единственная надежда на процветание Карточного мира. Если они узнают, то... — Пик угрожающе провёл большим пальцем по горлу. — Разделяю точку зрения Пикового и Бубнового Королей на 100%. — сказал Куро. — Если рассказать им про Джокера, то Второй Расклад будет жить под угрозой смерти! Нам этого не нужно, милые дамы и господа! — парировал Ромео. Повисла тишина. Все обдумывали сказанное.
