***
Что ж... Я встаю рано. Даже слишком рано. В половину пятого утра я уже начал подавать признаки жизни. Пошуршал бумагой на столе в поисках выключателя на лампе, перебудил, наверное, половину Москвы из-за скрипнувшего шкафа, где я пытался (кстати, удачно) найти своё худи и, самое обидное и больное, со всей дури ударился мизинцем об дверной косяк. Бедная моя нога. Эх, вспомнил — прослезился... «Ладно, чёрт с ним!» — подумал я, идя на кухню. Но ошибочно было мнение о том, что на этом моё «прекрасное» утро перестанет меня «радовать», вовсе нет! Не забывайте, что я — это магнит для неприятностей! И вот, я зашёл на кухню... И на кого же, блин, вылилась зелёная краска, посыпались перья и блёстки? Правильно. На меня. — Спасибо. Для полного счастья мне только этого не хватало. — Я недовольно посмотрел на Вару, как раз затеявшего это. — А... Это ты... Ну, сорян. — Он пожал плечами. — Пхех, а тебе идёт! — похихикал он напоследок. — Мда?.. Спасибо...***
Время было 12:54. Я убрал книгу в сторону. — Скучаешь? Я обернулся на голос Данте. Он смотрел на меня полузакрытыми глазами и держался за голову. Я не могу на него смотреть. У меня просто сердце болеть начинает. Мне тяжело смотреть на то, как он мучается от боли. Я пытался уговорить его пойти в больницу, но какое там... Будда, я клянусь, порой Данте упрям, как осёл. — Ну... Можно и так сказать... — я пожал плечами. — Ты как? — Нормально. Нормально, да?.. «По глазам вижу, что врёшь...» — мысленно вздохнул я. — Тебе в больницу надо, Данте... — Только не начинай эту песню... Я подавил вздох раздражения. — Ты всегда был упрямым, как осёл с гвоздем во лбу, — пробурчал я себе под нос. В ответ молчание. Я прекрасно помню, что его эта фраза не заденет. Он не обижается на очевидное. Да и с рук мне это сходит. — Ну, в чём-то ты прав... — сказал он в ответ. — Я просто о тебе забочусь. Ты мне дорог, как-никак. — Я оттолкнулся от края стола, и стул поехал к кровати. — О твоих чувствах могут не узнать, если о них не скажешь. Но, если ты заботишься о своём друге, иногда достаточно заметить тонкий намёк, который тебе дают. — Наконец он улыбнулся. — Ладно, поеду я в твою больницу.***
Дальнейшее, конечно, было скучноватым. Это вчерашний день. А сегодня как раз я носился по всему дому, желая поскорее собраться и свалить до автобусной остановки, а потом в больницу, к Данте. Да, его положили в больницу. Ну-у-у, я обещал каждый день приходить, так что... Обещания надо исполнять. Вот и бегал я по квартире, собираясь. Признаться, без него в доме, да и в Сукхвати, что уж молчать, как-то одиноко и пусто. Слишком сильно я к нему привязался, хе-хе... Вроде он меня с вокзала забрал, просто помог... А сейчас это самый близкий для меня человек. У меня сейчас 01:48 на часах. Пойду-ка я спать. Спокойной всем ночи!