Пиковая Масть или Второй Расклад

Алекс сверлила взглядом потолок. Было желание убиться башкой об стену, но Пик такого уж точно не допустит. Криц тихо шипел из своего от боли. Изменения не заставили себя долго ждать — зрачки глаз вытянулись, стали змеиными, клыки упорно продолжали резаться, удлиняясь и слегка закручиваясь. Только язык оставался таким, каким обычно был у Чернова — слегка длинным и на конце раздвоенным. Криц сказал, что такой язык был у него всегда. — Обезболивающее не помогает? — спросила Алекс. — Нет... — прошипел Криц. Северова пожалела, что не умеет прикосновением успокаивать боль, как это мог сделать Адам. Но друга надо было как-то поддержать, показать, что она с ним рядом и всегда поможет и поддержит. Только как?.. Пораскинув мозгами, Алекс поднялась с кровати, подсела к товарищу и обняла. Тот аж вздрогнул от такого, но осторожно обнял в ответ, причём он делал это так, словно чёрно-золотой кардиган Северовой мог ударить током. — Всё в порядке, слышишь? Это скоро закончиться. Всё будет в порядке. Для нас это — естественно, — сказала Алекс. — А-а-а... Спасибо?.. — тихо сказал всё ещё ошарашенный таким поведением Криц. — Угусь. Пошли, нам ещё с отрядом знакомиться. — Алекс отстранилась. Они стали собираться. Алекс была в чёрно-золотом кардигане, серой водолазке и синих и очень широких брюках палаццо. Девушка поправила причёску, надела на шею серебряный кулон с меткой масти, серьги с пёрышками и перчатки без пальцев. Она наконец вышла из ванной. Криц вертелся у зеркала, пытаясь уложить непослушные кудри. На нём были чёрные джоггеры, зелёная водолазка, поверх которой была футболка с привычным жёлтым знаком радиации. Он наконец уложил волосы так, чтобы не мешались и надел на шею кулон со змеёй и алебардой — символикой Варуленда. Пиковые посмотрели друг на друга, сделали кое-какие замечания, ещё раз посмотрели в зеркало и пошли на третий этаж, где уже стали собираться дети.

***

— Многоуважаемые, закрыли рты и внимательно слушаем, — шикнула на них Алекс. Все упёрлись взглядом в неё. Обычно речь начинал старший вожатый. — Кхм, всех приветствую в Сибайском санатории-профилактории «Здравница Зауралья». Я — Александра Николаевна, ваш старший вожатый. — Приветствую всех присутствующих здесь. Я — Семён Ильич, — сказал Криц. У Алекс отвисла челюсть. Она знала, что у её Вальта есть настоящее имя, но он никогда его не называл. А тут так спокойненько заявил, что его зовут Семён по отчеству Ильич! Дальше Алекс перечислила детям их распорядок дня и сказала, чтоб в 15:50 все были в их комнате. Тут она упёрлась взглядом в одну девушку. Она показалась ей до жути знакомой. Та, почувствовав взгляд Северовой, посмотрела на неё, улыбнулась и помахала рукой. Алекс ещё раз вгляделась в облик девушки. Она была не очень высокой, метр шестьдесят ростом, наверное. Волосы у неё были длинные, до лопаток. Чёлка убрана за одно ухо, глаза — тёмно-зелёные. На ней была зелёная рубашка, чёрный галстук, и фиолетовый свитер, который был ей большеват и плечи оставались открытыми. Джинсы-леггинсы в тёмно-синей окраске подчёркивали стройные ноги, на которых были кроссовки на высокой платформе чёрно-серых цветов. Алекс обменялась взглядом с не менее обалдевшим Крицем, который тоже сумел узнать эту девушку. Северова, наконец, объявила, что все свободны и пошла вниз. Та девушка пошла за ними. Значит, её комната на их этаже. Сделав вид, что ищет телефон, Криц остановился в холле второго этажа, который был пуст. Алекс присела, дабы завязать шнурки. Когда всё ушли, их осталось трое — Алекс, Печенькин и та девчушка. — Лампа, какого чёрта ты тут?! — прошипел Чернов, утративший надежду хоть чуть-чуть отдохнуть от Чёрных Джокеров. — Отец отправил меня в лагерь отдохнуть, — спокойно ответила Лампочка. — Ну да, в Москве же нет санаториев и лагерей! — пробурчала Алекс. — Да не дуйся ты. Я за вас поболеть приехала! — отмахнулась девчушка, а потом вполголоса добавила. — И за вами присматривать. Мало ли что учудите. Вы же без тормозов! — Тормоз у нас есть, это Денис, — раздался спокойный голос. — Эй! Охерел?! — ему вторил возмущённый вскрик. — О, дарова, Красные! — Криц усмехнулся и пожал обоим руки. — Давно не виделись! — И тебе не хворать, Тёмный, — спокойно ответил Адам. Возмущённый Денис смотрел на своего друга, довольно мило злясь. Адам только косился на него с лёгкой усмешкой. Северова также поздоровалась с Королями своего Расклада и стала оглядывать их, кто как одет. Краснов был сам на себя не похож. Волосы на висках он заплёл в две красные косы, которые доходили до макушки, где он сделал своего рода шишку, скреплёную двумя спицами. Остальные волосы он оставил распущенными. На нём был красная кофта, белоснежная рубашка и брюки, выглаженные до идеальных стрелок. На ушах были привычные серьги со знаком масти. Руки Краснов держал в карманах, но были заметны смарт-часы в чёрно-красном цвете. Они показывали точное время — 10:24. Денис же отличился не меньше. Волосы он не трогал, максимум, что заметила Алекс, они были недавно вымыты, а чёлка снова подкрашена в розовые тона. Он походил на себя мелкого, когда пытался выглядеть как рокер — футболка чёрного цвета, обнажавшая одно плечо, на которой был рисунок огня и черепа. На руках знакомые длинные перчатки, которые закрывали только кисти рук, остальная же их часть до локтя была сеточкой. На Дениске были рваные джинсы-бриджи, два ремня, на которых висела серебристая цепь. На руках — браслеты. Образ довершали белые кеды. — Итак, что же здесь делает Леонида Нечитайло? — поинтересовался Бубновый, выгнув одну бровь и склонив голову к правому плечу. — Отдыхаю, — шустро ответила Лампочка. — Не только. Ты кое-что не договариваешь нам, Лёня, — ответил ей Краснов, нахмурившись. — Ой, да ты как будто квалифицированный психолог! — надулась Лампа. — Как ты угадала? — усмехнулся Денис. — ЧЕГО?!! — вскрикнула Лампа с удивлением. — Я психолог. Что дальше? — буркнул Краснов. Лёнька сделала молящие глазки, посмотрела на Краснова щенячьим взглядом, отчего Пиковые прифигели. — Научишь? — промурчала она. — Чему?.. — затупили остальные. — Психологии! Я хочу стать психологом! Что надо сдавать на ЕГЭ, чтобы поступить, Адамушка?.. — пищала Леонида, смотря на Бубнового снизу вверх. — Ладно, научу я тебя азам психологии, — вздохнул Третий. — Чтобы быть психологом, надо минимум на 80 баллов сдать биологию и общество, ну и русский с математикой тоже выше среднего. — А ты на сколько сдал? — спросила Леонида. — Вообще, вы ЕГЭ на сколько сдали?! Все вы! И на какие специальности? — Я сдал обществознание на 97 баллов, биологию на 89, русский и математику на 79 баллов, — ответил Краснов. — Я по специальности онколог. Я сдавал... — Криц наморщил лоб, вспоминая. — Химию, матешу и русский. Сдал всё на 82 балла. Все три предмета. — Онколог? — переспросила Алекс. — Да. Я врач, — ответил Криц, чуть улыбнувшись. — Я программист. Сдавал русский, математику и информатику. 69, 83 и 98 баллов, — ответил на вопрос Леониды Червовый. — Я художник-дизайнер. Я сдавала русский, математика, черчение, литературу, историю, информатику, обществознание и физику. Русский и математика это основные, я только по ним баллы помню — русский 100 баллов, матеша — 97 баллов, — видя офигевшие лица друзей из-за такого большого количества предметов для сдачи на ЕГЭ, Алекс стала объяснять. — Историю сдавала, так как нужно её хорошо помнить, если заказ связан с историей, литературу — чтобы уметь ориентироваться, если что-то есть связанное с литературой, черчение пропустим, тут и так всё ясно, информатику нужно из-за того, что в моей работе много графики на компьютерах и планшетах, общество я сама не знаю зачем, но в универе его спрашивали. Физика нужна, если работаем с окружающей средой. Вот так как-то.

***

Алекс сидела на своей кровати. Вокруг расположившиеся дети передавали свечу и знакомились друг с другом. — А расскажите что-то о себе! — попросил один парень по имени Артур. — Ну... О себе так о себе. Криц, валяй, начинай. — Алекс посмотрела на Вальта, который сидел в своём тёмном углу вообще не замеченный, словно его тут нет. Его выдавали только светящиеся в темноте змеиные глаза. — Та що я вам зробив?! — воскликнул Криц. — Тих, тих, родной. Давай, на украинском с Адамом говорить будешь, вы с ним братья-украинцы, — Алекс махнула рукой. — Кхм... Ну что ж... — Криц взял свечу, и её огонёк отразился в его змеиных глазах. — Я учусь в универе на онколога. Мои сокурсники — все наши вожатые. Мне двадцать два года исполнится в конце мая. Я из Украины. Точнее, с ДНР. Уехал в 2014 и не жалею об этом, — Криц умолк. Воспоминания о том, что он пережил там и что там же сейчас творится, больно жгли сердце Пятого. — Ладно, не будем о грустном. Скоро вся эта канитель закончится и мы будем жить в мире и спокойствии. — он всё-таки выдавил из себя улыбку. Чернов передал свечу Алекс. Та спустя минуту раздумий всё-таки сказала: — Мне двадцать два года. Я из Москвы, учусь на художника-дизайнера. С Крицем, тьфу, Семёном знакома полгода, но мы неплохо сдружилась с ним. Я коренная москвичка. И единственная девушка в волейбольной команде нашего университета. Всё. — Давайте придумаем отряду название и девиз, — предложил Криц из из своего угла. — Давайте! — откликнулся отряд. — Надо про Хогвартс!!! — выкрикнул кто-то. — ДА-А-А!!! — разом подхватили остальные. — О, слышь, змеёныш! — Алекс с улыбкой посмотрела на Крица. — Да-да, мы в своей среде! — на лице Вальта заиграла счастливая улыбка. — О, я знаю! — выкрикнула Лёнька. — Мы будет Гриффиндорцы! — Одобряю. Давай девиз, — согласно кивнула Алекс. — Смелость, доблесть, красота — Вот он, наш девиз. Ждёт нас приключений куча, С нами веселись. — Так, теперь находим Поттера, Рона и Гермиону и расходимся, — хихикнул Криц. — Тю, делов-то куча! Я — Поттер, ты — Уизли, а Гермиона... — Северова посмотрела на отряд. — Во, Леонида у нас Гермиона, а то лицо больно умное. Всё, давайте, трансфигурацию отсюда делаем! На этом Пиковые и закончили свой день.