сожженная личность

Каждому, кто находился в системе нашей современности, с самого детства в голову вбивали мысль собственной ничтожности. И даже сохранив себя и выйдя из училища, ты попадал в искусственный мир, пропитанный дымом машин, гарью и уничижающей грязью. Не знаю, кто придумывал нам сценарий жизни, но он уж точно постарался сделать все, чтобы сама мысль о самовольном существовании казалась отталкивающей. Привычный распорядок для людей второго сорта стал частью нашего бытия, неизменно предугадывающий любые наши действия наперёд. Физическая боль и моральные унижения шли с нами бок о бок, и подавались под соусом а-ля "настоящее становление личности". Но не все соглашались с таким раскладом. Ходили целые легенды о таинственных трущобах, где собираются все, кто не смирился с нынешним тоталитарным режимом. В темноте переулков ещё существовали маленькие забегаловки, освещенные тусклыми фонариками и, старые телефонные будки и магазины некогда популярных "компьютерных игр". Мир разврата и свободы, грязного воздуха с щепоткой дурмана, настоящих эмоций и поломанных судеб. Неоновые дебри. Я никогда не мог определиться, верю я в эти басни или нет, но некоторые из нашего училища всерьёз планировали попытаться попасть туда, где люди делают все, что захотят и живут своей жизнью, а не сводом правил. Я раздумывал об этом, когда столкнулся на лестнице с Сашей. -Емае, какие люди! - я хлопнул его плечу. - Давно тебя выпустили? -Да не, только что. Вот, бреду потихоньку. -Что, сильно они тебя на этот раз? А я тебе говорил, дурень. - на этой моей фразе Саша поиграл бровями и ухмыльнулся. -Что не сделаешь, чтобы эти твари позлились. В следующий раз кому-нибудь самодельную бомбу в стол закину, будут знать как лупить. -Откуда ж ты что на бомбу найдёшь? Из тухлой манки соорудишь? От такого точно не помрут. Саша прыснул. Было видно, что прошедшая взбучка ничуть не подорвала его настрой. И я был рад, потому что многие ломались после подобного. Трудно крепко стоять на ногах, когда окружение постоянно хочет кинуть тебя в яму. -Ладно, пошли пожрем что-ли. - я потащил Саню за собой. - Хватит с тебя, кормили небось помоями. -Да че ты нюни распускаешь, тем же что и в столовке дают кормили. Таблетки только прям силком впихивали. Я сначала чурался, но потом понял, что от них эффекта никакого и смирился. Я остановился. За моей спиной недовольно шикнули, поток людей начал нас обходить. -Какие такие таблетки? - хмуро протянул я. -Да я что знаю что-ли. Витаминки наверное. Хотя, если бы это были окси было бы веселее. - он заулыбался. - Не парься ты, пил и пил, че мне с них будет. Пошли уже, скоро обед закончится. Я глянул на часы. Действительно. До конца обеда оставалось чуть меньше сорока минут. Надо поспешить. -Хер с тобой, потом расскажешь. Пошли. Развернувшись от друга, я пошагал в сторону столовой. И чего я так насел на него? Правда же, витаминки есть витаминки. Но что-то не давало покоя, слишком уж сильно они разбрасывались таблетками направо и налево, вспомнить только мою баночку с успокоительным, которая до сих пор лежит почти нетронутая далеко в вещах. Потом разберемся, сейчас надо поесть. Желудок одобрительно заурчал, вспомнив о еде. День пролетел быстро. Мы с Сашей сидели на заднем дворе под широким дубом. Небо заволокло тучами, тихонько громыхало где-то в далеке. Наверное будет дождь. Я ожидающе смотрел на друга. Он хмурился, глядя в землю, только изредка затягиваясь медленно тлеющей сигаретой. Где он их брал, я в душе не чаял. Курением тут баловались немногие, больно дорогое увлечение. Но Саша стабильно откуда-то доставал простенькие сигареты, которые курил когда нервничал. Вот и сейчас, он сидел, не поднимая головы, стряхивал пепел и выдыхал облачка дыма. Я не выдержал. -Рассказывай уже, че ты молчишь то. - я невольно скрестил руки на груди. Его молчание выводило из себя. -Да че ты пристал? Ты что, в больничном крыле не бывал? Поспал, пожрал, посрал, и так по кругу. Или думаешь я на курорте был? Проституток не было, бухла тоже, медсестры стриптиз не танцевали, поэтому не понимаю какого рассказа ты от меня ждёшь. Странный ты сегодня, Янчик. Все норм? Я вздохнул. Сегодня я правда был на взводе. На уроках чуть ли не повысил голос на учителя, а в столовой накричал на первогодку за оброненный передо мной поднос с едой. Весь день пытался узнать что-то, чего на самом деле нет. И чего это я.. Сыщиком себя возомнил. "Расследую дело в посредственном училище, думая что такая шарага как наша будет проводить загадочные эксперименты на учащихся" Ужас то какой. Я устало потер переносицу. Развёл панику на пустом месте. - Дай тягу. - попросил я. Саша поднял бровь и неловко передал мне сигарету. - На. Не задохнись только, много не вдыхай. Я повел плечами. - Не маленький вроде. - и глубоко втянул в себя сигаретный дым. Обожгло горло, смог встал поперек и я сильно закашлялся. Саша захохотал. - Во придурок. Я ж тебе сказал, сильно не вдыхай. Друг с силой хлопнул меня по спине, пока я, словно обожженный, пытался вдохнуть хоть немного воздуха. Заразительный смех Саши заставлял смеяться и меня, и я давился еще сильнее в приступах глупого хихиканья. Наконец отдышавшись, я понял, что непонятная тревога отступила и в груди поселилось долгожданное спокойствие. Пока приятель находился рядом, я мог позволить себе построить аккуратную дымку беззаботной жизни, не омраченной даже этим гнилым местом и нашей цикличной жизнью. -Пошли. - окликнул он меня и я не имея возражений поплелся за ним. Обратно в душную клетку. Не сказать, что я был умнее остальных учащихся в пансионате, но зубрежка всегда давалась легко и без напряга. Я регулярно попадал в списки лучших, висящих в главном холле, и каждый удивлялся, что такой простой материал может не усваиваться в чьей-то голове. И уж точно я не думал о том, что мои неплохие результаты могут дать мне что-то кроме горделиво поднятых голов моих педагогов. А когда по школе поползли слухи, что администрация отбирает лучших учеников для в перевода в соседнее региональное учебное заведение, которое славилось завидным уровнем и сулило будущее получше, чем стандартный бухгалтер или работник чернового завода, я и вовсе посмеялся, сказав что в такие бредни поверят только совсем недалекие люди. Говорили, что приказ поступил свыше и что раньше такого не было, и этот факт вызывал немало суматохи не только среди учителей, но и среди учеников. Те, кто поумнее - хотел получше устроиться, кто поглупее - еду повкуснее и кровать поудобнее. Меня все эти разговоры не задевали, просто не вызывали во мне того интереса, с каким эту темы обсуждали остальные. Я скорее думал о том, что если вдруг я окажусь в числе призрачных везунчиков, то мне придется попрощаться с Сашей, если не на всю жизнь, то на несколько лет, а этого мне точно не хотелось. Саша, как ни странно, был моим оплотом среди серой массы, и за несколько лет совместного обучения я крепко к нему привязался. Саша же, напротив, к возможности моего перевода относился с восторгом, хоть и настороженно. -Нет, ну ты прикинь! Поселят тебя с комфортом, будешь книжки свои любимые читать, а не эти тупые брошюрки о достойном гражданине нашей страны. А если повезет, то и девки там будут, найдешь себе девушку - вообще шик будет. А вокруг тебя такие же умники, а не местные быдланы. А? - я на эти тирады отводил глаза, не говоря ему о том, что такое бывает только в сказках - и сама мысль о переводе учеников из такой конторы, как наша в хорошее училище, казалась мне нескладной и несвязной. Что им, своих там не хватает? Сама идея отсеивания умных людей при пропаганде повинности и беспрекословном подчинении отказывалась укладываться в голове. Через несколько дней, правда, я поведал о своих размышлениях Саше, но тот лишь закатил глаза, сказав что я как всегда ищу подвох там, где его нет, отгораживаясь от возможности жить лучше. И я послушал его. Продолжил учиться, нарабатывать репутацию и попадать в списки, не с целью попасть в другое место, но с целью забыть об этом чертовом слухе, что забивал мою голову. Пока в одно воскресное утро в том же главном холле не повесили листок с перечнем учащихся, что попали в отбор, и датой отбытия. И моя фамилия была первой.