Это всё, что нам осталось

Антон целый день спал. Транквилизатор подействовал не только как успокоительное, но и как снотворное. Будить его Дарьяна не хотела. Сердце скрипело ржавыми петлями и она просто не смогла позвонить в больницу. Просто не смогла без его ведома, насильно отдать его лечиться. Днём приезжал Дима с Кьярой. Она сидела рядом с отцом молча и водила пальчиком по его большой ладони. Потом что-то сказала ему и вышла, обняв сразу же Алёну. Ребёнок всё понял. Понял, что её отец просто не в состоянии за ней ухаживать, не в состоянии учить с ней уроки, играть и даже просто с ней разговаривать. Да что уж говорить, если он не в состоянии сейчас позаботиться сам о себе. Дарьяна почти весь день просидела на балконе, наблюдая за движением солнца, стекающего по большим панорамным окнам. И целый день только то и делала, что пила кофе. В мыслях зудел один и ото же план действия. Как уговорить, что сказать, и какие аргументы привести. Сергей остался с ними и они вместе сидели, пока Алёна ездила на УЗИ. За последнее время её почка начала о себе напоминать. * Дверь квартиры неожиданно щёлкнула. Дарьяна села на диване и осмотрелась. Уснувший с другой стороны дивана Сергей даже не шелохнулся. В коридоре послышалось шуршание куртки и лязг ключей. Испуг прошёлся по телу покалываниями, а сон всё ещё не отступил полностью. Дарьяна аккуратно встала и гуськом вышла на звук. В тёмном силуэте до боли в зубах узнавались лишь одна персона. Дарьяна проморгав кинулась и обняла холодную и промокшую от дождя куртку. -Надолго? - вопрос, на который она боялась услышать ответ. -Навсегда. Он обнял её в ответ и улыбнулся. Внутри вновь что-то взорвалось, медленно вытравив всю ту безвыходность, которая корнями проросла внутрь. Разгулявшийся ветер души встрепенул оконные рамы и порывом открыл форточки, запуская тёплый воздух обратно. Холодная зима теряла свои позиции, забирая остатки льдов и прогревая океаны. На её место взошла оттепель. -Где он? - Арс немного отстранился. -Спит. - Дарьяна потянула носом. - Вчера был ужасный день. Он почти выпрыгнул в окно, пришлось сделать укол. И сегодня Антон на отходняках, почти весь день в коматозе. -Ел что-нибудь? - Арсений снял ботинки и расстегнул куртку. -Я бульон варила, еле всунула. Ты его не узнаешь, похудел сильно. -Откормим. - он быстро скользнул к комнате. * Антон подумал на момент, что у него температура. Из жара в резкий озноб, от которого не спасает даже одеяло. Даже проскочила мысль, что отопление так и не дали, но потом всплыла мысль, что вообще-то конец ноября. Скорее всего он бредил. Сон смешался с явью и тёмной фигурой обошёл всю комнату. Антон готов был поклясться, что кого-то видел. Сначала он стоял около окна, потом скользнул к комоду, постоял около кровати и вышел в коридор. Он лежал и думал, что наверное ему действительно пора лечиться. Желательно электрошоком. Антон очередной раз открыл глаза, не понимая, сон это или нет. В дверях вновь вырос до боли знакомый силуэт. Наверное опять жар. Силуэт закрыл за собой дверь и скользнул к кровати. "А потом он уйдёт к окну". Траектория уже вырисовалась в воспалённом сознании Антона, но такого поворота он не ожидал. Когда силуэт встал одним коленом на кровать, он закрыл глаза до разноцветных бликов, чувствуя, как фигура начетвереньках ползёт вдоль него. Антон задержал дыхание и ощутил резкую тяжесть по всему телу. Наверное здравствуй сонный паралич. Так он думал ровно до того момента, пока паралич не поцеловал его в двухнедельную щетину. -Стоп. - Антон заговорил, жо сих пор не ощущая грань между сном и явью. -Мг. - Арсений зарылся в его шею носом. -Мне это снится. -М-м. -Серёга, слезь с меня. -А это и не Серёга вовсе. Тут до Антона окончательно дошло и освободив руки, он обнял Арсения. Хотелось закричать и сжать со всей дури, до лопнувших глаз. Антон выдохнул и почувствовал, как по виску стекла слеза. Он подорвался и сел, поднимая за собой и его. Он руками трогал до боли знакомое лицо и не мог поверить сам себе. Антон провёл пальцами по губам и руками остановился на затылке, носом несколько раз ткнулся в нос, щеку, а после уже и в губы Арсения и поцеловал с осторожностью, боясь, что тот отвергнет. Но он лишь сильнее прижался, сращивая между собой разорванные рёбра и два сердца в одно. Ночью без сил они любили друг друга. Прям в эту секунду. Глыба льда в момент превратилась в воду и волной накрыла обоих. Часы, которые остановились вновь пошли, чётко повторяя пульс, который вновь, один на двоих. -Ты говорил, что любить будешь вечно. - Антон прошептал. -И я держу слово. Я навсегда. -Ты утром растворишься, как туман. -Нет, мой мальчик. Я больше никуда и никогда не уйду. -Пообещай мне. Пообещай. Пообещай. - Антон начал непроизвольно шататься. -Обещаю. Обещаю.