Метания и страсти
28 апреля 2022 г., 01:30
В лицо бил ветер и хлестал дождь, но он старался ни на секунду не упускать из вида юркий золотой снитч. Никто не хотел откладывать игру из-за ненастной весенней погоды, всем была нужна разрядка после последних событий. В его силах было закончить матч, и теперь он рвался к победе, методично преследуя снитч. Но эта погоня, то ли из-за рельефа местности, то ли из-за траектории полета снитча, становилась для него монотонной и вводила в транс. Моргнул – перед ним вдруг возник образ страстной темноглазой Маритцы, танцующей перуанский танец. Моргнул – и снова он вот-вот настигнет снитч. Моргнул – и вдруг задумчивая Джулиана, поджимая губы, скептически качает головой. Стряхнул наваждение, моргнул снова – и вот он снитч, дотянись только рукой, но он вновь ускользает. Сохраняя концентрацию, моргнул снова – силуэт свирепого вампира показался ему сбоку, и вот он готов поразить его своим конфринго...
Чарли не часто откровенничал о своем будущем, но рождественский вечер и стакан глинтвейна в уютном кресле у камина настроили его на задушевную беседу с лучшим другом.
– Ты хочешь поступить на службу в Министерство Магии, Чарли? Ты серьезно? – Антуан после этих слов захохотал так громко, что, казалось, на его смех сейчас прилетит тот румынский длиннорог, который забрел вчера в соседний с их жилым сектор.
– Что тут смешного? – неуверенно поинтересовался Чарли.
– Да я просто представил тебя в рубашке, пиджаке и брюках со стрелками, – едва он договорил и снова покатился со смеху.
– Да ладно тебе, иногда можно и без пиджака, – Чарли тоже представил себе свой нелепый вид в костюме и засмеялся.
– Ты еще забыл про тесные туфли, – и снова Антуан прыснул от смеха.
– Да никто не будет против ботинок из драконьей кожи со шпорами!
Тут они оба устремили взгляд на заляпанные грязью ботинки Чарли, и он звонко поцокал их носками друг об друга. И вот они уже вдвоем загоготали так, что их мог услышать не только длиннорог по соседству, но и половина всех обитателей заповедника.
– А еще все работники Министерства Магии, чтобы попасть в главное здание смывают себя в унитаз! Это тебе не утренний освежающий полет на метле!
– О, Мерлин! Я не верю!
И снова взрыв смеха.
– К черту шутки, в чем причина твоих терзаний, Чарли? Надоели ожоги или запах драконьего навоза? – судя по всему, Антуан хотел знать всю правду, поэтому спрашивал напрямую.
– Джулз, – тихо проговорил Чарли и отпил глоток глинтвейна из стакана.
– Ах да, Джулз, я и забыл. Девушка, подарившая своим первым и единственным поцелуем Чарли Уизли кучу надежд на безмятежное будущее, – изящно жестикулируя, съязвил Антуан. – Что-то изменилось за прошедшие полгода, что ты, ха-ха-ха, уже согласен на Министерство?
– Хватит смеяться над моими чувствами, Антуан.
– Я серьезно. В какой стадии сейчас ваши отношения?
– Все в той же, что и годом ранее. И еще годом ранее, – Чарли тяжело вздохнул.
– То есть, я был прав, говоря лишь про надежды? – Антуан прищурился и продолжил, – значит письма, редкие-редкие встречи и целомудренные поцелуи в щеку?
Чарли осторожно кивнул в ответ.
– Этого-то я и боялся. Чарли, открой глаза, тебя держат в зоне дружбы, – менторски заявил Антуан.
– С этого момента поподробнее, пожалуйста, – Чарли, пытаясь скрыть свое смущение, неловко улыбнулся.
– Куда еще подробнее? Ты разве не понимаешь? Ты для своей великолепной Джулз всего лишь хороший парень.
– И что в этом плохого? Я знаю, что я, как и все Уизли, хороший парень, – Чарли пожал плечами.
– А то, что хорошие парни всегда проигрывают.
Чарли уже не так нравился весь этот разговор, он сидел, насупившись.
– Понимаешь, ты всегда очень мягкий, вежливый, честный, немного романтик, всегда в тебе можно найти поддержку. Но ты не проявляешь настойчивости, не выражаешь своих истинных чувств, и классные девчонки в самый важный момент всегда предпочтут тебе какого-нибудь подонка.
– И что ты мне предлагаешь? Стать плохим парнем?
Антуан в ответ закатил глаза и пробурчал в сторону:
– Неужели передо мной сидит тот самый тип, который после окончания Хогвартса мог одновременно соблазнить сразу двух красоток на выходных в Бухаресте?
Чарли замялся. Он не собирался ни с кем обсуждать свои отношения с Джулианой, тем более, что всем вокруг и так казалось, что с ними двумя все понятно. Но пламенная речь Антуана и его бесцеремонные утверждения зародили в Чарли сомнения.
– Отвечаю. Во-первых, тебе надо самому правильно оценить реальность. Что ты и твоя семья надумали о твоих отношениях с Джулианой, и что есть на самом деле. Во-вторых, попробуй развеяться, посмотри вокруг. Если хочешь, я даже смотаюсь с тобой в Бухарест. В конце концов, ты же не связан с ней никакими обязательствами, тайнами и обещаниями! А в-третьих, при первой же встрече с Джулз заставь ее саму принять решение. Ты запомнил?
Чарли потом еще долго вспоминал этот разговор и размышлял о том, что сказал Антуан. Он попытался все-таки разобраться в своих чувствах к Джулиане. Он не скрывал от себя, что Джулиана была для него идеальной возлюбленной, эталоном женственности, добродетельности и красоты. А идеалу лучше всего поклоняться на расстоянии, и это у Чарли получалось превосходно. Но вот вопрос – любил ли он саму Джулиану или лишь только образ, взлелеянный им?
Чарли последовал плану и советам этого змея-искусителя, но чертовски мудрого Антуана, и попытался переключиться, проверить, так сказать, свои чувства и силу любви. Или сама любовь проверила его на прочность чувств? Тут Чарли сомневался: его одолевали метания и страсти.
***
Не так давно на работу в заповедник прибыла небольшая группа драконологов из Перу для установления международных связей. Накануне их приезда было много разговоров: какие они, совсем дикари или нет, что они умеют и привезут ли с собой пару змеезубов, как они обещали. Оказалось, что к ним приехали вполне цивилизованные люди, свободно говорящие на английском. В первую же неделю они показали, как ловко умеют работать с драконами и как обожают квиддич. В общем, за исключением их экзотической внешности и пончо, в которые были одеты мужчины, они ничем не отличались от работников заповедника. Разве были немного ловчее, раскованнее и проворнее с драконами. В их числе была одна девушка, Маритца, перуанка лет двадцати пяти. Она повсюду приковывала к себе взгляд, уж слишком яркой была ее внешность и одежда. Она всегда носила широкую сборчатую юбку чуть ниже колена с ярким геометрическим орнаментом и такой же пестрый короткий жакет без застежек. Ее черные волосы были заплетены во множество косичек, а на голове всегда была какая-то смешная шляпа. Своим низким томным голосом и взглядом с прищуром она покорила почти всех свободных мужчин в заповеднике. Чарли был уверен, что каждый второй был в нее влюблен. Чарли тоже не стал исключением и поддался ее очарованию, но открыто никаких действий не предпринимал. Однажды после квиддича, в котором выиграла команда настоящих перуанских демонов, была веселая вечеринка. Маритца не играла в квиддич, но на эту вечеринку ее все же пригласили. Все лакомились сливочным пивом, играли в настольные игры и просто болтали друг с другом. У перуанцев с собой были музыкальные инструменты, которые они долго настраивали, а потом попробовали играть ансамблем. Тогда-то Маритца, одетая в этот вечер в длинную юбку, подскочила со своего места, освободила пространство в центре помещения и объявила, что она сейчас будет танцевать. Она сняла туфли и подбежала к любопытной толпе, в которой, впрочем, были не только одни мужчины: кто-то пришел с подружками или женами, но абсолютно все смотрели на ее приготовления с нескрываемым интересом и удивлением. Заглянув в глаза почти каждого свободного мужчины, она схватила Чарли за руку и вывела из толпы. Маритца шепнула ему всегда находится в центре круга и сунула в руку оторопевшего парня белый платок. Музыканты заиграли веселую мелодию, и танец начался. Маритца ходила вокруг него на цыпочках, выделывала странные па ногами, покачивала бедрами и высоко поднимала полы своей длинной легкой юбки, обнажая голени и цветастые нижние юбки. Чарли видел, что в какие-то моменты она ждет повторения отдельных па от него, но у Чарли попытки что-то станцевать выглядели неуклюже, и он просто махал в такт музыки платочком. К концу третьего колена он наконец понял, как нужно двигаться, и под подбадривающие аплодисменты зрителей смог стать достойным партнером Маритце в танце. После окончания танца им все громко аплодировали и кричали что-то смешное и веселое, а разгоряченные Чарли и Маритца скорее вышли подышать на улицу. – Что это за такой веселый танец с платочками? Впервые его вижу, – решил начать беседу Чарли. – Маринера, наш национальный танец. Его всегда танцуют в паре, – сказала Маритца и добавила легкий смешок. – А вообще, Чарли, этот танец у нас считается символом ухаживания мужчины за женщиной. Партнерша флиртует с партнером, а он, в свою очередь, сопровождает ее, потом преследует и завоевывает, – Маритца с лукавой улыбкой подняла на него взгляд, повела бровью и наклонила на бок голову. Не понять ее намеков было невозможно, и Чарли недолго раздумывал над ответом. – Что же ты сразу не сказала об этом? Давай станцуем еще раз, я теперь все знаю, – сказал Чарли и подмигнул девушке. На вечеринку эта парочка больше не вернулась – они до рассвета танцевали маринеру в комнате Чарли. С этого времени, как Чарли попал под власть этой перуанской фам фаталь, их нечастые встречи стали для него моментами особого удовольствия и неги. Его покоряли некоторые экстравагантные выходки Маритцы, с ней он с еще большим азартом, чем раньше, нарушал правила заповедника, устраивая ночные полеты на метлах и прогулки в запрещенных местах. Но несмотря на это воодушевление, внутри него поселилась тревога, которая с каждым днем все нарастала и нарастала. И эта тревога была отнюдь не связана с Джулианой. Что-то неладное творилось в заповеднике. Сначала погибли два перуанских змеезуба, которых привезли с собой Маритца и ее друзья. Они убеждали всех, что змеезубы, выросшие у себя на родине, редко потом хорошо переносят смену места. У них не сложилась адаптация, и они просто погибли в тоске по родным горам. Чарли не сильно вникал в эту ситуацию – он был занят выхаживанием раненой самки норвежского горбатого, которая вдруг оказалась на территории заповедника как раз накануне приезда группы драконологов из Перу. Затем, после Рождества, улетели несколько драконов. Такое бывало и раньше – улетали целые семьи в поисках лучшего места, но обычно драконологи быстро их находили и возвращали обратно или разделяли отчаянную семью, отправляя ее членов по разным заповедникам. Но сейчас странным было то, что улетели драконы разных видов: валлийский зеленый, гебридский черный, шведский тупорылый. И как бы не пытались их отследить опытные драконологи заповедника, их нигде не находили. Потом стали пропадать яйца из кладок драконов, а некоторые яйца находили раздавленными. У трех пар железнобрюхов были отрезаны когти. И потом еще случилась эта стычка с вампирами. Совсем недавно возникла типичная ситуация: надо было усмирить и усыпить черного дракона до начала бури, иначе он рассвирепел бы и разбушевался так, что уничтожил бы половину заповедника. Обычно на это задание отправляли двух-трех драконологов, но в этот раз отправили сразу пять из разных общин заповедника, причем самых опытных и сильных. Туда же попали неразлучные друзья Чарли с Антуаном. Они откровенно не понимали, зачем их так много туда полетит, но директор ссылался на скорое начало бури и перестраховку. Место, где жил этот дракон, было нейтральной территорией между заповедником и той самой опасной частью Трансильвании, где легально жили вампиры. Все задания в этом месте работники заповедника обычно старалась выполнить до заката и успеть вернутся в целости и сохранности в небольшой домик на границе заповедника для ночевки. Заповедник был заколдован чарами от нападения вампиров, а вот на нейтральной территории все было возможно, но пока никогда ничего опасного не случалось. Но с тех пор, как Волан-де-Морт возродился и искал себе сообщников, безопасность этого места стала подвергаться сомнению. Команда ожидаемо быстро и без особых проблем справилась с усыплением гебридского черного и направилась в сторону ночлега в закатных лучах солнца. Но до домика на границе они не успели долететь: за одной из скал им преградила путь к заповеднику кучка вампиров в три раза превосходившая драконологов по количеству. И они точно не были настроены любезно побеседовать или поиграть в квиддич. Спасаться бегством было некуда – если только лететь в обратном направлении, прямиком в Трансильванию. Драконологи не стали ожидать, когда на них налетят, как стервятники, свирепые вампиры, которым ночь только прибавляла силы, и начали нападать первыми. Началась настоящая бойня. Вокруг летали проклятья, молнии, слышались злобные рыки и скрежет зубов. Чарли проявил всю свою гриффиндорскую храбрость и ловко направлял направо и налево взрывающие заклятья, которые отбрасывали вампиров на землю. У трех драконологов были с собой по несколько осиных кольев, но всех вампиров ими было не убить. В процессе схватки они обменялись ими, у Чарли оказалась парочка. Одним колом Чарли своим метким «оппуньо» практически сразу пригвоздил к скале какого-то толстого и очень большого, но неповоротливого упыря. Чарли мельком видел, что и его другие соратники удачно применяли колья по назначению. Вскоре драка опустилась с воздуха на землю, и численно уменьшающиеся вампиры начали применять опасную трансильванскую магию. Войцеха, молодого парня из северной славянской общины, поразили каким-то заклятием в плечо, тот упал и начал заходиться в судорогах. Это событие предрешило исход драки: взбешенные Антуан и Чарли, вдвоем вызвав Адское пламя, убили сразу троих вампиров и аккуратно отправили своего огненного дракона в бездну ближайшего обрыва. После этого момента осталось всего четыре вампира, которые предпочли удрать, видя ожесточенную уверенность и несогласие сдаться работников заповедника. Лететь до ночлега до сих пор было опасно: неизвестно, какие еще сюрпризы их ждали впереди, а до рассвета еще было слишком долго. Патрик, отчаянный ирландец, сказал, что видел в полумиле отсюда скалы с несколькими пещерами. Лететь туда было так же опасно, как и до места ночлега, но зато ближе. Антуан с Чарли направились туда на разведку первыми, а Патрик с молчаливым Харфангом медленно летели следом с бездыханным Войцехом. Место оказалось пустынным и безопасным. Они заняли одну из пещер, накинули защитные чары на нее и принялись залечивать Войцеха и свои раны. Время до рассвета прошло без происшествий, затем они благополучно добрались до заповедника, а там поспешили доставить раненого в лазарет. Действия вампиров всем показались странными: целью этого налета была явно не поиск пропитания. Войцех протянул еще несколько дней. Никакие средства колдомедицины не помогали справиться с проклятьем вампиров, в ход пошли даже магические обряды и некоторые темномагические практики – и они тоже оказались бессильны. После этого случая Антуан сделался просто невыносимым. Он во всех этих последних событиях видел заговор. Он считал, что во всех бедах заповедника за последние месяцы виноваты перуанские драконологи. Мол, они диверсанты, успели еще договориться с вампирами, чтобы те начали уничтожать самых сильных драконологов заповедника. Чарли уверял его, что это была случайность: скорее всего, вампиры начали действовать, потому что хотят примкнуть Волан-де-Морту. Антуан рассказал, что после встречи с вампирами, он облетел несколько общин в свои выходные дни и узнал, что главная лаборатория зелий ежедневно делает по несколько экземпляров зелий, которые не используются в повседневной практике, и все они на основе драконьей крови. Запасы драконьего навоза во всех общинах словно «тают» на глазах, обычная скорость переработки его была всегда меньше. В хозяйственном блоке тоже не все ладно, но там все работники очень скрытны, и никто не захотел с Антуаном делиться последними новостями. После всех этих событий и параноидальных разговоров с Антуаном, Чарли стал пребывать в раздумьях, так несвойственных его нраву, даже Маритца не могла вывести его из этого состояния. ... моргнул снова, кажется, вампир все же показался. Чарли пригнулся ниже, чтобы увеличить скорость, но тут откуда-то сбоку вылетел этот черт Антуан и в одно мгновение догнал снитч и рывком его схватил. Они медленно затормозили и поравнялись. – Откуда ты только взялся? – с досадной улыбкой поинтересовался Чарли. – Я всегда был рядом, в твоем слепом пятне. Ждал твоей ошибки, – снимая защитные очки и смахивая капли с лица, проговорил его друг. – Ты задумался, снизил скорость, вот я сразу и рванул. – Ну-ну, гений стратегии, я не удивлен, – засмеялся в ответ Чарли. – Летим скорее, я уже весь вымок. Расскажем парням, кто сегодня приносит сливочное пиво, – подмигнул Антуан, развернулся и полетел, подгоняемый попутным ветром. Чарли, ухмыляясь, взмыл ввысь за ним.
