Не?любовный треугольник

От автора: Как многие из вас, наверное, уже поняли, последней, по сути, была прошлая глава. Эту можно считать бонусной :) Она о том, в каком ключе продолжились отношения Джиёна и Сонми после важного, в чём-то даже определяющего разговора. Никаких подвохов, неожиданностей и тайных смыслов – всего лишь немного приятностей напоследок :) Спасибо всем тем, кто творил эту историю вместе со мной, сопереживая, бунтуя... и оставаясь рядом, несмотря ни на что @}->--

* * *

Уже заканчивается сентябрь, когда им удаётся встретиться снова. В условиях катастрофического несовпадения их графиков не спасают даже видеозвонки. Сонми не нужна улыбающаяся копия на экране телевизора-ноутбука-телефона. Она хочет живого, настоящего Квона Джиёна. Пусть он вредный и раздражительный, когда устаёт; язвительный и саркастичный, когда слышит глупости; погружённый в себя и отрешённый до безразличия, когда его настигает вдохновение, но при всём этом он остаётся искренним, прямолинейным и щедрым на такие улыбки, за которые прощаются грехи и посерьёзней. Сонми нужен его голос с неповторимой тёплой хрипотцой, передать-воспроизвести которую не в состоянии даже самые высококлассные аудиосистемы; его запах – смесь ароматов дорогущих парфюма-алкоголя-сигарет и того неуловимого, но неотъемлемого, что присуще только Джиёну и больше никому из остальных шести миллиардов. Ей нужны живые смешинки в его ярких глазах, тепло его кожи, дыхание, прикосновения. Но тепло его губ и ладоней все чаще заменяет нагревшийся от разговоров телефон, а поцелуи всё сплошь виртуальные – замершие в воздухе биты картинки и звука. Неосязаемые. Ненастоящие. Не оставляющие ничего, кроме щемящей тоски в сердце. Осенью Сонми всегда немного грустно и особенно сильно хочется человеческого тепла, а Джиён – самый тёплый человек из всех, кого она знает. Она безумно скучает. При всей её любви к огромному богатому миру и прекрасным людям, его населяющим, без Джи Ди в нём что-то капитально не так. … О том, что у Джиёна в кои-то веки на выходной выпадает свободный день, Сонми узнаёт накануне ночью: усталый любимый голос раздаётся в трубке после полуночи и спрашивает о её планах «на завтра, то есть уже практически сегодня». Первое совпадение за долгое время. При всём желании добраться к ней побыстрее он появляется на пороге лишь около полудня – дела, неделями откладываемые «на свободную минутку», занимают часы с самого рассвета: передвинутые встречи «буквально на секундочку», не сделанные вовремя звонки, необходимость навестить семью – выходной день Квона Джиёна по плотности и насыщенности не уступает любому из его концертных будней. Сонми успевает выспаться, привести себя и квартиру в порядок, приготовить обед и даже известись в ожидании. Сегодня они с Джиёном решили съездить полюбоваться листопадом недалеко от Сораксана, и этой поездки Сонми ждёт с нетерпением: листопад и так одно из её любимейших природных явлений, а возможность насладиться им в компании самого дорогого сердцу человека обещает сделать этот день незабываемым. Сеул пропитан горьковато-пыльным ароматом увядающей листвы, а когда они с Джиёном выезжают за город, Сонми с наслаждением втягивает тонкий запах дыма от сжигаемых костров проносящихся мимо частных угодий. Чёрный (по просьбе Джи Ди) сладкий (уступка вкусам Сонми) кофе в термосе, пара шоколадных батончиков, кимбап и сэндвичи с копченой курицей в небольшой корзинке на заднем сиденье – вот и вся их провизия в долгую дорогу. Беззаботное отношение к еде Джиёна заразно. Не доезжая до национального парка с шумными толпами туристов, они сворачивают в сторону полей, убегающих к подножию гор и пропадающих в ярком осеннем лесу. Не спеша бродят по едва заметным тропинкам, шурша сухой травой и опавшими листьями, и разговоры у них тоже неспешные, негромкие, часто замирающие в задумчивом молчании. Тишина, изредка нарушаемая мычанием далёкого стада и едва различимыми криками сельских жителей, что приносит с собой ветер, кажется особенно уютной, когда рядом Джиён, с греющими сухими ладонями и ярко-малиновым шарфом на шее. Для неё он припас похожий, цвета глубокой летней лазури. Объёмный, мягкий, из чуть «кусачей» шерсти, он окутывает шею и плечи невесомым теплом. Джиён рядом, и в мире снова всё на своих местах. Сонми не важно, где они и куда идут. Они вместе, и это единственное, что по-настоящему имеет значение. Возможно, Джи Ди предпочел бы провести время по-другому, но он знает, как она ждала листопада, и поэтому они здесь. Он здесь ради неё и для неё, безраздельно и откровенно, насколько вообще можно посвятить себя другому человеку, и этот тихий осенний день – ещё одно сокровище в их совместной копилке драгоценных мгновений. По пути им встречается старая крепкая скамейка, кем-то любовно сколоченная из толстых светлых досок, и подуставшие путешественники с благодарностью к неведомому хозяину устраиваются на ней. Джиён тут же разворачивается и, с озорной улыбкой вытянувшись во весь рост, ложится к Сонми на колени. – Погладь меня. Без лишних слов Сонми погружает пальцы в его волосы – непривычно мягкие, без лака и геля, просто вымытые и уложенные – и с нежностью улыбается, когда Джи Ди, блаженно вздохнув, закрывает глаза и расслабляется. Его удивительно легко любить, когда он такой – податливый, мягкий, простой и чуть-чуть похожий на соскучившегося по ласке щенка. Чем-то напоминает своего Гахо. Время перестаёт иметь значение. Лесной музыкальный фон, сотканный из мерного гудения и стрёкота насекомых, шелеста ещё густых крон и звонкого журчания невидимого ручья поблизости, успокаивает и навевает дрёму; солнце, медленно подкрадывающееся к западу по ясному, без единого облачка, небу, не жарит, а ласково припекает; ветер, срывая с деревьев хрупкие высохшие листья, с весёлым шуршанием гоняет их по земле и перешёптывается с душистым разнотравьем. Усталость от долгой прогулки наполняет тело приятной истомой. Хорошо. Джиён устраивает руку Сонми у себя на груди и время от времени перебирает её пальцы или накрывает кисть своими тёплыми ладонями, прижимая к сердцу всё тесней. А Сонми свободной рукой гладит его по голове, рисует на его лице кончиками пальцев: плавно очерчивает брови, проводит по заострившемуся носу, растушевывает невидимые мазки на косточках скул, твёрдой линией обрисовывает челюсть и упрямый подбородок. Её взгляд падает на губы Джи Ди, и Сонми колеблется. Ей хочется обвести их тоже, они красивые, пухлые, мягко очерченные и, как всегда, немного обветренные, но даже в этом для неё давно полно очарования. Губы Джиёна знакомые и любимые – насколько вообще могут быть притягательными чужие губы, но ей до сих пор чуть неловко свободно касаться его лишь потому, что хочется. Хотя, с затаённой улыбкой думает Сонми, они ведь и правда «уже вон сколько раз» целовались. От этой мысли ей тепло, смешно и щекотно. Джиён родной – бесконечно, беспричинно, без объяснений; это от сердца – он свой, нужный, самый-самый дорогой и важный. Особенный. Никто не сможет ни заменить его ей, ни занять его место. Не дождавшийся продолжения праздника прикосновений, Дракон с любопытством приоткрывает один глаз – в чём дело, почему его больше не гладят? – и перехватывает задумчивый взгляд Сонми, устремлённый на его губы. Она тут же смаргивает и отводит глаза, явно застигнутая врасплох. Джиён зажмуривается снова и ёрзает, поудобнее устраивая голову у неё на коленях, а потом успокаивается и расплывается в проказливой ухмылке. Сонми с насмешливым любопытством наблюдает за его манипуляциями и гадает, что этот хитрец задумал. Он лежит спокойно не больше минуты, а потом так же, не открывая глаз, вытягивает губы трубочкой, беззвучно, безмолвно приглашая к поцелую. Давая немое согласие на прикосновение. Сонми неслышно хихикает и охотно, с облегчением касается его губ кончиками пальцев, обводит контуры, как ей хотелось, а потом легонько щёлкает Джи Ди по носу. Тот приподнимается на локтях и, прислушиваясь к своим ощущениям, медленно облизывается. – Фу, солёная, – морщится забавно и отфыркивается, плюхаясь обратно, ловит взгляд Сонми. – А так ничего, приятно. Щекотно только. – Прости, – искренне извиняется она. – Надо было хотя бы салфеткой руки протереть сначала. Дракон мотает головой. – Всё нормально, солнц, – хитрые глаза лучатся смехом. – Надо было просто поцеловать. Сонми улыбается, качая головой. На душе безоблачно и ясно – как этот день. С Джиёном всегда так. Она склоняется под ужасно неудобным углом и целует его в лоб. «Я люблю тебя, очень-очень люблю. Мне безумно хорошо с тобой», – говорит её ласковое прикосновение, и Джиён, за короткое мгновение успевший запрокинуть голову и скользнуть губами по изгибу её подбородка, с улыбкой прижимается лбом к её животу и затихает. Позволяет себе потеряться во времени под шуршащий вальс разноцветных листьев, пока любимые пальцы тихонько перебирают его волосы. Идиллию нарушает негромкая мелодия сотового. Не его. Джиён чувствует, как шевелится Сонми, доставая телефон, и прислушивается. – О, привет! – вполголоса произносит она, видимо, решив, что он задремал. – Конечно, я помню, как я могла забыть, что ты. Я тоже очень соскучилась. Нет, прости, на этот раз не смогу, у меня сегодня – прямо сейчас – встреча. Да, я знаю, прости, правда. В следующий раз обязательно… Нет, отложить не получится, это очень важная встреча. Передашь привет от меня остальным, пожалуйста? Спасибо огромное. Да, я потом ещё позвоню, конечно. Пока. Джиён ждёт, что Сонми заговорит, но, убрав телефон, она молча возвращается к своей размеренной, гипнотизирующей процедуре, тогда он открывает глаза и с любопытством прищуривается. – Кто звонил? Сонми вздыхает и откидывается на скамейку, устраивая голову на высокой жёсткой спинке. – Тайхи-онни, – и, не глядя на него, поясняет: – Все были в разъездах и только недавно вернулись в Сеул. Ючжин-онни вообще вчера ночью прилетела из Гонконга. Мы почти не видимся эти месяцы, поэтому, когда получается, стараемся собираться всей компанией: с менеджерами, ребятами, иногда с директором… – И сейчас ты должна быть там? – сокращает Джи Ди её повествование, подводя к главному. Он садится прямо и разворачивается к ней. Заглядывает в лицо внимательно. Сонми неопределённо поводит плечами. – Если хочешь, я тебя отвезу, – предлагает Джиён. – Ты же явно скучаешь по своим подругам. Сколько вы не виделись, месяц? Два? А ещё сколько не увидитесь? Поехали. Она мотает головой. – Не хочу. Там шумно, людно… и тебя нет. Потом встретимся, не страшно. – Как это меня нет? – с деланным возмущением фыркает Джиён. – Пойдём вместе. Расскажешь, что я теперь твой парень. А я расскажу, что ты не соглашаешься выходить за меня. У него талант развеивать любую пасмурь в её душе за считанные секунды. Сонми прыскает со смеху: – Это будет сенсация века! Тогда все точно переключатся на тебя, а я буду тихонечко сидеть в уголке, – хохочет она, выпрямляясь и глядя на Джиёна. – Отличная идея, мне нравится! – выдержав паузу, она вздыхает с нарочитым сожалением: – Только твои поклонницы растерзают меня на кусочки, и ты будешь по мне скучать. – Хм, – притворно задумчиво тянет Джи Ди, – пожалуй. Тогда мне стоит держать язык за зубами. Ну что ж, пойдём просто повеселимся, – он поднимается со скамейки и протягивает Сонми руку. Она улыбается и послушно встаёт. – Пойдём лучше ещё погуляем? – предлагает она. – Если ты не против. Я не хочу обратно сейчас. Я тебя теперь снова неизвестно когда увижу, так что давай просто побудем здесь ещё немного? – Хорошо-хорошо, – с подозрительной покладистостью кивает Джиён и как бы между прочим интересуется: – А где вы договаривались встретиться? Сонми смеётся, легко раскусив драконью «хитрость», и весело предлагает: – Сходи один, если тебе так хочется. Тебя там многие знают. А если кто ещё не знаком, ты всё равно быстро освоишься. Компания у нас хорошая, вы мигом подружитесь. Джи Ди тоже смеётся, а потом смотрит на Сонми немного сочувственно. Сжимает её руку чуть крепче обычного и спрашивает уже серьёзно: – Тогда почему ты не хочешь туда, если они такие хорошие? Она пожимает плечами. – Просто не хочу. Я очень скучаю по онни, но на подобных посиделках нормально не пообщаешься. Лучше я потом позову их к себе, и мы от души наговоримся, – она улыбается, но Джиёна это явно не убеждает до конца: чуть приподнятые брови красноречиво намекают на необходимость продолжения. Сонми сдаётся, чуть раздражённо вздыхает и с досадливой морщинкой признаётся: – Я не хочу тратить этот день на других людей, когда есть возможность провести его с тобой. Её лицо заливает жаркий румянец, и она, избегая взгляда Джиёна, наклоняется по дороге, чтобы сорвать сухую травинку. – Я тоже, – доносится до неё тихий голос одновременно с прикосновением тёплых губ к тыльной стороне её ладони, и уши вспыхивают уже малиновым. Сонми смущённо улыбается, коротко прижимается щекой к плечу Джиёна и ничего не отвечает. Только тянет за руку дальше – шуршать листьями. … А вечером они валяются у него на кровати. Льют свет ночники, упруго и мягко пружинит удобный матрац. Блестят нежностью карие глаза напротив. Сонми смотрит в них без опаски и смущения. Уютно, тепло; тихо журчит забытый ноутбук с фильмом, который они так и не досмотрели. Лёжа на боку и подпирая рукой голову, Джиён ласково перебирает волосы Сонми и любуется её разомлевшим видом. – Мне придётся уехать на месяц, – тихо делится он, – у нас начинается тур в Японии. – Поздравляю, – лениво-блаженно отзывается она, не открывая глаз. – Японские випы вас уже заждались. Давно вас там не было. – Эй, – немного уязвлённый такой реакцией, Джиён легонько дёргает за прядку, привлекая внимание, – тебе что, совсем всё равно? – Нет, – улыбается Сонми, немного запрокидывая голову, чтобы увидеть его хитрющие глаза, – мне совсем не всё равно. Хочешь, я забьюсь в истерике? Дракон смешливо фыркает. Такая реакция устраивает его гораздо больше. – Ты будешь по мне скучать? – с шутливой требовательностью допытывается он, сдвигаясь на кровати чуть ниже, чтобы не упустить ни единого выражения на лице любимой вредины. – Я буду смотреть фанкамы с ваших выступлений, – уклончиво обещает Сонми, нарочно подливая масла в огонь. Джиён обиженно сопит и, надув щёки и губы, краем глаза посматривает на произведённый эффект – подействовало или не очень. Сонми смеётся. – Это не ответ, – Джи Ди продолжает сопеть и дуться ещё старательней. Сонми притягивает его за ворот футболки и целует в губы до тех пор, пока у него не разглаживается последняя недовольная морщинка. От подрагивающих пальцев на её щеке сбивается дыхание. Хочется большего: ближе, теснее, глубже… Ещё немного – и она не выдержит, скользнёт губами ниже, к его крепкой шее, покроет поцелуями открытое горло, упрямый подбородок; заберётся жадными ладонями под его свободную футболку… Никто не выспится, а потом Джиён уедет на целый месяц, если не больше. Она сойдёт с ума от желания и тоски. – Так понятней? – Сонми отстраняется от его губ с сожалением, но вида не подаёт, улыбается лукаво и ласково. – Ммм, – как в тумане, отзывается Джиён, мечтательно облизываясь и расплываясь в улыбке, – только всё равно не до конца. Сонми с нежностью гладит его по щеке и давит непрошеный вздох. Пора уходить, но расставаться ужасно не хочется. – Ты не против прогуляться? Проводишь меня? Джиён тут же переключается и поднимается, садясь в постели. – Уже пора? – огорчённо тянет он, кидая взгляд на запястье с часами. – Пора, – кивает Сонми, тоже поднимаясь, – тебе лучше лечь пораньше: ты должен быть в отличной форме, чтобы кружить голову японским девчонкам. – Может, останешься, и мы ляжем пораньше? – невинно предлагает Джиён, делая вид, что увлечённо разглядывает потолок. – А ты будешь хорошо себя вести? – подыгрывает она, прикусывая губы, чтобы сдержать глупую широкую усмешку. – Не обещаю, – признаётся Джиён, и в его глазах пляшут хитрые искорки. – Скорее всего, я буду отбирать у тебя одеяло, храпеть и пинаться во сне, – перечисляет он, загибая пальцы. – Но если ты будешь оставаться у меня часто-часто, со временем я привыкну спать не один и научусь вести себя вполне сносно. Сонми тихо смеётся и любящим жестом ерошит ему волосы. Он чудо, её любимое уникальное чудо. Остаться – это хорошая идея. Ей очень хочется остаться с ним. Но, подумав ещё, Сонми решает не торопиться. Она и так будет безумно скучать по Джиёну, а если останется сегодня, то у тоски появится совсем другой оттенок и срок. – Убедил, красноречивый. Так и сделаем, – она ловит его триумфальную ликующую улыбку и опускает его на землю: – Только не сегодня. Тебе правда нужно выспаться. Придёт время, и она останется. Когда-нибудь она останется насовсем. Джиён показательно стреляется и падает обратно на кровать, широко раскинув руки, а потом с ободряющей улыбкой кивает Сонми и тут же взвивается пружиной: слетает с кровати и назидательно поднимает указательный палец. – Но имей в виду, ты можешь в любой момент передумать, и я буду очень рад. Это бессрочное предложение, действительно в любое время дня и ночи. Многое в их отношениях подразумевается само собой, но самое важное – пусть настолько же очевидное – Джиён проговаривает для Сонми вслух. Ему необходимо, чтобы она знала. Точно и наверняка. В лифте они тянутся к разным кнопкам: Сонми – на первый уровень, Джи Ди – в подземный гараж. – Ты куда? – удивляется Сонми, и Джиён смотрит на неё равно непонимающе. – Я поеду на такси, – на всякий случай проясняет она свои намерения. – Третий час ночи, – выразительно изгибает поднятую бровь Джи Ди. – Тем более кому-то пора спать, – копирует его жест упрямица. Джиён понимает, что её не разубедить, и с обречённым вздохом жмёт на «единицу». Что не мешает ему высказаться: – Солнц, вот тебе ещё одно подтверждение тому, что жить на разных концах города неудобно и нерационально. Сонми с ласковой усмешкой поднимает глаза на разглагольствующего Дракона. «И что ты предлагаешь?» – читается в её взгляде. Вопрос естественный и закономерный. Как и ответ на него. Который известен обоим. – Поехали выбирать шкаф, раз ты без него никак не хочешь переезжать ко мне, – с торжественной решительностью провозглашает Джиён. …и они оба смеются. – Авантюрист, – качнув головой, улыбается Сонми, выходя из лифта. Джиёну остаётся только гадать, почему обзывательное, в общем-то, слово в её устах звучит как «любимый». Несмотря на поздний час, такси, к тайному неудовольствию обоих, находится на удивление быстро. Расставаться не хочется. Дождавшись, когда Сонми по привычке опустит стекло, чтобы попрощаться, Джиён засовывает голову через окно в салон. Широкая улыбка полна очаровательной бесшабашности. – Так всё-таки, солнц, ты будешь скучать по мне, пока меня не будет? Конечно, он знает ответ, но ему хочется услышать от неё признание. Сонми улыбается и, обняв его лицо ладонями, притягивает ближе. Чтобы он услышал каждое слово. – Конечно, буду. Я по тебе уже скучаю, – она быстро целует игривого Дракона в щёку и шутливо выталкивает его голову наружу. Джиён не сопротивляется. Он смотрит вслед такси и думает, послышалось ему или нет, когда в тёплом выдохе, с краешка губ, прежде чем они коснулись его щеки, слетело-соскользнуло какое-то особенное «Возвращайся скорее». … Сотовый весело жужжит и подмигивает, радуясь входящему сообщению. Сонми с любопытством открывает смс-ку, в строке отправителя которой светится «GD». Неугомонный. Им так сложно проститься… «Солнц, месяц пролетит очень быстро, и я сразу вернусь. Дождись меня. Целую ^ ^». Расцеловывать сотовый глупо, но после сообщений Джиёна такое желание у Сонми возникает каждый раз. Она улыбается, набирая короткий ответ: «Я тебя всегда жду». «Очень люблю» и «целую» остаются за кадром, ненаписанные, но очевидные для влюблённого сердца. Сонми представляются тихие ранние утра с Джиёном. Он уютный, сонный, растрёпанный, на губах – лишь намёк на улыбку. Он рядом, и хотя ещё в своих снах, ещё не совсем с ней, но… Из всех его идеальных образов самый любимый у Сонми – этот. Это на сцене Джи-Дрэгон пафосный, необузданный и неукротимый. В жизни же Квон Джиён очень заботливый и тёплый. Он умеет дорожить человеком рядом. Сонми улыбается. Уже сейчас он окутывает её безграничным теплом, не прося ничего взамен и почти не успевая быть рядом, а каким же счастьем и заботой он наполнит жизнь любимых людей, когда сможет по-настоящему остановиться и посвятить себя им? Она желает ему успеха. Желает неиссякаемого вдохновения и любви от поклонников по всему миру. Сейчас Джиёну важнее это, и Сонми искренне, от всей души хочет, чтобы у него всё сбывалось так, как им задумано. Она любит Джиёна. Гордится им и благодарит небо за то, что однажды они встретились. Много воды утекло с их первой встречи, многое изменилось, но Сонми помнит их знакомство так ясно, словно оно было вчера: – Значит, ты теперь наша хубэ? Садись, расслабься. Он улыбается. Это Джиён. Его будто знаешь всю жизнь.

~ * o * ~

…Одних стираешь, словно мел с доски, Других с трудом из сердца вырываешь, И без одних ты счастливо живешь, А без других никак не выживаешь. Одни уходят, не оставив след, Других следы прибой времен стирает, А кто-то оставляет шрам в душе, А кто-то саму душу забирает… © Ди Ив / Маргарита Фортье*

----------------------------- * – в сети мне не удалось как доподлинно установить, кто является автором этих строк, так и получить ответ на запрос о разрешении на их использование в своём фанфике. Я приношу автору свои глубочайшие извинения за самовольство и надеюсь на понимание – очень уж к месту зазвучала эта часть из стихотворения. Однако если по какому-то счастливому совпадению автор этих замечательных строк окажется здесь – и будет недоволен моим самоуправством, то у меня просьба: пожалуйста, скажите, и я тут же уберу «честно стянутый» отрывок :) Хотя, признаюсь, мне будет очень жаль. На мой взгляд, он прекрасно вписывается в текст и служит отличным подведением его итогов.