Рандеву за школьной партой

      Бомгю чуть ли не падал, пока бежал по склону вниз. Больше десяти минут назад ему позвонил Хюнин Кай. Он, конечно, знал, что без причины тот бы не оставил его одного, но эта “причина” с каждой минутой, с которой он всё больше отдалялся от своего дома, казалась ему всё невероятнее и невероятнее.       — Как ты здесь оказался? Бомгю говорил медленно, почти через каждое слово делая короткий вдох. На зачёте он не бегал так же быстро, как за последние несколько дней.       — Решил прогуляться?       — Иди к черту со своими гуляниями, я еле тебя нашел. Бомгю нахмурился – его обычное состояние – и даже сбившаяся челка не скрыла от Кая пронзительного взгляда друга. Гулять где? В месте, где никогда не был? Что-то было не так, и если Хюнин мог чувствовать странности в поведении Бомгю, то и он сам – не настолько глуп, чтобы не заметить какие-то перемены в самом Хюнин Кае. Но они были определенно глупы, чтобы не заметить их в себе.       — Почему ты выбрал именно этот район? Ты никогда не ходил со мной здесь. Хюнин Кай пожал плечами. Он пытался меньше смотреть на Бомгю, потому что знал: по взгляду понять всё легче. Но, что тот понять должен был-то? Ведь даже Хюнину не удалось разобраться.       — А матери что сказал? Они ждут тебя?       — Сказал, что к тебе зашел.       — До меня идти и идти теперь, — взвыл Бомгю. Он рукой зачесал волосы, которое всё равно беспорядочно улеглись на лбу, и расстегнул верхние пуговицы рубашки. Дышать было по-прежнему трудно.       — Отдал то, что хотел?       — А? Ты про что?       — Ты сказал, что тебе нужно что-то отдать учителю Чхве. Ты же отдал?       — Нет, отдам в следующий раз. Хюнин Кай склонил голову набок. Хлопковая ткань стягивала плечи, из-за чего он не мог свободно их опустить, и единственным его желанием было поскорее придти домой. Стянуть бы с себя всё и бросить в корзину, а самому скрыться за паром горячей воды, и, может быть, вспомнить последние пару часов этого дня.       — Что это за вещь?       — Книжная закладка, ничего особенного.       — Почему не отдал?       — Сказал, что на фестивале отдам.       — А ведь говорил, что не пойдешь, — Хюнин врезался в него плечом, чуть ли не толкая вниз на гравий, но Бомгю удержался. Потер руку, но стереть наглую усмешку с лица Кая не смог. Сам виноват, думал он. Не надо было выпендриваться. До дома Бомгю они шли в полной тишине. Изредка смотрели друг на друга, иногда смеясь, а затем снова отворачивались. Каждый думал о своём. Бомгю за весь день впервые почувствовал себя уставшим. Эта неделя отразилась на нём сплошным комом неудачных происшествий, неловких разговоров, а ещё собственноручного вмешательства, где в руках была канистра, и слабый огонек, которой вот-вот, и спалит всё в его мире к чертям. Для Хюнин Кая всё было иначе. Так спокойно ему не было никогда. В голове – представления о предстоящих выходных и запоздалый запах желтой кассии, а в руках – много-много бабочек. Под ребрами приятно расплывалось чарующее тепло, как будто кто-то сильно вжал педаль газа, и у него перехватило дыхание. Он боялся спугнуть это ощущение, поэтому бережно запоминал всё, что успело произойти. А потом, словно песня на виниловой пластинке, будет прокручивать эти воспоминания пока не надоест. Или, пока не появятся новые. Хюнин слишком сильно ждал воскресенья.       — Бомгю. Они уже почти дошли к заржавевшим серым воротам, каждый спрятав руки в карманы шорт, и задумчиво свесив головы, когда Хюнин Кай резко остановился. Посреди улицы не было никого, кроме них. Район, в котором жил Бомгю, планировался как спальный, и таковым и остался. Каждый день, возвращаясь после нескончаемой, как казалось, череды уроков, эта тишина согревала сонного мальчишку.       — Что? Он остановился, оборачиваясь к своему другу. Закладка всё также лежала в его кармане, и каждый раз, когда в мыслях мелькал их учитель истории, он нервно сжимал её в кулаке.       — Как выглядит так закладка?       — Как обычная закладка, — пожал плечами Бомгю, но руку из кармана вытащил. Разжал кулак, и на золотой ниточке повисла красная картонка, медленно раскачивающаяся и сверкающая по кромке. Хюнин Кай в ответ лишь хмыкнул.       — Тебе она не кажется знакомой?       — Выглядит как та, что выдают в новый год. Ну, чтобы написать желание.       — Видимо, она дорога ему, если до сих пор не выкинул. Бомгю думал согласиться, но промолчал. Сложил её обратно, но теперь стараясь не повредить, и продолжил идти вперёд. Главное, не потерять её за эти два дня. Бомгю тоже ждал фестиваля, с сомнительным предвкушением внутри.              — Что с тобой? Они собрались у входа в центральный парк, через который тянулась узкая река, и тысячи розовых лепестков плыли по ней, словно были бумажными корабликами. Здесь часто собирались ученики старших школ; занимали маленькие деревянные беседки, и устраивали импровизированные концерты. Даже сейчас – они слышали звуки расстроенной гитары, доносящийся из людской толпы. Юн Фэн пихнула кудрявого мальчишку локтем, когда тот не смог сдержать смех при виде своего друга.       — Я проспал. Бомгю, и вправду, выглядел так, как будто только проснулся. Он едва успел расчесаться, прежде чем выбежать на улицу с развязанными шнурками и расстегнутым рюкзаком. Хюнин Кай подошел к нему ближе, проведя большим пальцем в уголке губ, и всё также глупо улыбаясь. Паста. Бомгю совсем забыл смыть её с лица.       — Есть ещё что-то? — парень встал на носки, пытаясь сравняться с Хюнином в росте, — Точно? Хватит смеяться, эй!       — Успокойся, выглядишь нормально.       — Уверен?       — Почему ты у меня спрашиваешь? Спроси у Фэн.       — Даже смотреть не хочу, — ответила девушка. На самом деле, Бомгю выглядел до жути помятым. Он бежал через аллею, чтобы сократить путь, и красные листья деревьев запутались в его волосах, точно пестрые перья феникса. Он жутко устал, не зная в какой раз почувствовал себя настоящим марафонцем, но в глубине души тешил себя тем, что это всё – было не зря. Майка на нём помялась, и часть вылезла из пояса брюк. Бомгю пытался заправить её обратно, но делал это в спешке и только больше смял края. Зато выспался. Под утро, когда лучи солнца медленно опустились на задернутые шторы, он наконец-то смог заснуть.       — Идём? — Фэн пришла раньше всех. Как только стрелка часов дошла до одиннадцати, она стояла здесь, как штык. Постоянно смотрелась в маленькое карманное зеркало, то заправляя прядь волос за ухо, то доставая её обратно. Когда к неё подошёл Кай, Фэн чуть не подпрыгнула. Начала что-то бормотать, теребя край своего платья. Но Хюнин, кажется, не заметил её волнения. Лишь широко улыбнулся, и спокойсвтие, словно морская волна, окатило её с ног до головы. Она поздоровалась, не зная что сказать дальше. Это был первый раз, когд они стояли просто так, необремененные школой и своими обязаностями. Ей было неловко смотреть ему в глаза, поэтому она сразу же отвернулась, пытаясь разглядеть случайного человека в толпе. Но не смотря на это, она почувствовала колкое наслаждение, которое лишь подбрасывало уголь в слабый огонь.       — Тэхён ещё не пришел, — Хюнин сказал это очень тихо, будто ему было за что-то стыдно. Он знал, что Фэн не любит ждать.       — Ты уверен, что он придёт?       — Я слышала от ребят в его классе, что он не слишком любит общаться с людьми.       — Я могу подождать его сам, если вы хотите пойти сейчас. Бомгю и Фэн переглянулись, уверенно кивая друг другу. Они остались, так и стоя троицей у входа на песчаную дорожку, столпившись, и задевая руки друг друга. Бомгю не хотел идти без Кая. Что ему ещё здесь делать? По большей части, он пришёл из-за обещания вкусной еды, а остальную часть составлял Чхве Ёнджун. Он думал, что тот придет в такой же белой рубашке, как и обычно, и в идеально выглаженном костюме. Для фестиваля цветов – это было бы слишком официально, но представить их учителя в чем-то другом Бомгю просто не мог. Фэн же, пришла только ради Хюнин Кая, поэтому и лишится своего шанса побыть с ним наедине не хотела. Вот только, их компания с каждым разом становилась всё больше, а Фэн – всё дальше от Кая. Она стояла между двумя парнями, значительно выделяясь низким ростом на их фоне. Со стороны, должно быть, девушка думала, что они выглядят как братья и сестра, которых родители наконец-то смогли сфотографировать вместе. Фэн придвинулась ближе к кудрявому мальчишке, при этом внимательно смотря на Бомгю.       — У тебя листья в волосах.       — Правда что-ли?       — Дай уберу. Можешь нагнуться? Ниже.       — Подожди, не тяни так.       — Хочешь, чтобы я срезала? Не двигайся!       — Кай, помоги мне, она, кажется, мстит мне за что-то. Кай? Бомгю и Фэй удивленно обернулись. Рядом с ними никто не стоял.       — Тэхён! — Хюнин Кай по привычке вскинул руку, привлекая внимание невысокого парня. Сегодня он выглядел как-то иначе, но Кай не сразу понял, что именно было не так. С широкой улыбкой на лице он шёл на встречу к Тэхёну, который неловко оглядывался по сторонам, и когда они, наконец-то, столкнулись, оба неожиданно замерли. Ветер срывал лепестки с молодых деревьев, что, словно снег, кружили над их головами, мягко опускаясь у ног. У Тэхёна глаза блестели ярче луны. И Хюнин Кай терялся каждый раз, когда смотрел в них. По-прежнему не в силах понять, в какой момент он потеряет себя полностью. Тэхён неуверенно махнул рукой, молча здороваясь, и под настойчивым взглядом Кая, ему на миг показалось, что он забыл как дышать. Никто не смотрел на него так, словно сейчас произойдет какое-то чудо. Разве можно ждать чудес от людей? Но ему хотелось верить, что сегодня он, всё же, сможет увидеть хотя бы немного магии.       — Я опоздал?       — Нет, Бомгю только что подошёл. Мы все пришли воврея.       — Где он? — Тэхён выглянул за широкие плечи Хюнина, закрывающие весь обзор, и скрывающие его от чужих глаз.       — Рядом с Фэн. Она вытащила весь класс на фестиваль. Он кивком указал на двух спорящих друзей, которые, по-прежнему, пытались разобраться с непослушными волосами рыжеволосого парня.       — Может так и оставим? Ты похож на одного из лесного духа.       — Я должен принять это за комплимент?       — Вряд-ли. Таких духов чаще пугаются, чем предлагает сходить на свидание.       — Ты, — Бомгю хотел добавить что-то ещё, но его остановил подошедший Хюнин Кай. За ним неуверенно переминался с ноги на ногу Кан Тэхён, ни чуточки не изменившийся с их первой встречи. Разве что, Бомгю казалось, что он видел его в очках, — нонг’Тэ!       — Доброе утро, кхаб. Тэхён сложил руки вместе, не сильно наклоняясь вперёд. Юн Фэн вежливо поприветствовала в ответ, а Бомгю даже не сдвинулся. Сложил руки на груди, придирчивым взглядом изучая юношу.       — Кстати, Фэн, разве ты не хотела придти в чуттае?       — С чего ты вдруг? Кто сейчас ходит в чуттае?       — Но сегодня же праздник! Хюнин Кай обошел их сзади, становясь между Бомгю и Фэн, притянув их за плечи к себе. Он наклонился ближе к другу, тихо шепча ему на ухо:       — Будешь смотреть на него так, он тебя испугается. Сделай лицо попроще.       — Ещё один. Я настолько страшно выгляжу?       — Хватит шептаться, это выглядит ещё более странно, — Фэн шикнула на них, выпутавшись из объятий Кая, и подошла к Тэхёну, пристроившись рядом с ним, пока те двое метали друг на друга прищуренные взгляды, — Нонг’Тэ, я слышала, что ты очень хорошо учишься в своем классе. Как ты ещё успеваешь выходить куда-то?       — Я бы остался дома, если бы не он.       — Понимаю, наверное, он доставляет столько проблем тебе.       — Я всё слышу, Фэн!       — Идите быстрее, иначе я сама уйду вместе с нонгом. Бомгю устало вздохнул, когда Кай, подхватив его под руку, потянул через входные ворота. Наверное, он всё же пожалеет, что согласился прийти в это шумное место.       Громко. Фестиваль – вещь очень грандиозная. Здесь хлопушки взрываются быстрее и сильнее, чем голоса людей, весело поющие старые песни, которые, Бомгю мог поклясться, слышал только когда приезжал к дедушке. В детстве он ходил сюда чуть-ли не каждый год, и сколько бы времени с тех пор не прошло, казалось, что ничего особо не изменилось. Вдоль деревьев были протянуты длинные бумажные гирлянды, медленно покачивающиеся в такт красным и нежно-розовым листьям. Всё, как обычно. Менялась лишь его компания. Он впервые вышел гулять с кем-то, помимо Хюнина. И был полностью уверен, что не только он чувствует себя неловко. И если бы Кай оторвался хотя бы на минуту от созерцания Тэхёна, который с широко распахнутыми глазами смотрел повсюду, удивляясь, кажется, каждому яркому пятнышку, он бы почувствовал эту неловкость вместе с ним. Фэн постоянно пыталась держаться рядом с Хюнином, невзначай касаясь с ним пальцами рук. Бомгю заметил это сразу, когда она ловко протиснулась между их плечами. Они пытались безуспешно завязать разговор, но говорили, в основном, Юн и Хюнин Кай. Бомгю же – смотрел куда-то в сторону. Он не знал, что хотел увидеть в этом фестивальном безумии, пока не осознал, что не нарочно выискивал кого-то в толпе. И даже долго думать не пришлось, чтобы понять кого именно. Бомгю замотал головой, крепко зажмурив веки; чем больше думаешь, тем сильнее ждёшь встречи. Надо просто выкинуть все эти мысли из головы, так ведь?       — Осторожно! Хюнин Кай хотел отдернуть друга за плечо, но не успел. С тихим стуком Бомгю врезался во что-то мягкое, и как же Кай выдохнул, когда это "что-то" оказалось не деревом или фонарьным столбом. Бомгю приоткрыл один глаз, не сразу привыкнув к яркому солнцу, и увидел высокий силуэт перед собой. Чем меньше думаешь, тем быстрее это произойдет? Он думал, что это работает не совсем так.       — Простите, кхаб.       — Учитель, вы выглядите как буддийский монах.       — Правда? Девушка, что продала мне его, сказала, что он выглядит хорошо на мне. Ёнджун развел в стороны руки, скрытые золотой тканью монашеской рубахи, напоминавшую больше верхнюю часть китайского ханьфу. Все пуговицы были застегнуты до горла, и когда Бомгю смог разглядеть его лучше, то понял, что без галстука на шее он выглядит совсем иначе. Он больше не напоминал учителя старших классов, рассказывающего историю Таиланда, словно сказки на ночь. Ёнджун выглядел, как старший брат для них, и от этого что-то трепетно сжалось в сердце Бомгю.       — Вы даже к историческим праздникам подходите всерьёз, учитель Чхве.       — Нонг’Тэ, — Ёнджун удивленно поднял брови, — Я не думал, что увижу тебя сегодня.       — Зато, я знаю, кто ожидал увидеть вас, учитель, — Хюнин Кай скривил хитрую рожицу, и взамен на это получил локтем от Бомгю.       — Молчи.       — О ком ты, нонг’Кай?       — Конечно же о Фэн, она же так ждала, когда наступит сегодняшний день! Юн Фэн посмотрела на него, безмолвно спрашивая, что за чушь в голове кудрявого мальчишки, но ничего отвечать не стала. Лишь улыбнулась, беря учителя за локоть, и продвигаясь через людской поток дальше. Она обязательно останется с Хюнином наедине. Просто немного позже, когда удастся избавиться от лишних наблюдателей сегодняшнего зрелища. Только, даже сама для себя, девушка не до конца понимала, как, в итоге, обернется сегодняшний вечер.