Кровожадность и любовь

— Ванцзи, с тобой все в порядке? Я бы хотел выяснить, что с тобой происходит последнее время. Отличный вопрос, подумал Хангуань-Цзюнь, со вздохом открывая дверь цзинши, где он сидел на данный момент в гордом одиночестве и играл на гуцине. Было последним абсурдом утаивать столь долгое время свое смятение и странные чувства по отношению к главе ордена Вэй. Лань Сичэнь слишком хорошо его знает чтобы Лань Ванцзи мог и дальше делать вид будто ничего не случилось. Он не знал, стоило ли вообще что-то скрывать от главы своего ордена, ведь открыть свои мысли он может лишь ему, больше никому. Да и в противном случае Цзэу-Цзюнь все равно бы об этом узнал — не сейчас, так потом. Лучшим выходом будет все же поведать о своих мыслях брату, Лань Сичэнь довольно умный человек, он поймет. Наверное. Он посторонился вглубь комнаты, пропуская Первого Нефрита. Вид на лице Ванцзи был поистине мученическим. Лань Сичэнь наверняка уже заметил, как он страдает. — Ванцзи, не томи, расскажи мне, что тебя беспокоит, — мягко, но настойчиво попросил глава ордена Лань, усаживаясь около стола, чтобы выпить предложенный младшим братом чай. — Мгм, — нехотя согласился Лань Чжань, откидывая голову, — на самом деле ты прав, меня действительно кое-кто беспокоит. Ты же знаешь главу ордена Илин Вэй? Лань Сичэнь, поднесший пиалу ко рту, вмиг подавился чаем и неверяще уставился на внешне невозмутимого брата. — Он что-то тебе сделал? Угрожал? — нахмурился Лань Сичэнь. — Почему ты вдруг спросил о нем? Лань Ванцзи поджал губы, устремив взгляд в сторону окна, чуть опустив длинные ресницы. — Я встретился с ним вечером незадолго до возвращения в Облачные Глубины. Он... довольно бесстыден и не знаком с моралью, однако меня что-то в нем зацепило. Второй Нефрит благоразумно скрыл тот факт, что Вэй Усянь нагло ворвался в его спальню в Ланьлине и еще спал с ним в обнимку. Это совершенно не то что нужно знать Сичэню, пока что уж точно. Он взглянул на брата — Лань Сичэнь побледнел, сжимая чашку с чаем дрожащими пальцами. — Не могу сказать, что самолично знаком с ним, — наконец Лань Сичэнь сбросил оцепенение, — мне приходилось с ним общаться во время переговоров. Да, он слегка бесстыден, как ты его описываешь, Ванцзи, однако он может быть довольно... опасным. И что тебя в нем зацепило? — Я не знаю, — выдохнул Лань Чжань, слушая учащенный стук своего сердца, — просто... у меня такие чувства... я сам не могу разобраться. — Я тебя понял. Думаю, у тебя будет достаточно времени чтобы понять, что ты к нему чувствуешь. Хорошо, что решился рассказать мне. Ванцзи, кстати, я бы хотел чтобы ты пошел на ночную охоту и разобрался с нечистью в одной деревне. — Мгм. Мне взять учеников? — Возьми пока Лань Цзинъи, к тому времени он уже должен будет кончить переписывать правила. Лань Ванцзи машинально кивнул, наконец обратив внимание на свой чай, который он успел расплескать на столе, однако это его сейчас не волновало. Сейчас его волновал Вэй Ин. Великие Небожители, Лань Ванцзи до сих пор задается вопросом, как он умудрился за один день влюбиться в главу самого темного ордена в Поднебесной. Или он влюбился с того самого момента как впервые его увидел по прибытии в Ланьлин? Вопросов было много, а вот ответов мало. Лань Ванцзи решил пойти поискать Лань Цзинъи, чтобы выдвинуться с ним на ночную охоту — следовало бы поторопиться до наступления сумерек. На выходе он лишь кивнул брату и выскользнул за дверь. Дневная прохлада Облачных Глубин освежала мысли, коих в голове у Лань Чжаня было бесчисленное множество. Он метался между двух огней, а Вэй Усянь действительно напоминал огонек своим недостойным поведением. Огонек, который разжег в груди Лань Ванцзи неизвестное ему пока чувство. До ночи еще было достаточно времени. Ванцзи решил уделить время переписи некоторых рукописей в библиотеке, заодно с Цзинъи поговорить. Второй Нефрит свернул в сторону библиотеки; до его ушей донесся горестный вздох, сменившийся сопением, а потом все резко стихло. Заинтересовавшись, что такого там делает адепт Гусу Лань, он поспешил ускорить шаг. Едва войдя он тут же прикрыл рукавом своего идеально белоснежного ханьфу рот. Цзинъи сидел к нему боком, насупившись, с тонко сжатыми зубами старательно переписывал рукописи правил ордена. Он был так увлечен своей работой что не услышал шагов за спиной. Лань Ванцзи ценил старательность учеников и адептов Гусу Лань, решив потому его не отвлекать, тихо пересев на свое место у окна — свое любимое, ведь здесь открывался довольно живописный вид на растущую магнолию. Точно такая же росла у его цзинши, даря умиротворение и покой. Он взял свиток с музыкальными техниками и на мгновение замер, уже готовый занести кисть. Что-то его останавливало, но что именно — этого Лань Ванцзи понять не мог. По ощущению складывалось впечатление, как будто его руку удерживает кто-то невидимый. Подавив готовый вырваться из груди вздох, Лань Чжань положил трактат около своих ног и прикрыл глаза. Мысли об этом темном заклинателе не давали ему сосредоточиться, творя в его голове хаос. А ведь Вэй Ин и является, собственно, этим самым источником хаоса. Подумав, Ванцзи решил написать свою собственную мелодию. Около трактата лежал идеально чисто-белый лист бумаги. Он взял его двумя пальцами так, словно держал хрупкий фарфор, мысленно перебирая все мелодии, которые ему были на данный момент известны, наконец решив придумать что-то свое. Свое, но зато не входящее в сборник музыкальных техник. Это будет его мелодия и он будет применять ее для себя или же... для Вэй Усяня. Только вот... оценит ли он мелодию? Или засмеется и отвернет его? Лань Ванцзи подозревал, что Вэй Ин может быть далеко не таким дружелюбным, как ему кажется, ну если сказать точнее — глава ордена Вэй может быть совершенно непредсказуемым. Почему-то при одной только мысли, что Усяню безразличен Второй Нефрит, в сердце нестерпимо заныло. Лань Ванцзи со вздохом протер глаза, замечая, что Цзинъи, оказывается, уже закончил и теперь с любопытством взирает на него. — Хангуань-Цзюнь. — Лань Цзинъи, — в тон ответил ему Лань Чжань, отложив листок в сторону, на который он не успел нанести изящной кистью ноты, — Цзэу-Цзюнь просил меня пойти с тобой на ночную охоту. — Никто больше не идет? — уточнил Цзинъи. — Мгм. — Хорошо, пойду соберусь. Хангуань-Цзюнь, вы?... Лань Ванцзи коротко кивнул. — Иди, я присоединюсь вовремя. Лань Цзинъи, похоже, только того и было надо — позабыв о правиле «не бегать» он со всех ног бросился прочь из библиотеки. Лань Чжань неодобрительно проводил его взглядом, возвращаясь к листку. Пока у него достаточно времени чтобы написать ноты, это время упускать зря он не будет.

***

Лань Ванцзи стоял около кустарников, сюда он прибыл с Цзинъи для помощи старосте деревни и ее жителям. Возможно, если бы не просьба Лань Сичэня, Лань Ванцзи бы не узнал об опасности, угрожающей небольшому поселению не так далеко от Гусу Лань. Вот и хорошо, этим можно отвлечься от бездумных мыслей, касающихся Вэй Ина, а то Ванцзи постепенно потеряет рассудок. — Хангуань-Цзюнь, мы тут одни? Голос Цзинъи вывел Лань Чжаня из горестных размышлений, Второй Нефрит на пару мгновений задумался. Что там говорил его старший брат? Вроде бы он не упоминал кого-либо еще, кто должен был присутствовать на ночной охоте, так что ответ очевиден. — Мгм. — Может тут охотятся адепты Илин Вэй и Ланьлин Цзинь? — спросил Лань Цзинъи таким тоном, от которого Ванцзи бросило в дрожь. Деревенька, куда они прибыли, была под охраной ордена Лань, так что маловероятно, что тут могли быть ученики других орденов. Почему Лань Ванцзи хочет, чтобы Вэй Усянь был здесь? — Не думаю, — подумав, ответил он на вопрос, заданный младшим адептом, — идем. — Эх. А я надеялся, что увижу тут Вэй Юаня или Цзинь Лина, а еще лучше — их обоих, — расстроенно протянул Цзинъи, глубоко вздохнув. Лань Чжань остановился и посмотрел на него через плечо. В глубине души он прекрасно понимал юношу, когда сам находился во внутреннем волнении. Ничего больше не говоря, адепты ордена Гусу Лань медленно направились вдоль узкой дороги, которая вела к озеру. По уверениям старосты, который был очень рад их прибытию и одновременно с этим бледен, тут жила некая опасная тварь, утаскивающая путников и жителей деревни под воду. Лань Ванцзи хотел бы разобраться с этим поскорее и вернуться в Облачные Глубины, чтобы укрыться в цзинши и сыграть ту самую придуманную им мелодию на гуцине. Но пока что им следовало выполнить свою работу. Второй Нефрит искоса наблюдал за слегка взволнованным выражением лица Лань Цзинъи, подмечая его бледность, констатирующей с белизной луны. Неужели он так рьяно жаждет встречи с Цзинь Лином и Вэй Юанем? Впрочем, не ему судить, когда он сам буквально задыхается от странного волнения, захватившем его тело и разум. Заклинатели прошли еще немного, наконец выйдя к озеру. Оно было невероятно больших размеров и тут вполне могла жить целая колония тварей. Ванцзи молча отошел в сторону от застывшего каменной статуей младшего адепта, заприметив небольшой валун рядом с водой. Отличное место для засады. Он подпер рукой голову и принялся ждать. Староста сказал им, что тварь обычно появляется в полночь, так что они успеют. Время длилось невероятно медленно. Лань Ванцзи все так же смотрел в спокойную гладь воды, а Лань Цзинъи откровенно зевал, едва ли успевая прикрывать рукой рот, он хотел спать. Лань Чжань и сам чувствовал постепенно накатывающую на него усталость, однако он не мог позволить никому из жителей поселения погибнуть. Очень скоро заклинатели услышали, как где-то рядом раздается сильный всплеск. Они молча переглянулись и поспешили вытащить мечи из ножен. Всплеск повторился. На этот раз из воды показался мертвец, обтянутый водорослями с головы до ног, вместо глаз у него были пустые глазницы. — Мертвецы в озере? — Цзинъи нахмурился, подходя ближе. — Осторожнее, — хмуро бросил ему Лань Ванцзи, решив, что на мече будет безопаснее. Он вскочил на Бичэнь и по воздуху проплыл между строем мертвых людей. Лань Цзинъи лишь кивнул. На мечах и правда было безопаснее, однако... Один из них протянул руки, которые неожиданно резко удлинились, грозя столкнуть заклинателей в воду и там растерзать. Лань Чжань хмурился и думал, есть ли у них сигнальные ракеты. Убедившись в их наличии, Ванцзи вытащил гуцинь и решил уничтожить всех разом одной волной. Волна, выпущенная струнами гуциня, была в самом деле настолько мощной что убила всех. Цзинъи для верности добил одного проворного мертвеца своим талисманом, слыша предсмертный вопль. — Тут еще могут быть мертвецы. Не будем пока уходить. Лань Ванцзи решил проверить все озеро, однако все было спокойно — очевидно, их больше тут не было, можно и расслабиться. Убедившись в безопасности для деревни, Лань Ванцзи и Лань Цзинъи решили найти место для ночлега, потому что время было позднее и в цзинши они бы не вернулись. Ванцзи решил заночевать под открытым небом, Цзинъи не возражал, хотя и был расстроен. Их покой неожиданно нарушил некий человек, прячущийся в кронах деревьев и все это время следящий за ними. Едва Лань Чжань успел расположиться у дерева, готовясь уснуть, так как время давно перевалило за девять вечера, как услышал шаги. Кто это бы мог быть в такое позднее время? Лань Ванцзи встал, крепко сжимая рукоять Бичэня и вглядываясь в темноту. Он видел очертания незнакомца очень отчетливо, в основном благодаря освещению луны, но и зрение Хангуань-Цзюня было хорошим. — Так ты приветствуешь главу ордена Вэй? Лань Чжань, услышав знакомый голос, выронил меч, отступая в сторону. Он уперся спиной в дерево, чувствуя, как сердце колотится быстрее, а дыхание сбилось. Из темноты к нему выступил тот, кого он желал и одновременно боялся видеть — Вэй Ин.